Наша странная дружба

Круэлл был растерян. Он ожидал увидеть что-то действительно жуткое: родимое пятно на половину лица, ожог, искусственный глаз, шрамы — что-то такое, что действительно бы портило внешность Дайра и оправдывало его ужас и истерику при попытке снять маску. Однако, под ней ничего страшного не было. Лицо Кроули было совершенно обычным: не невероятно красивым, но и уродливым его назвать было никак нельзя. Серые глаза Дивуса истошно пытались найти хоть какой-нибудь ощутимый изъян, но в итоге не видел ничего, кроме оставленных на щеках ран после драки, в которую ввязался первокурсник. — Дайр, ты такой кретин, — вздохнул Дивус, чувствуя облегчение. Наверное, это было гадко с его стороны, но в глубине души он действительно опасался того, что под маской птицы прячется настоящее уродство. — Еще и разревелся. Тише, тише, все в порядке. Нормальное у тебя лицо, я же тебе говорил, — чувствуя укол вины за то, что довел парня до слез, юноша погладил друга по щеке, стирая стекающую по ней слезинку. Тот постепенно начал дышать более ровно, не отводя взгляда от лица друга. — Ты правда…так считаешь? — всхлипнул Дайр, однако, продолжая потихоньку начиная успокаиваться. — Да, я правда так считаю. Опять ты развел не пойми что на пустом месте, — вздохнул Круэлл, с нежностью поправив прядь за ухо первокурсника. Все-таки без своего огромного цилиндра, плаща и маски он выглядел совсем маленьким, несчастным и беззащитным: как тут было не сжалиться? «С чего кто-то вообще решил на него напасть, интересно? Он же абсолютно безобидный», — подумал Дивус, и в этот момент заметил расплывающееся на кровати пятно. — Мое зелье! — подскочил он, встав на ноги. — Моя кровать! Дайр, а ну живо слезай. Видишь, до чего ты меня довел своими чудачествами, — строгим и властным тоном сказал Круэлл. Кроули послушался и покорно встал следом, стыдливо вытирая слезы о рукав рубашки. В другое время Дивус сделал бы ему замечание, но сейчас явно было не так ситуация. — Чтоб тебя, --позволил он выругаться себе под нос, стягивая с постели белье. — Тебе помочь? — послышался робкий голос Кроули из-за спины — как же непривычно было слышать его таким! — Не нужно, — отмахнул юноша, складывая белье в стопку, чтобы позже почистить с помощью магии. Дело было не в том, что он не доверял брюнету, но все-таки тому слишком много досталось за день, чтобы нагружать помощью. Он и сам справится. — Ладно, — судя по бесцветному голосу, Дайр понял отказ немного иначе. «Свалился на мою голову, как гром посреди ясного неба, успокаивай его теперь». — раздраженно подумал Круэлл, хотя на самом деле он злился вовсе не Дайра. Откровенно говоря, тот не был виноват не в пятне на постели, не в том, что он разбудил Дивуса. А вот те, кто его побил, должны были получить по заслугам. *** Постелив чистую постель, Дивус вернулся к Дайру: тот явно уже успокоился, правда, сидел непривычно тихо, в целом имея побитый и несчастный вид. Решив залечить сначала физические раны, и только потом — душевные, Круэлл смешал зелье заново и с помощью кисточки начал наносить его на царапины Кроули. Когда кисточка касалась его лица, Дайр вздрагивал и жмурился, будто бы это была ядовитая змея, готовая его укусить. — Стой смирно. Будь славным щеночком, Дайр, и все будет хорошо, — говорил на это второкурсник. Круэлл все еще задавался вопросом, чем вызвана подобная, явно ненормальная, реакция. — Ты что, вообще до этого ни перед кем маску не снимал? Откуда у тебя появились такие мысли об уродстве? — вздохнул Дивус — он уже заканчивал с процедурами, и можно было переходить к разговору. — Иногда мне кажется, они всегда со мной были. В детстве меня довольно часто дразнили — не только из-за внешности, по многим причинам. Мне казалось, что если я окружу себя аурой таинственности, люди перестанут надо мной издеваться, — вздохнул Дайр, отводя взгляд. Глаза у него были очень красивые: желтые и яркие, неудивительно, что они светились даже из-под маски. «Честное слово, если ты всю жизнь таким чудаком был, то неудивительно, что тебя дразнили», — подумал Дивус, но вслух свои мысли не высказал. Отложив в сторону миску с кисточкой, он аккуратно сел на край пуфика рядом с другом. — Ты же понимаешь, что таким образом ты загоняешь сам себя в определенные рамки поведения, Дайр? Ты только усугубляешь ситуацию, вместо того, чтобы принять себя. Люди любят уверенных личностей, — он приложил руку к груди, гордо расправив плечи и по-кошачьи изящно выгнув спину. — Посмотри на меня. Разве я не красив? Не успешен? Это все оттого, что я уверен в каждом своем движении, в чувстве своего стиля, в своих вкусах и внешности. Разумеется, уверен не на пустом месте, но при этом не принижаю свои очевидные достоинства. — Кое-что ты все же скрываешь, — вздохнул Кроули, печально посмотрев на друга. — Хах? И что же, интересно мне знать, я скрываю? Вместо ответа Дайр коснулся ошейника на запястье Круэлла. Тот в ответ лишь фыркнул, впрочем, немного зардевшись и натянув рукав ночной рубашки пониже, дабы прикрыть ошейник. Как нарочно, сегодня он забыл его снять перед сном — видимо, слишком уж устал. — Это мелочь. Плюс, нужно быть выборочным в том, каким именно ты показываешь себя людям. Не нужно им говорить всю правду от и до, — сказал юноша, хмуря темные брови. — Тогда чем это отличается от того, как поступаю я? — Дайр подпер подбородок кулаком, уперевшись локтем в собственные колени и согнувшись. — Ты лжешь слишком много. Это тебя погубит рано или поздно. Если захочешь, я могу привести твое лицо в порядок, оно станет еще краше, — Дивус рефлекторно поправил собственную прическу когда речь заходила о модных процедурах. Жаль, зеркало было далеко. — Я подумаю над этим, — вздохнул Дайр, так и не глядя на друга. Что-то Дивус сомневался, что тот примет его предложение. Что же, его право. — Лучше расскажи, кто тебя побил-то? Что вообще произошло? Ты пришел, будто бы во сне, и мои вопросы тогда начисто проигнорировал, — второкурсник закинул ногу на ногу, сложив руки на коленях — даже во время душевного разговора он должен был держаться и выглядеть хорошо. — Не знаю. Толком не видел их лиц. Да и понятия не имею, почему они меня побили, может вообще с кем-то перепутали. Они ничего не сказали, — суховато ответил Кроули. Что-то в его тоне очень не понравилось Дивусу, и он уже открыл было рот, чтобы высказать свое сомнение, как вдруг его собеседник выпрямился и положил ему голову на плечо. — Ах, Дайр. Ты такой идиот, вечно вляпываешься куда-то, — тон юноши смягчился и он приобнял друга за плечи, еще раз убедившись, какими хрупкими они оказались. Словно беззащитный птенец. — Ты злишься на меня, скажи честно? — прикрыв глаза, спросил Кроули. — Нет, я не злюсь. Хотя, может быть, мне стоило? Ты сбил мне ночной сон, испачкал мою кровать, заставил переживать за себя сегодня… Дважды! Тем не менее, я такой же идиот, как и ты, и потому не злюсь, — усмехнувшись, сказал Круэлл. — Вот как. Это радует, — Дайр подвинулся к нему поближе. Что-то было в чужом тепле, в чужом теле, которое так доверчиво прижималось к нему. Несмотря на то, что у Дивуса было множество друзей и знакомых помимо Кроули, он никогда не испытывал ничего подобного. Умиротворение. Спокойствие. Счастье. Все это сразу он ощущал в данный момент времени, хотя учитывая контекст ситуации, это было как-то неправильно. Нужно было волноваться, сообщить о драке директору, как-то устроить Дайра на ночь — очевидно, что тому не стоит возвращаться в свое общежитие сегодня. Однако, Круэлл не беспокоился. Ни о своем внешнем виде, не о синяках под глазами, которые обещали проявиться на утро, не о том, что будет клевать носом на занятиях. Все это было не в духе главы Помфиора, и тем не менее, его это вообще не волновало. Единственное, что его беспокоило — это состояние Дайра, но судя по легкой улыбке на тонких губах того, он уже успокоился и забыл о своих переживаниях касательно лица. Им не нужно было что-либо говорить друг другу. Тишина была комфортной, словно мягкое одеяло, обволакивающее их обоих. Круэлл с нежностью посмотрел на успокоившегося друга, поглаживая его по плечу. Пожалуй, он действительно был слишком уж критичен к нему. Да, Дайр был чудаковат, но неужели это было достойной причиной плохо к нему относиться? У каждого свои странности, и странности этого мага были далеко не самыми плохими. В отличие от его собственных. Эта мысль слегка омрачила настроение Дивуса, однако тут Кроули подал голос, заставив его отвлечься: — Я слышу, как бьется твое сердце. — Да что ты говоришь. Удивительно, не так ли? Сомневался, небось, что оно у меня есть? — хмыкнул Дивус. — В начале нашего знакомства — может и сомневался. Сейчас уже нет, — сказал Дайр и вдруг обнял старшего товарища за талию, прижавшись к нему еще плотнее. Почему-то от этого жеста Дивус слегка вздрогнул, а его сердце застучало немного чаще. «Ерунда какая-то. Только бы он этого не заметил», — нервно сглотнул парень, пребывая в смятении. Действительно, ведет себя как идиот, смущается, будто бы впервые с кем-то обнимался. — Это прелестно, что я смог изменить твое мнение о себе в лучшую сторону. Хотя вообще-то мне очень обидно слышать подобное! — он вновь говорил несколько надменно, будто бы ничего особенного не произошло. — Что, я не… Я… — растерялся уже Дайр, и, по правде, Круэллу нравилось видеть это выражение на его лице друга без его жуткой маски. — Я просто шучу, — хихикнул Дивус. Неудивительно, что Кроули считал его бессердечным. Он и сам себя считал таким. Время было уже очень позднее, судя по тьме за окном. Нужно было заканчивать со всем этим, иначе никто из них завтра не встанет с кровати. — Давай, нам нужно ложиться спать. Я не отпущу тебя обратно в свое общежитие — зная твою удачу, тебя побьют во второй раз. *** Наконец, свет в его комнате погас. Если Дайр уснул, судя по тихому дыханию, почти что сразу, то Дивус то проваливался в дрему, то тут же просыпался. Разумеется — ему ведь непривычно было делить свою широкую кровать с кем-то еще. Глава Помфиора вообще не мог представить, чтобы что-то подобное с ним произошло, и теперь, глядя на умиротворенную мордашку Дайра, который лежал напротив, он невольно задумывался — куда его приведет эта дружба. «Остальные члены общежития точно бы не одобрили мое поведение», — с грустью подумал юноша, поворачиваясь к временному соседу спиной. Действительно, иногда его терзали сомнения касательно дружбы с Дайром. Все-таки они были очень разные. Ничего общего на первый взгляд. Только каким-то чудом его другие друзья не прознали до сих пор о его связи с чудаковатым парнем. Что случится, если они узнают? «Почему-то мне кажется, что ничего хорошего», — Круэлл завернулся в одеяло поплотнее. Кроули все еще тихо сопел рядом. Но несмотря на эти мысли, Дивус понимал — он не может просто так взять и порвать уже устоявшуюся дружбу. Оставив то, что это было бы просто невежливо, юноша осознавал — он не простит себе подобный гадкий поступок. «Наверное, надо жить как есть. Не люблю пускать все на самотек, но уж пусть как будет», — подумал он, прикрыв глаза. Сзади к нему прижался Дайр и, окутанный его теплом, Круэлл вскоре уснул и проспал до самого подъема.