2 глава
20 апреля 2020 г., 09:20
— Ты мне ничего сказать, случайно, не хочешь?
— Эмм… Нет? — вот что, а врать Блэк умел отменно.
— Даже того, что Маккиннон сейчас вся в слезах пришла? — Джеймс начал закипать от злости.
— Всмысле в слезах? Ну поцеловал я её и что? От счастья прыгать должна! Она ещё, между прочим, мне и пощёчину залепила! — теперь весь гнев Джима передался Сириусу.
— Ты её поцеловал? Против её воли? Правильно она сделала, что ударила тебя. Я на её месте также поступил бы. Блэк, ты совсем сдурел уже?
— Да, я и сам не знаю, что на меня нашло. Ты понимаешь, она опять мне отказала! Я разозлился и вот… — кажется он только сейчас осознал, что сделал.
— Ну ты даёшь, конечно, друг, — Поттер сел рядом с Сириусом на кровать и закинул свою руку ему на плечо. — Влипли мы с тобой, конечно, по полной. Надо же нам было влюбиться в девчонок, которые нас ненавидят, — мальчишка грустно улыбнулся.
— Да не влюбился я в неё! Сколько тебе уже повторять это можно?! — гриффиндорец вскочил со своей кровати и с раздражением посмотрел на друга.
— Ну да, конечно, — ухмыльнулся Джеймс смотря на Сириуса.
***
На следующее утро, когда Марлин проснулась, она решила избегать Блэка настолько, насколько это было бы возможно. Девушка пораньше встала и разбудила Эванс, что для старосты было странно, поскольку обычно она сама будила Марлс. Марлин умылась, запела свои каштановые волосы в высокий хвост, подкрасила ресницы и надела всеми привычную школьную форму. На завтрак они с Лили спустились одни из самых первых, и к их счастью мародеров там не было. Они сели на привычные им места, Марлин положила себе яичницу с беконом и тыквенный сок, а Лили решила позавтракать оладьями с клубничным джемом. После того, как они плотно покушали, они пошли на трансфигурацию к профессору МакГонагалл. Шли они длинными коридорами, так как до начала урока оставалось ещё минут двадцать. Марлин занималась одним из самых любимых её занятием — разглядыванием картин. Кажется, в Хогвартсе не осталось бы такой картины, которую Марлин не оценила.
Сегодня урок трансфигурации проходил с факультетом Когтеврана, что очень радовало девушек. Потому, что если у Гриффиндора урок со Слизерином, то пощады не жди — будет как минимум какая нибудь словесная перепалка, а как максимум — серьёзная дуэль. Старостам обычно приходилось все это разруливать. Все эти разборки очень бесили как Лили, так и Марлин. А ещё эти новости в Ежедневном пророке… Каждый день девушки молились о том, чтобы там не было записи о том, что их родители погибли. Из-за всей это ситуации в стране Марлин решила пойти на мракоборца, чтобы хоть как-то помочь людям. Девушки зашли в кабинет за пять минут до начала урока, мародеров там ещё не было. И МакГонагалл тоже, что было странно, потому что она обычно всегда приходила заранее. Перед самым звонком в класс зашли мародеры и МакКошка. Вторая явно была в гневе, а Поттер и Блэк были побитые. На лице у них светились сине-фиолетовые фингалы.
«Интересно, что произошло?» — подумала Марлин, но обдумать эту мысль ей не дала МакГонагалл, которая уже начала урок.
После трансфигурации у них было зельеварение. Со Слизерином. Лучше и не придумаешь. После трагсфигурации Марлс хотела подойти к Блэку и спросить, что все-таки произошло, но вовремя вспомнила, что собиралась его избегать. Они с Лили отправились в подземелья, там как обычно было очень холодно и мрачно.
«Как вообще эти слизеринцы здесь живут?» — в который раз задавалась вопросом Марлин.
Они с Лили сели на свои места и стали готовиться к уроку. Марлин от скуки принялась оглядывать кабинет: за столом сидел уже чуть постаревший Слизнорт, а на столе у него стояли какие-то зелья. В кабинете было так холодно, что гриффиндорка невольно поежилась. Тут в класс зашли Поттер с Блэком и их взгляды метнулись на Мальсибера с Эйвери. Шатенка, прервав свое занятие, перевела взгляд с первых на вторых и все поняла.
«Скорее всего с ними то они и подрались. Интересно из-за чего?» — догадалась она, и высказала свою догадку соседке по парте. Лили также посмотрела на этих четверых и кивнула в знак согласия. Но полностью обсудить увиденное девушкам не дал прозвеневший звонок, после которого они принялись за работу.
***
Наступили последние тёплые деньки сентября. Сегодня была суббота, и Марлин приняв решение не терять времени, засобиралась на улицу. Девушка находилась в комнате одна, так как Лили, уже с самого утра, опять ускакала в библиотеку, чему впрочем Марлс была не удивлена, а Стоун отправилась в Хогсмид с своим Фрэнком. Она надела свои любимые чёрные джинсы, футболку с группой The Beatles, чёрные массивные сапоги, накинула кофту, захватила недочитанный роман и отправилась во двор. На улице, в основным, были только младшие курсы. Некоторые из них учили уроки, некоторые играли, а некоторые наблюдали за Гигантским кальмаром, которому это видимо не нравилось, и он начал их пугать. От этой забавной картины Маккиннон невольно улыбнулась. Она сама устроилась в тени у дерева, которое стояло около воды. Это было её любимое место. Достав роман «Унесенные ветром», который ей очень понравился, она принялась читать. Она так зачиталась, что не заметила большого чёрного пса, который сидел неподалёку и смотрел своими большими синими глазами на неё. Сначала она очень испугалась, но когда поняла, что он не опасен, поманила его к себе и стала то гладить его густую тёмную шерсть, то почесывать у него за ушком. Псу это видимо очень понравилось, потому что он поудобнее устроился на коленях у девушки и блаженно прикрыл глаза. — Ты чей это такой красивый, а? — зарываясь пальцами в его шерсть, разговаривала девушка скорее сама с собой, чем с собакой. — Я тебя ведь раньше здесь не видела. Интересно, как же тебя зовут. Может Барсик? — Марлин сама усмехнулась со своего предположения. Пёс, будто на самом деле был человеком, отрицательно повертел головой. — Не Барсик значит? Ну тогда может Черныш? — она смотрела прямо в его синии глаза. «А у собак бывают вообще такие синие глаза?» — подумала Марлин, но отвлеклась от своих рассуждений, смотря как собака опять отрицательно верит головой. — Может тогда Джек? — он покачал головой говоря «нет». — Локки? Бродяга? На последней кличке пёс положительно залаял и радостно завилял хвостом. — Так ты значит Бродяга, да? А что, тебе идёт это имя, — девушке так понравился этот, неизвестно откуда взявшийся, Бродяга, что она проиграла с ним ещё около двух часов, сама того не заметив. — Ой, ничего себе, уже семь часов, засиделась я тут конечно, — сказала Марлс, взглянув на свои часы. — Ну что, пока, Бродяга! Надеюсь мы с тобой ещё встретимся, — и почесав напоследок его за ушком, развернулась и побежала в замок.***
Встречи Марлин с Бродягой теперь стали ежедневным занятием девушки. Ей очень нравилось проводить с ним свои свободные от учёбы часы. Она разговаривала с ним на абсолютно разные темы, иногда ей казалось, будто её слушает живой человек. Он понимал её так, как не понимал никто другой. Можно сказать, что он стал её лучшим другом. Как-то раз Марлс решила рассказать ему о Сириусе. Когда она произнесла это имя, ей показалось, что в его взгляде, на какую-то секунду, пронеслась паника, но девушка быстро отбросила свои мысли назад и продолжила говорить. — Бродяга, ты мне вот скажи, ну почему этот Блэк такой придурок? Нет бы нормально меня на свидание позвать, так нет же, он ведь так не умеет! А знаешь, он ведь мне нравится. Ну и чего ты на меня так смотришь? Я и сама знаю, что дура. После первой встречи Марлин и Бродяги, Блэка будто подменили. Они, на пару с Поттером, больше не вытворяли никаких шалостей, Сириус не звал всех девушек подряд на свидания, в том числе и Марлин. Да даже учиться они стали лучше. Да, новость конечно шокирующая, но поверьте, это правда! Марлин и Лили были в полном шоке. Тут-то Марлин и начала понимать, что стала украдкой просматривать на Блэка. Он больше не белил её, а даже наоборот, ей стала нравиться его чёртова улыбка, его лающий смех, его привычка поправлять свою шевелюру. Все то, что её бесило в нем, ей неизвестным самим Мерлином образом стало нравиться. Она пыталась не обращать на него внимания, не искать своим взглядом его в толпе, но как вы и могли уже догадаться, ничего у неё не получилось. — Ты понимаешь, я и сама даже не заметила как это произошло. Ну да, дура я, и так знаю. Я сейчас чувствую себя, как все эти девчонки, которые по уши влюбленны в Блэка. Мерлин, можно на меня просто наложить Обливэйт, чтобы я о нем забыла и никогда уже не вспоминала, — Марлин и сама не заметила, как из её глаз потекли маленькие хрустальные капельки слез. — Ну вот скажи, Бродяга, что мне теперь делать? — она чуть ли не умоляюще смотрела на него. Тут пёс быстро вскочил с колен девушки и побежал в сторону запретного леса. — Эй, Бродяга, ты куда побежал? Ну стой же ты! — она смотрела вслед убегающего пса. — Ай ладно, раз ты убежал, то и я пойду, — гриффиндорка встала с травы и побрела в сторону замка.***
Джеймс спокойно сидел на кровати в своей комнате и думал об одной всеми известной старосте гриффиндора, в которую он был по уши влюблен, а она, по иронии судьбы, его ненавидела. Ну, это он так думал, что она его ненавидела. Если он и перестал звать её ежедневно на свидания, то постоянно о ней не вспоминать у него не получалось. От одних изумрудно-зеленых глаз его всего переклинивало. От одного взгляда на неё, дыхание усиливалось, воздуха становилось катастрофически мало, пульс подскакивал под отметку в двести ударов в минуту, а сам он начинал вести себя как полный придурок. Парень пытался позвать её по нормальному, но как только она начинала смотреть на него, он выдавал что нибудь вроде: «Эй, Эванс! Ты кем собираешься быть? Должен же я знать, кем будет моя будущая жена.» И вот такой цирк происходил изо дня в день. На соседней кровати сидел Римус. Он как обычно читал какую-то книгу. Вроде бы это было что-то по ЗОТИ. Приближалось полнолуние, поэтому он был весь на нервах, и мальчики старались его лишний раз не трогать. А Питер просто спал. Ну впрочем это и не удивительно. Сириус с утра пораньше куда-то ускакал, он вообще в последнее время очень часто куда-то уходил. Джим пытался спросить у него, что происходит, но тот всегда ловко уходил от ответа. Вскоре Поттер сам отстал от него, думая, что когда надо будет, Блэк сам все расскажет. В комнате была абсолютная тишина, как вдруг в дверь со всей дури вломился тот, о котором Джеймс сейчас таки и думал, и выдал такую фразу, от которой у всех, кто находился в комнате от удивления пооткрывались рты. Он сел на кровать, его взволнованный взгляд перемещался то на Джеймса, то на Римуса, затем он как свой лохматый друг, когда тот нервничал, встал и принялся ходить из одного угла комнаты в другой угол. Наконец-то, он более менее успокоился, обратно сел на кровать, и глядя на Джима сказал: — Я влюбился…
Примечания:
Буду рада любому отзыву)
