The book of life

— Ты думаешь, настоящая любовь способна сотворить чудо? — Конечно способна. Только чудо возвращает тебя ко мне. — Думаешь, наша любовь смогла бы забрать нас обоих? — Для нашей любви нет ничего невозможного.

— Эби! Не трогай её! Нам достанется от отца. Мальчик лет шести дёргал за юбку сестру, балансирующую на высоком табурете и тянущую руки к фолианту чуть ли не в половину её роста. На брата она внимания не обращала. — Эби! — настойчиво позвал мальчик. — Дилан, не мешай, — отмахнулась девчушка. — Когда отец узнает, что мы брали книгу из кабинета… Помнишь, как нам влетело в прошлый раз? — Sei noioso! — Эби показала брату язык. Сдунув непослушную кудряшку, упавшую на глаза, она продолжила с серьёзным видом: — Во-первых, если ты не скажешь, никто и не узнает. Во-вторых, я только немного почитаю и верну на место. А в-третьих, родителей не будет дома ещё о-о-очень долго. Дилан нахмурил брови, отчего его лицо вмиг утратило детские черты. Авантюрный характер сестры в сочетании с острым языком частенько впутывали их в неприятности. Её редко удавалось отговорить от какой-либо затеи, но даже зная, что добром дело не кончится, он бросался во все приключения, которые плутовка находила на их непослушные головы. Как старший брат, Дилан не мог оставить сестрёнку без присмотра, и совершенно неважно, что старше он был всего на несколько минут. Вот и сейчас, приняв её аргументы как данность, мальчик молча поддержал табурет. Приподнявшись на цыпочках, Эби поддела том пальцами — так, словно делала это каждый день — и потянула на себя. Завладев добычей, она кинула самодовольный взгляд на брата, спрыгнула с табурета и гордо прошагала в библиотеку подальше от места преступления. — Нам точно попадёт, — с досадой вздохнул Дилан и поплёлся следом за сестрой. Устроившись поудобнее, Эби что-то бормотала себе под нос, но магический замочек никак не поддавался чарам юной волшебницы. Исчерпав арсенал взламывающих заклинаний, она вопросительно уставилась на брата. — Не поможешь? — Ты и так хорошо справляешься. Ещё немного помучаешься и вернёшь книгу на место. Может, нам сегодня даже не влетит. — Да брось! Ты прям как крёстный. Такой же перестраховщик. — Опять дразнишься? — возмутился Дилан. — Не дразнюсь. Не ной и помоги мне, — Эби протянула маленькую ладошку, бросила на брата умоляющий взгляд больших миндалевидных глаз и пару раз хлопнула пушистыми ресницами. Она прекрасно знала, что этот приём беспроигрышно действует почти на всех. Почти. С матерью этот номер не проходил. Её невозможно было заставить капитулировать, пустив в ход лишь силу детского обаяния. Дилан сел рядом с сестрой, громко выдохнул и взял её за руку. Свободную ладонь Эби положила на обложку книги. Объединяя магию, они справлялись даже с сильными защитными заклинаниями. Так случилось и в этот раз: золотистые нити опутали обоих с ног до головы, и через несколько мгновений замок щёлкнул, открывая детскому взору пожелтевшие от времени страницы. — Что там? — заинтересованно спросил Дилан. Эби пожала плечами и сосредоточенно закусила губу. — Кабинет отца я знаю как нашу комнату, а эту книгу никогда не видела. Чары такие странные… Чувствуешь? Эта магия не похожа на мамины охранные заклинания. Забрав у сестры фолиант, Дилан ещё раз внимательно осмотрел его. Кожаную основу переплёта украшали филигранные узоры, а в центре замысловатой композиции размещался тёмный камень. При малейшем движении прожилки на минерале переливались от насыщенного синего до лазурно-голубого цвета — словно частичка северного сияния была заключена в украшение искусным ювелиром. На обложке не было ничего, что намекало бы на содержание книги или автора. Пролистав первые страницы, мальчик поднял глаза на сестру, разочарованно рассматривающую пустые листы. Недовольно помотав головой, Эби потянула книгу на себя и уколола палец о бронзовые завитки обложки. Алая капля, едва коснувшись пергаментной страницы, впиталась, и на ней аккуратным почерком проступили строчки:

Память — истинное сокровище, дарованное нам природой. Её необходимо бережно пронести сквозь время, не проронив ни единой крупицы. Иногда, чтобы не потерять себя, необходимо делиться воспоминаниями. Данный дневник является подлинной историей тех, кто отдал жизни ради мира и новых поколений.

— Это дневник. А чей? — Дай сюда, — Эби поспешно вытянула у брата находку. Её взгляд пробежался по строкам. — Подлинная история? Значит, настоящая? Думаю, это должно быть интересно. Как считаешь? Заметив в глазах сестры озорные огоньки, Дилан понял, что отговорить маленькую упрямицу от затеи и вернуть книгу на место в ближайшее время не удастся, поэтому он просто кивнул. Улыбнувшись брату, Эби уселась на диване поудобнее, положила огромный том на колени и начала читать вслух. — Моя история начинается в Хогвартсе весной 1998 года… — Подожди, это не тот Хогвартс, о котором мы читали в «Истории магии. От Мерлина до наших дней»? — Дилан, будешь перебивать, я буду читать про себя. — Всё. Я молчу. Продолжай. — Дилан скрестил руки на груди и кинул на сестру обиженный взгляд. — Да, думаю, это тот самый Хогвартс. Слушай дальше… Весной 1998 года. Война закончилась…