Смирись, нас связывает одна нить.

— М-а-ам! Аня пришла! — прокричала Даша, затаскивая за руку смущённую Василькову. — Привет, Ань. — послышался из кухни раздраженный голос. — Не переживай, это у нее торт не получился, — прошептала подруге Рязанцева.– Хэм, мам, тогда можно мы заберем тортег? — Ладно, берите. Даша подмигнула Ане и сказала проходить в комнату. На стенах, покрашенных в нежные кофейные цвета красовались разные рисунки, плакаты и фотографии. — Все же решила брать этот? — Ага. Он ярче и как-то… Ну не знаю, мне он короче больше понравился, — входя в комнату с подносом с чаем и тортом сказала девушка. — Ну, рассказывай, как жизнь молодая?       Описывать пустые разговоры обо всем я не вижу смысла, поэтому перейдем к Юрцу-голубцу.       Экзерсис у станка сильно выматывал парня. Даже больше чем основные тренировки на льду.       Во время разминки у станка приходилось думать только о своем теле и полностью погружаться в себя, контролируя стопы, коленки, шею и руки. Юрию не составляло труда сосредоточиться на этом. Обычно. Обычно не составляло. Сейчас в его голове крутились не только коньки, лёд и игры. В ней поселился кто-то ещё. Кто-то, к чему фигурист и не испытывал особой симпатии, но и отвращения тоже. Что-то непонятное и смешанное.       Закрывая глаза вместо обычной темноты мелькал знакомый образ. Неприметные серые глаза, неуверенная улыбка, «острые» локти, ярко выраженные ключицы. Эти веснушки, которые раньше казались юноше нелепыми и как мухи насрали, теперь имеют статус «ничо так». Плисецкий распахнул глаза. Хватит, с чего вдруг он вспомнил Аню. — Батман девлопе* на левую ногу. — спокойным, даже немного тихим голосом сказала Барановская. Классическая музыка и атмосфера работы убаюкивали. Особенно если ты делаешь скучные упражнения уже около часа без передышки. Юрий тяжело выдохнул и убрал прядь с волос с левого глаза, чтобы окончательно не ослепнуть. — Устал? — Приподняв брови спросила хореограф. — Нет. — не то чтобы Юра устал, но руки немного затекли. — И все же я предлагаю передохнуть. В шпагате, естественно. — Лилия поставила перед учеником стул. Положив одну ногу на верхнюю палку, а вторую на стул Юрий прогнулся к задней ноге и тихо отсчитывал про себя 2 минуты. — Ты сегодня какой-то несобранный, — тем же спокойным и непринуждённым голосом сказала Лилия, спустя ~2 минуты. — Разве? — Да. Во время растяжки ты не натянул носки и сократил шею. — Я все исправлю. — Отдохни пока. На сегодня ты достаточно потренировался, чтобы выйти на лёд. — женщина пошла выключать музыку, оставив Плисецкого ненадолго одного со своими мыслями. Вернёмся же к нашем девочкам. — Вот оно как… — прикусив указательный палец протянула Даша. — Ну ты это, главное не бойся. Они спокойно все обсудят и типо, ну, взрослые же люди. — Я не уверена в этом… В прошлый раз произошел скандал. — схватившись за голову Анна упала на колени подруги и свернулась клубочком. — Извини, что впутываю тебя в свои проблемы. — Ничего, мы же всё-таки друзья. — девушка погладила подругу по голове. — Ну не грусти, хочешь, пофоткаем тебя? — Девочки, мы пошли! — послышалось из коридоре. — Куда это они? — приподнявшись спросила Аня. — К друзьям. Пойдем, проводим. — Так, девочки, без глупостей, хорошо? Ань, мы на тебя надеемся, ты же тихая, спокойная. — говорил отец Даши. — Пап, ну блин! — Хорошо, дядь Александр, я просмотрю за ней. — с усмешкой сказала Аня и обняла подругу за шею одной рукой. — Саш, ну пойдем уже. Они взрослые, сами справятся. — посмотрев на время сказала Ольга. — Ну все, давайте. — Давайте. — До свидания, хорошо провести время.       Даша закрыла дверь за родителями и улыбнувшись Ане спросила: «Ну так что, фоткаться будем?» Васильковой очень нравились снимки Рязанцевой. Уж что, но фотографировала Даша и вправду круто. Отыскав в шкафу бенгальские огни, Рязанцева принялась за составление образа для подруги.       Аню одели в белое платье и сделали небольшой макияж. Больше всего девочки заморочились с освещением и поиском локации в квартире. Когда все было готово, Даша зажгла бенгальские огни. Поначалу все шло хорошо, даже отлично. Аня послушно выполняла все показания подруги. Но вот девушки не учли одного. У Васильковой пышные волосы и некоторые волосинки иногда выбиваются из общей копны.       Так было и сейчас. На несколько волосков попали искры огня. По цепной реакции это перешло на основной объем. — Чем воняет? — принюхиваясь спросила Даша. — Стоп… Аня, твою мать, ты горишь! — Рязанцева стала метаться в поисках воды или чего-нибудь, чем можно было потушить «пожар».       У Анны какое-то шоковое состояние, она даже не понимает, что вообще происходит. Когда до нее дошло было уже слишком поздно. Сгорело см 20-30. Аню сейчас особо ничего не волновало кроме как спасения волос, поэтому недолго думая девушка начала тушить локоны голыми руками. Спустя секунду стало понятно, что это не самая лучшая идея. Даша схватила первую попавшуюся под руки вещь. Футболку Ани. — Боже, щас бы так и сгорела… — немного трясясь пробубнила Василькова. — Спасибо, Даш. — Что спасибо? Ты на свои волосы посмотри. — русая подошла к шкафу и достала из шкатулки деньги. — На, — она положила их Ане в руку. — это тебе на стрижку. В карих глазах девушки читалось сожаление, как будто она специально подожгла волосы подруги. — Эй, ты чего? Да мы сами эти волосы отрежем. Это же твои на покраску, ты дура что ли? — Аня отложила купюры и обняла подругу. — Заплачь ещё, Тереза.

***

      Приведя комнату в порядок, Василькову осенило. Мама, что скажет мама? Черт. Инна конечно понимающая женщина, но дочь даже не предупредила ее о таких изменениях. — Дашь? — А? — ища ножницы спросила та — А мама то что скажет… А твои родители, они же подумают что мы натворили что-то. — Точно… Ну, мама и папа завтра в ~6 вернутся, значит тебе нужно успеть уйти. А твоя мама… Ну, я не думаю, что она тебя налысо побреет. Наверное… — Поддержала блин. — Ох, черт, ещё же футболку покупать надо.

***

      Юрий плюхнулся на лавку. Сняв мокрую от пота футболку он облокотился спиной о стену и закрыл глаза.       Его после тренировочную идиллию прервали шумные хоккеисты, которые пришли на последнюю тренировку перед предстоящим матчем.       Не смотря на то, что Юра был гораздо ниже и слабее по комплекции, его остерегалась вся команда. — Юрий, стена ж грязная. — шипелявя сказал вратарь. — Мне все равно. — сухо ответил фигурист и стал переодеваться. На улице все так же хлестал дождь. «Как осенью» — подумал парень и открыл зонтик. Вставив в уши наушники он начал проверять соцсети. От Ани не было ни одного сообщения. «О, отлично, огромное спасибо Миле» — набранное утром сообщение парня так и осталось набранным. «Уж лучше поздно, чем никогда» — подумал Юрий и нажал на кнопку «отправить». По пути домой Плисецкий решил зайти в пекарню и вообще посмотреть что там да как.       На витрине красовался свежий хлеб, разноцветные кексы и печенье. Что не говори, а запах стоял сногсшибательный. Особенно когда ты голодный и вымотанный после тренировки.       Взяв багет, несколько пирожков с мясом и картошкой парень пошел на кассу. — С вас 237 рублей. — с улыбкой проговорила бабушка за кассой. — Ой, нет, карты не принимаем. Есть наличка? — Уфф, да, вроде была. — фигурист начал обшаркивать карманы в поисках денег. Он точно знал, что что-то должно быть. — Вот. — парень положил мелочь в ладонь женщины. — Тут не хватает 10 рублей. Знаете, когда на кассе не хватает денег, а за тобой как минимум 2 человека даже ледяной тигр России начнет паниковать и соглашаться на все, что предлагает продавщица. — Возьми ещё печеньки с предсказаниями. Да ты не боись, они бесплатные. — без всякой задней мысли усмехнулась бабушка. — Да-да, давайте. — в голове у Юрия сейчас были только эти несчастные 10 рублей. — Нашел! — он протянул кассирше монеты, а она ему 2 печеньки.       Быстро бросив все в пакет фигурист пошел домой, отчитывая себя за то, что он так затупил.