Адвокат Дьявола

      Проснувшись, Малфой явно не ожидал увидеть в своей постели Гермиону. Он был уверен, что она, как трусиха, сбежит после случившегося. Драко смотрел на спящую девушку и прокручивал в голове события последних дней. Стоило признать, что он даже благодарен херовой Мие за то, что она так удачно умерла. Не случись этого, Малфой продолжил бы вести свой привычный образ жизни с бесконечной выпивкой и девками, половины имён которых даже не помнит.       Нарциссу схватил бы удар, узнай она, как сын прожигает молодость, и на что спускает их сбережения. Повезло, что его матушка сейчас находится далеко отсюда. Сразу после того, как их оправдали, Миссис Малфой перебралась в поместье на юге Франции, туда, где не знали подробностей деятельности Пожирателей Смерти и Тёмного Лорда.       Она часто интересовалась в письмах, не планирует ли сын остепениться или хотя бы заняться каким-нибудь делом. Денег у них осталось много, но Нарцисса не одобряла, что Драко всё попросту растрачивает, не заработав ни галеона.       Малфой игнорировал просьбы матери взять себя в руки. Он не хотел работать на жалкой работёнке в Министерстве и зарабатывать копейки, но понимал, что когда-нибудь придётся с этого начать, чтобы восстановить репутацию семьи в обществе.       Если бы Люциус был жив, то точно от него не отстал, постоянно напоминая о величии рода Малфоев, которое они потеряли. Слава Мерлину отец никогда не узнает, что он переспал с грязнокровкой и не с простой, а с самой подругой великого Поттера. Люциус перевернулся бы в гробу и отрёкся от такого сына. Драко усмехнулся своим мыслям.       В окно спальни постучал чёрный филин, в клюве которого он увидел письмо, зная заранее, что оно от Нарциссы. Впустив птицу, Малфой взял запечатанный конверт и развернул его. «Дорогой сын, Сегодня утром я получила свежий выпуск Ежедневного Пророка, в котором увидела статью о твоём аресте и обвинении в убийстве неизвестной мне девушки. Сложно описать словами, что именно я почувствовала, когда прочитала подробности. У меня до сих пор дрожат руки, пока я пишу тебе это письмо. Драко, скажи мне, что всё прочитанное — ложь, и ты не виновен, иначе я прямо сейчас трансгрессирую к тебе в поместье и подниму на уши Министерство. Я очень переживаю за тебя, сын. Во что ты опять ввязался? Да ещё и втянул Гермиону Грейнджер в это дело. Ответь на моё письмо сразу, как только прочтёшь, считай, что это приказ! С любовью, твоя мама.»       Драко в шоке перечитывал строки раз за разом. Что за херня? Откуда газеты узнали обо всем? Если это чёртов Уоррен, то он сам его убьет! Никто не имеет право заставлять нервничать Нарциссу, она и так многое пережила из-за отца.       Драко незамедлительно написал ответ, заверив мать, что ничего не совершал, и что его подставили. Также подчеркнул, что Грейнджер является его адвокатом, прекрасным адвокатом, и поможет разобраться в этом деле. Хоть бы девушка не видела эти строки, а то ему придётся оторвать себе язык за такое признание. Он также пообещал, что навестит мать в ближайшее время, чтобы рассказать все подробности, потому что не хотел сообщать их в переписке.       Отправив письмо, он заметил, что Гермиона проснулась и смотрела на него растерянным взглядом. — Вставай, Грейнджер. У нас проблемы, — выпалил он. — И тебе доброе утро, Малфой. Мои проблемы начались с первой встречи с тобой и продолжаются по сей день, — съязвила девушка. — Что стряслось? — Гермиона заметила его обеспокоенный взгляд. — Моё дело опубликовано в Пророке. — Что? Но откуда? — Грейнджер вскочила с кровати, оказавшись перед ним в одном бюстгальтере и задранной юбке. — Очень воинственный вид, — Малфой скептически вскинул брови, рассматривая её грудь.       Заметив его разглядывания, Гермиона поспешно прикрылась простыней. — Хватит пялиться! Давай выкладывай, что именно там написано? — Не знаю. — Малфой, ты идиот или прикидываешься? Заканчивай огрызаться, я тебя серьёзно спрашиваю, — Грейнджер снова раздражала его манера общения. — А я тебе серьезно отвечаю, перестань верещать, как истеричка, у меня уже голова от тебя болит, — начал он ныть. — Ты невыносим! — Гермиона начала поспешно собираться. — Уже уходишь? — продолжил издеваться Драко. — Где эта чёртова газета? — девушка принялась искать «Пророк» по комнате.       Малфой наблюдал за ней, едва сдерживая улыбку. Растрепанная Грейнджер в помятой одежде после секса со своим врагом. А её волнует жёлтая газетёнка, а не события вчерашнего вечера, которым она словно не придала значение. Какой профессиональный подход к работе, интересно, она со всеми своими клиентами спит? Драко передёрнуло от этих мыслей. — Грейнджер, можешь не стараться, тут его нет. Газетёнка, скорее всего, валяется в столовой. Хотя я много раз просил Тинки сразу сжигать этот мусор, — признался он.       Гермиона ринулась к двери, задев Драко плечом, и вылетела из комнаты. Малфой отправился за ней следом.

***

      Грейнджер нашла свежий номер ненавистного «Пророка» на столе в гостиной. Взяв его в руки, она ахнула. На обложке красовалось фото Драко с заголовком: «Оправданный Пожиратель взялся за старое?», а ниже было размещено её фото в строгом костюме на одном из недавних заседаний в суде. Надпись под фото гласила: «Удастся ли Героине Войны подключить свои связи и снова спасти Мистера Малфоя? Подробности дела на 6-8 странице».       Гермиона поспешно перечитывала страницы статьи, где также было добавлено фото Мии и подробности дела Малфоя. Ну и сука эта Скитер! Видимо, ей не хватило угроз на четвёртом курсе. Повезло, что имя Гарри нигде не фигурировало, что так же показалось странным, как будто какие-то детали скрыли.       Чёрт, чёрт, девушка в панике осела на пол. Рон ведь каждый день читает «Пророк» и увидит эту статью. Что же ей делать? Он будет в бешенстве. Они с Гарри не хотели, чтобы об этом деле знала общественность. — Что такое, Грейнджер? — её вырвал из мыслей голос Малфоя. — На, читай! — она швырнула ему в лицо газету.       Драко оценил первую полосу, мысленно похлопав Скитер за цепляющий заголовок, и быстро пробежался по содержанию статьи. Малфоя оно особо не удивило, потому что про него писали вещи похуже, конечно, он не сравнится со своим отцом, но тоже недалеко от него ушёл. Теперь понятно, почему Нарцисса так переволновалась. Тот, кто слил дело прессе, за это ответит. Драко был зол.       Тут он заметил реакцию Гермионы, которая сидела на стуле, опустив пустой взгляд в пол. — Грейнджер, неужели ты так расстроилась за меня? Это всего лишь жалкая газетёнка, — усмехнулся он. — Мне было бы плевать на то, что там написано, если бы здесь не было моего фото! — воскликнула она. — Боишься, что я очерню твое светлое имя? — Малфой выглядел суровым. Ему не понравилось, что Грейнджер так его стыдится. — Да плевать мне на мое имя! Эту статью увидит Рон! — Ох, точно. Как жаль, что чёртов Уизли увидит твоё фото в газете с Мерзким Пожирателем, какой позор! — Драко завёлся не на шутку. — Ты не понимаешь. Я не так ему хотела рассказать, — Гермиона удручённо спрятала лицо в ладонях. — Мне плевать на твоего Уизли! Хватит разводить сопли. Здесь нет никаких провокационных фото, а могли бы быть, если бы я вчера сделал несколько колдографий, — Малфой как обычно бил по самому больному. — Какой же ты козёл! — из глаз девушки полились слёзы.       Малфой явно не ожидал такой реакции и застыл в ступоре. Он не выносил женских слёз. Гермиона вся сжалась и выглядела сейчас такой крохотной и беззащитной, что захотелось прижать её к себе. Его пугали те чувства, которые в нём вызывала Грейнджер. Он почувствовал себя последним подонком, потому что каждый день доводил её.       Девушка всхлипнула, подтянув на себя ноги, и опустила голову на колени, закрывшись от Драко. — Как я теперь буду смотреть ему в глаза? — прошептала она.       Как бы Малфой ни ненавидел Уизли, при виде такой Грейнджер у него сжималось сердце. Поддавшись минутной слабости, он подошёл к ней, аккуратно оторвав её руки от лица, и потянул на себя, заключая в объятья. Гермиона в шоке задержала дыхание и замерла в его руках, до конца не веря происходящему, но спустя мгновенье спрятала голову у парня на груди, обнимая в ответ, продолжая всхлипывать.       Драко осторожно гладил девушку по волосам, шепча успокаивающие слова, которые даже не мог потом вспомнить, а она постепенно затихала и приходила в себя. Впервые Драко Малфой показал кому-то, кроме матери, свое сочувствие.