Голубое недоразумение

      — Выглядишь неважно, Сей-чан. — Мибучи прислонился к дверному косяку, сочувственно поглядывая на товарища. — Что же так утомило нашего капитана?       Акаши молчал. Его взгляд был устремлён в планшет с данными о противнике, но содержание текста упрямо игнорировалось. Гудела голова. Доносившиеся из зала визг болельщиц разбивал вдребезги хвалёное самообладание капитана баскетбольной команды Ракузан. Он знал, что шум лишь усилится, когда и он сам отправится на площадку. Как же он докатился до того, что не хочет играть в баскетбол из-за девчонок? Пусть матч и тренировочный, но всё же…       — Не выношу их вопли, — вздохнул красноволосый и устало потёр виски. — Рео, передай менеджеру, чтобы выпроводил зрителей… Иначе я сам их вышвырну.       Мибучи понимающе улыбнулся. Он уже давно догадывался о причинах головной боли своего капитана — девушки. После прошлогоднего поражения и заметного смягчения нрава Императора, он вдруг стал чересчур популярным среди представительниц женского пола. То есть, на него и раньше восторженно глазели, вот только число рискнувших сократить дистанцию, чтобы в лицо признаться в нежных чувствах, равнялось приблизительно нулю. Император умело отпугивал своей аурой любого желающего стать к нему ближе. Но теперь-то он куда меньше злобно зыркал по сторонам, и фанатки практически облепили его с ног до головы.       Мибучи сощурил раскосые глаза и высказал то, что не раз обсуждалось за спиной Акаши:       — Заведи себе девушку. — Атакующий защитник расплылся в сладкой улыбочке, когда заметил мелькнувшую в глазах капитана злость. — Выбери себе одну, и остальные сами по себе отстанут.       Акаши вновь обратил своё пристальное невнимание на планшет с данными. Он бесился, но отчего-то предложение Рео не казалось ему таким уж глупым. Раньше — да, он бы сразу отправил его бегать вокруг школы трое суток без перерыва на сон и еду. Но не в этот раз. Капитан вынужденно признал правоту подопечного. Как ни крути, а с похожей проблемой сталкивался Котаро: за ним увивались барышни ровно до того момента, пока он не засветился под ручку с одной весьма привлекательной первокурсницей из клуба лёгкой атлетики. За неделю юная прелестница распугала своим присутствием почти всех одержимых блондином девчонок. Да и вообще из всего основного состава баскетбольной команды по какому-то фантастическому стечению обстоятельств один лишь капитан оставался холостым. Ирония судьбы: во всем первый, а вот в плане подвигов на любовном фронте умудрился осесть на позорную нижнюю строчку рейтинга — на самое что ни на есть дно.       В Тейко было не лучше, ведь из-за статуса его боялись как огня, несмотря на всё тогдашнее дружелюбие. Это угнетало. И Акаши всерьёз задумался о перспективе завести отношения. Вот только с кем? К решению этого вопроса следовало подойти со всей ответственностью.       — Я выйду в третьей четверти, — сухо сообщил Акаши. Взгляд разного цвета глаз устремился на вице-капитана: — Не забудь передать менеджеру приказ. Не хочу, чтобы к моему появлению на площадке в зале остался хоть один посторонний.

***

      Шоги — единственная в мире вещь, способная утихомирить и расслабить Акаши Сейджуро. Парень развернул доску и принялся обдумывать дальнейший ход, а вместе с тем и совет Мибучи. Острый взгляд опустился на взятую только что ладью. За окном уже стемнело. Нехотя Сейджуро оставил партию до следующего дня. Ему незачем было убирать доску с фигурками. Он точно знал, что его шоги никто не тронет, доска останется на прежнем месте, а фигурки и на миллиметр не сдвинутся. Только взятая ранее ладья будет отсутствовать, так как её заберёт сам Акаши.       Красноволосый задумчиво подбросил фигурку в воздух. Что же ему было делать? Он не хотел отношений. Девушка могла интересовать его ровно до того момента, как умудрялась раскрыть рот. Бессвязная речь, робкое блеяние и пристыженный взгляд убивали всякое желание продолжать общение с представительницей противоположного пола. Какой бы красавицей она ни была. Акаши, как и любой другой парень его возраста, был заинтересован в женском теле, но ввиду своей гениальности и сурового характера на дух не переносил тупиц, которые его окружали. Из всех возможных вариантов его больше всего устроили бы фиктивные отношения. Это было бы идеально.       Капитан мысленно составил список параметров для будущей партнёрши, но быстро смекнул, что под его требования из полсотни пунктов вряд подойдёт хотя бы одна ученица Ракузан. Обречённо вздохнув, Акаши сократил требования до трёх основных пунктов — скудновато, но лучше одна «терпимая» под боком, нежели толпа туго соображающих, что ему, Сейджуро, они даром не нужны.       Последними по важности шли внешние данные. Без этого никак. Девушка должна обладать конкурентоспособной внешностью, чтобы у других не было желания красоваться перед ним и пытаться увести. Интеллект в отличие от привычных убеждений капитана был на втором месте. Его подружка, пусть даже подставная, не должна быть идиоткой. Хотя бы с уровнем iq выше среднего, иначе у него лопнет голова. Ну и на первое место Акаши возвёл самое главное требование — она должна быть скромной. Громкие и буйные всегда раздражали, а вот тихоня слова поперёк не скажет, да своими девчачьими проблемами заваливать его не станет.       Был ещё маленький подпункт касательно уровня заинтересованности в нём: чем меньше он нравится девушке — тем лучше. Симпатии на уровне «чуть больше, чем просто знакомые» было бы достаточно, чтобы «отношения» не доставляли ему дискомфорт.       На самом деле, он нихрена не смыслил в психологии отношений мужчины и женщины, но признавать, что откровенно плох (почти лох) в таком, казалось бы, элементарном вопросе, было чертовски стыдно. Поэтому Акаши наглухо отбил у самого себя желание искать по симпатии, и руководствовался исключительно холодным расчётом.       А ещё детским капризным «не хочу, не буду», но это он тоже отрицал.

***

      У Дайки запросов было в разы больше, но ему всё равно везло, а вот Акаши уже третью неделю перебирал всех барышень в школе, и ни одна из них не годилась от слова совсем. Что ни девушка — мимо. Одна ему раздражающе звонко смеётся, а другая — тихо бубнит. Третья шаркает ногами или громко стучит чашкой о крышку стола на обеде. И подобных отмазок было не меньше сотни: юбка мятая, коленка подбитая, волосы короткие… длинные, слишком прямые, чересчур кучерявые. И плевать, что это были капризы сверху его «трёх пунктов». Казалось, что Акаши попросту искал повод слить любой более-менее подходящий вариант. И это работало. Он сам понимал, что откровенно прятал голову в песок, но продолжал упрямо воротить нос, вычёркивая из списка одно имя за другим.       Им почти овладело отчаяние, как вдруг с больничного вернулась староста параллельного класса.       «Куроко Тецуя» — прочёл Акаши на бейдже её коричневого форменного пиджака. Девушка была бледная, изящная, тихая и довольно симпатичная, а раз уж староста — точно не дура.       «Вариант…» — про себя подумал парень, пытаясь понять, почему раньше её не замечал и как так вышло, что в его списке даже имя её не значилось. Пропустил? В это сложно поверить, но другого объяснения он не находил. Не почудилась же она ему в конце-концов. Не галлюцинация же, верно? Шизофреней-то он не страдал.

***

      Голубоволосая девушка сжала губы тонкой линией и бросила сердитый взгляд в ту часть класса, где Акаши отчитывал нового игрока основного состава баскетбольной команды. Краем глаза он заметил её приближение, но реагировать никак не стал. Выжидал, не зная, чем вызван гнев на её по-детскому милом личике.       Тонкий женский голосок прервал поток нравоучений из уст капитана. Куроко мельком встретилась взглядом с Акаши и коротко кивнула в знак приветствия, после чего обратилась к пристыженному баскетболисту:       — Такуми-кун, мне надоело нянчить тебя. Учитель сообщил о твоих проблемах с успеваемостью. Не закроешь физику с химией — получишь запрет на участие в клубной деятельности. — Староста скрестила руки на плоской груди, изучая полный отчаяния взгляд, который метался между ней и разгневанным капитаном. — В последний, запомни, Такуми-кун, я в последний раз помогу тебе, а дальше — пусть хоть из школы выгонят. Останешься после уроков сегодня.       — Но… — Такуми поднял было руку, бросая опасливый взгляд на Акаши, который явно не был в курсе его проблем с учёбой. — У меня сегодня тренировка после уроков.       — Мне ли не всё равно? — Куроко опустила руки и развернулась на каблуках. — Можешь даже не рассчитывать, что я буду подстраиваться под твой график, — бросила она, занимая своё место в соседнем ряду.       Акаши уловил взглядом скатывающуюся по парте старосты ручку. Бледные пальцы ловко подхватили её. Возвращая норовивший сбежать предмет, капитан баскетбольной команды вновь встретился взглядом с голубыми глазами Тецуи.       — Ничего не имею против.       Староста с нерадивым товарищем по команде восприняли его слова как разрешение пропустить тренировку ради дополнительного занятия по химии. Не без этого, конечно, но в первую очередь Сейджуро согласился с кандидатурой Куроко Тецуи на роль своей девушки. Дело осталось за малым.

***

      Долго искать повода для встречи не пришлось: на одном из заседаний школьного комитета достаточно было просто попросить Куроко остаться. Девушка слегка удивилась, но отказывать не собиралась.       Ученики помаленьку разбредались, а президент не спешил с объяснениями, зачем Тецу ему понадобилась. Девушка, чтобы скоротать время, принялась собирать планшеты с распечатками и расставлять по алфавиту папки на полки высоких застеклённых шкафчиков. Она и не заметила, когда последний из членов студенческого совета покинул кабинет.       — Тецуя, — девушка вздрогнула, услышав своё имя, и обернулась, — я бы хотел обсудить с тобой личный вопрос. — Президент жестом предложил ей занять место напротив.       Куроко искренне недоумевала, какие личные вопросы могли возникнуть у этого человека. Ещё и по имени к ней обратился… Если бы она не знала, что в такой манере Акаши обращался ко всем поголовно, то непременно возмутилась бы. Но корона на голове Императора сидела как влитая, а потому девушка постаралась воспринять фамильярность как должное и, смолчав, села за стол.       Акаши барабанил пальцами по лакированному светлому дереву. Напряжённая ситуация. Он не знал, как подступиться. Поэтому, как обычно и случалось, рубанул с плеча:       — Я бы хотел, чтобы ты стала моей девушкой.       — Нет, — без колебаний ответила Куроко.       Подобный поворот событий он тоже предугадал. При отрицательном ответе он собирался продолжить поиски или отказаться от затеи полностью. Но какое-то неприятное чувство грызло изнутри. Впервые в жизни он предложил встречаться девушке и получил от ворот поворот. Это было обидно. Хоть он и старался убедить себя, что всему виной потраченное на кандидаток время, но по факту была задета гордость.       Президент скрестил руки на груди и уставился на девушку:       — Почему? — холодно уточнил он, считая себя в праве знать причину отказа.       — Потому что я тебе не нравлюсь, — абсолютно невозмутимо ответила Куроко, чем поразила Акаши. Приподнятая алая бровь явственно указывала на желание узнать, с чего она пришла к подобному выводу, и девушка равнодушно пояснила: — Ты не обращал на меня внимания ни год назад, — она заправила длинную голубую прядь за ушко, — ни ещё раньше — в Тейко. Так с чего вдруг предлагаешь встречаться? Не знаю, зачем ты это делаешь, но прошу прекратить. Похоже на дурацкий розыгрыш, и я нахожу это оскорбительным.       Так как без позволения президента студсовета девушка уходить не собиралась (мало ли чем могло аукнуться), Акаши решил слегка злоупотребить своим положением и задумался. В Тейко? Он действительно не мог припомнить, чтобы они учились вместе. Если Тецуя сказала так… Неужели они часто пересекались в те времена?       Сейджуро пристальным взглядом сверлил старосту параллельного класса. Оказывается, эта девушка уже дважды ускользнула от его всевидящих глаз? Разве такое возможно? Она довольно невзрачна, но не настолько, чтобы вовсе игнорировать её существование.       — Я уже жалею, что упомянула Тейко… — Тецу негодующе покачала головой. Пронзительный взгляд голубых глаз обратился к президенту: — Не забивай голову, всё равно не вспомнишь. Так, к слову пришлось. Мы иногда сидели рядом во время экзаменов и пересекались на обеде. — О том, что она полгода таскалась за Момои Сацуки на все тренировки баскетбольного клуба, Тецуя решила промолчать — её до недавних пор мало кто замечал.       Акаши кивнул, принимая пояснения. И всё равно отказ его не устраивал. Откуда ей знать, что он не наблюдал втихую? Хотя, кого он обманывает… Ни Сейджуро, ни тем более Император не были трусливыми мальчишками, которые побоялись бы подойти к понравившейся девушке. Его не интересовала погоня за юбками, а юбку Куроко Тецуи он и вовсе не помнил. Мог бы даже поклясться, что она солгала, чтобы выставить его дураком.       — Должен признать, я действительно не интересовался тобой, — согласился он. И добавил: — Но всё изменилось.       «Издевается что ли?» — Тецу была уверена, что он впервые увидел её пару дней назад, когда она отчитывала Такуми. Без преувеличения. До этого он не замечал её, не знал её имени, не подозревал, что они делили крышу уже второй подряд школы. Куроко бы не удивилась, если бы кто-то сказал, что Акаши, просматривая рейтинг лучших учеников Ракузан, забивал на арифметику и пропускал пятую строчку, потому что занимавшая её «Куроко Тецуя» не существовала в его мире.       Будто не замечая отлучку собеседницы в глубины подсознания, Акаши невозмутимо продолжил:       — …сейчас я склонен считать, что отношения с противоположным полом не являются бременем.       Акаши как раз собрался в стиле сухого отчёта зачитать девушке перечень достоинств, которые успел подметить. Без шуток. Она действительно была умна, привлекательна и, что он находил поистине прекрасным, уравновешена. Одним словом — идеал. Заполучить сей экземпляр хотелось всё больше. Вот только Тецу его речи не переубедили: она по-прежнему считала, что как девушка ничуть его не привлекает.       — Давай начистоту, — Куроко сделала предупреждающий жест ладонью, прося таким образом не продолжать развешивать на её ушах гирлянды из лапши, и нахмурилась. — Просто скажи, чего ты на самом деле добиваешься. Продолжишь настаивать на внезапно проснувшейся симпатии, и я откажу тебе, даже если начнёшь декламировать хайку о любви.       Упрямая, но не дура. И даже цену себе знала, если не собиралась просто согласиться, невзирая на его мотивы, какими бы они ни были. Это слегка раздражало, но он такую и искал. И, быть может, её удастся уговорить на фиктивные отношения.       Тецу продолжала выжидающе смотреть на него, рассчитывая на благоразумное признание. Тем более, что она догадывалась, зачем ему вдруг понадобилась девушка. Разные слухи ходили по школе, и если раньше она закатывала глаза, не веря ни единому слову, то теперь была склонна пересмотреть выводы. Красивый парень, спортивный… Воспитанный и интеллигентный. Из богатой и очень влиятельной семьи. Он мог бы указать пальцем на любую свободную ученицу Ракузан и получить её без сопротивления. И всё же оставался одиночкой. Тецу не относилась предвзято, да и у богатых свои причуды… В современном мире было дозволено всё. Кто сказал, что отпрыск Акаши не мог «отклониться от курса»?       Но спешить с выводами не стоило. Куроко сложила руки на груди и ждала, когда Акаши снизойдёт до объяснений.       — Начистоту? — Всё или ничего. Тецуя дала понять, что марионеткой быть не желает, и рассчитывать ему оставалось исключительно на чистосердечное признание. — Мне нужна постоянная девушка, чтобы остальные оставили меня в покое. Их внимание… мешает сосредоточиться на более важных делах.       Зачем девчонка для отвода глаз, если можно просто взять и начать по-нормальному встречаться? Ситуация постепенно прояснялась. Сомнений насчёт ориентации этого парня почти не осталось.       — Почему выбрал меня? — из чистого любопытства спросила Тецу.       — Привлекательная, умная, спокойная — три критерия, которыми я руководствовался во время поисков. Ты подходишь идеально, чтобы успешно пустить пыль в глаза окружающим и при этом не мешать мне жить.       В этот раз смех сдержать не удалось. Тецуе показалось, или слова Акаши можно было расценить как комплимент? С натяжечкой, но всё же было близко. Этот парень явно не мастер в общении с противоположным полом. Однако теперь она понимала, в чём причина.       — Какой мне толк с тобой встречаться? Ещё и понарошку…       Сейджуро оценил деловую хватку. Его даже не оскорбило, что Тецуя запросила своеобразную «плату». Всё-таки он сам не видел в ней романтического потенциала. Парень и в себе-то не находил нежных душевных порывов, смиряясь однажды, подобно родителям, вступить в брак по расчёту. Все стороны ищут выгоду, и Тецу не была исключением. Это её законное право.       — Зависит от того, чего ты хочешь, — спокойно ответил Сейджуро. — Я не скуп на благодарности, Тецуя. Можешь назначить цену или попросить об ответной услуге.       Над этим стоило задуматься. Очень даже неплохо, когда у тебя в должниках ходит сам Акаши. Не то чтобы Куроко хотела выжать из него побольше выгоды. В целом, она уже не сомневалась, что за скелет этот парень припрятал с своём шкафу, Это было довольно очевидно, если разложить по полочкам все его намёки. Уж больно он нелюдимый. Совершенно несвойственное поведение для такой яркой личности. А если припомнить о его необычайно тесном общении с Мидоримой Шинтаро в средней школе: на фоне безразличного отношения капитана ко всем остальным — к членам команды в том числе — эта парочка смотрелась подозрительно…       Довольно нелегко, наверное, быть геем с такой известной фамилией. На свидание не сходишь, за ручку в парке не подержишься… Ещё и липли всякие фанатки как мухи на мёд. Наверняка это жутко напрягало Акаши. А если предположить, что у него всё-таки кто-то был — тот же Мидорима, например, — лишнее внимание только усугубляло положение. Сложно крутить однополые шашни под прицелом армии внимательных девиц.       В сердце Куроко разгорелся праведный гнев: всё это так несправедливо по отношению к Акаши… Каждый имеет право на личную жизнь. Ей припомнилось, как её же собственная мать выставила за дверь мальчика, в которого Тецу имела неосторожность втрескаться. Он был из небогатой семьи. Вот так просто: в кошельке её парня было меньше денег, и этого оказалось вполне достаточно, чтобы задушить невинные чувства.       Обида на родителей породила желание помочь притеснённому Акаши. Отношений у Тецу не было. С учётом настроения предков, ей светило остаться девственницей лет так эдак до тридцати. Терять, собственно, нечего. Даже если бы Акаши не согласился отплатить ей за оказанную услугу, Тецу была бы не против помочь.       — Хорошо, — коротко кивнула девушка, — я согласна.       Акаши склонил голову набок, в душе поражаясь, что Куроко согласилась на этот цирк без колебаний, узнав его истинные мотивы:       — И чего же ты хочешь взамен?       И правда, чего? В деньгах она не нуждалась, с учёбой проблем не имела, отношения со школьным советом складывались вполне неплохо… Ей, пожалуй, не о чем его просить. Или…       Взгляд голубых глаз помрачнел, и Сейджуро показалось, что чистое весеннее небо затянуло грозовыми тучами — Куроко злилась.       Начиная с первого года обучения было одно имя, услышав которое Тецу ощущала подступающую тошноту:       — Мураками Чихару, — бесцветным голосом назвала девушка ту, которой удалось выдавить из неё горькую слезу обиды. Акаши выглядел заинтересованным. — Тебе это под силу, — Тецу держала под контролем эмоции, но по глазам было видно, что в душе у неё десятибальный шторм. — Я хочу, чтобы Мураками Чихару не выиграла тендер по организации школьного фестиваля в этом году.       Акаши покачал головой и посерьёзнел. Вообще не то, на что он рассчитывал.       — Я не могу назвать тебя своей девушкой и сразу же после этого выбрать твой проект победителем. Это подозрительно и несправедливо по отношению к Чихару. — Как президент студсовета он не имел права предвзято оценивать участников тендера. Это было дело принципа и как минимум могло подорвать репутацию. — В прошлом году её программа победила с огромным отрывом. Возникнет много вопросов, если…       — Не утруждай себя, — резко оборвала его девушка. — Нет нужды читать лекции о справедливости. — Куроко встала со стула и закинула на плечо сумку с учебниками. — Я не ищу незаслуженной победы, я вообще участвовать не собираюсь. Просто отстрани Мураками. Хоть что угодно поручи ей — мне плевать. Не хочу видеть её имя в списке конкурсантов. — Бескровные губы девушки тронула вежливая улыбка. — Ты ничего не потеряешь. И, согласись, с моей просьбой хлопот в разы меньше, чем с твоей — сделал и забыл.       Быть может, Акаши было бы легче принять решение, если бы Тецу объяснила свои мотивы, но уже много воды утекло с того злосчастного фестиваля, да и жалости к себе она не искала. Это было бы стыдно и недостойно. Гордости беззащитной с виду Куроко Тецуе хватало с лихвой. С проблемами она и сама в силах разобраться, а вот застраховать других от своей участи, увы, не могла. То ли дело президент студсовета. Взаимовыгодная сделка. И Акаши тоже это понимал.       Куроко коротко взглянула на дверь и учтиво поклонилась парню:       — Если ты не против, я бы хотела отправиться домой. Уже довольно поздно. — Акаши кивнул, позволяя ей уйти. — Всего хорошего, Акаши-кун.       — Всего хорошего, Тецуя, — коснулось слуха девушки небрежно брошенное прощание, и ей показалось, что президент студсовета в этот момент улыбался.       Покидая здание школы, Тецуя чувствовала прицельный взгляд между лопаток: Акаши наблюдал за ней, стоя у окна кабинета, где состоялся их неловкий диалог. Отчего-то в памяти всплыла усмешка, горевшая на дне раскосых глаз с удивительным цветовым отличием левой и правой радужки. Даже у непробиваемой Тецу по коже шли мурашки от этого парня. Она бы и сама запала на Акаши… Он был чертовски хорош. Только вот — какая досада — ходил под голубыми парусами.