Раскрой мои крылья.

Карета самое неудобное место из всех, в которых бывал Сиэль больше двух часов. Несмотря на мягкую обивку, ягодицы все равно нещадно немели. Глаза скосились на демона напротив себя, что внимательно смотрел на него. О чём он думает, интересно? Лицо недовольно сморщилось, понимая, что дворецкий вообще никаких неудобств не испытывает. Нет, он не завидует. — Что-то не так, мой лорд? — тут же спросил Себастьян, и не успел граф и рот открыть, как тот пояснил. — У вас всё на лице написано. Фантомхайв безэмоциально качнул головой и уставился в окно. Они ехали, собственно, в Скотланд-Ярд, чтобы разобраться в интересном деле. Все, что Сиэлю было известно, так это то, что все жертвы молчали, и об этом стало известно только после похищения аристократки, которую вернули спустя неделю. Та теперь психически нестабильна. Королева сравнила это с лишением души. Сиэль вдруг улыбнулся и засмеялся, однако в глазах не было даже намёка на веселье. Дворецкий удивлённо уставился на него. — Лишение души значит. — мрачно хмыкнул граф, все ещё криво улыбаясь. — Они хотя бы летали. — рука сжала трость, однако он больше ничем не выдал свои чувства. — Говорят, что человек, что не попробовал вино, не будет от него зависим, а тот, которому дали мало, станет алкоголиком. — спокойно отозвался Себастьян. — Вы не знаете, какого это - летать, но и вас так сильно не будет ломать. — он чуть склонил голову. — Себастьян. — прервал того Фантомхайв, дёрнув перо в своей мочке. — Это спорный вопрос. Тем более крылья не входят в разряд плохой зависимости. — Как сказать. — тут же подхватил демон. — Вы знаете, что как только человек умирает, его крылья сгорают, неважно куда он попадёт: в ад или рай. — карета остановилась, и Себастьян вышел первый, подавая ему руку. — То есть, летать на том свете могут только ангелы и демоны. — проигнорировав его руку, уточнил Сиэль. — Именно, господин. Видели бы вы страдания людей, которые понимают, что их крылья сгорают навсегда. — дворецкий хищно улыбнулся. — Почему так? — граф говорил негромко, но демон, что шёл сзади, слышал его. — Прихоть Бога. — бархатно ответил дворецкий. — Мне неведомы его мотивы. Но, каждый раз, когда крылья горят, они осыпаются золотыми искрами, которые обжигают даже нас, демонов. — А вот это интересно. — граф полуповернулся к нему, продолжая идти, но не скрывая своего любопытства. — Хочешь сказать, крылья демонов и ангелов сделаны из другой материи, нежели крылья людей? — Всё именно так, мой господин. — довольный его догадкой, поклонился Себастьян. — Любопытно... — задумчиво отвернулся мальчик, и если бы не демон, что открыл перед ним двери, обязательно бы врезался, так как он слишком глубоко ушёл в себя. — Граф Фантомхайв. — презрение так и сквозило в голосе начальника Скотланд-Ярда, впрочем, всего лишь скрывая животный страх. — Зачем изволили явиться? — Прекрасно знаешь сам. Я от Её Величества. — письмо взметнулось в руке, зажатое между средним и указательным пальцем. — Я жду отчётов. — безапелляционно заявил граф. — Тц. — перед его лицом на стол легли отчёты. — Прошу. — сквозь зубы бросил мужчина. Сиэль бегло просматривал отчёты, позволяя демону стоять сзади и читать вместе с ним. Жертв, как выяснилось, было почти пятьдесят штук. — И никто не обращался в Скотланд-Ярд? — нахмурился мальчик. — Пахнет палёным. — Да. — неохотно вклинился начальник. — Родные жертв сказали, что не доносили, потому что те кричали и умоляли ничего не докладывать, потому что их якобы убьют. — Забавно... Что насчёт взаимосвязи между жертвами? Удалось установить? — Сиэль поднял холодный взгляд. — Только то, что их крылья примерного одного размера, но у леди Нимфадоры, вопреки этой закономерности, крылья больше. — неохотно ответил мужчина. — Это все? — уточнил граф, и, дождавшись кивка, развернулся к выходу. — Пошли, Себастьян. Он шёл по улице Лондона, закинув голову и смотря на тучи, что скопились над ними. Неожиданно ему в голову пришла шаловливая мысль, разжигая его любопытство. — Себастьян, а под силу ли тебе раздвинуть эти тучи? Я желаю видеть солнце. — глаз сверкнул жадно, находя тёмно-красные глаза демона, что шёл сзади. — Приказывайте, господин. — улыбнулся тот, заставляя Сиэля неверяще сощуриться. — Приказываю разогнать тучи так, чтобы надо мной их не было и меня осветило солнце. — граф склонил вбок голову, предвещая зрелище. — Да, — демон встал на одно колено, прикладывая руку к груди. — мой лорд. За спиной дворецкого распахнулись чёрные крылья, едва не задев прохожих, что недовольно засеменили быстрее, узнавая в мальчике хваленого цепного пса королевы. Бордовые глаза, что смотрели в синий, окрасились в красный, пылающий всполохами огня. Улыбка, что обнажила клыки и мощный взмах, что едва не сбил Сиэля с ног, спасибо трости. Мальчик едва успел прижать шляпу, которая чуть не улетела за десять метров от него. Граф поднял голову, приоткрывая рот от восхищения. Себастьян летел вверх со скоростью кометы, расправив крылья. И граф, словно зачарованный выдохнул, когда чёрная фигура дворецкого пробила тучи, являя тонкий луч света. Мальчик почувствовал на себе взгляд алых глаз, а после его глаза распахнулись от красоты. Себастьян крутился. Нет, он не видел дворецкого достаточно хорошо, чтобы это сказать, но он видел крылья. Крылья, что одним размахом создавали такие вихревые потоки, что тучи действительно дрябло отползали, дырявясь, словно старая тряпка. Все больше и больше, Сиэль не заметил, когда вокруг него стало светло, как в солнечный день, и когда засияло солнце, закрывая ему обзор на своего дворецкого. Недовольно сморщившись, мальчик опустил глаз вниз, давая ему отойти от яркости солнца. — Вы словно ангел. — не скрывая насмешки раздалось сверху. — Вокруг вас столько света, когда чуть дальше полная тьма. — Закрой рот. — цыкнул Сиэль, поднимая на него взгляд и сдержанно вдыхая. Черт, демон был так красив в обрамлении света, что подсвечивал иссиня-черные крылья. — Довольно фарса, нам нужно к Гробовщику. Себастьян хлопком сложил крылья, легко приземляясь. Но не успел Фантомхайв и шагу ступить, как его подхватили на руки и взмыли. — Какого...? Себастьян! — рявкнул мальчик, злобно смотря в бордовые глаза. — Вы же не сказали как передвигаться, а так намного быстрее. — улыбнулся тот. — Тц, демон. — недовольно, но уже спокойно проворчал Сиэль, пряча лицо от ветра в вороте плаща дворецкого. Холод пробирал до костей, заставляя мальчика мелко дрожать. Бордовые глаза полыхнули алым, после чего руки прижали тело крепче, незаметно направляя из рук тёплые потоки, которые объяли мальчика. Чёрные крылья размеренно хлопали, и, когда Себастьян плавно приземлился, готовый отпустить графа на землю, они неожиданно даже для демона сомкнулись вокруг них. Дворецкий удивлённо глянул на своевольные крылья, а после перевёл взгляд на Сиэля, мгновенно теряясь. Тот спал, убаюканный равномерными взмахами крыльев и разморенный теплом. Сизые пряди лежали на плече Себастьяна как искусство, а ресницы, что трепетали на открытом глазу, были словно из под кисти эстета-художника. Не сдержавшись, пальцы коснулись завязок, позволяя повязке спасть, открывая второй глаз. Его любимый глаз, ведь тот был знаком их связи, их своеобразной принадлежности друг к другу. Брови мальчика вдруг сошлись, губы приоткрылись, а голова чуть откинулась назад, давая демону взор на выступающий кадык. Алые глаза взглянули на крылья, что закрывали их от чужих глаз, а после вернулись к созерцанию этого маленького идеала. Личного, между прочим. Да, демон, даже несмотря на контракт, будет его защищать, потому что он, во-первых, собственник, а во-вторых, он не собирается делить эту гордую птицу высокого полёта с кем бы то ни было. Это принадлежит ему. Только ему. Себастьян очнулся, когда его губы коснулись белой шеи, чуть прихватывая её. Он чуть отстранился. — Как же крепко вы спите, мой господин. — в полголоса насмешливо произнёс дворецкий. — Так же крепко, как ты тратишь моё время, демон. — спокойно, но не скрывая насмешки ответил Сиэль, открывая глаза. — Э? — не понимающе подал звук Себастьян. — А с какого момента вы не спите? — С рождения. Спусти меня. — граф нагло отодвинул рукой крыло, что затрепетало под его ладонью. — И повязку на место. — Демон покорно спустил его на землю, ловко завязывая повязку и складывая крылья. — И крылья свои убери, фея. Вслед взмаху маленькой руки, крылья дворецкого, даже не повинуясь ему, исчезли, напоследок не преминув "нечаянно" задеть ту самую руку. — Мне интересно, — задумчиво, но от того не менее зло прошипел демон в пустоту, где ранее были крылья. — Если я буду лететь и господин скажет убрать крылья, вы тоже уберетесь? — Будто ты сам не уберешь. — усмехнулся мальчик. — Не ломайте драму, мой лорд. — театрально вздохнул дворецкий, пока шёл за Сиэлем, что остановился перед лавкой Гробовщика. — Прошу. — он тут же открыл дверь перед юным недоразумением. Трость стукнула в тишине. У Гробовщика должно было пахнуть трупами или прелостью, возможно влажностью, деревом или землёй. Но пахло сиренью. Сиэль не понимал никогда, отчего так. Впрочем, наверное, это связано с тем, что тот никто иной, как легендарный жнец. О, его глаза притягивали графа магнитом, заставляя тонуть. Ни глаза Грелля, ни Спирса не заставляли его теряться в пространстве. Но глаза Гробовщика помимо яркой зелени источали небывалую мудрость, сдержанность и холодность, которая, впрочем, сочеталась с глубинной теплотой. Сиэль бы даже сказал, что они похожи, только он чувствовал - различия есть. Но в чем они проявляются и что это за различия, мальчик понять так и не смог. Возможно, он узнает это немногим позже. — Хихи. — перед глазами мелькнули серо-белые перья, словно покрытые перламутром, ведь на них отыгрывали отблески свечей. — О чем задумались, маленький граф? — Специально крыльями светишь? — с каменным лицом спросил Фантомхайв, решив на этот раз упустить слово "маленький". — Всё может быть... — загадочно протянул жнец, подходя к гробу и нежно проводя по поверхности крылом. — Вы пришли присмотреть себе парочку гробов? — Парочку? — не понял Сиэль. — Вздумал похоронить меня с моим дворецким в один день? — тут же возмутился он, увидев красноречивый взгляд Гробовщика на демона. — Как положено двум супругам. — тихо прошептали бледные губы у него над ухом, а свет зелёных глаз рассеял темноту. — Что ты несё... — чёрные ногти коснулись серёжки, выдавая её свету цепких зелёных очей. — Вздумаете отпираться, граф? — насмешливо спросил жнец. — Я пришёл по делу. — мрачно напомнил Фантомхайв, отходя от сероволосого кудесника. — Я бы попросил с вас плату прекрасной шуткой, однако, вы и так дали мне интересную пищу для размышлений. — неожиданно серьёзно сказал Гробовщик. — Думается мне, ваша нога здесь по не очень приятной для вас теме - крылья, не так ли? — но не успел Фантомхайв и рта открыть, как тот продолжил. — Какой-то умелый лепидоптерофил отрезает серым бабочкам крылья, которые умирают вскоре после этого. И он остаётся в тени, пока в его пальцы не попадается чарующей красоты Маака, из-за кражи крыльев которой на него наконец падает свет. И вслед за нотой справедливости с цветка, поднимая пыльцу, взлетает ещё одна бабочка, желая отрезать крылья уже коллекционеру. Эта бабочка, семейства Нимфалиды - Морфи Менелай. Вы видели её крылья, граф? О, эти крылья, похожие на синий атлас, покрытые словно мельчайшей крошкой - блёстками. К концу этих завораживающих крыльев тянется сама тьма - края полностью чёрные. Маленькое тело, но такие большие крылья. — Сиэль чувствовал себя странно. Он понимал, что Гробовщик имеет ввиду его, сверкая своими глазами, что насмешливо смотрели в его синий. — Пальцы тянутся к этой бабочке, что смело летит прямо в ловушку, но хищник не видит, как следом, расправив мощные крылья, взлетает личный чёрный Махаон этой малютки. Почему бабочки, спросите вы... — резко закончил свой рассказ жнец, но Сиэль не дал ему сказать. — Потому что бабочки не имеют крыльев с рождения. Они их получают. В определённый период и до конца своей жизни. Да, мы люди похожи на бабочек. Красивые крылья и короткая жизнь. — мрачно усмехнулся Фантомхайв, сжимая трость сильнее, заставляя демона, в который раз, подивиться его сообразительности. — Черезвычайно проницательно, граф. Вы как всегда схватываете все на лету. — хихикнул Гробовщик. — Но... — брови сошлись на переносице. — Как ты уже заметил, крыльев у меня нет. Я чёртова гусеница, которая с земли наблюдает за тем, как остальные выбираются из своего кокона, шелестя своими хрупкими крыльями. — холодно заметил мальчик. — А не думали ли вы, дорогая гусеница, — ноготь коснулся его подбородка, приподнимая его под внимательный взгляд Себастьяна. — Что для того, чтобы вылупиться, нужно сначала сплести кокон? Кокон защищает бабочку, это то, чему она доверяет свою безопасность. Доверяет полностью, без остатка. Скажите, граф, где ваш кокон? Вы всю жизнь опираетесь только на себя, не пора ли задуматься над этим? — Мне это не нужно. — трость убрала назойливую руку, скрывая замешательство и раздражение её хозяина. — Тогда не жалейте себя и оставайтесь на земле, пока остальные наслаждаются ветром в своих крыльях. — уже равнодушно закончил жнец, отходя от него к какому-то из своих гробов. — Я не... — но лицо тут же исказилось. Он действительно жалеет себя. Черт, как же это слабо и отвратительно. Сиэль поднёс руку в чёрной перчатке к лицу, злясь на себя все больше, решительно отсекая сомнения. Если Гробовщик говорит правду, а в его словах есть здравый смысл, то он сам заслужил это. Валяется в своей грязи и спрашивает, отчего он грязный, не пытаясь выбраться. Трость стукнула по полу и голова решительно вскинулась. — Я услышал тебя. И всё же, ты сказал о том, что бабочки вскоре умирают. Не мог ли ты углубиться в эти слова? — пальцы коснулись подбородка. — Отчего они умирают? — О, бабочки, лишённые крыльев, увы, падают, лишаются рассудка и всяческого желания жить, зная, что их не примут дома. Ведь у всех бабочек... — почти хищно закончил жнец. — есть крылья. И от этой тоски они умирают в кратчайшие сроки. Впрочем, я имею их толстые тельца. — ногти стукнули по гробу, который Гробовщик лелеял вот уже как полчаса. — Покажи. — приказал Сиэль, опуская взгляд на крышку деревянного предмета. — Не слишком ли вы малы, чтобы вам показывать такие страсти... — ложно-заботливо задумался мужчина. — Уважь меня. — усмехнулся Фантомхайв. Крышка гроба откинулась, являя графу и демону труп какой-то девушки, совершенно обнаженной. Но лежала она на животе. Глаз прошёлся по ногам, поднимаясь чуть выше и задерживаясь. Красивое тело. Себастьян хмуро смотрел, как Сиэль задерживает взгляд на причинных местах женского тела, пытаясь понять с каких пор у него такие заскоки. Демону уж очень захотелось немного укоротить тело почившей, эту душу совращать имеет право только он. Фантомхайв присел, чуть сморщивщись на запах трупного яда. — Господин, вам нельзя вдыхать эти пары, они отравят вас, а вы ещё и асматик. — платок, смоченный в чем-то приятно пахнущем, лёг на его нос, придерживаемый дворецким. — Дай ещё платок. — рука согнулась в локте и чуть сдвинулась назад, ожидая пока в неё положат то, что попросил её хозяин. Получив запрошенное, мальчик коснулся платком раны на спине девушки, что уже почти зажила, резко вгоняя в неё пальцы и раздирая розовую кожицу. И жнец, и демон удивились, распахивая глаза. Сиэль внимательно раскрыл рану, хмуро поджав губы. — Ясно. — окровавленный платок перешёл в руки дворецкого, где и сгорел. — Он не просто срезает их, он их вырезает. Вместе с соединительным хрящом. Честно говоря, я удивлён. Судя по всему, он умеет это делать, потому что немаленький, смею заметить, хрящ соединён с костью, что примыкает к позвоночнику. Неверное движение, и жертва оказалась бы парализована. Мало того, он не убивает их, почему? — негромко начал рассуждать мальчик. — Браво, граф. Не думал, что вы зайдёте так далеко, что безжалостно вскроете успевшую зажить до смерти этой красотки рану. — продекламировал Гробовщик. — Увы, но никакой жалости к трупам я не испытываю. Мёртвым все равно на их тела. Разве живой даст закопать себя? — улыбнулся Сиэль, откидывая назад голову. — Ваша правда. — хмыкнул жнец. — Пошли, Себастьян. Я устал и желаю принять ванну. — колокольчик печально звякнул, и дверь закрылась за двумя гостями, погружая помещение в темноту. Жнец убрал чёлку назад, светя изумрудными глазами. Он небрежно перевернул труп, проходясь ногтями по аккуратным грудям, а после закрывая крышкой гроб. — Так когда же вы взлетите... — негромко начал жнец, смотря в сторону двери. — граф? Или же вы Фантом? (ФантОм — бабочка с прозрачными крыльями. Завораживает.) *** Сиэль сидел в воде, задумчиво смотря на свое колено, что выглядывало из воды и расслаблялся под руками дворецкого, что аккуратно его мыли. — Себастьян. — тихо, но твёрдо позвал он. — Да, мой лорд? — мочалка прошлась по шее, заставляя передернуться. — Как думаешь, та аристократка может нам что-то рассказать? — рука легла на бортик. — Вы ведь сами слышали - они сходят с ума. — резонно ответил дворецкий. — Я всё же попытаюсь. — тут же ответил граф, вставая в ванне и позволяя себя обмыть. — Кто бы сомневался. — улыбнулся демон. — Другого я от вас и не ждал. — И ещё. Составь списки всех врачей, которые работают с болезнями крыльев. Таких немного, что явно сузит наш круг поиска. — он неожиданно чуть наклонился, перехватил руку демона, заставляя того удивлённо посмотреть ему в глаза. — Напоминает дело о мадам Ред. Надеюсь, жнецы на этот раз здесь не замешаны. Впрочем, убийств как таковых нет, так что им нечего тут делать. — он отпустил чужую руку, выпрямляясь. — Вы так красивы, когда поглощены размышлениями, господин. Едва до Сиэля дошло, он резко вскинул голову, удивлённо смотря в глаза демону, однако из-за резкого движения он подскользнулся, чувствуя, как заходится сердце в агонии страха. Но крепкие руки легко поймали его, поднимая. Фантомхайв, с гулко бьющимся сердцем пытался успокоиться, держась за бортик ванной. — Приготовь карету. — хрипло отдал приказ он, вылезая и позволяя себя укутать в полотенце. — После переодень меня. Себастьян поклонился, изчезая за дверью. "Вы так красивы... " Правда ли он красив? Сиэль никогда не задумывался об этом. Он скептически оглядел свое тело, отмечая его излишнюю худощавость. Угловатость совсем недавно ушла, сменяясь точенными изгибами. Но его тело скорее напоминало женское, нежели мужское. Возможно, лицо? Фантомхайв взял зеркало с тумбы, крепко обхватывая ручку и поднося предмет ближе. Скулы, чуть припухшие от покусываний в течение рассуждений губы, синий ясный глаз, на котором лежали непослушные пряди сизых мокрых волос. Впрочем, сейчас они больше были темно синими. Сиэль вновь вернулся к изучению своего лица. Правильные черты, аккуратный нос, фиолетовый глаз. Он зачесал чёлку назад, обнажая высокий бледный лоб. Зеркало стукнулось рамой об поверхность тумбы, неаккуратно возвращеное на свое место. — Во мне нет ничего та... — и тут мальчик резко разозлился на себя. Демон, конечно же, имел ввиду чёртову душу, он совсем забыл. Их только это интересует. Он потратил время на любование собой, когда Себастьян имел ввиду то, что не увидишь в зеркале. Чтож, он навряд ли сможет оценить свою душу. Полотенце полетело на пол, а нагой граф выскользнул из ванны, бесшумно направляясь в свою спальню. — Г... Господин... — пропищала красная как рак Мейлин, пытаясь смотреть в макушку графа, а не ниже. — Да? — рука легла на бок, когда тот полуповернулся к ней. Мышцы, что красиво сходили с живота на пах, бедра, что свидетельствовали о том, что Фантомхайв много ходит, и наконец взгляд горничной остановился на закрытой в обыкновении от всех зоне. Сиэль равнодушно стоял, ожидая, когда она налюбуется, потому что ему, чёрт возьми, было всё равно. Стеснение, как таковое у него отсутствовало. Картина, которую застал демон ему уж очень не понравилась. Глаза мгновенно налились красным, а в руках появилась шёлковая ткань. — Мой лорд, не пристало вам так разгуливать по поместью. — почти нежно сказал дворецкий, однако Фантомхайв не видел горящих яростью глаз, направленных на девушку, что резко из красной стала белой. — Себастьян? — шёлковое кимоно легло на точно очерченные плечи, позволяя полам спасть до щиколоток. Чёрный пояс ловко соединил края темно-синей ткани, закрывая бледное тело. — Ты приготовил карету? — Да, господин. — Себастьян шёл следом за графом, что направлялся в свою комнату. — Вам ещё посылка от Гробовщика. Сиэль зашёл в спальню, поворачиваясь и останавливая взгляд на свертке в руках демона. Он протянул руку, и дворецкий вложил свёрток. Граф начал развязывать ткань, позволяя ей упасть на пол и обнажить банку, в которой трепыхалась бабочка, по описанию жнеца именно она была Морфи Менелай. Прототип Сиэля Фантомхайва. — Где он её достал? Как я помню, она не водится в Англии. — поинтересовался мальчик. — Мне нравится. — Если бы вы приказали, я достал бы вам сотню, нет, тысячу таких бабочек. — как бы невзначай сказал Себастьян, недовольно поджав губы на слова Сиэля о том, что ему нравится. — Зато Гробовщик это сделал без приказа. По велению... души. — усмехнулся Фантомхайв. Дворецкий позволил глазам вновь воспылать, опускаясь перед графом на одно колено и начиная переодевать его. Нашёл чем упрекать демона. Банка встала на прикроватную тумбочку, а синий мотылёк вновь замахал крыльями. — После того, как вернёмся, купи ей аквариум и наложи туда веточек да цветочков. Впрочем, я сам этим займусь. Я буду ждать аквариум. — что же, Сиэлю действительно нравился подарок, раз он лично хочет обустроить место этой бабочки. Не сказать, что демон от этого в восторге. Карета скрипнула, когда вслед за мальчиком в карету скользнул дворецкий. Неожиданно Фантомхайв дернулся, пораженный догадкой. — Себастьян, я приказываю тебе поймать Махаона Маака пока я еду к леди Нимфадоре. К прибытию туда бабочка уже должна быть у меня. — отдал приказ мальчик, заставив демона улыбнуться. — Догадались таки. — демон поклонился, открывая дверцу кареты. — Будет исполнено, мой лорд. Дорога была тяжёлой, ведь особняк той леди был в противоположном конце Лондона. Были бы у графа крылья... Убаюканный невесёлыми мыслями, Сиэль откинул голову на спинку сиденья, погружаясь в беспорядочное забытье. — Господин, мы приехали. — раздалось над ним, после чего его подхватили на руки. — Где бабочка? — тут же просипел мальчик, пытаясь сфокусировать взгляд на демоне. — И на землю поставь, сам ходить могу. Себастьян опустил его, вручая банку с огромной красивой бабочкой. — Тьфу, Гробовщик так из меня ценителя бабочек сделает. — досадно заметил Сиэль, рассматривая необыкновенной красоты крылья. — Какая она красивая... Себастьян, заверни её и держи. Мальчик отдал банку, направляясь к дверям большого имения. Не успел он коснуться кольца, чтобы постучать, как двери распахнулись, впуская его в огромный освещённый холл. Граф ступил на ковёр, тут же снимая шляпу и дожидаясь, когда дворецкий снимет его плащ. Тёмный камзол, брошь с черепом, что украшала его грудь, тёмные штаны. Как всегда безупречен. — Граф Фантомхайв... Добро пожаловать. — пожилая, но не потерявшая своей красоты леди тут же подошла к нему, взволнованно смотря в синий глаз. — Мисс Франсуа, благодарю. — губы едва коснулись руки аристократки. Пока женщина что-то говорила и вела их к комнате Нимфадоры, Сиэль стянул перчатки и отдал дворецкому, вежливо улыбаясь, но совершенно не вникая в причитания матери девушки. Дверь спальни открылась перед ними, запуская в светлую комнату. Наконец то тишина. Мисс решила остаться вне комнаты. — Леди Нимфадора? — негромко окликнул девушку граф, замечая нечеткий силуэт в кресле, что было повернуто к ним спинкой. — Граф? Меня предупредили о вашем приезде. — нежный голос раздался в комнате, заставляя Сиэля непроизвольно заслушаться. Свет из окна не давал ему разглядеть её, лишь очерчивая тонкую фигуру. Её длинные волнистые волосы спадали до талии, ровно подрезанные. Она подошла и он выдохнул. Светлые серебряные волосы, аккуратные черты лица, большие зелёные глаза. Фантомхайв, словно завороженный взял ее руку, на этот раз касаясь её кожи губами и чувствуя, как под ней выступают костяшки. — Я ожидал... — начал Сиэль, но девушка понимающе его перебила. — Что я буду не в себе. Не сравнивайте, граф, меня и тех, кто не имеет всяческих манер и внутренней силы. Я вам помогу чем смогу. Я младше вас на год, однако, я тоже кое в чем неплохо разбираюсь. — Вам шестнадцать? — удивился Сиэль, подумавший, что она ровестница его невесты. Девушка лишь согласно улыбнулась. — Присаживайтесь, граф Фантомхайв. — тонкая рука указала на кресло напротив своего. Себастьян встал за этим креслом, как только мальчик сел, закинув ногу на ногу. — Это ваши крылья? — граф остановил взгляд на рисунке, понимая, что не прогадал. Цветовая гамма этих крыльев была словно списана с крыльев Маака. — Да. Я решила нарисовать их, пока они не стёрлись в моей памяти. Я не понимаю, как вы живёте без крыльев. Уверена, вам очень трудно с этим смириться. — заметила Нимфадора, скрещивая руки. — Что же, перейдём к делу. — Расскажи всё, что посчитаешь нужным. — неожиданно дал ей право выбора Сиэль, отчего Себастьян удивлённо посмотрел на его макушку. — Спешу огорчить вас, но многого я не помню. Скорее всего, то, чем он меня поил, содержало нечто, что вводило в некий туман. И все мои силы и так были потрачены на то, чтобы запомнить хоть что-то. — размеренно начала та. — Он не врач, граф. Я знала всех врачей Лондона, связанных с крыльями, потому что имела некоторых проблемы в этом аспекте. У меня были слабые хрящевые соединения, что грозило мне сломанными крыльями, если бы я полетела в сильный ветер. — Не врач? — хмуро повторил Сиэль, сжав подлокотник. Черт, его умозаключения бесмыслены. Девушка кивнула. — Он странно выглядел, граф. Вернее, странно двигался. Словно плыл. У него никогда не было резких движений. Скальпелем он работал так, словно в его руках был меч. А ещё он что-то вколол мне, после чего я не могла убрать крылья. И скорее всего, там было и обезболивающее, потому что я была в сознании, но ничего не чувствовала. Я помню свои крылья, что пытались вырваться из его рук и вернуться ко мне, но он тут же запер их в какой то стеклянный футляр, похожий на гроб. После этого я очнулась уже на руках своей матери. Ах да, это место напомнило мне Собор Святого Павла. Когда он нёс меня, я успела увидеть характерные колонны собора. — Благодарю вас, леди Нимфадора. И, ещё. Двери моего особняка всегда открыты для вас. Был бы рад видеть вас у себя почаще. — Сиэль обворожительно улыбнулся, вставая и направляясь к двери. Коснувшись ручки, он обернулся. — Я даю вам слово Сиэля Фантомхайва, что ваши крылья будут вновь у вас. Чего бы мне это не стоило. Себастьян распахнул глаза, дивясь смелости этого заявления. Девушка тоже замерла, неуверенно смотря на него. — Я буду жить вашим обещанием, граф. — тихо ответила она, посмотрев в сторону окна, позволяя закату обхватить её фигуру.