Раскрой мои крылья.

Темнота. Сиэль все больше и больше задавался вопросом о том, почему его жизнь, казалось, с первого его вдоха стала пропитана болью и тьмой. Его детство, такое счастливое, словно вспышка молнии в тёмном небе, осветившая лежащие внизу грудой трупы. И сейчас, когда он в руках демона, в аду, вопрос вставал сам собой. Почему тьма идёт с ним нога в ногу, словно тень? Сиэль бы не смог этому противостоять. Да и, честно говоря, он не хотел. Ведь света, как он считал, нет. Забавней вопрос: Кто же все таки эгоистичнее: ангелы ли или демоны? Он видел ангелов, видел демонов. Его не пугают ни одни, ни другие, лишь вызывают интерес. Если ангелы такие неправильные, тогда, возможно, и в демонах есть человечность? Может, где-то глубоко есть то, до чего вполне можно докоснуться, причинить вред. Может, демоны не такие неуязвимые, какими пытаются казаться? Возможно, их слова лишь напуск. Ангелы, в это же время, действуют по другому. Заставляют поверить в свою слабость, которой у них нет. А ты, с ослабленной бдительностью, словно рыба, глотаешь наживку, позволяя вспороть свое горло и стать отменным блюдом на белой скатерти добра и двуличного понимания. С демонами дело обстоит проще: тут главную роль играют слова, на деле же адские существа могут оказаться слабее. Гордость не позволяет им быть умнее. Чего не скажешь о ангелах. Да, они горды, но прячут свое тщеславие под мантией смиренной кротости. Что же, тактика ангелов была более по вкусу графу. Однако, поведение его склонялось к демоническому. Интересно, сможет ли он, человек, соединить в себе эти две сущности? Он должен идти без страха, без сочувствия, без агрессии и ненужного нервоза. Холод и разум — его ангел и демон на плечах. Только вот не они его воспитывают, а он их. И никому, даже Себастьяну, не удастся обдурить его. Он начеку даже во сне. Ничто не свернёт его с пути уничтожения всего живого. Воздух ада приживался с трудом. Граф все ещё не мог привыкнуть к ощущению постоянного гниения на своих лёгких. Но картины жестокости быстро въедались, заставляя отпечататься на глазах, словно клеймо. Взгляд все более равнодушно скользил по искореженным лицам и внушающими страх душам глазам здешних обитателей. Цепочка душ, что была закована в металл, медленно шла друг за другом, пока бесы хлестали их плетью. Ничего не отзывалось на кровь, льющуюся с открытых ран на душах, которые, к слову сохранили свое тело, но были полностью обнажены. Сиэль видел, как одна из мужских душ пыталась спариться с женской, но бесы глумливо лишили его гениталий под вой боли и тихий смех Себастьяна, который, посчитав, что бестрастное лицо графа лишь маска, взлетел выше, чтобы мальчик не видел этого. А Сиэлю было смешно. Ведь в какой-то момент внутри что-то поднялось в желании самому причинить вред, сломить, заставить упасть перед ним на колени. Он хотел видеть, как в кожу впиваются камни, как кричит жертва... Голова дернулась, приводя его в чувство. Жажда крови неохотно вернула свои щупальца внутрь. Они нырнули в расщелину, открывая взор на огромный замок, территория которого была достаточной, чтобы её не было возможности охватить глазами. Огромные врата, перед которыми стоят непонятные существа, сверкая мутными глазами и источая мерзотный запах. Бал? Сиэль бы это так назвал в последнюю очередь. Как только он ступил в замок, что тонул в тумане своими башнями и отливал обсидианом и опалом, запах мерзости поселился в носу, заставляя графа призвать всю сдержанность, чтобы не поморщиться на глазах бесов, что заискивающе лебезили перед Себастьяном. — Если ты им скажешь, они и ноги тебе вылижут. — презрительно констатировал Фантомхайв, но не успел Михаэлис и рта открыть, как один из бесов, услышав эти слова, рванул к Сиэлю, обнажая кривые коричневые зубы, перепачканные в засохшей крови. Беса не остановил ни возглас Себастьяна, ни его меч, что начал показываться из ножен. Сейчас он хотел лишь отомстить. Шпага хлестко рассекла воздух, жадно протыкая грудь существа где-то в районе сердца. Хрип и нечеловеческие проклятия полились на Сиэля словно помои. Металл, хлюпая, вышел из раны, заставляя брызнуть какую-то черную густую жижу, пахнущую тухлыми яйцами. Сиэль спокойно поднял голову на потолок, рассматривая зигзаги золотых перил на втором этаже. Бесы что-то крикливо бормотали, однако граф слабо понимал что. Платок, по велению его руки, выскользнул из кармана на груди, и пальцы в чёрных перчатках брезгливо начали вытирать тканью лезвие, в котором отражался свет зала. — И эта душа с порога очищает мой замок от прислуги. — громом раздался насмешливый голос, отвлекая шокированного Андраса от созерцания спокойного лица графа, что не колеблясь, убил адское существо. — Тебе не всегда будет так везти, Сиэль. Холодным оружием, не закаленным магией, можно убить только беса. — Повелитель. — демон тут же опустился на одно колено, убирая меч, однако, в отличии от него, граф даже не повернулся, морщась и продолжая вытирать платком свою шпагу, после чего выкидывая ткань на убитого беса. — Душа даже не удостоит меня взгляда? — все также насмешливо спросил баатезу. — Не вам ли знать, что своё оружие пристало держать в надлежащем виде. Оно моё лицо. — разноцветные глаза остановились на красивом мужчине с длинным хвостом огненно-рыжих волос, что были стянуты на затылке. — Поклонись, Сиэль. — цокнул Себастьян, недовольно смотря на махинации мальчика. — Себастьян, он твой повелитель, а не мой. Ты тоже не поклонялся Виктории. — хмыкнул граф. Зал разрезал смех, настолько красивый и настоящий, что головы подняли все, даже бесы, что стояли в поклоне до земли. Андрас, по его вековой памяти, впервые видел, чтобы Асмодея так расмешили. Сиэль недоверчиво смотрел на демона, что смеялся, смотря на него в ответ. — Какая забавная душа. Я не чувствую страха. Неужели ты так её воспитал, мой дорогой маркиз? — баатезу плавно подошёл к ним, неожиданно резко убирая волосы Сиэля и обнажая ухо. — О. Как же это забавно. — но прежде чем кисть раздраженого Сиэля успела бы грубо отвести его руку, Асмодей убрал её, переключая внимание на Себастьяна. — Встань, демон крови. Без тебя мне было скучно. — с откровенной насмешкой произнёс баатезу, поворачиваясь и указывая на лестницу, что вела в яркий зал, видимо, где должен был проходить бал, а после направляясь туда. — Сиэль, чёрт тебя подери! — граф впервые видел, чтобы Себастьян так разозлился. — Я не смогу тебя защитить в полном замке демонов и баатезу! Люцифера мне в отцы, ты хоть немного думаешь, что говоришь? Это не мир людей, Сиэль, здесь нет безопасности вообще. И сейчас тебе просто повезло. — демон, что схватил его подбородок, чтобы упрямые глаза смотрели в тёмно-красные, сейчас ослабил хватку. — В конце концов, за свою жизнь, в первую очередь, волноваться должен ты сам. Наживешь здесь врагов, значит никогда не выберешься из ада. Ты должен говорить словно мёдом льешь, а делать совершенно по другому. Так дерзить может только тот, кто уверен в своих силах. Но твоих сил, которые бы остановили хотя бы беса, нет. Сиэль, ад - не земля, пойми это. И если ты сам не хочешь иметь хотя бы мнимого призрака безопасности, тогда и я не вижу смысла защищать тебя. — граф молчал, впервые чувствуя, как стыд заливает его щеки. Демон говорил так, словно это действительно было крайне важно в первую очередь для самого Фантомхайва. Да, он бессмысленно дерзит, но это лишь потому... — Здесь я чувствую себя чертовски бесполезным и слабым куском еды, Себастьян. Я человек, такое поведение мне свойственно. — едва шевеля губами прошептал граф, боясь, что его услышат, однако позволяя своей холодности смениться на смятение. — Не прикрывайтесь расой, не вам ли знать, что вы всегда отличались от других. Так поступайте мудро, а не идите на поводу у эмоций, мой господин. Ведь я должен гордиться, что в моих руках такая душа, верно? — горячий шёпот обжигал и ухо и все внутри, а удивление все больше распирало, ведь от этого демона он не ждал такое услышать. Чёрт возьми, с каких пор демон даёт ему силы идти вперёд? Рука резко отвела руку Андраса, и Сиэль сделал шаг вперёд, равняясь с дворецким. — Демон. — хмыкнул граф, проходя вперёд и оглядываясь по сторонам, стараясь запомнить здешнее убранство. Вдруг ему надо будет найти выход? Он не видел, как удовлетворенно смотрит ему вслед маркиз, поглаживая свою шпагу. — Так то лучше, мой дорогой мальчик. — тихо усмехнулся Андрас, чувствуя, как внутри на секунду промелькнуло что-то незнакомое, но приятное, однако после этого, все его естество в ужасе взвыло, словно зверь, которому показали гильотину. Встряхнув головой и отогнав эти странные ощущения, он кивнул на тело беса. — Уберите его. Что же, граф готов был признать — балы на земле полное ничтожество. Глаза едва ли видели конец зала, полного бесов, что сновали туда сюда с блюдами. — Дальше, это зал прислуги. — брови взлетели, как только он услышал слова Себастьяна. — Позвольте на руки? Этот зал принято пролетать. — Сиэль чуть повернул голову, позволяя шепоту проскользнуть по щеке. Глаза демона были близко, настолько, что Фантомхайв видел каждую длинную ресничку. Голова сама по себе положительно кивнула. Мгновение, и его привычно держат сильные руки, а огромные крылья тенью ложатся на головы бесят, что тут же испуганно семенят быстрее. — У меня странные ощущения. — тихо пробормотал граф, действительно не имея возможности избавиться от навязчивого чувства фальши. Оно было настолько сильным, что Сиэль вонзил ногти в ладонь, пытаясь отвлечься. — Что такое? — Себастьян на мгновение подумал, что Сиэль мог бы почувствовать, что всё это лишь морок, однако быстро отогнал эту мысль. Сбросить морок всё равно человек бы не смог. Так что все в порядке. Демон даже рад, что Асмодей завернул эту ужасную для человека конфету в блестящую обертку. Не хотелось ломать Сиэля здешними балами. Ведь это не Земля, это Баатор. Единственное, граф,(Себастьян мог это утверждать, зная его ум) мог бы сам догадаться, однако этого пока не наблюдалось. — Всё нормально. — ложь сочилась с этих губ словно мёд, как всегда. Демону не нравилось, что ему врут, причем зная, что адскому существу это легко понять, но ложь с этих губ словно грехопадение ангела - такая сладкая. — Прекрати мне врать, Сиэль. — это имя словно прохлада воды во время полуденного солнца. Себастьян непроизвольно провел по клыкам, позволяя мальчику на мгновение растеряться от горящих глаз. О, эта душа его. Дрожь по телу передалась и графу, заставляя непонимающе глядеть на Себастьяна. Однако, ответа демону он так и не дал. Этот зал был меньше, но столько драгоценных камней в одной комнате Сиэль не видел никогда. В стульях, в стенах, на пальцах демонов и демонесс, на потолке, в полу, в столах. Как только его опустили на пол, он тут же подошёл к столу, заглядываясь на сапфиры, что покоились под стеклом, что составляло поверхность стола. Вернее, весь стол был из стекла... Нет, тут все было из стекла, внутри которого были высыпаны камни. — Это...? — на столе стоял небольшой кусок полностью черного камня, внутри которого затаился самый настоящий фиолетовый космос. — Камень жеода. Очень редкий. Его достали из бездны. Помнится мне, за него очень много заплатили. Второй такой может быть разве что у самого князя ада. Сиэль снял черную перчатку, отдавая её Себастьяну и протягивая было руку к камню, но его словно током прошило. Перед глазами, ослепляя, пронеслась молния, завиваясь вокруг его пальцев и кисти, едва ли не вышибая из сознательного баланса. Граф прижал руку к груди, чувствуя, как от сдержанного крика раздрабливает лёгкие. — Элариона, держи свои молнии при себе, иначе я не посмотрю, что ты дочь Асмодея. — как жаль, что Сиэль не мог слышать имя этой леди, которой он обязан дикой болью, пульсацией распространяющейся по телу. — А этот малыш не так плох. От моей молнии не кричат разве что самые закаленные воины. — красивая демонесса присела на корточки перед графом, а тот судорожно пытался вспомнить, как она вообще появилась. — Дай руку. — Сиэль лишь вздернул бровь и хмыкнул. — Он мне все больше нравится. Не успел Фантомхайв и моргнуть, как из складок слишком открытого платья выскользнул кинжал, но вопреки мысли мальчика о скорой смерти, лезвие рассекло ладонь девушки. — Это процесс клятвы между демонами. Почти нерушим. За редкими исключениями. — сказал Себастьян, держа графа за плечи. — Я клянусь на своей крови и своём роду, что хочу исправить то, что натворила. — весёлым голосом нараспев произнесла Элариона и кровь почернела, капая на стеклянный пол. — Ты сказал почти нерушим. Что это значит? — все также недоверчиво спросил у демона Сиэль. — Она не нарушит, просто дай ей руку. — Фантомхайв хмыкнул, но руку протянул легко, словно её до сих пор не сжимало от боли. — Андрас, твоя душа великолепна. Вайзехаиль... — тихо прошептала она, и граф тут же вздрогнул, чувствуя, как от кончиков пальцев, которые покоились в холодной ладони демонессы, бежит прохлада, словно ручеек. Боль уходила толчками. — Моя душа, ты хотела сказать. Его она станет, когда будет выполнен контракт. — удивление проскользнуло на идеальном лице, глаза метнулись на Себастьяна, словно что-то спрашивая, однако тот отрицательно кивнул. — Играй, да не заиграйся, маркиз. Как бы ты не пожалел об этом. Ты знаешь на чем зиждется наш род, так берегись того, что может нас убить. Ты даже не в истинном обличье. Не доверяешь магии моего отца? — граф свёл брови, не понимая, о чем она, но Себастьян не дал ему времени для раздумий, чуть подтолкнув, чтобы Сиэль шёл дальше. — Эларион, ты поставила барьер? — неожиданно спросил демон, невесомо касаясь воздуха, отчего от кончиков его пальцев побежали огненные змейки, подсвечивая прозрачный купол. — Да, скоро вернётся отец, береги этого малыша. — Сиэль закатил глаза, недовольно скрипнув зубами. — У меня есть имя, к вашему сведению. — гордо процедил он, вновь привлекая внимание девушки. — Граф Сиэль Фантомхайв. — ответил он на последующий вопросительный взгляд демонессы. — Граф значит. Что же, ты достоин носить это звание. — насмешливо кивнула она. Барьер разлетелся на голубоватые осколки, усыпая красивый пол. Сиэль поднял глаза и вздрогнул, словив на себе множество голодных взглядов. — Тебе придётся с многими познакомиться. Баатезу не терпят любых попыток избежать того, чего хотят они. Вон там, видишь, с синими волосами и голубой кожей - Мефистофель. — Себастьян, я не слышу имён. — чуть раздражённо напомнил Фантомхайв, уже привыкший к чертовому шуму, который, казалось, стал тише. — Правитель восьмого круга - Кании - царства льда и холода. Демон лжи. Не пытайся врать при нем. Любое искажение правды он чует как собака мясо. Вы только унизите себя. — шёпотом закончил Себастьян, спокойно выпрямляясь. — Он, кстати, идёт к нам. Демон с короткими красивыми волосами плавно подошёл к ним, не сводя ледяного взгляда с Сиэля. От одного взгляда правителя льда бежал холодок по коже. Его одеждой были камзол с обтягивающими штанами, каких Фантомхайв никогда не видел ранее. Весь его наряд украшали кристалики льда, отражающие здешний свет. Сама ткань была холодного серого цвета. Лицо имело чёткие черты, чуть выпирающая к концу линия челюсти смотрелась даже эстетично. Прямой нос и внимательные глаза. — Я бы представился, но, к моему великому сожалению, человеческая душа этим бы нагло воспользовалась. Наши имена не безвредны лишь в руках человека. Что за поганый род. Андрас, как ты ему прислуживаешь? Я бы даже ради еды не стал так унижаться перед этими неудачными выродками. — каких сил стоило Сиэлю сдержать свою ярость и желание убить, поднимающееся внутри. Прекрасно понимая, что демоны это легко почуят, он перевернул свою ярость в желание мести, которое тут же засветилось внутри него как самоцветы под солнцем. — А ты не так уж плох, управляешь своими эмоциями? Как интересно. — демон присел на корточки, однако его руку, уже было протянутую к губам мальчика, перехватил Себастьян. — Это принадлежит мне, Мефистофель. — низким, предупреждающим голосом сладко протянул Андрас, отводя голубую руку в атласной перчатке от графа подальше. — Моё имя вам слышать можно. — спокойно вклинился мальчик, чуть подняв бровь. — Граф Сиэль Фантомхайв. — Хм, ты даже не знаешь обо мне ничего, но так легко говоришь свое имя? Опрометчиво. — мужчина встал, явно насмехаясь над Сиэлем. — Правитель восьмого круга - Кании, где царствует зима и вечные льды. — парировал граф, смотря в сузившиеся глаза. — Самая низкая температура во льдах Кании? — усмехнулся баатезу, вкушая свою скорую победу. — Минус сто семьдесят пять по Цельсию или минус двести восемьдесят три по Фаренгейту. — не задумываясь сказал Фантомхайв, неожиданно понимая, что эту информацию ему никто не говорил, но он был в ней уверен. — Андрас, ты ему говорил про это? — не выдавая своего удивления, спросил демон, сканируя Сиэля. — Нет, Мефистофель. — глаза баатезу пытались выявить ложь, но все было чисто. Никто из троих говорящих не замечал, что на них внимательно смотрит ползала баатезу, тихо переговариваясь. — Тебе кто-то об этом сказал? — обратился Мефистофель уже к самому графу. — Кто бы? Я только с С... с ним. — палец указал на Себастьяна. Только вспомнив, что он до сих пор не надел перчатку на свою руку, Сиэль изъял её у дворецкого, легко надевая. — Как забавно. Дорогой маркиз, твоя душа не перестаёт удивлять. — Асмодей привлёк к себе внимание, громко сказав это со своего трона. — Это довольно сложно объяснить. Возможно, сказывается его необычный переход в ад. Прыгнуть самому в портал, какая безрасудная смелость, верно? — рыжие волосы отливали золотом, привлекая внимание графа. — Не вам судить. — почти не думая, ответил Фантомхайв, подходя ближе к трону. — Эта душа чувствует себя здесь слишком расслаблено, вам не кажется? — звонко раздалось в зале, и Сиэль повернулся, замечая ещё одну демонессу, едва ли одетую, но её меховой воротник был действительно красив. Зелёные волосы, напоминающие цвет листьев дуба в грозу, перенёс его обратно в дождливый Лондон. Что же, он ещё спокойно жил, как оказалось. Сколько времени прошло? Столько успело случиться. Честно, он не успевал ничего понять. Все случилось слишком быстро. До сих пор Сиэль не знал, как относится к аду. Он шёл на поводу у интуиции, но черт возьми, если она его подведёт, это может стоить ему жизни. — Уважаемая графиня Хаг, — бархатно обратился к ней Себастьян, чуть вытаскивая свою шпагу. — Если вас что-то не устраивает, может разберёмся? — женщина лишь хмыкнула, однако вернулась к употреблению своего вина.(Как это предполагал Сиэль.) — Если бы Андрас хотел, она бы уже давно лишилась своего круга. — глухо засмеялся демон, в котором Фантомхайв признал гостя замка Себастьяна. — Кто она? Я могу слышать её имя, если это имя. — тихо спросил граф Михаэлиса, заставив наклониться. — Графиня Хаг? Она ведьма, а не демон, поэтому можешь слышать. — и увидев непонимающий взгляд мальчика, демон улыбнулся, продолжив говорить. — Единственный правитель, являющийся не баатезу или архидьяволом. Впрочем, она странная ведьма. К примеру, в бою она больше полагается на свое владение огромным двуручным мечом, чем на заклинания. В отличие от остальных ночных ведьм, у неё нет сердечного камня. Основная цель Графини Ведьм сейчас — укрепить свою власть и влияние. Фактически она самая слабая из архидьяволов, и к власти пришла не силой, а хитростью. Сейчас ей помогает то, что Молох оставил после себя большую и обученную армию. К тому же, есть и её собственные слуги — шабаш из трёх ночных ведьм, множество медуз и кошмаров. — пальцы Андраса легко сжимали плечо графа, а сам он не переставал внимательно следить за тем, чтобы на Сиэля не слишком заинтересовано смотрели. — Кто оставил армию? Чёрт, я не слышу эти треклятые имена! — вспылил граф, впитывающий в себя информацию как губка. — Прошлый правитель Малболжа, она была его любовницей. Когда его убили, она заняла трон. Всего лишь удача. — пожал плечами дворецкий, поправляя свой костюм и приглашая графа сесть на стеклянный стул, внутри которого затаились сапфиры. Сам же сел напротив, предпочитая рубины. — Андрас, говорят, на небесах появились непокорные. — рядом грузно сел Абигор, стукнув кубком с каким то напитком по стеклу. — Ждать падших? — насмешливо спросил маркиз, закинув ногу на ногу. — Не мели чепухи. Люцифер не позволит. Максимум спустит их до Хаматулов или максимум Амнезу. — Сиэль сморщился, поднимая, что это названия адских существ. Ещё узнает о них, он уверен. — У нас мало горгон, после того как Белиал их повырезал. Может ими станут. — предположил Андрас. — Вообще, их можно приватизировать. В слуги вон. Или запихнуть в армию Асмодея, но тогда нам их обучать... Сиэль, незаметно для двух демонов, что с головой ушли в разговор, выскользнул из-за стола, решившись пройти возле стены, чтобы не привлечь лишнего внимания, заодно изучить гостей. То чувство, что мелькало, когда они влетали в этот зал вернулось. Ощущение полной лжи. Фантомхайв не понимал. Словно два пазла, сложенные перед ним, на самом деле всего лишь подогнаны друг под друга. А истинный пазл лежал где-то недалеко, мозоля глаза. Глаза остановились на демонессе, что сидела на коленях какого-то демона, незнакомого мальчику. Что не так? Они летели над Нессусом, и он видел как терзают души, как те пытаются спариться, получить хоть малейшее удовольствие, видел, как безжалостно им отрубали любые части тела. И вдруг, вполне себе человечный бал. Вино, культурные демоны, совсем похожие на людей. Впрочем, разве правители не могут быть ухоженными? Что, чёрт возьми, не так? Он не знает это место, но такой контраст настораживает. Сколько раз его глаза обманывали его? Он всегда полагался на ум. И сейчас тот подсказывал ему, что глаза не лучший источник информации. Фантомхайв закрыл их, прислушиваясь к звонкому смеху, с шумному говору, из которого почти ничего не было понятно. Нет, это демоны, здесь не должно быть ничего человечного. Это, черт возьми, те, кто ненавидят людей. Их бал просто не может быть похож на человеческий. Момент осознания был словно вспышкой, после которой на уши свалилась какофония. Стоны, крикливый смех, вой, чавканье совсем рядом, шипение и удары металла об камень. Звуки ударов тела об тела, карканье ворон, сипящие голоса, звуки капель и хлюпанья буквально позади него. Не открывая глаза и тяжело дыша, он протянул руку к стене, что находилась сзади. Вспомнив, что не снял перчатку, он сдернул её, наплевав и бросив на пол, протянув руку и тут же нащупывая что-то холодное и скользкое, покрытое какой-то жидкостью, что начала стекать по пальцам. Похоже на воду по ощущениям. Сиэль сильно надеялся, что это и вправду вода, но в аду стекающая по стенам вода — райское украшение. Не открывая глаз, рука скользнула вверх по предмету, ощупывая его. Но резкий стон боли над головой заставил распахнуть глаза и отдернуть руку. Это был первый раз, когда крик ужаса вырвался из груди, к счастью сиплым тихим срывом, не привлекшим никакого внимания. Граф, едва дыша и чувствуя подступающий приступ давно забытой астмы, смотрел, как завороженный, на свои пальцы, по которым стекала кровь. Глаза вернулись к первоначальной картине — душа, что висела на огромных ржавых крючьях. Острый конец железа торчал изо рта жертвы, что опухшими глазами бесцветно смотрела на Фантомхайва. Руки были вдроблены в стену, а куски засохшего мяса из почти выкорчеванных локтей ошметками свисали почти до таза. Лишённая гениталий, вместо которых был воткнут железный штырь, второй который также покоился в суставе колена, душа едва дышала, но умереть второй раз было бы несоизмеримой роскошью. Огромные пролежни и язвы, свисающая кожа, гной, что стекал по ногам и рукам. Граф резко развернулся, держа чистую руку у рта, но, желая избавиться от только увиденного, он сделал только хуже. Глаза широко распахнулись, замечая десятки душ на стенах, покрытых плесенью и воняющей кровью. Он видел, как какое то уродливое существо с телом слизняка, короткими ручками и черепом вместо головы подносит бокал к стекающей с души крови, перемешанную с гноем, смакует, словно вино долгой выдержки. Глаза переместились и брови сошлись, наблюдая за той самой демонессой, что сидела на коленях пять минут назад. Он едва её узнал, но примерные формы дали ему подсказку. Она действительно сидела на коленях, только чуть выше. Фантомхайв отвёл глаза от вида члена, что легко входил в уродливое тело демонессы, но хлюпающие звуки все ещё сопровождали его. Он увидел и Графиню Ведьм, которая выглядела как ужасно уродливая женщина с кожей синюшного цвета, покрытая волдырями, бородавками и шрамами. За спиной замерли двое разорванных чёрных кожаных крыльев, с которых что-то капало. Драгоценные камни в стекле? Скорее уж цепи вбитые в маталлические пластины. Ужасная догадка пронзила воспаленный мозг, и взгляд пополз по гостям, ища того, с кем он контрактом связал свою жизнь. Разноцветные глаза никогда не были так рады видеть это ровное лицо, которое перечеркивала длинная прядь чёрных волос, эти пальцы, что сейчас постукивали по столу. Не в силах выдержать все, что здесь происходило, граф попятился назад, замечая сбоку какой-то неприметный выход, в который он тут же скользнул, не замечая, что все это время за ним наблюдали рубиновые глаза одного из баатезу. — Сбросил мой морок? События становятся все интереснее. Тёмный тихий коридор стал чертовым раем. Сиэль бежал, пока дыхание не пришло в норму, тошнота не отступила, а шоковое состояние прекратило насиловать сердечную мышцу, что заходилась в судорогах. Он замедлил бег, переходя на шаг и начиная оглядываться. Мрачный коридор давил и заставлял сердце вновь сжиматься, поэтому Фантомхайв зашёл в первое попавшееся помещение, откуда лился слабый свет. Вдох удивления сорвался с губ, когда взору открылась необъятных размеров библиотека. Она была словно цилиндр, но потолка было почти не видно. Винтовые лестницы у стеллажей, витые перила балконов, что проходили по всему кругу каждого этажа, и книги. Их больше, чем населения в Англии, Фантомхайв был уверен в этом. Поднимаясь по лестнице на первый этаж, он попутно читал названия, выгравированные на корешках. "Оружия и их свойства" — рука сама потянулась к книге, вытаскивая её. Сиэль быстро поднялся на балкон, плюхаясь в жёсткое кресло, составленое из корней какого дерева. Выглядело это по-крайней мере именно так. Пусть это будет дерево, потому что потрясений за этот час он испытал достаточно. Хотя час ли? Здесь нет времени... Книга легла на стол, а тонкие пальцы правой руки уже было потянулись открыть книгу, но Сиэль раздосадовано застонал сквозь зубы — на белой коже была засохшая кровь. Брезгливо морщась, он опустил руку, открывая книгу другой. В содержании были названия мечей, поэтому граф открыл какой-то неизвестный "Ореон". "Двуручный меч, имеющий длину, составляющую 112,5 сантиметров. Есть брат-близнец "Аригния", отличие которой лишь длина и некоторый ряд поражающих факторов, так как они создаются при разной закалке..." Дальше Фантомхайв прочесть не мог, не понимая, что за неизвестные символы составляют нужное слово. Недовольно цокнув, он вернул взгляд на только что прочитанный текст. Секунда, и он покрывается мурашками, осознавая, что то, что он прочитал — написано на незнакомом ему языке. И второй раз прочитать это он не мог, просто не понимая, что за буквы посажены на ровную линию строки. — Красивые иероглифы, не правда ли, Сиэль? — книга отлетела на пол, стул отъехал назад, а сам граф уставился на мужчину, что сидел напротив него, хотя минуту назад там никого не было. — Не спрашивай ничего, сейчас не время для ответов на вопросы, ещё слишком рано. Держи. Вытри руку. — длинные изящные пальцы потянули белоснежный платок, смоченный в чём-то вкуснопахнущем. Сиэль недоверчиво глянул на ткань, мгновенно вспоминая кровь и гной, стекающие по стенам. — Это эфирная вода, не волнуйся. Граф взял платок, наконец вытирая заляпаную руку, не сводя взгляда с незнакомца. Спроси сейчас у него кто красивее: Себастьян или этот мужчина, он бы не смог ответить. Эти длинные шёлковые серебряные волосы, ровные, не острые черты лица, прямой нос, внимательные проницательные серые глаза, которые пеленали, словно утренний туман, выпирающие ключицы из под шелковой мантии, вышитой серебром — это все так гармонировало и сочеталось, что казалось, это существо сошло со страниц сказок и ему не место в аду. Такого рода красота вообще могла обитать в аду? — Что ты хочешь от меня? — подозрительно спросил Сиэль, поднимая книгу и возвращая на стол. — Обязательно нужна причина? — приятным голосом парировал гость. — Во-первых, не этично отвечать вопросом на вопрос. Во-вторых: это ад, здесь нет ничего, чтобы было просто так. — помрачнел Фантомхайв. — Верно, как говорится, на своём опыте? — засмеялся мужчина. — Причина есть. Хочу пригласить тебя сопровождать меня на охоте. — охотно поделился блондин, хитро сверкая глазами. — Охоте? — бровь плавно поднялась. — Ох, мой достопочтенный маркиз не сказал тебе. — театрально грустно протянул незнакомец. — Этот бал закончится охотой. Мужчина встал, за ним и Сиэль, который взял книгу и ушёл чуть вперёд, чтобы поставить её на место. А после начал спускаться, планируя вернуться в зал. Настороженность — первое правило ада. — И на кого же эта охота? — почти уверенный в ответе, свёл брови граф. — На души. — насмешливо ответил бархатный голос. — Не находишь интересным: душа на охоте за душами? — кривая улыбка потонула в темноте коридора, в который вышел Сиэль. — Нахожу. Поэтому и приглашаю. — граф обернулся, удивлённо глянув на мужчину, который в этот же момент поднял руку, а после с конца его пальца сорвался вихрь, растрепавший серебряные волосы и сложивший сложивший их в косу, что упала на спину, доходя кончиками до колен. Сиэля передёрнуло при воспоминании о "прекрасном" зале, но избегать его было ужасным поступком. Эта была бы слабость. Уверено шагая вперёд, по памяти пытаясь вернуться в зал, он попутно думал, кто же все таки этот мужчина? — Сиэль, сюда. — блондин указал на две огромные двери. — Но когда я выходил, проход был узкий... — пробормотал Фантомхайв. — В замке Асмодея все постоянно меняется, чтобы сбить с пути. В этом замке своевольничает магия. — мелодично объяснил незнакомец, останавливаясь перед дверью. Граф толкнул двумя руками, и тяжёлые двери заскрежетали, открываясь. Сиэль чуть вошёл в зал, сзади шёл гость, шёл так, как всегда шёл Себастьян — сзади по левую сторону, не слишком близко, но достаточно, чтобы коснуться рукой. Взгляды устремились на них, после чего все вопли стихли, остался лишь звук капель и металла. Всё до единого встали на одно колено, поклоняясь. Но, когда это сделал и хозяин замка, холод прошил все тело. Сиэль наконец понял, кому он обязан такой необычно-спокойной компанией. — Люцифер... — но дернись он сейчас, показал бы свое смятение перед демонами. Глаза быстро нашли родные бордовые - покрытые плёнкой напряжённости. Граф не мог сказать, что чувствует Себастьян, ведь эмоции того были словно похоронены. С другой стороны, хотел бы убить, убил бы. — Сопровождать на охоте? Да будет так. — он полуобернулся к дьяволу, вздрогнув. Лицо того утратило спокойную умиротворенность, хищно осматривая подданных. Впрочем, граф понимал - с таким то народом жестокость единственный рычаг управления. — В таком случае, тебе нужен алькорн. — серые глаза впервые остро вонзились в разноцветные. — Это здешние лошади. — пояснил он. — Ваше Высочество, но разве не я вас сопровождаю на охоте? —спокойно спросил Асмодей, с улыбкой поглаживая подбородок. — Времена меняются, Асмодей. — рука поднялась, махнув демонам. — Время охоты. Зовите своих алькорнов. — и тихо добавил так, чтобы слышно было только Сиэлю. — Пошли, сейчас тут не протолкнуться будет. — граф кивнул, быстрым шагом выходя и идя ровно за Люцифером, сканируя серебро волос. — Алькорны непокорны, вы уверены, что он сможет? Это же человек... — брезгливо сморщился тот самый слизняк с черепом. Но не успел он продолжить, как из дырки под черепом вырвался крик боли. — Сомневаешься в моем решении, Маммон? — мелодично спросил Люцифер, не прекращая идти. Сиэль выдохнул сквозь зубы. Этот дьявол чертовски силен, раз не двинувшись заставил демона кричать, жаль имена не слышит. — Это баатезу третьего круга - Минауроса. Асмодей его превратил в слизняка, когда он совершил одну непростительную ошибку. Лезть в это дело граф не стал, понимая, что, собственно, больше знаешь, меньше спишь. Ему хватает на данный момент ужасов этого места. Они вышли в тот зал, что был перед самым выходом, и в голове сразу же встала картина, как его нёс на руках Себастьян. Черт, где он? Нельзя оборачиваться, ни в коем случае. На кону его гордость. Чуть сведя брови он поравнялся с князем ада. — Я не слышу хлопки крыльев, почему никто не летит? — хмуро спросил граф, поднимая глаза на лицо Люцифера. — Потому что не лечу я. — серые глаза усмехнулись, сузившись. — Почему не летишь ты? — хмыкнул мальчик, поглаживая эфес шпаги и поправляя рукав бархатного красного пиджака. — Потому что у кое-кого нет крыльев. — Сиэль резко вскинул голову, выпрямляясь слишком неестественно. — С каких пор демонов волнует... — Я падший, Сиэль. Разве ты не замечаешь, как разительны различия твоего демона и здешнего правителя? Нас трое падших, и все мы более человечны, чем созданые из мрака существа. Небеса, в любом случае, породили нас, и даже если мы изменились, клеймо света не сотрется никогда. Тем более, ты мне интересен. — бесы по сторонам от них испуганно вжимались в стены, а демоны сзади молча шли на приличном расстоянии, не способные услышать спонтанный разговор. Ведь если услышат, их больше не будет. — Часто чужой интерес оборачивается большой бедой. — мрачно заметил Фантомхайв, выходя на спертый воздух, морщась. Каблуки застучали по камням моста, что походил над расщелиной. Как забавно: расщелина в расщелине. Люцифер не ответил, лишь довольно улыбнулся, все ускоряя шаг, после чего вскинул кисть, с которой сорвался поток воздуха, почти видный из-за его завихрений. — Позови алькорнов. Весь табун. И побыстрее. — едва он договорил, ветер сорвался, обдав Сиэля тёплым потоком, растрепав волосы. — Ты нравишься воздуху. — подметил дьявол. — Ты управляешь воздухом, Себастьян - огнём, а он - землёй. Видимо, поэтому тут такие разломы. — палец указал на Асмодея, что поправил свои рыжие волосы и заодно подмигнул ему. К нему пока нормально относятся только падшие. Кто бы мог подумать. — Где водный? — Умер совсем недавно. Было смещение планов, и водный план затопил всё: План Огня, План Воздуха, План земли, План положительной и отрицательной энергий. И он загнал воду на её план, но она же его и убила. С тех пор на тот план никто не суется, даже я. Стихия убьёт любого. Риал просто не справился с натиском, потратив все силы, чтобы восстановить планы. И как только он ослаб, стихия взяла вверх. — Сиэль удивлённо глянул на князя ада. — Ты слышишь его имя, потому что он мёртв. — Разве ты не можешь завладеть водой? Недостаточно силен? — саркастично поддел граф, на мгновение забывая, с кем он говорит. — У каждого из тех, кто владеет стихиями, есть определённое пристрастие к своей. Я ещё на небесах стремился к постоянному полёту. Асмодей всегда любил подземные пещеры, замки, любил что-то выращивать. У него даже сад есть, он правда не знает, что я в курсе. Хотя, они уже давно смирились с тем, что я всё знаю. Твой демон вообще невосприимчив к огню. Я это понял, когда пытал его за вторжение в свой замок. Он тогда только пал с небес и учился летать. И залетел так высоко, что увидел мой дворец. — Сиэль, что внимательно начал слушать, услышав что-то о Себастьяне, не успел вникнуть, как дьявол сменил тему. — Риал был моим лучшим другом, когда мы пали с небес. И помню, как он нагло использовал воздух, чтобы создавать лёд. — вновь смена темы. — Понимаешь, чтобы стать тем, кто носит стихию в себе, ты должен соединиться со всеми. Ни одна стихия не может существовать без другой. А вот и табун. — топот копыт сотрясал землю, хотя Сиэль ничего не мог разглядеть из-за пыли, что скрывала лошадей. — Хочешь посмотреть? Воздух вихрем пронёсся мимо них, разгоняя пыль и являя взгляду чёрных жеребцов, у которых в четвёрке первых неслись трое неимоверной красоты. Один из жеребцов имел чёрно-красно-оранжевую гриву, диадему с рубином, что легла между глаз, по мышцам бежали рубиновые змейки искр. Второй имел чёрно-зелено-изумрудную гриву, между глаз была диадема с изумрудом, а по мышцам бежали все те-же змейки искр, только зелёного цвета. Третий конь был таким же, однако, его цвета были заключены в белом и серебряном. Зелёный жеребец останавился перед Асмодеем, уткнувшись мордой в его ладонь, серебряный остановился около Люцифера, и Сиэль перевёл глаза на огненного, но тот гордо стоял на месте, пока не мелькнула фигура Себастьяна, что вышел из толпы демонов. — Иди сюда, вредное животное. — тепло произнёс маркиз, пока жеребец, игриво фырча медленно подходил к нему, в конце кладя морду на плечо Андраса. Черт, Сиэль так соскучился по своему дворецкому, что едва смог отвести взгляд, не замечая, как потемнели бордовые глаза, посмотрев на него. Кони подходили к демонам, однако они были совершенно другого вида. У них не было кожи и внутренностей, лишь сплетение каких то чёрных ветвей, по крайней мере это было похоже на ветви. Оставшийся табун небрежно ржал. — Иди, алькорны сами выбирают хозяев. — Люцифер легко вскочил в седло, а за ним это сделали и демоны, насмешливо смотря на человека. Сиэль стиснул зубы, гордо шагая к табуну. Они вообще разумны? "Ты что, темнота человеческая, думаешь, что мы тупые механизмы для удовлетворения желаний демонов?" — раздался яростный голос в голове, а после глаза встретились с голубыми глазами коня, того, что скакал в первой четвёрке. — "Ты унизил мой табун. Отвечай за это." Конь сорвался с места, как ветер несясь на него, но Фантомхайв неожиданно спокойно выдохнул. Черт возьми, не шевельнется он. Пусть хоть убьёт. Жеребец заржал, поднимаясь перед ним на дыбы и грузно опускаясь на передние ноги. "А ты мне нравишься, Сиэль" — конечно, все тут вкурсе его имени, почему нет? Раздражённость всколыхнулась внутри. — "Хей, нам подвласны ваши мысли. Мы можем слышать их. А ты разговариваешь сам с собой." "Потому что иначе не сохранить полный внешний баланс. Это ад." — рука потянулась к чёрной гриве, почесав шею коня. — "Господи, хорошо, что у тебя есть кожа, как у привычных мне лошадей" " Я вожак табуна, конечно я должен выглядеть красиво. А земные лошади выглядят привлекательно." — игриво фыркнул конь. — "Моё имя Аниэль. Давай, забирайся и покажем этим демонам, что такое скорость!" — чтож, ему попался реально дикий конь. Аниэль опустился на колени, позволяя Сиэлю сесть верхом, а после встал, резво прорысив до Люцифера. — Привет, Аниэль. Я не сомневался, что всё выйдет именно так. — не дав им и рта открыть, он махнул рукой, и его конь рванул вперёд, а следом и конь Андраса и Асмодея, впрочем, Аниэль не отставал. Четвёрка воссоединилась. За ними скакали демоны. Граф не сильно понимал смысл их охоты, пока впереди не появились души в кандалах, что с ужасом пытались бежать в разные стороны. "Охота в том, чтобы не упустить ни одной души, это азартно." Сиэлю претило времяпровождение такого рода, но в какой-то момент внутри поднялась та самая жажда, распаляя внутренности. — Сиэль... — рядом появился огненный конь, но не успел Себастьян вставить ещё хоть слово, между ними пронёсся конь Асмодея, толкнув Аниэля, который возмущённо рванул следом, не дав графу возможности выслушать Андраса. "Догоним душу за которой гонится Асмодей, они ошалеют. Давай?" Фантомхайв помедлил, неожиданно хищно улыбнувшись. — Гони. Жеребец гордо заржал, прибавив скорость, а Сиэлю пришлось наклониться, чтобы воздух не бил в лицо хлесткими плетьями. Они обогнали Асмодея, вырываясь вперёд. — Быстрее, быстрее... — шептал Сиэль, чувствуя, как заходится сердце. "Нет!" — отчайный голос коня впечатался в голову, а изящные ноги пытались затормозить перед из ниоткуда взявшимся порталом. — "Сиэль, держись!" Но потные руки не смогли удержать гриву, а ноги не смогли удержаться на боках. Граф вылетел, успел лишь повернуться, замечая где-то далеко демонов, что повернули головы. Самые разные выражения лиц отпечатались на глазах, после чего сознание потемнело. Он вновь попал в портал.