Раскрой мои крылья.

Нет, не то чтобы Себастьян сомневался в том, что призвавшая его душа просто неимоверно ловко собирает всё дерьмо на свою попку, но находиться целый вечер в окружении княза ада, не пойми что вытворить на охоте и попасть в портал — это уже перебор. Впрочем, похоже, это судить не ему. И где его теперь искать? Люцифер сидел спокойно, хотя с его то способностями, он мог легко закрыть портал, или вернуть потоком ветра самого Фантомхайва. И сейчас князь ада разворачивал Алахорна(своего коня), поднимая руку в жесте окончания охоты. Можно ли это было понимать как то, что этот портал дело рук самого дьявола? Рука гладила шею Хошерона, задумчиво перебирая огненные пряди. "Аниэль может помочь. Ты же знаешь, выбирая всадника, мы привязаны к ним. Думаю, он уже успел привязаться." — раздался глубокий голос в голове, опаляя жаром, после чего конь перешёл на рысь, останавливаясь лишь возле чёрного коня, который неподвижно стоял перед местом, где схлопнулся портал. — Аниэль? — Себастьян легко соскочил с Хошерона, подходя к неподвижному животному. "Я бы мог прыгнуть следом, но я не сделал этого." — тихий журчащий голос водной свежестью прошил барьеры, по привычке выставленные против чужого проникновения. — "Я испугался, понимаешь? Я знаю, что может ожидать в здешних порталах, но даже если так, я должен был прыгнуть за ним... Он же ничего не знает..." — дрожь непроизвольно передалась и демону, который гладил спину жеребца, чувствуя ещё тепло Сиэля, которое сохранилось благодаря жаре Нессуса. Андрас обернулся, замечая Абигора, что подгонял лошадь, которая неохотно шла к ним. — Что, Андрас, не уберег свой цветочек? — маркиз мрачно рыкнул, заставляя огонь поджечь рукава война. — Зачем крайности? — демон язвительно затушил огонь, грузно выдохнув после призыва магии. — После смерти Риала вода не слушается даже в обычных мелких призывах, забирая много энергии. Так что приструни свой огонёк... Андрас! — на этот раз демон вспыхнул весь, чертыхаясь и проклиная всех дьяволов Бездны. — Зачем пришёл, Абигор? Если язвить, то огонь на тебе будет гореть ещё очень долго. — хищная улыбка разрезала губы. — Ты не в истинном обличье, а значит не сможешь исполнить свою угро... — не успел демон договорить, как лицо Андраса поплыло, перевоплощаясь. Тень поползла по земле, стягиваясь жгутами вокруг человеческого обличья, позволяя коже стекать, словно её обработали кислотой. Мрак холодными щупальцами забирал свет. Лишь огненные крылья за спиной оставались неизменными. Огонь взвился прямо на демоне, признавая своего хозяина. — Повтори. — голос полностью изменился, становясь глубоким и низким. — Хочу помочь. — весело выдал Абигор, смотря как истинное обличье архидемона резко переходит обратно в человеческое. — И не тяжело же тебе так легко менять обличья? Тяжело, очень тяжело. Настолько, что пот заструился по спине, но лицо своё демон потерять не мог. За все то время, что он был на земле, почти заточенный в человеческом обличье, его истинная натура прекратила получать питание, начиная иссыхать. И это может стать огромной проблемой, если об этом узнают. И он не знал, что делать: рвануть искать Сиэля или же уединиться в места, где он наберётся сил. Сложности добавляло то, что в его подчинении стихия, и если тут он может сделать вид, что все хорошо, то этот шквал буйного безумия ему не обмануть. Выйдет из под контроля стихия — планам не сдобровать, а ему ещё и возвращать свою репутацию. Губы скривились. "Мыслишь здраво" — заметил Хошерон, ударив копытом по сухой земле. "Да, тебе бы лучше сил набраться, да со стихией прийти в единение" — подтвердил Аниэль, грустно смотря себе в копыта. — С чего вдруг хочешь помочь? — спокойно спросил демон, прищурив глаза. — Асмодей не простит мне, если я упущу его любимчика. Да и тем более, если с тобой что-то случится, огонь сойдёт с ума. А ад держится на огне. Не хочу сгореть. — хмыкнул Абигор, важно поправляя рукава. — Тебе идут чёрные шёлковые рубашки. — подметил воин, притворно зевнув. — Да... Я уже это слышал. — тёплая улыбка чуть тронула равнодушные губы. — И да, есть новость. — лицо демона чуть омрачилось. — Тебя вызывает Проклятая Восьмерка. — Хм, дьяволы решили вершить суд? — усмехнулся Себастьян, сведя брови. Дело плохо. Если им интересуется восьмерка, то нужно сначала отвести их от Сиэля. Дело, как он предполагал, касается его. Самое плохое, что этот суд не оспоришь. Даже если ты кругом прав, наказание все равно будет таким, какое хотят они. Можно ли это понимать как то, что привод сюда Сиэля — лишь с трудом вырванная причина, чтобы судить его? Чего они добиваются? Чёрт возьми, почему именно сейчас? Подождали бы один день, и его бы тут не было. Они словно знали, когда Сиэль изчезнет. Или, возможно, так и есть. Может быть, это всё один заговор, но зачем? Никто не знал Сиэля, зачем? Если для того, чтобы насолить ему, то это очень действенный способ, он не спорит, однако, очень опасный для жителей ада. Хошерон ткнул прохладным носом ему в шею, напоминая, что он ещё не в замке, чтобы так сильно погружаться в себя. — Хорошо, значит, мне нужно на суд прямо сейчас. — мрачно заключил Андрас, легко седлая коня. — Аниэль, я позову тебя, как все закончится. — глаза остановились на Абигоре. — Жди в моём замке. Хошерон фыркнул, срываясь с места и стрелой пролетая мимо воина, что стоял, усмехаясь. — Что ж, Андрас, несладко тебе придётся. Честно, Себастьян ненавидел эту башню. Из всего ада она выглядела словно кусок рая, но это всего лишь насмешка Проклятых. Зелёные деревья под солнечным расколом в красном небе. Копыта глухо застучали по плодородной земле, а жеребец издал недовольный звук. "Ради всего проклятого, опять в копытах полно земли. Вот за что я люблю ад, так это за то, что от той земли максимум пыль." — огненным вихрем Хошерон проскакал последние деревья, резко останавливаясь перед мостом, ведущим в башню. "Я мог лететь, но ты бы опять ворчал." — усмехнулся демон, хлопая по мощной шее животного. "Иди давай, и мёртвым не возвращайся." — морда сильно толкнула в спину, но Андрас и так уже шел навстречу яркому входу, движением руки добавляя на себя длинный плащ, который скрывал его от жгучего света. О восьмёрке никто не знал ничего. Ни как их убить, ни где они появляются, что едят, какова на самом деле их сила, кто они. Это не порождение света, но и не порождение тьмы. Это что-то смешанное, словно в них с двух пакетов запихали две противоположности, которые с трудом смешались, образуя вечную противоборствующую силу. Многие пытались выследить их и убить по одиночке, но всегда появлялись и остальные семь, словно эти существа единое целое. И сейчас Андрас шёл туда, понимая, что они легко могут лишить его жизни. Оружия при себе не было, ведь иначе башня бы не пропустила внутрь. Проклятые очень озабочены своей безопасностью. Свет резал глаза, напоминая о далёком рае, когда он ещё был новорождённым серафимом. Раскрыв крылья, он пролетел яркую арку, оказываясь в полутемном холодном зале. Крылья сложились, подняв пыль с каменного пола. — Маркиз, добро пожаловать. Мы вас ждали. — мелодичный женский голос отразился от стен, вырываясь вверх, где и растворился в потолке из разноцветного стекла, которое, впрочем, не пропускало света извне. — Несомненно, Зарилия, мы его ждали. А сейчас приступим к делу. Маркиз, пройдите в центр. — черты демона заострились, но он ничего не сказал, понимая, что здесь всего одно слово может стать последним. Восемь фигур сидели в своеобразных тронах, тщательно скрывая лица под капюшонами. — Зачем такая конспирация, светлейшие? — скрывая насмешку, спросил Андрас, понимая, что за свою издевку сейчас прийдется поплатиться. Тишина в зале разорвалась разрядом светлой энергии, обвившейся вокруг рук Себастьяна, обжигая их даже сквозь плащ. Но благодаря тому, это было терпимо. — Братья, он подготовился. Откуда ты знаешь, что мы воспользуемся положительной энергией? — грозно спросила Зарилия, поднимая тонкую кисть, что тонула в черном плаще. — Тёмная энергия лишь подпитала бы меня, ведь я падший, а значит, могу впитывать энергию, что сооответствует моей сущности. Это логично, а вот ваш вопрос нет. — весело заметил демон, напряжённо думая, стоит ли их выводить из себя. С другой стороны, это может сильно раскрыть их планы. — Молчи, падший! — громко рявкнул один из восьми одинаковых фигур, сжав складки рукава своего плаща. — Не строй из себя героя, ты тоже можешь бояться. Андрас засмеялся, раскрывая крылья и одим взмахом взлетая к потолку, красиво вращаясь вокруг своей оси. Огненные всполохи рванули в разные стороны от перьев, заставляя Проклятых быстро воздвигать магические щиты. Фигура, что сидела во главе остальных, вскинула руку, и две струи, перекручиваясь, понеслись на демона. Положительная и негативная энергия прошли сквозь защитный барьер, резко созданный Себастьяном, вонзаясь в грудь и на секунду лишая возможности двигаться. Этого было достаточно, чтобы крылья изчезли, а сам демон, скрывая стон боли, упал на каменный пол. Камни были холодные, в отличии от маркиза, который всегда был горячий из-за огня, что бушевал внутри. Неожиданно стало холодно. Словно весь внутренний огонь куда-то испарился, а его заменил жгучий холод. Холодные камни становились еле тёплыми, и Андрас понял — это не камни потеплели, это он похолодел. Себастьян, сжав губы, попытался позвать огонь, но внутри всё молчало. Попробовал вытянуть другие магические каналы, но его словно отбросили от источника. Ничто внутри не отзывалось на привычный зов. Внутри выла метель, властвуя, словно в пустыне песок. Руки, ослабевшие от такой потери энергии, подняли торс, голова чуть повернулась, замечая, что фигуры сидят в полной тишине, расслаблены, как это было изначально. — Откуда в вас силы изымать чужую магию? — хриплый голос, утерявший свою бархатистость, гулко отразился от стен, разбиваясь где-то у потолка. — Мы не изъяли её, падший. А теперь говори, где душа, с которой ты пришёл в ад? — не изъяли? Что бы это могло значить? Получается, он ещё может вернуть свою магию? Но как скоро? Чёртова слабость в теле. Хорошо, что Сиэля нет рядом. Он бы не потерпел своего дворецкого в таком слабом виде. — Я не знаю. Его похитили. — скрывать не было смысла. Но что за чёрт, неужели за Сиэлем пол ада охотится? Что такого в душе, что по контракту принадлежит ему? — Ты незаконно впустил его в ад, демон. — хмыкнул кто-то. — Так что наказание справедливо. — У нас контракт, все законно. — тяжело выдохнул Андрас, морщась, но медленно вставая, пошатываясь, гордо поднимая голову. — Контракт? — женский голос разрезал тишину, переливаясь в смех. — Ты шутишь? Ты думаешь, мы не знаем, что в аду контракты анулируются? Их просто не существует. Ты мог проглотить его душу ещё в портале, маркиз. Но видимо, ты захотел поиграть. Что же, твою игрушку слишком многие хотят убить. — фигуры встали, а демон напрягся, понимая, что убить его сейчас - как раз плюнуть. — Ты свободен, мы должны отправится в путь. Вихрь накрыл все восемь фигур, после чего они изчезли, оставляя его одного. — Хошерон... — тихо прошептал демон, едва стоя на ногах. Оставшаяся энергия ушла на слепое противостояние, в котором почти не было смысла. "О, чего не на крыльях?" — звонкий перестук копыт приближался к нему, и маркиз поднял голову. — "Что произошло? Что они с тобой сделали?" — с ужасом спросил конь, мотая огненной гривой. — На тебе осталась моя магия... Значит, они действительно не изъяли её. Черт, так плохо я себя ещё никогда не чувствовал. — ладони прижались к вискам, массируя их. "Они что, что-то сделали с твоей магией?" — осторожно спросил Хошерон, подходя к нему вплотную. Себастьян кивнул, залезая на спину коня. Тот легко прорысил к выходу из башни, после чего молча перешёл на галоп, преодолевая метр за метром. В таком молчании они скакали вплоть до замка, пока демон судорожно думал, что же делать в столь ужасной ситуации. Где может быть Сиэль? Абигор встретил их у входа в замок, внимательно смотря на едва держащегося в седле Андраса. — Что произошло? — тут же спросил, неожиданно для демона, помогая ему слезть. — Не знаю, что-то сделали с магией. — неохотно ответил маркиз, холодея при мысли, что Абигор может рассказать это, после чего с замком и титулом можно прощаться. — А ещё они ищут Сиэля. Воин замер, напряжённо думая. Однако не забывал идти за хозяином замка. Хошерон же остался снаружи, склонив морду к земле. — Судя по твоему коню, магия ещё при тебе. Получается, они запечатали её? Или... — Андрас резко подошёл к факелу на стене, просовывая в огонь руку и быстро выдергивая её. — Или изменили мою суть. Умно. Этому почти невозможно противостоять. — лицо ощерилось. — Неважно, нужно опередить этих обсосышей. — мило улыбнулся демон, сужая глаза. — Что же, поставить раком Проклятых. Мне нравится. — меч чуть выскользнул из ножен. — Нам нужно предположить, где сейчас твоя душа. Нужна карта всех планов. — Она у Асмодея. — свёл брови демон, опираясь об стену. — Давно мы не таскали вещи у Повелителя, да? — хитро заметил Абигор, разжигая в бордовых глазах интерес. — Я совершенно беспомощен, если поймают, будет плохо. — голова наклонилась к плечу, пока сам маркиз вооружался любимым мечом. — Тогда уж постарайся не мешать мне, маркиз. Наконец-то в тени ты, а не я. — воин двинулся обратно к выходу. — Изо всех сил постараюсь, чтобы это не длилось долго. — прошептал довольный Андрас. Всё таки века сражений бок о бок сплотили даже демонов. Хошерон хитро бил копытом по земле, выбивая огненные искры. "Может, у самого Люцифера уже воровать начнёте?" — Не ворчи. Лучше обгони Абигора, иначе насмешек мне не избежать. — демон, которому полегчало в стенах замка, что были построены из его магии, и теперь она питала хозяина, легко вскочил в выемку на спине животного. Абигор взмыл вверх, закручиваясь вокруг себя, а конь сорвался, на этот раз почти не касаясь земли, словно летя. Но конь всё равно, хоть не намного, но отставал от крылатого демона. "Сиэль бы сейчас посмеялся, если бы узнал, что теперь и я без крыльев." — заметил Себастьян, делясь с Хошероном. "У тебя постоянно в голове его имя, прекращай." У дверей замка их встретил никто иной как Асмодей, который улыбался, махая картой в руке. — Неужели вы лишите нас такого удачного квеста, как украсть у вас важную вещь? — сокрушенно возмутился Андрас, слезая с коня, пихая в бок война, что неуклюже приземлился. — У вас просто мало времени. Сиэль интересен каждому из баатезу, поэтому я помогаю вам. Мало того, я вам подскажу, где он. — карта развернулась, открывая их личную плановую систему. — Скажи, Андрас, что в тебе главное? — палец заскользил по карте. — Огонь? — не думая, ответил маркиз, следя за пальцем. — Значит? — палец все скользил, гипнотизируя. — Значит он должен быть там, где я бессилен. — усмехнулся демон, помечая в голове, что сейчас он везде бессилен. — Пандемониум... — палец Асмодея остановился на названном плане. Стихийная магия воды, земли и воздуха работает нормально, но огня на этом плане нет, потому тут не существует огненной магии как таковой. Черт, зачем это Люциферу? — Уверен, что это князь ада? — спокойно спросил Абигор. — Да, а если и не он, то ему это тоже на руку, ведь он даже бровью не шевельнул на появление портала. — пожал плечами маркиз, отворачиваясь от карты. — Теперь нам нужно добраться туда. Это значит, надо идти через Бездну. Только в полном хаосе может быть портал на этот план. Повелитель. — глаза остановились на красивом лице. — В подвале вашего замка есть портал в Бездну, не могли бы вы разрешить им воспользоваться? — Даже если не разрешу, ты воспользуешься, дорогой маркиз. Разбирайтесь с бесами сами, у меня дела. — изумрудные крылья распахнулись за спиной, поднимая своего обладателя в воздух. — Как всегда. Ничего определённого. — проворчал Абигор, смотря вслед баатезу. — Не зевай, пошли. — Себастьян толкнул демона, вновь седлая коня, который тут же поскакал внутрь замка. Копыта громко стучали, почти перебивая шелест крыльев Абигора. Как ни странно, бесы не мешали им, похоже решив, что их существование дороже такого риска. Лестницы Хошерон преодолевал прыжками, недовольно фырча. "С тех пор, как ты мой друг, у меня копыта стираются каждый человеческий месяц. Обязательно тебя куда-нибудь несёт." — продолжил ворчать конь, наконец вылетая в огромный зал, где в арке из обсидиана мерцал фиолетовый портал. "Можешь остановиться, я слезу" — предложил демон, зевая. "Куда ты без меня." — коротко ответил тот, с разгону прыгая в портал. Абигор залетел следом, заставляя магический круг засверкать, а после потухнуть.