Как полюбить полосатую фурию

      Изначально был океан, в том океане располагались острова, на которых жили две разумных расы — люди и драконы. Так произошло, что люди позавидовали силе драконов, а потом и вовсе захотели её отнять. Но драконы не хотели отдавать свою мощь и начали сопротивляться. Так и началась война, начало которой уже никто не помнит.       В той войне погибали тысячи людей и рептилий, и однажды кто-то воззвал к высшим силам за помощью. Откликнулись боги, узрев кровавые реки и горы бездыханных тел. Смешали они кровь рептилии и кровь человека, и начали везде рождаться дети, что меняли свой облик. Получили люди чего хотели — мощь драконью, но они поплатились болью. К шестнадцати годам отращивали себе девушки и юноши чешую, рога, хвосты и крылья, меняли строение ног и рук. Прозвали их полудраконами. Драконы же — мудрые и спокойные доселе создания — получили перевоплощение мягкое, почти безболезненное. Семилетних дракончиков окутывала магия, и получали они тело, схожее с новыми телами людей. У них появлялась мягкая кожа и волосы, ловкие руки, менялось строение скелета, и в новом обличии их учили ходить. Они получили название "полулюди".       Но не по нраву пришлись эти изменения, и дали боги возможность всем им возвращаться к истинным их телам, да способности в придачу. Некоторые получили особый дар — две способности. И такие "люди" повели за собой народ, передавая этот дар из поколения в поколение. Несмотря на все усилия богов, продолжилась битва полулюдей и полудраконов. Из презрения к противникам, оставались две стороны в своих истинных обликах.       Затем полулюди спрятались в море, скрылись от людского взора, прервав тем самым бойню. Но освоили полудраконы море и потревожили ящеров, мирно устроившихся на островах. И викинги, забывшие вторую ипостась драконов, приписали последних к бешеным зверюгам, истребляя тех.       Так продолжилось противостояние двух рас.

******

      Белая макушка мелькала среди домов, возвращаясь из леса. То был сын вождя, чей отец был известен храбростью, силой и талантом руководить. Викинги племени Лохматых Хулиганов уже много поколений проживали на острове Олух. Эти воинственные полудраконы прочно обосновались здесь, не желая отдавать свою родину ни драконам, ни разным отступникам.       Казалось, сын такого человека и будущий вождь таких людей должен выделяться своим характером, мужеством, умом, или, на худой конец, силой. Но нет, нынешнего сына вождя когда-то давно прозвали "рыбьим скелетом". Талант руководить был таков, что он не смог прогнать случайно забредшую овцу с огорода.       Чтобы хоть как-то натренировать сына, вождь отдал того в кузницу, под руководством своего давнего друга. С одной стороны он нашёл занятие, приятное для сыновьей души, с другой стороны — проблемной ситуации оно не изменило: его сын конструировал ловушки для драконов, в которые неизменно попадали полудраконы и которые часто приносили разрушения или подвергали жизнь самого изобретателя опасности.       Все изобретения наследника признавались непригодными, детской шалостью или глупостью. Да и с ранних лет наследник был совсем не таким, как другие викинги: болезненный, слишком слабый, отличающийся спокойным характером, совсем не рвущимся на битвы между сверстниками. В то же время он отличался любопытством, всё на свете ему было интересно: как делается та или иная вещь, куда плывут торговцы, как поговорить с богами, почему остальные не ходят в своих вторых обликах, кто такие драконы...       Инк, так звали наследника, ещё карапузом любил слушать разные легенды, сидя на коленях отца и перебирая его белую бороду. От отца он унаследовал свои белоснежные, чуть завивающиеся волосы, а от унесённой драконами матери - гетерохромные глаза. Его правый глаз был по-кошачьему жёлтый и сияющий, как звезда, левый же был небесно-голубой, как море, когда восходит солнце.       Когда мальчик подрос, он слушал сказки Ребута — друга своего отца, которого тогда звал дядей. Вместе с другими детьми вечерами он приходил послушать легенды на одну из смотровых башен. Хоть дружба с остальными сразу не задалась, все они становились крайне дружными малявками с раззявленными ртами, когда дело доходило до легенд.       Ситуация сильно изменилась, когда детей начали потихоньку учить владеть оружием. Тогда Инк, не имеющий никакого успеха с эти делом, стал чем-то наподобие игрушки для битья, что вконец отдалило наследника от своих сверстников. В десятилетнем возрасте Чернила, как некоторые звали его, остался наедине с собой, книгами и своей буйной фантазией...       В двенадцать по желанию отца он стал кузнецом, спустя год по собственному желанию он стал обучаться лекарству у шамана племени. В обоих направлениях он добился успеха к пятнадцати годам. К сожалению, в других "викингских" делах он продолжал одерживать поражения: он не смог нормально освоить ни одно из видов оружий, не считая лёгкого меча и кинжала, которыми шкуру дракона не пробьёшь, плохо стрелял из лука, с охоты он смог лишь раз принести оленя, остальная добыча состояла из зайцев, которых он ловил в ловушки. Последняя надежда была на перевоплощение, когда обычный человек частично получает мощь какого-либо дракона. Но и тут произошло невиданное: перевоплощение, которое спустя многие поколения неизменно протекало в шестнадцать лет, не коснулось парня, а, будто, прошло мимо него. Самый старший из своего поколения, семнадцатилетний юноша не приобрёл ни единой чешуйки, даже глаза, которые чаще всего оказывались первым или вторым признаком начала, не поменялись ни капли.       Парень приобрёл звание чудика, человека, проклятого богами, ошибки природы. Многие потеряли к нему какой-либо интерес, исключая тех немногих, кто знал его настоящего. Те знали, что сам парень обладает талантом в рисовании, его фантазия позволяет создавать невиданные доселе конструкции, а сам тот отличался добротой и оптимистичностью. Любопытство никуда из него не исчезло, а лишь разрослось, отчего юноша продолжал попадать в небольшие передряги, в то же время находя что-то новенькое.       Сейчас этот удивительный человек неспешно брёл из леса, ставшего ему вторым домом. Было раннее утро, и солнце медленно поднималось над горизонтом. Освещались улицы, пропадали тени, солнечные лучики спешили разбудить жителей. Совсем скоро закричал петух, знаменуя начало нового дня. Ещё спустя десять минут из домов начали выходить сонные жители, чтобы побыстрее ополоснуть лицо прохладной водой из бочек и вёдер и окончательно проснуться.       К этому моменту Инк уже шёл по длинной лестнице, которая, как бы глупо это не звучало, вела в небеса. Хижина шамана племени располагалась недалеко от деревни и была построена на вершине высокой скалы, с которой открывался волшебный вид на весь остров. Он не был большим или маленьким, на нём были как леса и горы, так и поля и пляжи. Племя давно прочно обосновалось здесь, не желая уступать его кому бы то ни было. Сам домишко был старый, где-то прохудилась крыша или дерево погрызли короеды, но, что удивительно, его не сжигали драконы, отчего домик давно не обновляли.        Парень постучал в дверь, которая незамедлительно открылась, приглашая этим войти внутрь. Что он и сделал, не забыв увернуться от закрывающейся двери, и увидел, как на губах старого шамана появилась проказливая ухмылка. Его звали Саенс. Это был низкорослый мужчина лет семидесяти, хотя точный возраст Инк не знает, так как Саенс всю жизнь парня был с своей полудраконьей форме, которая помимо силы добавляла долголетие. Волосы немого старика давно поседели, а его борода, заплетённая в косу, достигала его колен. На нём была местами порванная накидка серого цвета, бурые шорты из ткани и кожаные наручи и браслеты на лапы. Хоть он и был когда-то ярким огневичком, его ярко-оранжевая чешуя потускнела, хвост при ходьбе чаще висел тряпочкой, а крылья всегда сильно прижаты к спине. Но его старость не мешала ему быть мудрейшим полудраконом племени и лечить весь люд от хвори. Способность его была не менее полезна: он мог опознать любой яд на вкус, достаточно попробовать даже кровь отравленного, и сам обладал иммунитетом к любому яду.       Инк носил ему лекарственные травы, потому что старый шаман с трудом перемещался с помощью посоха и мог попасть в беду. Вот и сегодня в руки Саенса сразу попал небольшой холщовый мешочек. Тот высыпал все травы на стол и стал внимательно перебирать травинки. Хижина состояла из двух комнат. В первой Саенс принимал гостей, лечил людей, иногда оставляя их у себя, и готовил несложные мази из толчёных трав, поэтому там были стол и стулья, много полок, кровать и три кушетки. Некоторым могло показаться, что в первой комнате очень просторно, но тут и там были подвешены пучки трав, которые источали приятный запах. Вторая комната была кладовой. Там-то и происходило всё "волшебство": посередине стояли несколько котелков, на многочисленных полках стояли маленькие бутылочки, "запрещённые" книги, если не было полок, то висели травы, но имеющие отличный от трав из первой комнаты эффект.       Шаман оказался очень доволен находкой парня. Он попытался взъерошить тому волосы, но из-за разницы в росте Инку пришлось нагнуться. Что он сделал без колебаний, слегка улыбнувшись. Не видя больше смысла находиться здесь, Чернила попрощался и вышел на улицу. Всё это "общение" заняло не более пятнадцати минут, за которые деревня успела более-менее проснуться, а солнце взойти. Хоть и внизу было тихо, недалеко был слышен звон молота о наковальню, что значило, что Ребут уже проснулся. Инк пошёл в кузницу.       Ребут с детства помогал Киллеру, отцу Инка и вождю племени, заботиться о маленьком мальчике, а точнее, с момента похищения жены вождя — Оутер. Как и Саенс, жил во втором обличии и одевался исключительно в железную броню. Всё из-за его "породы" — он бронекрыл. По самые пальцы он закован в железо, железом заполнен его дом и кузница, железо горами скупается у торговцев. Чуть меньше железа он любил шоколад и, конечно же, своего воспитанника. У Ребута была чёрная чешуя с синими пятнышками, которые где-то образовывали подковообразный узор, обломанные рога, которые было не видно под шлемом, широкие крылья, короткий хвост. Ему было где-то около сорока, что не мешало ему порой вести себя как дитя. Из-под рогатого шлема всегда выглядывали чёрные косички по плечи, а глаза, которые непонятно как иногда меняли свой цвет с голубого на жёлтый, часто смотрели с ехидством и хитрецой. Что удивительно, когда у него пропала ещё и рука, он всё ещё оставался гениальным кузнецом. Для левой руки он создал множество различных протезов, а на место левой ноги он поставил деревяшку. Его упорности можно было позавидовать: из-за разницы в строении ног у двух форм были различия в форме хождения, что повлекло за собой дополнительные трудности. Но он сумел преодолеть эту трудность и теперь снабжает всю деревню своими изделиями. В этом и был его навык: он всегда будет безупречным кузнецом, а его творения будут высокого качества.       Инк подошёл как-раз в тот момент, когда Ребут опускал новое лезвие меча в воду с громким шипением. Когда тот работает, лучше здороваться с ним с расстояния двух-трёх метров, чтобы не отхватить чем-нибудь куда-нибудь.       — Доброе утро!       — И тебе, Инк! - ответил тот, не отвлекаясь от рассматривания меча. — Что на этот раз придумал?       — Сначала ты. Что за меч?       — Да как проснулся, так сразу вдохновение пришло, а я ведь даже не позавтракал. Сразу сюда. Попробовал металл, что у одного торговца купил, да забыл про него. Так с года три прошло, а я только вчера нашёл. Несколько мечей за сундуками завалялось, а я наткнулся, когда искал улетевший листок.       — И что?       — Ты про меч? Так не знаю, но увесистый. Как заточим, там и посмотрим, что за штуку мне продали.       Инк удивился: чтобы Ребуту в полудраконьей форме, да увесистый?.. В таком случае самого парня к полу придавит. Пару манипуляций спустя меч уже имел рукоять и был хорошо заточен. Его вынесли во дворик, где стоял потрёпанный жизнью манекен. Быстрый удар с размаху — и голова манекена падает на землю, ещё два удара отрезают манекену руки.       — Возьми-ка другой меч. Хочу этот в деле проверить.       — Не-не-не, — Инк резво замахал руками в отрицании, — меня ещё откинет куда-нибудь. Попроси тогда кого-нибудь другого, ты же знаешь, что я с этим не в ладах.       — И то верно, — мужчина поскрёб затылок, — блок у тебя слабоват и силёнок мало. Отложим тогда, главное снова не забыть.       — Хорошо, тогда я пойду.       — А что ты ещё поделать хочешь, ты-то уже от Саенса пришёл?       — Видишь чертёж, — он помахал открытой страницей дневника, который всегда носил с собой на поясе, перед лицом Ребута, — я катапульту доработал, теперь должна будет работать!       — Точно!? А не так, как в прошлый раз?       — Да брось! — парень стыдливо отвернулся: у того бедного и не вовремя подошедшего полудракона почти недели две не сходила шишка. — Не будет как в прошлый раз. Считай, ко мне тоже вдохновение пришло.       — Ну, тогда иди, мешать не буду. На, заодно и это отнеси, — он протянул ему меч. Инк опасливо взял его за ручку — и сразу чуть просел под весом. Как только Ребут отпустил лезвие, кончил сразу устремился к земле, и Инк потащил меч внутрь, как иногда дети тащат лопаты или мотыги. Только те делали это от лени, а он — от тяжести.       Но это "приключение" он благополучно преодолел и вскоре занялся переделкой своего недавнего творения. Кузнец куда-то ушёл, оставив за главного Чернила. Но волноваться тому было незачем, всё-таки дитятко семнадцатый годок пошёл, да и не один год у него самого кузнечному делу обучался. Да и если кому-нибудь что-нибудь понадобится, Инк и сам сделать сможет.       Так сын вождя был занят до самого вечера, зато остатки манекена были удачно обёрнуты сетью. Сама катапульта задумывалась ловушкой для драконов... Уже много раз были упомянуты эти существа, но так толком-то не разобраны. Драконы — летающие огнедышащие рептилии, терроризирующие племя викингов не одно поколение. Как волки, кидаются на любую добычу, причиняя вред хозяйству и травмы жителям, сжигая дома и другие постройки. Но от них так просто не избавиться: шкурам этих животных, какими их считают викинги, тяжело наносить вред. Лучше всего справляется тяжёлое оружие, ведь хоть кости ещё более прочные, под шквалами ударов и они ломаются. Есть очень острые мечи, которые всё же способны разрезать чешую. Такие мечи очень ценятся у торговцев, ведь ими можно отхватить драконью конечность. Что ещё представляет опасность, так это разнообразие драконьих: под каждого дракона нужно знать все его сильные и слабые стороны. Но всех их объединяет агрессивность, так что викинги привыкли считать их злобными тварями, безжалостными убийцами и безмозглыми животными. Чтобы им не уподобляться, многие поколения назад был принят завет: только в исключительных случаях принимать грязный облик, хотя по сегодняшний день викинги всё же предпочтут умереть в истинном виде. В повседневной жизни все ходят только в истинном обличии, что не распространяется на полудраконов, чьё здоровье уже не выдерживает ( например, иногда старые полудраконы просто застывают в одном облике и не могут перекинуться обратно), или если их значение исключительно для племени. И теперь перевоплощение считается показателем силы и признаком совершеннолетия, хотя ходить в новой ипостаси запрещено. Инк находил это забавным, но печальным. Когда-то давно он хотел научиться летать.       Но с катапультой было окончено, и парень в медленном темпе засобирался в главный зал на ужин. За столом он, как и всегда, сидел один. Но это его не сильно расстроило. Так как планов на вечере не было, он перекинулся парой слов с Ребутом и пошёл в вечерний лес. Там он какое-то время просидел на камне, слушая звуки природы. И когда луна почти возвысилась над его головой, он заспешил домой. К его возвращению в камине ещё тлели угольки, но отца уже не было видно. Инк тихо пробрался к себе в комнату, где, не раздеваясь, сразу пошёл спать. Сон сморил его довольно быстро, так что уже через пять минут он тихонько сопел на своей деревянной кровати.