Это солнце так прекрасно!

В Японии гармония, В Японии сады, В порядке церемонии Растут её плоды. В том месте не тревоженном В тиши растет бамбук, Ведь так лишь ей положено, Мудреть душой без рук. И латы самурайские В её покоях спят. Для них ворота райские, Для них целебный яд. И камни очень круглые В садах ее лежат; И белые и смуглые, Природу сторожат. В Японии гармония Старается кружить, Души её ирония, Людей всех учит жить.

      Так бы и закончился вечер для Танджиро Камадо, если бы не один памятный случай…       За окнами давно стемнело, запах влаги уже скоротечно распространялся по округе. Девушка с глазами цвета вишни не могла не наслаждаться услышанным шлейфом, поступающим в комнату. Это был один из любимейших запахов для Камадо, ведь в лесах, окружающих её старый дом, каждое утро начиналось с тумана.        Распущенные темные волосы развевались от малейшего дуновения ветерка. Стоявшей еще днём жары как и не бывало в это время дня. Домашняя юката слегка сползла с плеча, обнажая невинную, ещё совсем нетронутую загаром молочную кожу. Ночь была такой звёздной, такой завораживающей, схватывающей дух до сопревшего в горле воздуха, что просто не хотелось отходить от окна, разглядывая словно бы нарисованные маленькие точки на небе. Танджиро решила пойти в сад, чтобы в полной мере насладиться видом звездной ночи.       Тихо выходя в просторный коридор, девушка старалась не проронить ни звука, ведь все жители давно видели уже десятый сон. Будить их не хотелось. Уже подходя к нужной сёдзе, ведущей на улицу, та сама неожиданно распахнулась прямо перед Камадо. За бумажной дверью оказался ни кто иной, как Кёджуро Ренгоку. Объект всех ночных мыслей и обсуждений со Столпом Любви для Танджиро. Сам мужчина был крайне удивлён и в тоже время очень рад встретить свою ученицу, хоть и в столь неряшливом виде. — Здравствуй, Танджиро, девочка моя, я так соскучился! — Столп Пламени развёл руки в стороны, на что девушка без промедления кинулась в такие приятные объятия. Каждый из них привык к проявлению нежности такого уровня. Они сами не осознали, что их отношения далеко заходят за рамки учитель-ученик. Понимание этого уже как-то круто ушло от них по наклонной. — Ренгоку-сан! — сколько счастья испытывала Камадо, когда её подхватили крепкие руки, слегка кружа вокруг своей оси.       Для Кёджуро она была очень лёгкой. Порой он даже пугался того, что она плохо питается. Но её удары были с каждым разом всё тяжелее и тяжелее. Из-за чего и не было причин, чтобы читать девушке свои нотации на тему поддержания здоровья. « — Как тепло…» — Это была единственная мысль, проглотившая все остальные мысли, весь разум влюбленной девушки. И когда, как не сейчас признаться огненному мужчине в своих чувствах?        Смотря на свою ученицу при бледном свете луны, Ренгоку просто потерял дар речи. Такая домашняя и родная Танджиро могла заставить любого сделать глупость, но Кёджуро не был таким и не сделает ей ничего. Весь он сгруппировался лишь на защите своей единственный ученицы от всех возможных напастей. — Ренгоку-сан… — щёки девушки полыхали цветом мака, что не укрылось от зорких огненных глаз. Но Камадо всё не решалась продолжить свою речь, смущенная предстоящей ей задачей по признанию в своих чувствах своему наставнику. — Девочка моя, что случилось? — Столп перепугался не на шутку и, почувствовав, что преемница чувствует себя как-то не очень комфортно рядом с ним. Это обижало добрую натуру парня. Что он уже успел сделать, чтобы отпугнуть от себя это милое и теплое Солнце? — Я… я... — Вся ранее собранная ею решимость, будто вода, утекла сквозь пальцы, оставляя девушку трястись под пристальным взглядом огненных глаз. — Да, ничего… — Лишь печальный вздох и грустная улыбка выдавали старшую Камадо. " — В следующий раз…»       Ничего, кроме как грусть преемницы не могли заставить сердце Кёджуро обливаться кровью, но давить на неё не хотелось от слова совсем. Даже не смотря на любопытство. Мужчина просто прижал к себе на вид хрупкое тело, смотря прямиком в небо. Несмотря на то, что лицо учителя не выдавало ни одной эмоции, Танджиро всегда видела сквозь маску. Её нюх улавливал смятение. Отчасти, в этом она сама была виновата, но Камадо не понимала, что нужно сделать, чтобы Ренгоку перестал так себя вести. Мозолистые пальцы сжались в замок за спиной сенсея, а глаза непроизвольно закрылись полностью, позволяя концентрироваться девушке именно на запахе. — Завтра тебе предстоит со мной посетить поместье Ренгоку,— Столп по прежнему не отрывался от созерцания звёзд. — А для чего? — вопрос оказал невинным и простым, но глаза напоминали собой две бездны, утягивающие в самую пучину. — Кхм… Ты хотела узнать о Танце Бога Огня и единственное, что я смог разузнать - стиль относится к дыханию Солнца, к самому первому дыханию, которое появилось! — Глаза необычного цвета смотрели куда угодно, но не на Камадо. Ренгоку пытался спрятать свой взор от девушки. — Я бы хотел, чтобы ты не использовала его необдуманно, ведь ты недостаточно окрепла для его использования. — выражение лица сразу приобрело серьёзность.— Ты будешь наказана, если вдруг ослушаешься меня! — Х-хорошо!.. — девушка чувствовала себя крайне странно, содрогаясь от этого тембра. В голосе наставника что-то еле уловимо изменилось. — Спокойной ночи, Ренгоку-сан! — Как всегда солнечная улыбка расползалась на миловидном лице. — Сладких снов… — слова были брошены уже в пустующее место, где еще недавно стояла Камадо.— Тебе этот стиль подходит больше всего. — напоследок вырвалось из Столпа Пламени, прежде, чем он отправился к Кочо.

***

      Для всех утро начинается по разному: кто-то поднимается с первыми лучам, кто-то спит до обеда, а кто-то даже и не думал засыпать за работой. Камадо относилась к первому типу людей, которые поднимаются раньше всех, но сегодня что-то пошло не так и она проспала завтрак, после которого обязана была явиться в поместье Ренгоку.       Паника - вот что охватило сознание Танджиро. Одно хорошо - ей наконец-то прислали новую форму истребителя и письмо то главы, который желает удачи в следующих заданиях. Девушка наспех пыталась привести себя в порядок, но ничего не выходило. Решение было принято достаточно быстро: обратиться к сестре, и она явно не прогадала. Незуко так долго спала, что просто не могла больше накапливать энергию и была крайне рада помочь своей сестрёнке. Ловкие пальцы с демоническим розовыми когтями орудовали в алых прядях, собирая часть волос в аккуратный пучок с помощью бамбуковых палочек. -… Вот и я такая: перестаньте Мицури-сан… На самом деле я очень переживаю из-за того что мне предстоит сходить домой к Ренгоку-сану. — На щеках девушки как всегда выступил румянец. — Ты бы ему очень понравилась. — как-то грустно улыбнулась старшая, мягко поглаживая угольно-чёрные волосы с оранжевыми концами. — Обещаю, в следующий раз ты пойдёшь со мной. — Камадо обняла перед уходом сестру и побежала на кухню, рассчитывая застать там Столпа Пламени.       Уже заворачивая в очередной коридор, охотница уткнулась в чью-то широкую грудь. Девушка была готова упасть, но её резко прижали за талию знакомые сильные руки. По запаху Танджиро поняла, что это Кёджуро. — Доброе утро, Ренгоку-сан… — девочка была крайне спокойна, что не могло не обрадовать Столпа, ведь ей предстоит познакомиться с его семьёй. Если на счёт Сенжуро он был уверен, то от отца он не знал чего ожидать и это пугало. — Привет, девочка моя! Ну что, пойдём? — Да, Ренгоку-сан…       Путь был не такой уж и дальний, ведь все резеденции столпов поколениями распологались в одной деревне. Снаружи каждый дом был похож на другой. Лишь таблички говорили о том, кто именно в нём проживает.       Охотница шла рядом с Ренгоку и слушала очередной рассказ о его заданиях. Он рассказывал всё: от простой атаки до их комбинаций. Камадо делала свои выводы о демоне и его навыках, исходя из полученной информации. Когда Танджиро заканчивала вывод, Кёджуро резко остановился, смотря куда-то. Проследовав за его взглядом, истребитель увидела маленькую копию сенсея и даже умилилась этому. Младший Ренгоку, заметив брата, уронил метлу на землю и без промедления побежал в объятия Столпа. — Кёджуро, я так рад тебя видеть! — мальчик был очень счастлив, он просто повис на старшем брате, словно боясь отпустить. Только спустя какое-то время юноша обратил внимание на гостью. — Простите, за мою несдержанность! Я — Ренгоку Сенджуро, приятно познакомиться. — Сенджуро согнулся в низком поклоне, на что Танджиро отреагировала весьма остро. — Простите, но не нужно таких формальностей. — Камадо смущенно замахала руками. — Я — Камадо Танджиро, ученица вашего брата. Сенджуро-кун, поднимитесь, пожалуйста.       Наблюдая за этой картиной Кёджуро лишь рассмеялся, обнимая охотницу за плечи. — Камадо-сан… — Нет, обращайся ко мне Танджиро, без суффиксов, а то мне слишком неловко. — Тогда Танджиро-тян! — настырность этого мальчишки сравнима только с настырностью её наставника. — Х-хорошо… — Камадо уткнулась в плечо сенсея, пытаясь скрыть своё смущение. — Проходите пожалуйста! Кёджуро, отец в своей комнате, зайди к нему со своей спутницей. — Сенджуро отправился в другую часть дома, но страх чувствовался за версту. " — Возможно у них плохие отношения с отцом…» — А, куда он? — обладательница дыхания воды так заинтересовалась этим мальцом, из-за того, что он напомнил ей об одном из её братьев. — Наверняка пошёл ставить чай. Что-то случилось? — какая-то хитринка вспыхнула в огненных глазах. — Просто, он напомнил мне о моих родных…       Для Кёджуро это было нечто необыкновенное, ведь Танджиро никогда ему не рассказывала о своём прошлом. Но всему хорошему приходит конец, как и этому мгновению. Они дошли до комнаты главы поместья. Девушка была наслышана о старшем Ренгоку, ведь он бывший Столп и отец её учителя. Нервная дрожь прошлась по ее телу, отдаваясь в конечности. На зоркий и взволнованный взгляд наставника она лишь кивнула. Этот жест означал одно: сейчас они встретятся с первой сложностью на пути. Быстрым движением Кёджуро открыл сёдзе.       За бумажной дверью оказался довольно крупный мужчина, смотрящий в окно с пустым взглядом. После смерти жены этот человек стал очень холоден и жесток. Он стал ненавидеть мечников, из-за чего его старшему сыну приходилось самостоятельно осваивать все техники Дыхания Пламени. Шинджуро находил успокоение в алкоголе, но это ему запретил делать старший сын, ставший порядком сильнее отца. Конечно, в глубине души он переживал за Кеджуро и гордился своим отродьем. Смерть Руки, его нежного цветка, сильно сказалась на нём, ведь только она была способна усмирить своего своенравного мужа.       Как только Камадо оказалась в помещении, она почувствовала стойкий запах горя. Как она понимала этого человека, заложника судьбы. Но все же было обидно, что он не ценил то, что у него осталось, а самой девушке приходилось бороться, чтобы это оставшееся не угасло, как закончившийся фитиль у свечки. — Здравствуйте, Ренгоку-сан! — Танджиро старалась скрыть свою злость, но скрежет зубов выдавал её по полной. А учитывая тот факт, что её проигнорировали, ухудшал ситуацию в целом.       Кёджуро осталось лишь одно — оставаться в стороне, ведь он единожды видел злую Камадо и ему хватит на всю жизнь первой с ней встречи.       Если он - пламя, то Камадо - лесной пожар, не подвластный никому, кроме неё самой. Ренгоку недоумевал по поводу этой злости, но имел свои догадки. — Скажите мне, пожалуйста, почему вы так относитесь к тому, что вам так дорого? — Танджиро ни секунды не жалела о своих словах. Они были правдивы.       Шинджору это начинало забавлять, ведь эта девчонка напоминала его бойкую жену в молодости. — С какой стати, девушка, вы имеете право говорить о таком, если сами не понимаете всей ситуации? — мужчина впервые ответил на чьи-то замечания не криком, а абсолютно нормальным тоном. Этим Шинджуро вызвал шок старшего сына. Но мечник принял единственное верное решение на данный момент - не вмешиваться. — Уж я-то понимаю больше вашего и с вашего позволения я поведаю о своём прошлом. — взгляд вишневых глаз был и нежен и печален одновременно. — У меня была большая семья. Три с половиной года назад всю мою семью убил Кибуцуджи, а младшую сестру превратили в демона. Тот момент, когда я почувствовала запах крови своей семьи, я не забуду никогда. Сёдзи были нараспашку, пятна крови и следы когтей были повсюду. Я… Я... — Танджиро не смогла подавить всхлипы и разревелась прямо на глазах главы рода. — Я встретила Музана и пообещала убить его. Но тогда я ничего не могла сделать. Даже у этого монстра была семья, он был с ребёнком на руках…       В комнате повисла тишина. Старшему Ренгоку было жаль столь юную девушку, прошедшую через такие трудности. — П-простите… — Подойди ближе. — Шинджуро указал ей сесть на татами, что она и сделала. Рядом с Камадо расположился напряженный Кёджуро.       Юноша неловко обнял девушку, позволяя уткнуться в его грудь. Мужчина сразу заподозрил, что их отношения не совсем относятся к дружеским, но никак это не прокомментировал, оставив на потом. — Прошу к делу. Ваша отметина на лбу обозначает, что вы обладательница дыхания Солнца. И вам нужны сведения о нем?       Девушка была не в состоянии ответить и за неё это сделал Столп. — Да, отец. Прошу разрешения использовать семейную библиотеку. — Кёджуро уверенно смотрел в глаза напротив, с лёгким прищуром, как будто говоря отцу: «Это ты виноват в таком состоянии Танджиро». Мужчина лишь ухмыльнулся, кивая. — Только сначала чай, а то мне кажется, что наше знакомство не задалось с самого начала. Я-Шинджуро Ренгоку, глава этого поместья. Прошу простить мне мою грубость по отношению к вам, Камадо Танджиро. Я наслышан о вас от Окаято-самы. — он впервые склонил голову, перед кем-либо.       Охотница запротестовала: — Нет, что вы. Поднимите голову, где ваша гордость? Это я должна просить прощения, просто я сорвалась, чувствуя запах обиды от вашего младшего сына. Просите прощения у него, а не у меня. — белок глаз был красным от лопнувших сосудов, лицо опухло от слез, но, по крайней мере, она смогла достучаться до старшего Ренгоку.