Hello World

      Данте вернулся в Devil May Cry одним непримечательным днём.       Стрелка часов указывала на два часа даже несмотря на то, что было почти пять. Моррисон расположился на диванчике и наслаждался тишиной, книгой и стаканом виски. Его виски, отметил Данте. Затем он обратил внимание на офис, с ним что-то было не так: его журналы исчезли вместе с любимыми страничками, которые он бережно хранил на стене, разбросанные по полу бумаги пропали, а пыль была протёрта.       Взгляд остановился на пустом углу офиса прямо за столом.       — Ну и где мой цветок? — в голосе звучали нотки смирения перед очевидным ответом.       Моррисон не выглядел удивлённым, он даже не вёл себя так, как будто Данте пропал без вести на шесть с половиной месяцев, оставив после себя только документ о передаче агентства, что вдобавок выглядело как его последняя воля. Он отставил стакан, но продолжил держать книгу открытой.       — Шесть месяцев и это всё, что я от тебя слышу? — Он вздохнул. — Я сообщил Леди, что теперь отвечаю за это место. Тем не менее она уже успела потрудиться на славу.       — Выкинула его?       Моррисон с усмешкой кивнул:       — Конечно.       — Не мой ли это виски ты пьёшь?       — Больше не твой. Я купил пару новых бутылок во время твоего пребывания в длинном летнем отпуске.       — Лето давно закончилось. — Данте наконец сделал пару шагов внутрь своего обновлённого офиса, его взгляд задержался на нескольких упаковках патронов (Леди) и паре губных помад (Триш), расположенных на противоположных краях стола. — Я отморозил себе яйца.       Моррисон кивнул:       — Наряд-то не зимний. Не в этой ли одежде я видел тебя в последний раз?       — Там, где я пробыл последние месяцы, — шоппинг явно не вариант.       — Я надеюсь, ты принимал душ. — Тишина. — Время от времени.       Данте пожал плечами и упёрся руками в бока.       — Ощущение такое, что в мою комнату заглянула мама, чтобы прибраться. Вроде одно и то же, а вроде нет.       — Теперь это место выглядит хоть немного достойно. — Моррисон усмехнулся, заметив нахмурившееся лицо Данте. — Слова леди Пэтти, не мои. — Он поднялся с хрустом в суставах, свидетельствующим, что те уже начали изнашиваться с возрастом. Закладка между страниц книги оказалась знакомым документом. — Вот, — мужчина достал бумагу и протянул её охотнику, — твой офис возвращается к тебе. Леди и Триш были готовы побороться за его владение, если бы ты не подготовился.       — Ожидаемо. — У Данте было предчувствие, что это может произойти, поэтому он был счастлив, что решил оставить всё на попечение Моррисона. — Как были дела в моё отсутствие?       — Достаточно ужасно. Я думал, девочки справятся лучше, чем ты, с работой и счетами, но… — Он покачал головой. — Думаю, это распространённая черта среди охотников на демонов.       Данте усмехнулся.       — Говорил тебе. Но знаешь, у людей есть странная привычка не слушать меня. Мне интересно почему.       — Ага, интересно почему… — Моррисон выглядел довольным. — Кстати говоря, есть новая работа. Девочки и парень, Неро, слишком заняты, чтобы взяться за неё, поэтому…       Данте прервал его:       — Ты даже не дал мне времени освоиться. Знаешь ли, я только что вернулся из о-о-очень долгого отпуска.       Моррисон похлопал его по плечу.       — Тогда тебе следует поскорее вернуться в форму, — он указал на папку на столе, — вся информация здесь. У тебя есть целая ночь, чтобы отдохнуть.       — Как мило с твоей стороны.       — Как я и сказал дамам, арендная плата сама себя не оплатит. — Затем мужчина достал из кармана пиджака носовой платок и вытер руку, которой он коснулся плаща Данте. — И прими душ. Дружеский совет.       Моррисон ушёл, больше ничего не спрашивая. Данте догадывался, что он, вероятно, хотел бы узнать о том, где он пробыл и чем занимался последние шесть месяцев (было ещё два или три человека, которые были бы не настолько терпеливыми и выпытали бы у него ответ под угрозой пуль и клинков), но решил не спрашивать. Работать с Моррисоном было удобно: ему всегда удавалось находить подходящую работу в подходящее время, и он никогда не донимал личными вопросами. Тем не менее Данте понимал, что задолжал другу больше, чем одно объяснение, по крайней мере, сейчас, так как Моррисон, даже несмотря на то, что он был одним из самых проницательных и умных людей, которых ему доводилось знать, не имел достаточно информации, чтоб представить хотя бы размытую картину происходящего.       Данте вздохнул и расположил руки на талии, оглядываясь. Это был всё тот же Devil May Cry, но тронутый другими людьми. Если бы он только знал, то вернулся бы немного раньше.       Дверь позади скрипнула, но он даже не стал оборачиваться, будучи слишком занятым созерцанием исчезновения его следов пребывания в офисе: в основном, это были развешенное демоническое оружие (Куда они его положили? Продали? Кому? За сколько?) и весь остальной беспорядок (руку к которому, похоже, приложила Пэтти). Ну, цветок тоже, но тот сгинул с концами.       — Ты там не замёрз? — В голову сразу пришла картина того, как Вергилий становится на пороге, как вздымаются крылья его носа, пока он осматривает место, принадлежащее его брату. Воображение не подвело: он посмотрел на него. Вергилий стоял на нужном месте, одна рука покоилась на рукояти Ямато, а его глаза внимательно обследовали каждую деталь того, что должно было стать его новым домом. На какое-то время? Навсегда? Да откуда Данте знать.       Вергилий закончил свой осмотр на брате.       — Я ожидал, что это место будет менее чистым. — Он даже не попытался приукрасить свой вердикт. — Но, полагаю, тебе понадобится не так много времени, чтобы превратить это место в помойку, если, конечно, кто-то не соизволит приглядывать за тобой.       — Предлагаешь свою кандидатуру для уборки?       Цоканье языка было достаточным для ответа. Вергилий прошёлся по помещению, лёгкий стук его сапог по деревянному полу раскрыл его путь. Данте был уверен, что слышал слово «обшарпанное», но не мог точно сказать, был ли этот комментарий дан столу или раме (без оружия пустое пространство вызывало глухой стук в груди).       — Ну… — Данте подошёл ближе к тому месту, где раньше располагалось растение — одно из немногих вещей, за которым ему удавалось ухаживать должным образом. — Полагаю, Моррисон был прав насчёт душа. — Он обнюхал свою правую руку: кровь, металл и порох. — Я первый.       Два простых слова — и Вергилий потерял всякий интерес к созерцанию места, которое он собирался делить со своим братом.       — Нет, я первый, — заявил он.       — С чего это вдруг?       — Потому что я старший.       — А я хозяин.       — Среди хозяев это распространённая традиция — уступать гостям.       — Ты не гость, — фыркнул Данте, — ты мой брат, и тебе следует как можно скорее пошевелить булками и, наконец, оплатить свою половину счетов. — Он поднялся по лестнице, Вергилий последовал за ним.       — К слову, из вашего разговора… — Вергилий опередил его и открыл дверь, — … я понял, что мне понадобится приложить не так много усилий, чтобы заработать больше, чем ты.       В ванной комнате было достаточно комфортно для одного человека, заметил он. Но немного тесновато для двоих, в том числе и для маленькой перепалки на пороге за право войти первым, поэтому ему пришлось проходить следом за Данте, который уже снимал свой плащ. Вергилий неаккуратно сложил свой и положил поверх братского, небрежно брошенного на корзину для белья.       — Тебе не хватает стольких лет опыта, чтобы быть на равных со мной.       Данте бросил свою хенли* в Вергилия и разошёлся смехом от того, как тот пригнулся не скрывая отвращения. Да, одежда Данте была грязнее, но Вергилий тоже не пах как полевой цветочек. Они оба шатались по аду, были в одних и тех же местах, ели одну и ту же еду (которую Данте хотел бы поскорее стереть из своей памяти), пачкались в крови и демонических выделениях. Вода была далеко не обычным явлением в преисподней, да и на вкус она была тоже не очень. Поэтому Данте повернул кран на раковине и сделал большой глоток освежающей жидкости, прежде чем Вергилий подтолкнул его в сторону, чтобы выпить самому.       — Эй!       Вергилий вытер рот тыльной стороной ладони.       — Напомнить тебе, что я веду в счёте?       — Что? — Почти сорвавшийся на пронзительный тон брат заставил Вергилия улыбнуться. Данте снял ботинок и носком указал на старшего. — В прошлый раз, когда мы считали, мы были наравне.       — Я пересчитал, пока мы сражались с демонами. Я убил больше.       — Ну конечно, ты же считаешь лучше, чем я.       — Так было всегда.       Они оставили одежду разбросанной на полу, и после быстрой схватки, в которой Данте остался победителем и вошёл в душ первым, двое мужчин расположились в тесной ванне.       — Ты серьёзно моешься настолько горячей водой? Неудивительно, что ты по уши в долгах.       — Только попробуй. — Данте схватил руку Вергилия до того, как тот успел отрегулировать температуру. — Мой дом — мои правила. К тому же я был первым.       — Ну и манеры у тебя, братец.       Вероятно, им бы понадобилось меньше времени, чтобы смыть с себя всю адскую грязь, если бы они перестали спорить («Не используй этот бальзам!», «Данте, ты младший, потри мне спину», «Почему вода такая холодная?», «Даже не смей!»), да и для пола не потребовалась бы тряпка, чтобы вытереть всю разлитую во время спора воду: когда Данте начал брызгаться, он заранее знал, к чему это приведёт.       Данте решил, что ванная комната будет проблемой его из будущего, потому что он из настоящего был слишком занят разделением фена со своим братом-засранцем и сопротивлением волнам усталости, накатывающим и норовящим его победить.       Кровать могла уместить одного человека, но двоих — с трудом. Вергилий не был гостем, который притворился бы, что рад поспать на диване, а Данте однозначно не хотел спать на нём, зная, что брат будет нежиться на постельном белье. Кто-то (вероятно, Пэтти) постирал простыни и пуховое одеяло, из-за чего всё пахло чистотой и свежестью.       Возможно, поэтому он провалился в сон, только закрыв глаза. Или, может, потому, что, будучи на тесной кровати, он чувствовал тепло, исходящее от прижавшегося к спине Вергилия.

***

      Данте проснулся из-за крика.       К тому времени, когда он понял, кому принадлежал испуганный визг, доносящийся с этажа ниже, охотник уже был на ногах и мчался по лестнице вниз, даже несмотря на то, что всё ещё не отошел от действия сна. Всё происходящее обрушилось на него так быстро, что с трудом верилось, что они снова были в мире людей с братом, который мирно пил кофе — аромат был настолько сильным — и даже не реагировал на пронзительный крик Пэтти.       — Данте! — Она подбежала к нему и указала на Вергилия, который полностью их игнорировал и был занят осмотром музыкального автомата. — В офисе какой-то незнакомец!       Пэтти быстро объяснила ситуацию, как будто Данте не был рядом с ней и не видел происходящего.       — Это мой тупой близнец.       Мужчина не обратил внимания на потрясённый взгляд девушки, которым она одарила его, и шатаясь отправился на мини-кухню. Там всё было чисто и аккуратно, даже стояли банки с печеньем и различным чаем, которые Данте раньше никогда не видел.       — Что значит «близнец»?! Данте!       Пэтти встала перед ним, разделяя его и выход обратно в офис и выглядя как какой-то страж адских врат: с прямой спиной и скрещёнными на груди руками. Она подстригла волосы до плеч.       — Ответь мне! Тебя нет в течение долгих месяцев и ты так и не пришел на мой день рождения! — На последнем слове она позволила себе потерять последнее самообладание. — Я даже не видела своего подарка, знаешь? А сейчас ты вернулся и никого не предупредил об этом?!       — Эй, я вернулся только вчера. — Данте довольно усмехнулся и открыл холодильник, рот сразу наполнился слюной от изобилия продуктов внутри. — Это ты привела кухню в порядок, не так ли?       — Я привела всё здесь в порядок! — её голос смягчился. — Леди и Триш далеко до тебя, но они тоже ещё те неряхи.       — Представляю себе… Спасибо, Пэтти.       От прыжка с объятиями он не увернулся, и вот Пэтти уже обнимала его за талию и прижималась лицом к груди.       — Глупый Данте. Ты пропустил мой восемнадцатый день рождения…       — Знаю-знаю.       Она подняла свою голову, недовольно надув щёки:        — Моррисон сказал мне, что ты не хотел приходить.       — Что? Эй, я хотел прийти, но намечалось нечто серьёзное! — Данте аккуратно отцепил её от себя и достал коробку молока, налил в кружку и схватил с полки упаковку печенья.— Это всё вина моего братца.       Вергилий, видимо, не игнорировал их, потому что ответ последовал незамедлительно:       — Не впутывай меня в свои личные дела, брат.       — Ну-ну, ещё скажи, что это неправда, мистер-вырастил-огромное-дерево.       Данте направился к креслу, так как Вергилий занял его «трон» за столом. Видимо, музыкальный автомат оказался не таким интересным, как он предполагал, и поэтому мужчина теперь листал газету. Откуда она здесь? Неужели Вергилий её купил? Тогда на какие деньги? Или он всё-таки украл её? Вскоре Данте понял, что его это несильно волновало.       — Спасибо. — Когда Данте оказался достаточно близко, Вергилий выхватил у него печенье, положил упаковку на стол и, вытащив предварительно пару штук, начал их есть.       — Что ещё изволите, ваше величество?       Вергилий продемонстрировал шов на надетом свитере.       — Одежду получше, твой вкус просто ужасен.       Данте выглядел так, словно собирался проворчать что-то в ответ, но махнул рукой на брата, как будто сам сказал что-то, и сел на диван. Пэтти последовала за ним, не сводя глаз с Вергилия. Данте не мог сказать, нравится он ей или нет, но в одном был уверен точно: её не впечатлило его поведение, к тому же Вергилий после того, как забрал печенье, вернулся к их игнорированию и изучению сводки новостей.       Пэтти прочистила горло.       — Я Пэтти Лоуэлл, партнёр Данте по бизнесу.       — С каких пор?       — Заткнись, Данте! — Она немного потрясла головой, чтобы успокоиться. — Я сказала: я его партнер по бизнесу. Он сказал мне, что ты его брат.       — Я был здесь, когда он озвучил это.       Это потрясло Пэтти ещё больше. Теперь Данте был точно уверен, что их отношения будут негладкими.       Двух пар удивлённых взглядов, видимо, было недостаточно, чтобы вывести Вергилия из состояния самоизоляции. И когда Пэтти открыла рот в попытке привлечь внимание в очередной раз — повысила голос, Вергилий заговорил вновь, не отрывая глаз от газеты:       — Я не услышал «рада познакомиться с тобой» или это теперь вышло из моды?       Пэтти фыркнула:       — Хмф. Я не уверена, что была рада познакомится с тобой. — Она звучала сердито. — Ты точно брат Данте: вам обоим не хватает хороших манер!       — Эй, не сравнивай меня с ним!       Они заговорили одновременно. Вергилий даже взглянул на неё. Пэтти была ошеломлена. Его черты были схожи, но не настолько, чтобы принять их с Данте за близнецов, только вот этот взгляд был ей настолько знаком. Девушке перестало казаться, что охотник просто издевался над ней.       — Ты никогда не говорил, что у тебя есть брат, — начала Пэтти без всякой обиды. — Надолго он останется здесь?       Это был хороший и интересный вопрос без точного ответа. Были ли они семьей? Ну да, были, но неужели они собирались жить как два одиноких старика? Данте не думал об этом, пока они были в Аду. На самом деле, он вообще ни о чём не думал, кроме опьяняющего желания сразиться с братом и постоянного беспокойства о демонах, целившихся им в шеи. Все эти шесть месяцев прошли как в тумане, и вот они столкнулись лицом к лицу с суровой реальностью.       — Кто знает? — Данте пожал плечами. Это был единственный ответ, который получила Пэтти.       Она почувствовала, что что-то не так, поэтому решила перевести тему разговора:       — Хочу что-нибудь на свой день рождения. Теперь я взрослая и ожидаю от тебя особого подарка, Данте!       Данте вздохнул.       — Разве тебе не надо в школу?       — Сегодня воскресенье! Я пришла сюда немного прибраться.       — Здесь уже чисто.       Пэтти встала и похлопала по юбке своего розового вычурного платья.       — Я ожидала, что здесь будет грязнее. Возможно, это Моррисон помог. — Она посмотрела на Вергилия, но он всё так же не обращал на неё внимания; девушка возмущённо отвернулась. — Мой подарок на день рождения, Данте. Даю тебе одну неделю!       — Хорошо, одна неделя.       На пороге она повернулась ещё раз.       — Не забудь! — И, прежде чем закрыть дверь, она тихо добавила: — С возвращением, — и ушла.       Данте допил молоко, Вергилий — свой кофе. Когда охотник подошел ближе к столу, чтобы взять печенье, он заглянул в газету: его брат читал раздел городских новостей.       — Собираешься остаться здесь? — спросил он, просовывая руку в пакет.       Вергилий поднял голову.       — Я не понимаю ход твоих мыслей.       — Ну, знаешь… — Данте достал сладость и покрутил её в руке, — хочешь остаться здесь навсегда? Или перебраться к Неро? Он твой сын, в конце концов.       — Полагаю, у Неро своя жизнь. А из того, что ты сказал ранее, — он, к счастью, рос без твоего присутствия. — На эти слова Данте покачал головой. — Хочешь, чтоб я съехал и нашёл себе новое место, Данте?       Времени, чтобы найти нужные слова для ответа, потребовалось больше, чем хотел бы Данте. Он не был уверен, но, кажется, ему удалось заметить нервный тик на лице Вергилия.       — Всё зависит от тебя, Вергили-ий. — Охотник потянул имя нарочно. — Я хотел сказать, если ты готов внести свой вклад в оплату аренды и других расходов, то я мог бы подумать от том, чтобы добавить ещё одну кровать.       Если брат и испытывал какое-то напряжение, то оно либо исчезло, либо скрылось так, что Данте не мог его опознать. На лице появилась мягкая и довольная улыбка.       — Зачем тратить на дополнительную кровать, когда ты можешь спать на диване?       — Я? Эй, это я предоставил нам дом, поэтому тебе бы следовало смириться с новыми условиями!       — Я могу предоставить контроль за финансами. Я слышал, что у тебя есть проблемы с этим.       — Эй-эй, тогда тебе стоит предоставить свои жалкие навыки владения мечом.       — Стоит ли мне напомнить, что я веду в счёте?       — Ну же, Вергилий, ты не умеешь считать! Я… — На каком месте Данте был, Вергилий так и не смог узнать, так как его прервал телефонный звонок. Мужчина поднял трубку, не сводя глаз с брата: — Devil May Cry.