Чёрное солнце

***

      7:50. Лёша, зевая, смотрит на дорогу. Пробки в Москве убаюкивают не хуже снотворного. Он вяло перелистывает ленту инстаграмма, облокотившись на боковую стенку.       — Пап, когда мы уже приедем?       — Не волнуйся, Егорушка. Скоро. Сейчас рассосётся, — Лёша треплет сына по голове и бросает взгляд на детский сад, который находится уже за углом. Сам он был бы не против, если бы там же располагалась студия ЧБД. Делать весь круг по Москве сейчас было абсолютно невесело.       Лёша опаздывает минут на десять, но никто, кажется, не замечает. Все уже готовились, надо было ждать гримеров. Лёша бросил взгляд в угол комнаты, где сидел Нурлан. Он тоже на него посмотрел. Писал что-то в телефоне и выглядел при этом сосредоточенно.       Лёша подумал о том, что скорее всего опять пишет жене. Сложно было представить себе такую, с позволения сказать, даму, которая бы свалила, малодушно все бросив, и даже отзываться не собиралась. Лёша задумчиво отвёл взгляд.       Сегодня пригласили Белого. Было скучно его слушать, очень много молчали, и разговаривали с Русланом только Тамби и Нурлан в основном. Руслан же, видимо, пришёл только для того, чтобы поквитаться с Соболевым. В очередной раз он, пытаясь его унизить, изображал его глупую манеру общения:       — Эмм, Соболь, выложи туда, эммм, все, в ютубчик.       — Да, да, да, — поддакивает Лёша. — Да. Он так говорит. Один в один было.       Лёша сегодня особенно много молчал. И он готов был поспорить, что все сейчас свяжут это с благоговением перед Русланом, который, грубо говоря, его «создал» и протежирует.       — Вы, может, пососетесь тогда? — Нурлан смотрит на Руслана и Лешу. Говорит он это опять как-то раздраженно, как замечает Лёша.       — Может быть, — говорит он, и Рустам сбоку начинает смеяться. — Это в контракте прописано.       — Два военных, блядь, — говорит Нурлан и изображает их.       Лёша видел, что Нурлана внутри многое гложет. Он бесится, и почему-то этого никто не замечает. Вроде ничего такой, а потом вдруг смотрит так, что готов горло перерезать. Леше, в особенности. Злится, блядь, все из-за того же стёба? Ну значит идиот, если его это волнует так.

***

      Нурлан сидел дома и перебирал документы. Новый год через несколько дней, и он подумывал о том, чтобы приобрести российское гражданство. Он сидел в своей комнате на полу рядом со шкафом и искал все нужное. Зазвенел телефон, который он вынул из кармана. Нурлан удивился, когда увидел, что звонила Диана. Неужели.       Он незамедлительно поднял трубку.       — Да?       — Нурлан? — она заговорила через некоторую паузу. — Привет.       Он как-то устало вздохнул и продолжил:       — Привет. Как вы?       — Хорошо, — она говорила неуверенно и будто через силу. — Дети очень скучают по тебе…       — Неудивительно, — Нурлан возвращается к документам, зажав телефон между головой и плечом. — Я уже думал на самом деле, что никогда тебя не услышу.       — Прости, — сказала она. — Здесь связь плохо работает, и…это все-таки не Россия в общем…       — Что насчёт возвращения? — Нурлан перебил ее и спросил о главном.       Нурлан не видел ее, но буквально знал, что она сейчас стушевалась и усмехнулась.       — Я…— Диана нервно кусала губы. — Дай мне время, Нурик. Я приеду, обязательно. Помни, что я люблю тебя больше жизни.       Нурлан язвительно усмехнулся.       — Ладно. Прости, мне некогда. Я пойду, — Нурлан поджал губы.— Хорошо поговорили.       Он отключил звонок и отложил телефон. Посидев немного, он вернулся к документам и к своим прошлым мыслям.

***

      Лёша чувствует, как его с силой вжимают в стену. Рядом с ноющим виском рука, которой Нурлан грозится заехать прямо по лицу.       — Какого черта ты это делаешь? — шипит он.       Лёша пытается вырваться.       — Я делаю свою работу. А ты им не мамочка, чтобы жалеть, понял?..       — Хватит, — Нурлан отшвыривает его руки и задерживает их в своих. — Нам не нужны проблемы, ты, долбоеб, — говорил он сквозь зубы, — хочешь, чтобы тебя вышвырнули отсюда?       Лёша злобно дышал и смотрел на него.       — Перестань меня воспитывать, — вкрадчиво сказал он. — И не встречайся мне на дороге. Видеть тебя не хочу.       Лёша напряжённо хмурил брови и смотрел на него. Нурлан замолчал. Повис тихий воздух. Лёша испугался своей клаустрофобии. Создалось сильное напряжение, и Лёша уже чувствовал, как сейчас его ударят по лицу…но Нурлан взял и потянулся, мгновенно прижавшись к губам и вытеснив все, что было в душе.       Лёша, истошно вздохнув и вздрогнув, вскочил на кровати. Он непонимающе оглядел пустую комнату и, слабо выдохнув, провёл руками по лицу. Окно было широко открыто, на улице было темно и снежно. Лёша упал обратно на подушку.       — Господи, — Лёша вымученно простонал, — какой ужас.

***

      Ветер дует прямо в рожу, и Лёша еле-еле передвигается на улице, боясь поскользнуться. За ночь все сильно заморозило, и он уже, выходя из дома, чуть ли не сразу рухнул на лёд. Он миллион раз уже чертыхнулся, пока не добрался из машины до здания. Хотя бы удалось в безопасности довести Егора до садика.       Леша, как и всегда, опаздывал к эфиру и рассчитывал проскочить аккуратненько, пока никто не заметит. Уже вовсю шла подготовка, и ждали только гостя. Лёша перепутал студии, зашёл не туда — его выгнали, и он, хромая, пошёл к другому крылу. Сидя в закулисье, Лёша напряжённо перебирал складки на худи.       — Кажется, ты сегодня опять опоздал?       Лёша поднял свой взгляд на Нурлана, который стоял рядом. Он шумно втянул воздух и безынтересно отвернулся от него.       — Ну у меня же пока что есть семья, в отличие от тебя.       Нурлан хмурится. Он недолго стоит над ним, вроде собираясь ещё что-то сказать, когда продюсер кричит им о времени начала и подрывает выходить. Нурлан отходит, и Лёша болезненно смотрит на него. И только потом, после разговоров Рустама и Тамби он узнаёт, что утром к Нурику пообещала прилететь Диана с детьми.

***