Пять ночей со школьниками!

Мы вышли из пиццерии, и Джереми потопал домой с хорошим настроением. Возможно, он и сам теперь ничего не боится. Ну ещё бы, опустили двоих. Курицу мы ещё особо не трогали. Ну и ладно. Мы стоим возле дверей и думаем куда идти. Снова в парк не хочется, остальные места мы не знаем. Тогда Полина предложила остаться в пиццерии. Просто посидеть за одним из столов. Она сказала, что скоро наверно должен прийти дневной охранник, и может быть тогда мы с ним поговорим. Мы согласились и, сев за стол, по традиции стали просматривать отснятое. Дааа, Joke Battle вышел клёвым, да ещё и длился почти час. У медведя не было ни шанса против моего острого языка. Как же здесь всё-таки клёво! Дверь открылась, и кто-то вошёл в пиццерию. Это был черноволосый парень, лицо которого мне показалось знакомым. Я его где-то видел (это он сидел на той лавочке в парке). Повернувшись в нашу сторону, он удивился, когда увидел нас. — Привет! — хором поздоровались мы. — Привет, а вы… А точно! Вы те детишки, которые, по словам Джереми, заставили Бон-Бона обосраться! — Ты знаком с Джереми? — Ну да. Я дневной охранник. — Ясно. Как тебя звать? — Майк Шмидт. — Я Ричард, это Коннор и Полина. — Рад знакомству. — И кстати, — сказала Полина. — Теперь ещё Коннор и медведя унизил! — Тоже обосрался что ль? — Нет. Он опустил его морально. Тебе бы это увидеть… — Хочешь посмотреть? — спросил я. — Давай. В общем, за последний час стены этой пиццерии услышали очень много нечленораздельщины и исковерканых из-за смеха слов. Бедный Шмидт сейчас мало чем отличался от нас в том парке, где мы были вчера. Хорошо, что здесь кроме нас почти никого не было, иначе люди вызвали бы полицию и скорую. — Ахах, чёрт! Это было сильно! Пацан, а ты рулишь! — Ага, Коврик у нас такой. — Мне аж в сортир захотелось. До встречи, мелкотня. Шмидт направился в сторону сортира. Короче, мы планировали все 3 часа просидеть тут. По-моему пиццерия открывается в 8. Ну ничего. Подождём. До открытия мы развлекались, как могли, потому что было скучно. Мы играли в догонялки, играли в прятки, пытались докопаться до Майка в сортире, залезая на толканы соседних кабинок и заглядывая к нему или держа дверь и не давая выйти. За полчаса до открытия пришёл весь персонал и директор, который тут же спрятался в кабинете. Когда появились первые посетители, на часах было почти 9. Мы решили не идти в отель, а посидеть в офисе с Майком. Он всё равно там ничего не делает, только время от времени на камеры смотрит. — Привет, Майк! — сказал я. — Вы ещё здесь? Я думал вы спать пойдёте. — Мы не хотим спать как ни странно. — А надо. Вдруг к ночи вымотаетесь? — Слушай, Майк… — задумчиво начал Рич. — Мы там в коридоре видели комнату… Parts and Service называется. — И что? — Мы хотим туда! — сказал Ричард. — Нет! — отрезал он. — Ну почему? — Потому что роботы, что находятся там, ещё злее этих цветных… Я вздохнул. Видимо придётся применить тайное оружие Полины. Я ткнул её в локоть и кивнул в сторону Шмидта. Она поняла меня без слов. — Ну плииииииииииииииииз!!! Ну пожааааааааааааааааааааааалуйста! — начала ныть Полина. — Ладно! Только не ной! — охранник закрыл уши руками. Взяв ключи, Шмидт повёл нас к мастерской. Когда мы зашли внутрь, то увидели очень поломанных ребят. Я бы сказал, что фиолетовому кролю не везёт больше всего. Починить бы всех. — Слушай, Рич, а можешь починить их? — Починить? — Зачем?! — спросил Майк. — Ну, жалко же. Хотя бы лицо этому приделать… — Лады. Инструментс есть? — У меня нет. — Майк? — Ричард повернул к нему голову. — Они в офисе. — Тащите их сюда. Счас отремонтируем! Обзаведясь инструментами, Ричард остался в Parts and Service, а мы вернулись в офис. — Слушай, Майк, — внезапно начала Полина. — Я тут задумалась… А до нас здесь происходила какая-нибудь ахинея? — В смысле? — Ну типа… Кто-нибудь ещё в сервант летел или что-то такое? — А, это, — Майк усмехнулся, но потом внезапно помрачнел. — Было однажды… Так Майк и рассказал нам о убийстве 5-х детей, а также о некоем фиолетовом человеке, замешанном в этом… — То есть, тот человек притворился аниматроником, загнал детей в комнату и убил их там? — спросил я, находясь в шоке от услышанного. — И это во время, когда в пиццерии было много народу? — Он явно всё рассчитал, — мрачно сказал Майк. — Я тогда был в отпуске, а о произошедшем узнал по газетам, от директора и персонала. Кажется, этот маньяк имел доступ к данным об охранниках, режиме их работы и комнатах, тайных и очевидных. Он нашёл идеальный день, время и место. А ещё, насколько мне известно, кто-то подозревал его в этом. Кажется, он был в списке подозреваемых, но он каким-то образом обеспечил себе алиби. Он сейчас где-то на свободе. — О ч-чёрт, — произнесла Полина, глядя в пол. Я опустил голову и ничего не сказал. — Не то слово, Полин, не то слово… — Майк вздохнул и сел в кресло. Больше мы не о чём не говорили. Мы помрачнели. Я не знал, что здесь происходило нечто действительно ужасное. Мне было искренне жаль тех детей и их семьи. По сравнению с этим, мой случай просто ничто. Я так задумался, что не сразу заметил взгляд Полины. — Слушай, Коннор, ты не голоден? Пиццерия открылась, и мы можем пойти и поесть… Я взглянул на неё. — Да, ты права. Майк, мы пойдём. — Хорошо. Тогда я пойду следил за безопасностью вашего друга. Мы с Полиной направились в зал.

To be continued…