Беглянка

После обязательной утренней зарядки участники "соседских надзирателей" остались стоять перед подъездом. В этот раз Милина осталась, чтобы посмотреть и запомнить каждого "стукача" в лицо. Среди надзирателей были в основном женщины за шестьдесят, а со старушками в Союзе всегда творилось что-то не ладное. Они уже давно начали наводить свои порядки, и это никого не удивляло. Половина из этих отчаявшихся дам заслуженные пионеры труда со своими наградами, победами и поражениями. А когда приходит время уходить на пенсию, то тут уже государство платит не шибко много, примерно около 1000 альф. Тогда понятно, зачем они становятся "надзирателями". Речь предводительницы группировки была не большой всё коротко и ясно: трудиться на благо Союза, приглядывать за соседями, выявлять предателей родины и сообщать об этом лично предводителю. Милина поднялась в свою квартиру, проходя по лестничной клетке мимо этажа Ричарда её нахлынуло чувство печали. Она быстро прошла мимо на свой этаж и собралась на работу. Уже сидя в своём кабинете под бубнёжь национальной агитации, она приступила к работе. Мимо проходил молодой парень, примерно того же возраста, что и Милина. Он постучал и спросил:- Простите, товарищ Чаплина, я могу вымыть здесь пол или мне явиться позже?Она посмотрела на бедного юношу, который был одет в темно синий костюм, весь в пятнах от хлора и перманентного выжимания тряпок. И ей стало по-человечески за него обидно, даже если женщины и высшие существа, что же теперь мужчин с землёй сравнивать? - А как тебя зовут? - мило улыбнулась Милина - Парень молчал, и продолжил отжимать тряпку. - Молодой человек, я к вам обращаюсь между прочим! - Простите, товарищ Чаплина, но нам запрещено говорить... - Мне все равно на правильные ответы в этой "червонке", будь она не ладна! Не всегда правильные ответы приводят тебя к великим открытиям. И не всегда те, кто говорят, что ответы правильные - правы. - Вы всё по делу говорите...- сказал парень и остановился - Только нам нельзя об этом говорить, если охранник увидит, что я не успел за 10 минут помыть полы в вашем кабинете мне выпишут штраф, лишат талона на скидки, а может и уволят. - В моём, кабинете можно всё, что я говорю. И если я сказала, что человек может сесть, то он садится, и если я сказала ему стоять, то он будет стоять пока солнце не сядет! Я попросила вас представиться, а вы проигнорировали мою просьбу. - Роман меня зовут. - Видишь, Рома, как можно легко не бояться произнести своё имя. А меня можешь называть Милина Лионовна. - И наплевать на "партийный опросник"? - испуганно спросил парень - С высокой колокольни! - заявила девушка и уселась в кресло - Милина Лионовна, а вы слышали последние новости? - Нет. Я их упустила, а что там? Что-то страшное? - спросила она, печатая что-то в своём компьютере. Она встала, подошла к окну и открыла его. В кабинет проникло эхо откуда-то из далека улицы: «... Ванин Сергей Ядвигович. Подозреваемый в последний раз был замечен скрывающимся на центральной площади Уэстленда. Товарищи, убедительная просьба, сообщить в службу дневного или ночного патруля, если вам известно что нибудь о месте нахождения этого человека.Внимание, товарищи, за границей нашего светлого государства участились случаи смертей от тяжёлой формы пневмонии, и эти ветра могут принести этот недуг на наши земли. Служба Контроля Погоды занимается программированием очистительных дождей по всей территории нашей страны. В связи с этим в Ёнгсаанге ожидается переменная облачность, местами осадки. Убедительная просьба уделять личной гигиене особое внимание!» Милина закрыла окно и села в кресло, посмотрев на уборщика. - Не, ну во дают! Что происходит? - На самом деле нужно больше уделять внимания. - сказал парень, домыв последний участок. - Всё, Милина Лионовна я закончил на сегодня, увидимся завтра. - Да, берегите себя. - улыбнулась девушка. - Вы, себя берегите главное - сказал парень и покинул кабинет. Чаплина работала на протяжении всего дня, время уже подходило к двенадцати, и тут позвонил телефон. - Дворец Конхатэб, что вам угодно? - Милина Лионовна, поднимитесь ко мне в кабинет немедленно! - прохрипел голос генерального секретаря. Она вскочила с места и побежала к лифту. Вошла внутрь и нажала кнопку 99 этажа. Лифт поднимался вверх, а Милина перебирала в голове варианты что могло послужить причиной. Она ехала всё выше и выше, но эта поездка казалась вечностью. В голове то ли дело крутились идеологические вопросы и правильные ответы на них. И вот лифт остановился, двери открылись и она вышла на девяносто девятом этаже стеклянной пирамиды. Оттуда открывался вид буквально на всё! Она отчетливо видела и свой район, и вся центральная площадь была, как на ладони, дома и улочки, всё было очень хорошо продуманно. И вот она подошла к двери и постучала, после разрешения вошла и отдала салют. Перед ней сидела женщина шестидесяти лет примерно. Серые волосы были подстрижены под каре и аккуратно уложены. На ней была вязанная кофта с мило вышитыми цветочками на плечах, и темно коричневая гофре-юбка. - Товарищ Чаплина у меня с вами будет серьёзный разговор. Присядьте. - Ну что вы я не могу сидеть в присутствии генерального секретаря. - сказала девушка выпрямившись. - Ну хорошо, я осмелюсь предложить вам чай или кофе. Вы что предпочитаете? - сказала женщина и подошла к шкафчику, в котором стояли различные кондитерские изделия. На верхних полках стояли красивейшие стеклянные графины, наполненные удивительными напитками. На полочках пониже была сдоба, а ещё ниже конфеты. Женщина взяла графин с клюквенным концентрированным морсом и хрустальную пиалу с вкуснейшими конфетами, которые только мог себе позволить люд в Союзе. Это были сливочные конфеты в шоколадной глазури с ванилью, она поставила их на рабочий стол. - Ты наверняка очень устала и время уже триннадцать сто двадцать один. Согласна? Не стесняйся я разрешаю. - Н-нет. - глотая слюну произнесла Милина - В рабочее время строго запрещается хранение и употребление продукции любого типа и производства! Женщина с лёгкой улыбкой одобрительно кивнула, после чего резко и агрессивно скинула пиалу с конфетами, графин и хрустальные бокалы, разбив их вдребезги. - Ах ты мелкая дрянь! Ну ведь есть в тебе идеология! Жива! - завопила генсек - Тогда какого лешего ты делаешь, а? Мне последние одиннадцать дней присылают письма с просьбами лишить тебя трудовой партийной книжки, отправить в лагерь, в "Гос. Изолятор". Пару часов назад пришло последнее письмо с просьбой протестировать тебя на предмет идеологической верности и знания идеологии! Пару часов назад! - От кого? - спросила Милина через в ком в горле - Я тебе слова не давала! - крикнула женщина, ударив подчиненную по лицу. - От кого бы оно ни было, ты занимаешь пост первого секретаря дворца. Ты должна быть примером идеологической верности, а не заставлять людей думать... - она замахнулась рукой и грозно подойдя к столу, нажала на кнопку и по селектору в микрофон передала охраннику:- Уборщика в кабинет ко мне живо! Живо я сказала! Затем она повернулась в сторону Чаплиной.- Слушай и записывай на подкорку головного мозга! Не сметь вносить разлад в дружные ряды нашего социал-демократического государства! Наши потомки нашли идеальную форму, а мы довели её до совершенства, ясно? Я знаю, что ты способная, я видела твои показатели и собираюсь отклонить, слышишь, отклонить предложение экзаменовать твой идеологический иммунитет. Всё, что произошло, я спишу на усталость и на частые изменения погоды. Укажу, что следует реже менять погодные условия, хорошо? - Поняла! Генсек вновь нажала на кнопку и завопила:- Где эта бестолочь?! Я просила его быть здесь пять минут назад! - затем повернула голову в сторону Милины и сказала - Завтра утром в девять часов идёшь не в свой кабинет, а в мой, ясно? У нас будет серьёзный разговор. Девушка направилась к выходу и столкнулась в дверях с уборщиком. Опустив голову вниз она резко вышла из кабинета и побежала к лифту. Уборщик зашёл. - Где тебя носит, кусок идиота?! Убери здесь всё! - сказала она и направилась за стенку в другую часть кабинета Парень увидел разбросанные по всему полу конфеты и смёл их вместе с осколками в совок. Затем шваброй протёр полы. Выйдя из кабинета, он закрылся у себя в каморке и жадно ел конфеты прямо из мусорного пакета. Съедая одну за одной, он чувствовал вкус ванили и свежих сливок, и вспоминал, с какой радостью он ел эти конфеты с родителями на Новолетие. И больше такой возможности у него не будет. Милина шла по улице, сильный ветер дул ей в лицо. Она встала на пешеходном переходе. Движение контролировала очаровательная регулировщица. В небесно голубом приталенном платье, в жилете с символикой партии, на голове белая фуражка с золотой кокардой, наделённая только жезлом, свистком и идеологией. Она свистнула и махнула пешеходам, и толпа послушно начала движение. В это время дома Ричард сидел и смотрел в глаза своей матери, которая ласково смотрела на него в ответ с семейной фотографии. В дверь постучали, Николка сразу бросился открывать дверь. На пороге стояла Мэйлинн. - Ричард дома? - спросила она - Да, дома! - сказал Николка и окликнул брата - О, Мэйлинн! Проходи в дом не стой на пороге. - сказал он и элегантно, взяв девушку за руку пригласил в дом. - Чем занят? Какие планы на сегодня? - Сижу смотрю на платёжки. - И что ты там видишь? - сказала она и приобняла его - Проще сказать, чего я тут не вижу. Электричество ноль целых тридцать пять сотых умноженное на шесть, часов видимо, и умноженное на сорок дней. Восемьдесят четыре альфы получается. - Ну, обычно такие суммы у людей и получаются в конце. Я не вижу в этом ничего противоречивого. - Здесь ещё за воду ноль целых семь сотых умноженные на какие-то метры или кубометры. Получилось четырнадцать целых тридцать пять сотых альфы. Это такие деньжищи! - Поверь мне, это очень и очень мало. Зато ты можешь в любое время дня и ночи набрать себе ванну, и в целом лить воду сутками, а сумма останется прежней. - успокаивала его Мэйлинн - Ну да, наверно ты права. - Даже не переживай. Вот, ты знаешь что я видела проходя мимо СоюзФонда? Я лично видела на табло, что на мировой бирже наша альфа стала дороже. Поэтому и цены очень демократические, да. Например хочешь ты альфу на доллар обменять, а для нас все по старому, сколько принёс столько на руки и выдадут, а иностранцы должны считать. - Не плохо. Значит действительно наша страна идёт к успеху. - Наша страна уже успех. - сказала Мэйлинн, нежно обнимая Ричарда - Ричи, я вот всё хотела полюбопытствовать тебя, ты не знаешь, что с Милиной происходит? Я очень переживаю за её душевное состояние. - Если честно... - сказал Ричи - Я тоже волнуюсь. Она очень исполнительная, отзывчивая... - Да-да точно. Я помню её в школе, она была очень ответственна и более общительна. Я даже отправила официальную ноту с просьбой о помощи генсеку нашей партии. - Ты тоже? - удивился Ричи - Подожди и ты? - удивлённо радостно сказала Мэйлинн - Как я рада, что ты проявляешь озабоченность по этому поводу. Я обязательно выступлю с отчётом об этом действии на следующем съезде партии. Ричи, ты большой молодец. - Давай будем с тобой за ней приглядывать. Возьмём её на поруки. - На поруки значит? Нет, идея не плохая, но по-моему лучше предоставить это дело профессиональным партийным службам. Я тебе, как национальный вещатель говорю. Никто лучше партии не сможет ей помочь. - Подожди, пункт контроля погоды решил сегодня активировать дожди? - Ну да, мы сегодня об этом вещали. - сказала девушка - Кстати Ричи, ты видел сколько времени? А ты сдал газету в пункт приёма? - Нет. Забыл! - Ну так вперёд. Пойдём я тебя тоже провожу. Во дворе на скамейке сидела Милина и кормила клюквой в сахаре маленьких Союзных птичек. Маленькие белые птички с красной грудкой, которые назывались клюковки. Она сидела и думала о том, что надо больше походить на типичного гражданина Союза Уэстленда, не подавая никаких идей и перестать питать себя сомнениями. В приемный пункт района направлялись Мэйлинн и Ричард, заметив соседку, они подсели к ней на лавочку. - Милина, как ты себя чувствуешь? - спросила подруга - Я самая счастливая девушка на земле - безразлично произнесла она - Я живу и приношу пользу нашему обществу. - Хорошо... - осторожно сказал Ричард - А мы газету несём сдавать ты с нами пойдёшь? - Нет, не пойду. Я вот думаю отправиться на центральную площадь. Вы когда нибудь смотрели на панно, которое там стоит? Мэйлинн и Ричи молча переглянулись между собой- Какая там красивая Дэя, и Элизабет не плохо получилась. В этой картине сосредоточена история нашего великого государства - так же уныло говорила она - А ведь это мозаичная работа, сделанная из тысячи тысяч кусочков, рабочими руками. - Дорогая, как ты себя чувствуешь? - вновь повторила свой вопрос Мэйлинн - Вы замечали какая Дэя красивая? - В смысле красивая? - спросил Ричард - Ну, просто красивая. Пойду полюбуюсь её портретом дома. Ну я пошла.Сказала она, встала и быстрым шагом направилась в сторону своего дома. - Она сломалась, бедняжка. - сказала Мэйлинн - Сломалась? - Ну да. Она осмыслила своё поведение, поняла, что была подвержена воздействию анти-социалистических идей и сделала выводы. Ей сейчас как никогда нужна наша поддержка. Я загляну к ней на чай сегодня. У себя в квартире Чаплина сидела на диване, который был чуть прикрыт кружевным платком, напротив стоял кофейный столик, на котором уютно расположились хрустальные стаканы на такой же кружевной подставке. Неожиданно в коридоре зазвонил телефон. Милина сидела и смотрела в пустоту. Комната была тускло освещена одной лишь свечой, а телефон в коридоре продолжал голосить. Никаких движений в квартире, время остановилось, Дэя и Элизабет смотрели с портретов всё той же человечнейшей улыбкой. Далее последовал звонок в дверь. Милина также сидела и смотрела, как воск плавно стекает со свечи. Тьма поглотила всю территорию квартиры, в дверь ещё пару раз позвонили, а через пару минут тишины вновь зазвонил телефон. Милина выждала паузу, а когда он перестал звонить она просто выдернула его из розетки. Мэйлинн, которая звонила подумала, что поддержать подругу надо по особенному. Как истинная пионерка, национальный вещатель и просто хорошая гражданка, уверенная в том, что её подруга в полном порядке, но проходит через тяжёлый период осмысления, не могла бездействовать. Она позвонила прямиком в офис генсека. По счастливому стечению обстоятельств женщина только закончила свой рабочий день и собиралась уходить, как вдруг раздался звонок. Она подошла и увидела на табло своей телефонной станции надпись "Входящий звонок: Мэйлинн Рэннодс" и вспомнив, что это одна из самых исполнительных партийных голов, подняла трубку и спросила:- Мэйлинн Афродитовна что ва угодно, я собиралась домой! - Товарищ секретарь, я звоню вам, для того чтобы сказать, что я нашла нам потрясающую кандидатуру. - На... - Да. - Потрясающе, кто это? - Первый секретарь Конхатэб - товарищ Чаплина - Чаплина? Вы серьёзно? Вы потратили две минуты моей жизни на это предложение. И с такой наглостью?! Поразительно! Значит так, Мэйлинн Афродитовна, я сама разберусь кого назначать. Задание очень ответственное, а как вы сами выразились в своём письме, дорогуша, она идеологически крайне неустойчивый элемент. Я осмелюсь предположить, что и психически тоже. Поэтому впредь, если вам захочется набрать этот номер, подумайте трижды, это может стоить вам карьеры! - и она грозно положила трубку. Схватив свою сумку, она гордо вышла из кабинета, и закрыла дверь. Как вдруг услышала открывшийся лифт и звуки каблуков, медленно направляющихся к её кабинету. Она обернулась и увидела перед собой ту, о которой все говорят, ту, что находится где-то сверху и очень редко выходит к людям, ту, чей голос она слышит только в трубке, а все документы приносит не лично, а отправляет по факсу, не смотря на то, что её кабинет находится сверху. Великая Дочь, она же Великая Кормилица, крёстная мать социал-демократии и королева матриархального строя - Элизабет Уэст. Она подошла к генеральному секретарю и спросила:- Изольда Эвелиновна, вы приготовили то, что я вам поручила? А генсек не могла оторвать свой взгляд от внешнего вида матери народа: синее вечернее платье сумасшедшей цены, элегантная большая шляпа, декорированная чучелом дикой птицы "союзницы", на шее сияло очень дорогое бриллиантовое колье, а на плечах была накинута огромная пышная меховая накидка. Генсек не могла оторвать взгляд от этих одежд, ведь она ничего из этого даже в магазинах не видела, даже за огромные деньги. - Изольда Эвелиновна, вы наверное слух потеряли? Я спросила моё поручение на какой стадии готовности находится? - Ваше поручение приготовлено на высшем уровне, и я ответственно заявляю... - Меня не интересует ваша ответственность. Меня больше беспокоит ваша исполнительность. Я связалась с аэропортом Ёнгсаанга и получила подтверждение, что самолёт нашего достопочтенного гостя приземлится примерно в восемь утра. Завтра проинструктируйте рабочую бригаду, которую вы сформировали и в девять часов ноль ноль ноль минут я жду вас у себя. Красивые, одетые, преисполненные счастьем и рабочим духом. И чтобы у каждого был партийный значок на груди. Закончив, Элизабет даже не стала дожидаться ответа, оставив генсека стоять в ступоре. Изольда закрыв кабинет на замок пошла к лифту и безмолвно осталась смотреть в окно. Она работает на этом посту тридцать восемь лет, и не помнит когда последний раз она смотрела в эти окна на своём этаже. Даже через эту небольшую панораму было видно весь город, от парковки дворца до границы, где находилось одно из чудес света, которое удавалось увидеть тольео редкому количеству счастливчиков. Милина была одной из них, когда в прошлом году она за выдающуюся работу во дворце получила путёвку на красное море. Это место официально входит в книгу рекордов из за потрясающего вида и необыкновенного сочетания абсолютно красной воды и чёрного песка. Но, за всю свою жизнь Изольда Эвелиновна там ни разу не была. Она медленно зашла в лифт и поехала вниз, обдумывая телефонный звонок Мэйлинн. Уже усевшись в свою машину она проверила документы и наличие всех страховочных документов. Ей на секунду показалось, что она потеряла партийную доверенность на автомобиль, без которой запрещено даже фотографироваться на фоне транспорта. Через некоторое время Изольда начала движение в сторону своей квартирки на окраине города. Она неслась по большому почти пустому проспекту, проезжая, она заметила голосующую девушку, но сделала вид, что не заметила её и проехала мимо. Через пару километров её остановил дорожный патруль. К ней подошла барышня регулировщица, отдала салют и сказала:- Капитан Васнецова, предоставьте мне свои документы. Изольда открыла бардачок и протянула маленькую папку. Капитан очень серьёзно изучала листовки и потом выдала:- Товарищ Добролюбова, вы пронеслись мимо гражданки нуждающийся в попутке. - Так. - У нас сработал датчик, поэтому пройдемте в машину я вам выпишу штраф. - Девочка, а ты в курсе, что мне можно и не подвозить никого домой. Я сама домой хочу, я задержалась на работе вообще! - Вы что не знакомы со сводом правил Дэи? Пункт семьдесят два... - Я знаю прекрасно все пункты наизусть ещё с 7490 года! Я сама лично каждую поправку рассматривала на съезде партии и руководителю страны на подпись несла! - Тогда штраф удвоится в несколько раз. - Ладно. - грозно сказала Изольда и вышла из машины - Давайте сделаем так, вы получите на руки три тысячи альф и мы разойдёмся с миром. - Потрясающе. Давайте добавим сюда ещё конституцию нашей страны статья двенадцать пункт "б". - А ты молодец, я смотрю на отлично училась. Хорошо, ты получишь на руки десять тысяч альф прямо сейчас и я поеду к себе домой наконец. - Так, гражданка, я вам сейчас выпишу повестку в суд за нарушение социал-демократического режима! - негодовала капитан Васнецова - Слушай сюда, товарищ капитан. Завтра же тебе придёт повестка, только не в суд, а в "Государственный Изолятор". Глядишь пять лет с конфискацией имущества заставят тебя обнулиться по максимуму. - Хорошо, стойте! Десять тысяч и я вас никогда не видела. Сделка состоялась. Время было позднее, но к Милине домой позвонил управдом. Звонок управдома шёл по другой линии на другой телефон, поэтому она подскочила и держа подсвечник, ответила:- Милина, не спишь ещё? - Пока нет, Владлен Палыч, но уже собиралась. - Можешь спуститься на секунду в подвал нашего дома, там проходит небольшое заседание "Соседского Надзора" - Ах да, конечно я приду. - Стой! Главное не забудь: одежда строго рабочая и партийный значок должен быть пионерский, а не обычный. И девушка в состоянии лёгкой усталости пошла одеваться. Надела приличное рабочее серое платье, достала из шкатулки пионерский партийный значок, который отличался от обычного тем, что вместо портрета Великой Матери на нём портреты Дэи и Элизабет вместе, а под ними надпись символицей "Молодёжный дух". Этот значок выдают всем после вступления в пионерский лагерь после прохождения обязательной физической подготовки. Милина дополнила свой внешний вид заколкой с белым бантом, как на первый учебный день. Спустившись в подвал она обнаружила целый зал. Видимо он был сформирован на случай военных действий или экстренной необходимости. Судя по всему такие огромные залы есть в подвале каждого дома, и они соединены тоннелями. Милина подумала о том, что в случае войны или полного уничтожения города даже ядерным оружием всё население Ёнгсаанга будет перемещено под землю. Это было очень продуманное решение. В помещении собралась половина жильцов дома, в особенности самыми активными участниками были те, за кем всегда держались места в первых рядах. Им необходимо было сохранять своё положение в обществе. Среди всех она заметила и Мэйлинн, но села в конце зала, чтобы случайно с ней не столкнуться. Она задумалась, как так много людей могут добровольно стучать друг на друга, это же не по добрососедски. Ход её мыслей остановило внезапное начало собрания. На сцену вышла женщина и сказала:- Дорогие леди, я приветствую вас на очередном заседании надзирателей от нашего дома. Перед тем, как каждый из вас выступит с отчётом о проделанной работе, начнём по стандартной программе. Женщина зажгла масленную лампу, которая начала ездить из стороны в сторону, перед аудиторией, после чего она начала говорить:- Повторяем за мной. Мы все едины! Мы не победимы! Молодёжный дух - ключ от всех дверей! Никакие преграды нам не страшны! Нам море по колено, нам горы по плечо! Мы дружная команда и дружим горячо! Девушки повторяли это очень весело и заразительно и Милина тоже подхватила эту волну, после третьего раза она почувствовала странное давление в висках и прекратила говорить. Но её охватило странное чувство, как будто приятно выдохлась или как лёгкое опьянение. В любом случае в её голове были запущены некие неведомые и неестественные ей процессы. Она начала глубоко дышать и закрыла глаза. В один момент резко все прекратилось и женщина пригласила первые ряды озвучить свои наблюдения. Первой вышла самая трудолюбивая дама и огласила:- На протяжении последних восемнадцати дней я наблюдала за своими коллегами, друзьями и соседями по дому. За последнюю неделю Петровы и Лаврянцевы из тридцать шестой и двадцать пятой квартиры, не сдали газеты в срок в понедельник, тритейник и пятницу, а также нарушили декрет запрещающий носить одежду заграничного производства. На обсуждение предлагается поднять вопрос о передаче этой информации патрульным, для принятия ими соответствующих мер. Далее вышла молодая девушка:- Я наблюдала за соседями по дому на протяжении этого периода. В сумочку Авроры я подложила жучок и с помощью системы Атлас, разработанной Великим руководителем Союза я выявила, что Аврора Вознесенск проводила на волонтерских неделях меньше времени, чем остальные граждане, то же касается и работы, она уходила с поста на десять минут раньше всех остальных. На обсуждение предлагается поднять вопрос о передаче этой информации районному участковому для принятия соответствующих мер. Все похлопали, а вслед за ней вышла женщина средних лет:- Я наблюдала со двора в бинокль в окна нашей соседки Милины Чаплиной. Я так же сидела на скамейке и анализировала то как она возвращается домой, что носит и как взаимодействует со своими соседями. На основе моих наблюдений я сделала вывод, что Милина Чаплина является противницей Великой Идеи и возможно ставит под сомнение авторитет Великих Руководителей! Товарищи, это не приемлемо и должно быть рассмотрено на высшем уровне. На обсуждение выносится вопрос о передаче этих материалов в Службу Патруля, а также тщательное тестирование товарища Чаплиной на предмет идеологического иммунитета и если потребуется изолировать её от общества в Государственном Национальном Изоляторе, благодарю. Далее на подмосток вышла Мэйлинн:- Я не могу не согласиться с предыдущими наблюдениями, поскольку сама заметила за своей подругой не свойственное ей поведение, но только сегодня я хочу выступить в её защиту, товарищи. Когда я заметила странности и колебания в сторону империалистических идей, сразу же проинформировала об этом генерального секретаря дворца Конхатэб. Из увиденного сегодня, я осмелюсь взять на себя смелость и предположить, что она проходит через муки и терзания. Я считаю, что необходимо поддержать нашу соседку добрым словом и действием, дабы укрепить в ней стойкость и уверенность в нашем выборе! Милина аккуратно встала, когда выходила следующая женщина и вышла из аудитории, никто даже бровью не дёрнул на это. Будучи дома, в своей кровати она думала:"Почему такое странное чувство в голове? Это как-то связано с идеологией? Что вообще это были за речёвки перед началом собрания?" с такими мыслями она провалилась в сон. Следующее утро вторника. Милина спустилась на обязательную утреннюю зарядку почти первая и услышала голос из громкоговорителей "Rínkho Kenté": «Внимание, внимание! Внимание, внимание! Уважаемые товарищи, прослушайте, сообщение социал-демократической партии Союза Уэстленда. Текст предоставлен и одобрен генеральным секретарём партии "Микадо" - товарищем Добролюбовой Изольдой Эвелиновной. А поддерживать ваш сегодняшний настрой буду я Серебрякова Алёна.» Внизу возле подъезда стали собираться жители дома.- О, Чаплина, молодец! Видишь действует на пользу молодёжный дух! Присутствующие, как заворожённые стали хлопать и говорить в адрес Милины разные комплименты и оказывать знаки поддержки. По окончанию все отправились приводить себя в порядок. Чаплина оделась, как обычно для работы, защитила свою кожу солнцезащитным кремом и пошла. Выйдя из подъезда она направилась как обычно в сторону метро. По широкой улице, между редких автомобилей проезжал грузовичок "СНА" из которого доносилось: «Сегодня Центр Контроля Погоды даровал нам ясное небо над головой и день без осадков на сегодня. Планируется создать облачность на случай если температура превысит лимит в 28°С. Завтра погоду обещают оставить неизменной, так что все могут вечером одеть свои самые разные одежды.» Милина встала и отдала салют, а когда грузовичок проехал, она заметила напротив группу девушек подбадривальщиц в салатовых платьях с красными флагами, она постояла, посмотрела на них пару минут и направилась в метро. Там по середине перрона стоял стенд с газетой, на этот раз Милина подошла к нему и прочитала заголовки. На первой странице была крупным планом фотография Элизабет Уэст, на второй странице была фотография и статья о том событии, которое произошло с Матерью всех народов в этот же день. Дальше она не успела прочитать потому что приехал поезд. Уже на рабочем месте, оставив сумку у себя, Милина отправилась в кабинет генсека. Её ноги слегка тряслись, а мысли путались в голове. В кабинете у генсека была команда из нескольких людей четыре патрульных, одним из которых был Ричард, пожилой мужчина в кепке и дама в элегантном телесном костюме. Девушка постучалась и зашла. - Милина Лионовна, проходите. Знакомьтесь, Сон Тэк - режиссёр наших фильмов, Анетта Рябина - историк, экскурсовод, заслужанный партийный деятель, это ваши коллеги "папа" и "мама": Пётр Данилов - самый лучший представитель организации "Атлантис" и Петра Михеева - заведующая кафедры зоологии в университете Уэст, а это представители Универсального Патруля. Всё объясню по порядку. Итак, мы с вами все вместе поднимаемся в кабинет Великой Матери, она нас уже ждёт с уважаемым гостем. К нам в страну прибыл режиссёр из Москвы. Он собирается снимать документальный фильм о нашем быте, о великой истории нашей страны и о наших идеологических устоях и культурном наследии. Мы уже составили сценарий и отдали его режиссёру на ознакомление. Ваша задача ничему не удивляться, отвечать строго по партийной красной книге и никаких иных мыслей расходящихся или отличающихся от прописанных, ясно? Все молча кивнули. Тогда Изольда Эвелиновна зашла за свой стол и сказала:- Молодёжный дух! - Ключ от всех дверей! - монотонно продолжили собравшиеся. Генсек быстро набрала наверх, и получив разрешение, сказала: - Вперёд! И не посрамите историю нашей революции! Присутствующие отдали салют, повернулись и строем направились к лифту, а Милина была в таком шоке, что всё делала механически как все.