Я просто хочу вновь начать жить.

      Очередной приступ тревоги, Читтапон не знает, чем он вызван, но из-за него парень сидит уже минут 20 под письменным столом в собственной спальне и пишет простым карандашом на стене над розетками. То, что он не хотел бы, чтобы другие увидели, слова, которыми он себя добивает изо дня в день. Слёз нет, лишь только ком в горле, что заставляет парня непроизвольно хрипеть через раз.       –Тэн, ты что там делаешь? — голос Ёнхо выводит парня из некого транса, и он резко оборачивается, бросая карандаш на пол.       Джонни сидит перед ним на корточках, только зашёл после работы, смотрит сначала тайцу в глаза, чтобы убедиться, что младший не плачет, затем переводит взгляд на стену — кучи надписей на тайском языке, написанные словно в конвульсиях.       –Что именно ты пишешь? — полушёпотом спрашивает старший, мягко касаясь ладони Тэна, — Ты не обязан отвечать, если не...       –«Я ненавижу себя сегодня больше, чем вчера», «Я такое ничтожество», «Я жалок», — младший перебивает Джонни, тыкая пальцем на фразы на стене, — «Как жаль, что я не умер сегодняшней ночью».       Ёнхо молчит какое-то время, ещё раз пробегая глазами по словам, затем он берёт карандаш с пола и пишет на свободном месте, сильно надавливая на карандаш, чтобы надпись была ярче остальных; фраза на родном для младшего языке, которую Джон недавно выучил.       –Надеюсь, я нигде не ошибся, — старший мягко улыбается, давая Читтапону увидеть своё послание.       Тэн, прочитав её, вылезает из-под стола и заваливается на Джонни, затягивая того в объятия.       –Спасибо, — шепчет таец на ухо, а Ёнхо лишь чмокает того в нос, всё также мягко улыбаясь.

«Пожалуйста, продолжай жить, я хочу встречать с тобой рассветы».

      Все остальные фразы Читтапон со стены стёр.

***

      Обычно Джонни пару раз в неделю заезжал к Тэну после работы, по выходным, бывало, даже оставался на ночь. На этой неделе у старшего было много дел, так что Тэн плёлся с учёбы домой зная, что сегодня проведёт вечер в одиночестве. Он не любит это, совершенно, он так привязался к Джону, что собственная квартира без него кажется какой-то до ужаса чужой и холодной, старший будто бы согревает её своей мягкой улыбкой и мурлыкающим голосом. Таец стоит на остановке, дрожа от холода — кто же знал, что пойдёт дождь — парень полностью погружён в свои мысли, плывя по течению lo-fi песен в наушниках. Мысли комком перекатываются внутри черепной коробки, от чего хочется вырывать собственные волосы с корнями. Он один на остановке, да и вблизи неё никого нет, поэтому Читтапон позволяет себе присесть на корточки и нервно прошипеть сквозь зубы — головная боль, что ни одни таблетки не способны заглушить, Тэн устал, просто устал от всех них. Плейлист переключается на новый и мелодия, словно из музыкальной шкатулки, своим нежным звучанием слегка успокаивает, вызывает приятные ассоциации.       Тэн вскакивает на ноги и перебегает дорогу, стоит загореться зелёному сигналу и стоит уже на другой остановке, в противоположную сторону.       Спустя минут сорок Тэн едет домой из магазина с небольшим суккулентом в руке.       Таец ставит его на одну из пустующих полок, аккуратно мизинчиком щупает землю и подливает воды, поняв, что та сухая.       Некое тёплое чувство зарождается внутри грудной клетки и парень улыбается, смотря на небольшое растеньице.       На следующий день Читтапон возвращается домой в более хорошем настроении, в наушниках снова тот эстетичный плейлист, а дома ждёт Малыш Чи — малютка суккулент, о котором теперь заботится Тэн.       Он болтает с ним каждый день, поёт песни и делится хорошим, что произошло за день; Малыш Чи слишком маленький, чтобы знать злобу и несправедливость мира, поэтому Читтапон старается не выражаться плохо о себе, хотя бы при нём, таец делает всё возможное, чтобы суккулент рос в заботе и нежности.       Тэн действительно смог привязаться к растению за столь короткий срок и теперь не чувствует себя столь одиноким в собственной квартире.

***

      Когда Джонни заходит к Тэну в гости и спрашивает, что нового произошло за эти дни, Читтапон радостный убегает в комнату и возвращается с небольшим цветочным горшочком в руках.       –Мне было одиноко и я купил суккулент, — у младшего глаза сияют пока тот рассказывает о новом растеньице, — Я назвал его Малыш Чи, потому что он такой маленький, а «Чи»... — Тэн делает небольшую паузу, — потому что он напомнил мне самого себя — нежный и будто бы беззащитный совсем...       –Я конечно не садовод, но наслышан, что суккуленты могут многое выдержать, они довольно стойкие растения, — Джонни мягко улыбается от чего младшего будто теплом окутывает.       Тэн возвращает растеньице в комнату, пока Джон заваривает кофе для обоих и нарезает карамельный рулет. Час дня, суббота, у обоих такой редкий свободный день, который они проводят друг с другом.       –Знаешь, у меня тоже есть одна новость для тебя, даже, наверное, предложение, — Джонни начинает разговор издалека, делая большой глоток кофе.       –Тогда, пожалуйста, не тяни долго, — немного нервно, без злобы, говорит Тэн.       –В общем, недалеко отсюда открылась новая кофейня и им требуются бариста, платят больше, чем на двух моих предыдущих работах и работать чуть меньше, будет наконец время принимать заказы на фотосессии, так что я уволился с тех работ и устроился в кофейню.       –Вау, поздравляю! — Тэн действительно рад за своего парня, он счастлив, когда у Джонни в жизни всё хорошо, по его скромному мнению такая булочка, как Джон, должен быть всегда счастлив, а не тратить своё время на нытика Читтапона.       –Это ещё не всё, кофейня находится здесь, да и до института отсюда ехать на 15 минут меньше, чем от моего дома.       –Ты решил здесь купить квартиру?       –Я подумал, что мы могли бы жить вместе, — Джонни берёт ладонь Тэна в свою и слегка поглаживает большим пальцем, — Знаю, это очень ответственный шаг, но во-первых, мы будем делить квартплату пополам, так что ты не будешь все деньги, что высылают тебе родители, тратить на неё, во-вторых, это проще мне, так как мне не придётся пахать на двух работах, чтобы оплачивать свою квартиру и не придётся тратить столько времени на дорогу до института и наконец в-третьих, мы будем больше времени проводить вместе. Ну, как тебе?       –Я... Я не хочу обременять тебя. Представь: я буду ныть тебе 24 часа 7 дней в неделю.       –Тэн, малыш, сколько мне раз повторять: ты меня нисколечки не обременяешь, правда.       У Читтапона двоякое чувство на этот счёт, он правда хочет проводить с Джоном больше времени, но также он не хочет обременять его своими проблемами ещё больше, у них уже был перерыв в отношениях, и он боится, что следующий такой окажется их разрывом по вине самого Тэна.       –Мне нужно подумать, — таец выдерживает паузу в пару секунд, — Я подумал, я согласен.       У Джонни глаза сияют будто Тэн согласился не жить вместе, а принял его предложение руки и сердца, хотя он не был бы против, если бы Тэн согласился стать его мужем, но сейчас не об этом.       Ёнхо благодарит младшего и говорит, что переедет к нему в следующую пятницу, а Читтапон решает для себя, что всё же стоит наконец сесть и переосмыслить свою жизнь, ведь в ней начинается новая глава.

***

      Читтапон не помнит, когда в последний раз он принимал свои снотворные лекарства, тем более не помнит, когда спокойно засыпал без них. Вообще Тэн и «спокойно» — два слова, что несовместимы последние несколько лет. Пустые флакончики от лекарств валяются в верхнем ящике стола, а сам парень валяется на полу; непонятное чувство где-то в позвоночнике и очередная головная боль заставили его лечь на холодный пол в надежде успокоиться. Но это не помогает, ничего не помогает. Джонни постепенно перевозит к нему свои вещи, но на ночь остаться не может — ещё многое нужно уладить, чтобы спокойно переехать окончательно. Так что Тэн один, лежит, свернувшись калачиком, на полу. Изменится ли что-то с переездом Джона или это жуткое чувство одиночества так и будет грызть изнутри, пока Читтапон сам не выпустит его наружу, вскрыв вены. Таец впивается отросшими ноготками себе в плечи, царапает шею, тянет за волосы; ему больно, но он продолжает это делать в надежде, что физическая боль заглушит душевную. Когда Тэн сломался? Из-за чего Тэн сломался? Почему Тэн сдался и даёт своим внутренним демонам дожирать себя? Читтапон плачет, ему отвратительно от самого себя, он душит себя подушкой, кричит, захлёбывается в потоке слёз. Он выходит из комнаты — не хочет отравлять своим настроением воздух, не хочет, чтобы его маленькое растеньице тоже чувствовало всё это.       Читтапон в слезах садится на бортик ванной, закатывает домашние шорты и достаёт из кармана канцелярский нож.       Ночь будет длинной, и никто о ней не узнает.