What if?.. #ChildrenOfDarkness

[Алекса — дочь Кларк и Беллами; Роуч — сын Рэйвен и Мёрфи] У Лекси Блейк, на самом деле, не было никого ближе Роуча. Так же, как и у Мёрфи не было никого ближе Алексы. Но делало ли это их лучшими друзьями? Пожалуй, нет. Роуч обожал раздражать, подначивать, даже насмехаться, чем бесконечно раздражал Алексу. Ей, любительнице созидать, разрушительный и слишком громкий Роуч всегда казался скорее соперником, чем другом: Мёрфи обожал утирать ей нос даже тогда, когда она не проявляла ни малейшего желания состязаться. В то же время, Лекси миллион раз ловила себя на мысли, что Роуч с ней гораздо мягче себя ведет, чем с другими. Иногда он примерял на себя едва ли не роль наставника: давал ей непрошеные советы, тренировался с ней, а бывало, что еще и таскался за ней на пленэр и с многозначительным видом отпускал замечания о том, как живопись не поможет ей в выживании, но при этом в его глазах светилось если не восхищение, то искренний интерес. Роуч не был для Лекси другом, нет. Роуч был раздражающим фактором, который ты сначала пытаешься игнорировать, и в который ты затем влюбляешься без памяти, осознав, что без него твоя жизнь становится пресной. Алекса первой его поцеловала, сама — в тот самый момент, когда на очередной совместной тренировке Роуч, дурачась, поддавался ей, позволив уложить себя на лопатки. Лекси просто подумала, что нельзя упускать момент — и подалась вперед, а Роуч с готовностью ответил на ее поцелуй. Кто же знал, что в этот самый момент родители Лекси решат прогуляться и забредут на лужайку позади дома, где обычно Лекси и Роуч устраивали свои битвы?.. — Это что, сын Мёрфи там с Лекси?.. — Беллами Блейк на мгновение даже дар речи потерял от увиденного. Кларк, не желая смущать подростков, ловко утащила мужа за раскидистое дерево, хмыкнув не без ехидства: — Ты будто вчера родился, Белл. Это ВСЕГДА сын Мёрфи с Лекси. — Но мы же не можем позволить им… — Поубавь градус возмущения, прошу тебя. Мы ведь еще даже не в курсе, что между ними. Современные подростки смотрят на секс без обязательств еще проще, чем в свое время смотрели мы. — Я убью его, если он только посмеет!.. — задохнулся от праведного гнева Беллами, но Кларк рассмеялась, обнимая его: — Я шучу, Белл. Шучу, понимаешь? Лекси умная девочка. Но если ты так обеспокоен, то мы поговорим с ней. Сегодня же, за ужином. Беллами согласился не пороть горячку, но до ужина он все же успел заскочить к своему старому другу Джону, который теперь жил по соседству вместе с Рэйвен и их сыном. Выслушав претензии Блейка, Мёрфи-старший только расхохотался: — Ты что же, хочешь, чтоб я наказал сына за то, что он целовался с твоей дочкой? У тебя, часом, не началось обострение какого-нибудь умственного заболевания? В общем, разговора не вышло, и Беллами вынужден был таки дождаться ужина, за которым они с Кларк и завели разговор об опасностях отношений с кем-то, кто носит фамилию Мёрфи. — Зачем вы вообще мне все это говорите? — Алекса взглянула на родителей с самым своим невинным видом. — Просто волнуемся о тебе, милая, — дипломатично отозвалась Кларк. — Первая любовь не всегда заканчивается хорошо, увы. — И мы видели тебя с Роучем Мёрфи на заднем дворе, — нервно прибавил Беллами. — Вы целовались. — О, господи… — пробормотала Лекси, картинно закатив глаза. — Вы серьезно сейчас, мам, пап?.. — Не подумай, что мы пытаемся тебе что-то запрещать, — торопливо принялась объяснять свою позицию Кларк, но Беллами был более прямолинеен: — Но лично я бы попытался. Этот Мёрфи — он же копия своего отца. Ты знаешь, сколько проблем он нам создал? Если Роуч заставит тебя страдать… — То я это как-нибудь переживу без твоего вмешательства, пап, — твердо оборвала отца Алекса. — Пожалуйста, давайте не будем больше об этом. Я знаю, что делаю. Я знаю Мёрфи с пеленок, вы же не забыли?.. Кларк сгладила эту неловкую сцену, как могла, но неприятный осадок на душе после ужина остался у всех троих. Тем временем, в доме по соседству за ужином происходило нечто подобное. Джон Мёрфи, смеясь, рассказал жене, как к нему приходил возмущенный Блейк, а поскольку рассказывал это Джон при сыне, то Роуч невольно поперхнулся своим стейком. — Пап, мы что, будем сейчас обсуждать это?!. — А что такого? — хмыкнул Мёрфи-старший. — Я же не против. Она славная девчушка. — Но ты в самом деле не должен разбивать ей сердце, иначе я сама лично надеру тебе задницу, — строго указала вилкой на сына Рэйвен, а затем, увидев, как вытянулось лицо Роуча, рассмеялась: — Да шучу я, Роуч. Ну, или почти шучу. — Это максимально неловкое дерьмо, которое только могло со мной случиться, — буркнул Роуч, и отец запустил в него салфеткой: — Что за грязные словечки за столом, ловелас? Посуду сегодня моешь ты. Роучу в самом деле пришлось вымыть посуду прежде, чем он смог улизнуть из дома. Лекси уже ждала его, слонялась рядом с мастерской Рэйвен — она проводила много времени с матерью Роуча, помогая той чинить что-нибудь. — У тебя дома случайно не проводилось сегодня экстренное обсуждение нашего поцелуя? — Так и знал, что помимо дома мне придется обсудить это и с тобой тоже. — Но на самом деле я не против обсудить все, — улыбнулась Лекси каверзно. — Что, хочешь, чтоб я поклялся, что не стану сердце тебе разбивать? — улыбнулся в ответ Роуч. — Типа того, — согласилась Алекса. — Просто… Родители ничего не решают за нас, Роуч. Решаем только мы с тобой. — Иначе и быть не может, — кивнул Мёрфи, а затем привлек девушку к себе и заключил в объятия. Склоняясь к ней, чтобы поцеловать, он пообещал: — Я буду относиться к тебе, как к своей принцессе.