Три стука.

Музыка сменяется на голос Скриптонита и его «Это любовь». Нурлан усмехается этому и сжимает Лёшу в объятьях. Нурлану кажется, что он готов продать себя на органы, только бы Лёша был рядом, только бы Лёша был счастлив, только бы Лёша оставался Лёшей. Кто-то из парней хмыкает, и Нурлан отрывается от Лёши. У того блестят губы, а глаза затянуты дымкой. Взгляд упорно избегает лица Нурлана, и Нурлан рыкает на это. Лёша должен смотреть только на него. Только с ним должен быть таким. Нурлан убьёт любого, кто увидит Лёшу таким без его дозволения. Ребятам можно – они и не такое видали. Что стоит только то, как Нурлан просил Тамби присмотреть за гримёркой в прошлый раз, или случай с Рустамом, когда тот отводил всех в женский туалет, ибо мужской был слегка занят стонами Лёши. Воспоминания о том дне всплывают картинками в голове. И Нурлан улыбается им. А потом фокусирует взгляд на Лёше. Тот смотрит, и в его глазах читается немой вопрос: «Чего ты лыбишься?». Нурлан сжимает его лицо в своих ладонях, а потом шепчет в такт словам Адиля: - Это любовь. И Лёша смотрит так, как не смотрел никогда до этого. Нурлан задыхается. Он не может вобрать кислорода в лёгкие. Те противно сжимаются и давят на сердце, которое пропустило собственный бит, а желудок делает кульбит, и тишина обрушивается на Нурлана. Он думает, что сейчас будет что-то, от чего планету может разорвать. Но Сережа выдаёт: - Блять. И именно это становится последней каплей для Лёши. Нурлан видит, как у того в глазах слёзы накапливаются. Как собираются в уголках и готовы вот-вот выплеснуться на Нурлана. Тот никогда не видел, чтоб Лёша плакал. Но ещё Нурлан не видел, как Лёша дрожит не от оргазма или другой их сексуальной активности. Лёша дёргается к нему и сжимает в объятьях. - Блять, - повторяет Тамби и сжимает руку Рустама. - Лёша, - зовёт Нурлан тихонько, когда Лёша всё сильнее жмётся к нему. Нурлан думает, что не против умереть прямо сейчас, потому что то, что происходит в этот миг – самое дорогое в его жизни. Адиль тянет своё: «Это любовь». И Нурлан взрывается. Он жмёт Лёшу к себе до хруста в рёбрах, до спазма в лёгких, до инсульта, до полного изнеможения. Лёша дёргается в руках, всхлипывает, а у Нурлана в районе сердца вдруг мокнет. Нурлан хочет впитать каждую слезу, каждую клетку Лёши. Он хочет, чтоб его клетки впитались в Лёшины. Он вжимается носом в его макушку и дышит им, как ни дышал никогда. - Я люблю тебя, Лёша, - уже громче, уже чётче, уже с осмыслением и полным принятием данных слов. Фраза звучит ясно в сложившейся тишине. Она – гром, она – ядерный взрыв, она – смерть. У Лёши мокрые глаза и счастливая дебильная улыбка, которая обнажает его верхний ряд зубов. Счастье сметает все мысли Нурлана. - Люблю, люблю, - шепчет Нурлан, словно мантру в храме, и целует, целует лицо Лёши. Тот смеётся и пихается, но послушно принимает поцелуи. А потом мир замирает. Планета всё же взрывается. А Чёрная дыра засасывает каждую деталь нашего пути, потому что Лёша выдаёт: - И я тебя, Нурлан. Воздух кончается. - Блять, - как третья голова личного дракона выдаёт Тамби и что-то громыхает – сок упал. - И правда «Блять», - фыркает Нурлан, смотря на разливающееся пятно. Смешки текут от одного парня к другому, пока Серёжа не выдаёт: - Я выиграл - они признались друг другу, гоните бабки, блять, - после его слов гримёрка взрывается от смеха парней. Двое достают деньги, а Нурлан продолжает прижимать к себе Лёшу. Нурлан думает, что он убьёт любого, кто посмеет сделать больно Лёше. Он сожрёт этого человека, потому что Лёша теперь принадлежит ему стопроцентно - весь, от макушки до пят. У Нурлана в глазах счастье. А Адиль тянет опять своё: «Это любовь». И Нурлан как никогда был согласен со своим земляком.