Связанные поневоле

POV Марсель Прошла неделя с того злополучного ужина. В тот раз Тьерри отпустил меня, как только наигрался с моей бедной шеей, наставив на ней столько засосов, что мне было даже страшно потом прикоснуться к ней. — Возвращайся в свою комнату, омега. Не думаю, что ты сейчас способен нормально поесть. Позже Захар принесёт тебе еду в комнату. И предупреждаю сразу, если попытаешься нанести себе увечья приборами, будешь есть из собачьей миски. Захар! Отведи его обратно, мы закончили. Так как я жёстко тормозил, альфа сам спустил меня со стола, поправляя на мне одежду. Обеими ладонями он аккуратно стёр дорожки слёз на моих щеках. — Завтра к тебе придёт врач и снова осмотрит твою голову. Отдыхай. Больше приглашений я не принимал, предпочитая есть в выделенной мне комнате. Пытался ли я сбежать? Нет. Просачиваться сквозь решётки на окнах меня не учили. А у двери в холл всегда стояла охрана. Благо хоть дверь в ванную прилегала к моей комнате и не надо было каждый раз объяснять, куда я собрался. Но слава богу, меня оставили в покое, ничего не требуя. Плакать я уже устал, а голодовка мне тоже на пользу не пойдёт. Мало ли, вдруг за мной придут, а я буду так слаб, что не сдвинусь с места. Поэтому я кушал, что приносили, и занимался тем, что было дозволено. Когда мистер Дельмар сказал, что обеспечит меня всем, то он не лукавил. Дорогая одежда (даже с размером почти угадал), аксессуары, косметика, настольные игры, диски, книги — каждый день мне приносили что-нибудь новое. Единственное, у меня не было интернета и любых средств связи. Отсутствие альфы поблизости создавало иллюзию безопасности. Но ночью я часто слышал его шаги за дверью. Он останавливался у моей комнаты и просто стоял. И даже сквозь сон я чувствовал его запах. Всё свободное время, которого у меня было теперь навалом, я проводил за книгами. Книги были разными — всемирная история, география, физика, химия. И все они касались этого мира, его эволюции. Меня так сильно будоражила новая информация, что я просто выпадал из реальности. Вместо кристаллов, на которые мы обычно храним всю информацию, здесь были различные приспособления — флешки, диски, карты памяти. А ещё, тут было очень много войн. Когда я дошёл до истории Первой Мировой войны, а следом и Второй, то мои глаза уже были на мокром месте. Столько жертв и крови! Даже без артефактов, люди умудрялись уничтожать друг друга миллионами. Дядя Свят рассказывал нам, что его мир намного воинственнее нашего. Но я и не думал, что настолько! Интересно, а были ли в то время путешественники через миры? Артефакты — порталы считаются самыми древними, так может и в прошлом здесь были и альфы, и омеги. Но ни в одной книге не сказано о «других», не похожих на всех остальных. Хотя встречаются легенды о загробном мире, об Атлантиде, которая здесь считается выдумкой. У нас вот Атлантида — один из самых богатых и густонаселенных городов. — Я смотрю, ты нашёл, что тебе тут по душе. Любишь историческую литературу? Не постучавшись, Тьерри прошёл в мою комнату, на ходу скидывая пиджак в кресло. Сегодня он в первый раз зашёл ко мне, а не остался за дверью. В тёмно-бордовом костюме-тройке, с классической чёрной рубашкой, такого же цвета галстуком и в солнцезащитных очках, он напоминал мне вампира из классических омежьих романов. — Как прошла твоя неделя? — Как у заключённого в четырёх стенах. Спасибо, что спросили. — Язвишь, значит приходишь в себя. Надеюсь, истерик у тебя больше не случится. — Зачем вы пришли? Положив очки на журнальный столик, он возвёл на меня глаза. И снова не понять, что выражает его взгляд. Его эмоции можно прочитать если только по губам, которые всегда либо сжаты в узкую линию, либо ухмыляются в опасной ухмылке. Вот как сейчас например. — Я же говорил, что ты должен ко мне привыкнуть. К тому же, нам же нужно как-то разбудить тебя, не так ли? Отбросив книгу, я попятился назад, пока не прижался к спинке кровати. Тьерри не спеша расстегнул манжеты на рубашке, закатывая рукава на предплечьях. — Поможешь развязать галстук? — Думаю, вы справитесь с этим самостоятельно. — Хватит этого официального тона, омега, — недовольно рыкнул он. — Мы не чаи с тобой пить собираемся. — Меня зовут Марсель. Если вы не можете запомнить даже моё имя, то с чего я должен переходить на ты к незнакомому альфе. — Если бы ты не отказывался от совместных приемов пищи, мы бы были намного ближе. И долго мне ещё ждать, пока ты встанешь с кровати? Ты упорно игнорируешь все мои попытки сблизиться с тобой, хотя я могу просто схватить тебя, связать и трахнуть на сухую, где смазкой послужит твоя кровь. Ты этого хочешь? Вот как он умудряется соединить «хочу с тобой сблизиться» и «трахну тебя на сухую» в одном предложении? Это его фирменный метод кнута и пряника? Хотя скорее кнута и розги. Из двух зол всегда нужно выбирать меньшее. Медленно спустившись с кровати, я осторожно подошёл к нему, внимательно следя за его руками. Вдруг он меня схватит и повалит, а все его слова про терпение — ложь. Но нет, стоит как столб, руки по швам. А сейчас вопрос на миллион: как развязывают галстук? Отец всегда галстуки просто снимает через голову, а Велисар их попросту не носит. Других альф я не знал, поэтому даже в теории не представляю, как этот узел распутать. — Если ты сейчас раздумываешь, как половчее меня им придушить, то уверяю, что это не сработает. — Я не умею, поэтому и сказал, что без меня вы, то есть ты, справишься быстрее. — Ты раздевал хоть раз альф? Или тебя? Кто-нибудь видел, что там под твоими шёлковыми пижамами? Идея придушить его галстуком стала заманчивее. — Расслабь узел галстука и потяни широкий конец вверх. И вот не лень же ему объяснять, когда мог бы сам. Пока я соображал, как правильно вытянуть конец галстука, руки Тьерри легли мне на талию, слегка поглаживая большими пальцами сквозь пижаму. — П-прекратите. Хватаю его за запястья, испуганно вскидывая голову. Точно солгал. Сейчас набросится! — Не бойся, продолжай. — Высвободившись из захвата, он возвращает мои руки к галстуку. — Теперь широкую часть разверни через тонкую справа налево. Его кисти полезли мне под пижамную рубашку, теперь обхватывая не сквозь ткань. Кожа к коже. А пальцы шершавые, кремом бы намазать… Марс, о чём ты сейчас думаешь?! Прекрати немедленно! — Выводи её через петлю снаружи и слегка расслабь. И снова поглаживания пальцами. Только теперь руки двинулись чуть дальше, сцепляясь в замок на пояснице. Расстояния между нашими телами не осталось. Я прижимался к альфе всем телом, ощущая исходящий от него жар. Чуть ниже живота в меня недвусмысленно упиралась его эрекция. Для кого-то такие объятия и могут показаться безобидными, но явно не для меня, кто за свои двадцать лет ни разу альф не трогал в этом самом смысле! — Посмотри на меня. От хриплого шёпота бросает в дрожь, и, как дурак, я снова его слушаюсь. Тьерри наклоняется к моему лицу, на губах его тёплое дыхание… — Вот видишь, ничего сложного, омега. И волшебство момента исчезает. В последнюю секунду я отворачиваюсь в сторону. Его губы застывают у моей щеки. Тьерри тяжело дышит, глубоко вдыхая и со свистом выдыхая весь воздух. Отпустить меня у него получается не сразу. — Видимо, на сегодня достаточно. Ха-а, давно я не имел дела с девственниками. Ты дрожишь от любого прикосновения. Слишком чувствительный. Это радует. Но на будущее, Марсель: розовые кролики, хоть и на шёлковой пижаме — не возбуждают.