Suddenness

***

— Ада Креспен, значит, — задумчиво протянул полицейский, не без интереса разглядывая моё личное дело. Передо мной сидел мужчина в возрасте, точно старше сорока, с пожелтевшими от сигарет пальцами и, по закону жанра, небольшим пивным животом. — Да. Так в чём дело? Почему вдруг меня вызвали на допрос? — руки подёргивала мелкая дрожь от волнения. Вот вроде знаю, что к пожару я не причастна, но волнуюсь, будто сама всё это устроила. — Восстанавливаем цепочку произошедшего. Кто где был и что делал. Собственно, на момент взрыва где вы находились? — Перед взрывом, примерно за пол часа, я и Гаспар Хофманн ушли из дома и уединились на берегу реки, пили вино и общались. — А как давно вы знакомы с братьям Хофманн? — Меньше недели. В прошлую субботу я пошла в клуб. Там и познакомилась со всёми братьями и Герой и Арьей, — и предвещая вполне логичный вопрос, добавила, — фамилий девушек я не знаю. — Пожарные нам сообщили, что дом именно взорвался. Может быть вы видели, что кто-то из приглашённых проносил с собой что-нибудь взрывоопасное? — Нет, что вы? Я же не подрабатывала там службой охраны. Да и из всех я знаю там лишь Хофманн`ов и девчонок. — Хорошо. А, может, вы видели, как кто-то открывает газовый кран? — Нет, даже не обращала внимания в каком вентиль был положении. — А вы видели на вечеринке вот этого молодого человека? — полицейский положил на стол несколько фотографий высокого блондина, который ярко улыбался камере в день съёмки. — Эрик, его зовут Эрик. А что с ним не так? — Вспомните, он вел себя как-то странно или, может быть, отстраненно? — Нет. Я видела его впервые, но он был общительным и приветливым не только со мной, но и с остальными. Вы подозреваете его? — Он единственный был на кухне в момент взрыва. — Вы хотите сказать, что Эрик подорвал дом, в котором гуляли все его друзья? — Я ничего не хочу сказать. Вы свободны, — мужчина встал и вышел из комнаты, оставив открытой дверь. На следующий день и Гаспара пригласил в гости добрые дяденьки полицейские. Вчера Сомн позволила мне не выйти на работу, однако прогулять воскресенье (послезавтра) у меня не выйдет. Гвидо и Густаву еще не дают проснуться врачи. Слишком уж большой процент ожогов. Цзи таки нашла лекарство, которое нам нужно, сегодня вечером его выкупит Гаспар. Не смотря на то, что этот препарат под отчетный, и просто так его получить или украсть нельзя. Видимо, тот человек неплохой воришка. До определённого момента всё шло слишком хорошо, чтобы показаться правдой. И вот этот переломный момент настал: Гаспар так и не вернулся из полиции. К вечеру позвонила Цзи. — Ада, привет. Где Гаспар? Я не могу до него дозвониться. — Привет. Я тоже не могла дозвониться. Он ушёл к трём часам дня в полицию, вызвали на допрос, и с того момента от него ни ответа, ни привета. — Погоди, какой допрос? — Ну, как? Полиция разбирается, из-за чего произошёл взрыв, и вызывают свидетелей. — Причину пожара и взрывав установили вчера. Эрик прикурил сигарету на кухне, а там была утечка газа. С пьяных шар он ничего не почуял и зажёг зажигалку. У него завтра будут похороны, нам бы желательно там присутствовать. — Да, конечно. Пойдём вместе. Тогда куда пропал Гаспар? — Вот уж на что ответ точно не могу знать, так это на твой последний вопрос. Послушай, он не собирался прятать «подарки» после допроса или до? — Да, у него был заказ на «подарок»… — дошло до меня, конечно, медленно, но верно, — вот сука… — Скинь адрес смс`ой, я приеду, поговорим лично.

***

Цзи приехала практически сразу, как только смогла. Когда она переступила порог моей квартиры, на часах стрелки указывали на двадцать минуть десятого. Девушка сразу перешла к делу, усаживаясь за барную стойку. — Если коротко, то этот придурок в заднице. Пиво есть? — А если длинно? — достала из холодильника банку безалкогольного напитка и подала девушке. — Как оказалось, они давно хотели его принять, потому что он светился перед ними. Полицейские видели его косяки, но копили доказательства. И тут этот взрыв… Тот допрос — это просто повод, что бы он сам к ним пришёл. А допрос с тобой — камуфляж, чтобы этот дебил не заподозрил неладное. Ада, ты в курсе, что когда он не продаёт эту дрянь, то нюхает ее сам? — Нет… — Теперь в курсе. Мало того, что ему пришьют распространение наркотических средств, так в добавок за употребление получит. — Ты знаешь сроки? — За распространение и хранение только до двадцати лет, за употребление от года до пяти лет. — Пиздец… — села на стул и закрылась руками, — я знакома с ними всего неделю, а на меня свалилось уже столько всего… — Все было бы хорошо, если бы Гвидо и Густав так сильно не пострадали. До того, как они придут в норму, нам нужно как-то самим с этим всем разбираться. — Ладно. У меня завтра важная встреча с начальницей, может быть, она как-то сможет нам помочь: если не с Гаспаром, так с Гвидо и Густавом. — На редкость хорошие отношения у вас. — Да если бы. У нас с ней скорее взаимовыгодные отношения: я — ей, она — мне. — А что ты ей должна? — Короче… — мой рассказ длился не долго, но насыщенно.

Воскресенье. 11 утра.

Я как и обещала в 11 утра уже стою под дверями торгового центра, который выбрала Рада. Должна заметить, заведение она выбрала не из дешёвых. Поход сюда я бы смогла себе позволить через пару лет при условии, что ни копейки бы не потратила из зарплаты и премии. Вокруг меня, словом повсюду, снуют барышни и господа, а вокруг них уже крутятся разные работники такого замечательного и звиздато-дорого ТЦ. «А вот и Сомн», — подумалось мне, когда нос её машины показался из-за поворота, — " и время-то какое, 11:01». Женщина неторопясь припарковалась и вышла в своём обычном сером одеянии в свет. «Ндам, за длинный язык Гвидо расплачиваюсь я. Несколько несправедливо. Работы предстоит много.» — Доброе утро, Рада. Как ваше настроение? — Доброе утро, Адачка. Знаешь, на удивление волнующе-замечательное. В сорок с хвостиком несколько неловко выбирать одежду, не отвечающую требованиям тараканов в моей голове, — она по-детски улыбалась и нервно переступала с ноги на ногу в томительном ожидании, возможно, одного из главных моментов в жизни. — Тогда не будем больше ждать, — я подхватила её за колоть и потащила к входу, — сначала шмотки, затем прическа. — А разве не наоборот? — в панике спросила Сомн и послушно зашагала за мной. Первый магазин нам дался очень трудно: Рада постоянно сопротивлялась отказаться от своих балахонов, свитеров, длиннющих юбок, брюк клеш и стремной обуви, однако упоминание о Дине быстро привело начальника в чувства. — Хорошо, — твёрдо заверила она и тут же добавила намного тише, чтобы слышала только я, — понеслась пизда по кочкам. Как только мы подгребли с охапкой шмотья к примерочным, на мой смех эта раскрепощённая и уверенная в себе строгая дама превратилась в скромную девственницу с первого курса универа. Нет, может и я такой была, к счастью не помню, но уж точно не она. — Я выхожу, — неуверенно оповестила Сомн и отодвинула занавеску в сторону. — Передо мной сейчас стоит не Рада Сомн — начальница отдела страхования, а просто светская дива, — я улыбнулась потрясному изменению с первых паров: зауженные брюки, туфли-лодочки и белая блузка с простым чёрным ремешком. Вроде бы ничего замысловатого, а выглядит шикарно. — Так, не сглазь, — смущённо ответила та. — Примеряем остальное и идём в салон красоты. Я сделаю из вас сегодня куколку, — настроение хоть в бой.

Воскресенье. Вечер

После столь сложного дня нервотрёпки, препирательств и стресса Сомн сама изъявила желание меня накормить в счёт невероятно необъятного долга. — Рада, вы не могли бы мне помочь? Я знаю, что у вас есть связи в разных инстанциях, в долгу не останусь, можете не сомневаться, — мы ехали в ресторан, женщина спокойно смотрела на дорогу, явно расслабившись. — О чём речь? — лицо помолодевшей начальницы не выразило никакого возмущения, лишь в голосе проявилась прежняя сталь. Но ничего не поделаешь, мне нужна её помощь. — Брат Гвидо, Гаспар, вляпался по самые уши. Его хотят посадить в тюрму за распространение наркотиков. Но сейчас он нужен своим братьям… Я ничего не знаю ни об их родных, ни о друзьях к которым я мгла бы обратиться за помощью. Они все упорно избегали этих разговоров. Поэтому вы — моя последняя надежда. — Хм, — задумчиво протянула Сомн и припарковалась у места назначения, — иди-ка ты в ресторан и займи столик. Я сейчас приду, — холод в её голосе не пропал, а лишь усилился. Такая неопределённость меня не устраивает, но сейчас лучше поступить так, как сказала она. Я послушно вылезла из машины и заняла столик у окна, в ожидании своей покровительницы. И вот спустя пару минут её машина тронулась с места, а на телефон пришло смс. «Встретимся завтра, всё вопросы в офисе.»