Долгоденство

Когнитивный диссонанс — состояние, когда представления человека о сложившихся ситуациях, моделях поведения и правилах вступают в конфликт в с ранее сформированными представлениями.

В коридоре они снова столкнулись. — Наноха! Пожалуйста прости меня, — зажмурил глаза Элейн. — Просто я очень хочу с тобой подружиться! — решительный взгляд застыл в восклицании. Говорящий был решительно настроен. Тело Нанохи как-то подернулось, серая футболка немного съехала с плеча, но была быстро поправлена. Её ощущения и эмоции сплелись в один комок. Что-то должно было утащить её в темное, душное место. Глаза сощурились. — Скажи, кто ты? — левый перешёл из щёлки в нормальное состояние. — Я? — вопросил виноватый. — Что ты имеешь ввиду? — наклон головки. Стоя перед раздраженным человеком, нужно либо спокойно отвечать, либо ретироваться. Перед Нанохой возник образ невинности в лице Элейна, готовой показать свои добрые намерения. Сделав реверанс Наноха сухо улыбнулась, глаза оставались мрачными. Глаза, её глаза слишком тёмные и одновременно, это было их обычное состояние. Лицо в его естественном, расслабленном виде Нанохи, для обывателей всегда представлялось мрачным и стервозным. Таким её наградила физиология. В коридоре немного прохладно, золотая середина для температуры воздуха. Кажется, люди любят прохладу, когда им жарко, и терпят её, когда им холодно. Но сейчас именно эта прохлада была идеальной. Только лампа на потолке издавала звук еле слышимого напряжения. Одаривая всё вокруг белым светом, она казалась попала в этот коридор по собственному желанию, и сейчас просто выказывала одобрение разразившейся сцене. — Приятно познакомится я Наноха Акутагава. Люблю учиться, чистоту, порядок и тишину. Из еды предпочитаю рис и банановые чипсы. А также, — она напряглась. — Я не люблю когда, люди вмешиваются в мои порядки! Услышав такое заявление Элейн только чуть улыбнулся , не скрывая желания поскорее понять мысли собеседника и споросил, не придерживается ли она традиционолизма. — Думаю это та-ак. — Хорошо. Приятно познакомиться, моё имя Илейн, моя мечта — завести сто друзей. Он просто сказал это. Без какого-то намёка или определённости. Словно завести сто друзей — это самая обычная вещь в мире. Решив высказаться, он продолжил. — Я не буду мешать. Тебе не кажется, что мы можем помочь друг другу? — И как же? — девочка скрестила руки. Она ожидала. И он не спеша ответил на её ожидания. — Да, я понимаю тебя. Ты все время была одна. Как и я. Никто не был тебе нужен. Правда ведь и я такой же. Я сам себя убедил, что мне никто не нужен, возможно потому, что никто и не предлагал помощи. Люди одиноки. Так будет всегда. Только ведь мы можем скрасить одиночество друг друга. Ой, — он запнулся, голос начал волноваться, — Я имею ввиду, Ну… Не прямо семейные отношения… Что-то вроде, «ты полезен мне, я тебе». Я не пытался залезть к тебе в душу! Пока он говорил, Наноха качалась с одной ноги на другую, но когда монолог перешёл к словам об одиночестве она остановилась. Ей показалось, что Элей как-то уж слишком спокойно оценивает взглядом её и её действия. Она тоже привыкла наблюдать, дожидаться удобного момента, а только потом действовать. Возможно он тоже старается её просчитать. Некоторое время они молчали, стараясь не столкнуться в незримом пространстве их разговора. Каждому нужно было время для систематизации собственных мыслей. Наконец терпкий вздох вырвался наружу, девочка расслабилась. — Я не совсем понимаю о чем ты, но твои слова звучат разумно. Давай так… Составь список того, что ты от меня ждешь, и что ты можешь мне предложить взамен, а я посмотрю, что из себя представляет это твоё «ты полезен мне, я тебе». Элейн воспрял духом, посмотрев на неё благодарными глазами он мягко произнёс: — Спасибо. Наноха развернулась, желая уйти в свою комнату, и через плечо бросила: — Пока. — Спокойной ночи! Когда она направилась в комнату, ей не было заметна изменившаяся аура Элейна. Его глаза, наполовину закрылись белыми локонами, пронзительно провожали её фигуры до самой комнаты, прожигая насквозь. <→

Список: Могу: — Помогать с непонятными предметами. (Немного заметил, что тебе не понятен английский и искусство) — Помочь своим присутствием, ведь заметно, что тебе не нравится разговаривать с другими. Если я буду доносить до тебя нужную информацию, тебе не с кем не придётся говорить. — Если нужно, могу делать то, что ты хочешь. Я никогда ни с кем не общался близко, я не знаю как правильно дружить. (— Мне в свою очередь, просто хочется, чтобы ты была моим другом. Кажется, ты хороший человек. Я просто надеюсь, что мы сможем делать то, что делают друзья.)

Наноха откинулась на спинку стула. Друг. Друзья. Товарищи. Что это значит? Ей до сих пор казалось, что в этом нет никакого смысла. Зачем ей друзья? «Не думаю, что он плохой человек, но доверять я ему не могу. В конце концов это опасно. Стоит только довериться, и предательство уже ожидает за поворотом. Почему он делает, все что хочет? Раздражает. Разве люди не должны хотя бы считаться, с мнением ближайших окружающих… Тц… Стоп! Я что уже считаю его близким? Что за бред?!» Ноги топали по комнате, нарушая спокойствие безликого дома. Наноха была взбудоражена, её рецепторы говорили о том, что этот мальчик опасен. Он был… Нет не врагом, он был… Ну кем же? Она не могла понять. Её порядки рушились. Её никогда ещё раньше не сталкивали с такими ситуациями. — Так, всё же спать! Я лягу спать… И всё забуду. Но сегодня её ожидала бессонная ночь.