Долгоденство

ВМО — время, место, обстоятельства. Три составляющие любого события.

Наноха несколько дней избегала комнаты Элейна. Она слышала звуки, удары, чувствовала укоры совести и страха, но ничего не делала. В конце концов абьюзер верно поставил на психику одиннадцатилетней девочки. Она никому ничего не скажет. Если у ребёнка нет поддержки взрослых, собственная мать лишь на показ заботится о нём. Нет надежды на доверие и понимание. Она просто уходила в школу. Но в душе помимо всепоглощающего страха возникла странная дыра. Нет не чувства справедливости. Это упрямость, врожденная упрямость начала смешивать страх с собой. Боролись не злой волк и добрый. Справедливость и честность вообще тут не причём. Гордость, она начала крикливо порицать девочку. — Наноха, пойдем кушать! — весело крикнула высокая, рыжая и косоглазая девочка. Это был один из близких знакомых. Иногда, когда никого не было для партнёрства, они вместе заменяли друг другу друзей. Вокруг шумело словно в копировальной машине. Да, никто не спрашивал, где Элейн. Все были заняты своими делами. Резко вскочив и опрокинув стул, на ходу оправдавшись, Наноха побежала к дому. Нужно что-то сделать, чтобы вся это трясинистая масса испарилась из желудка. Войдя в дом и прислушавшись к тишине, вступив на ступеньку ко второму этажу. Подойдя к двери, она всё металась в мыслях. Дверь была заперта, но у неё был ключ. Всё это время насилия, достав ключ от комнаты брата, она носила его с собой, не зная зачем. Поёжившись в хрупком, избитом тельце Элейн услышал звук отпирающейся двери. Снова придет боль, но за ней не будет искупления. — Ты… Ты как? Элейн осторожно выполз из-под одеяла, посмотрел на нежданного гостя. — Зачем ты пришла? — Я просто… Хотела помочь. Почему ты не пожалуешься в органы? Уставившись в потолок Элейн недоумевая пожал плечами. Разве она не понимает, что власть ничего не сделает, да и зачем ему жаловаться? — Наш мир устроен не так справедливо, как ты думаешь. Подать жалобу? Где доказательства? Да и что будет потом? По сравнению со многими в этом мире я живу хорошо. У меня будет будущее, и благодаря деньгам нашей семьи… — последние слова оно особенно выделил — Хотя тогда у меня тот же вопрос — Почему ты — укор словом — Ничего не сделала? — испытывающий взгляд. — Я не знаю. Это твоя проблема, а не моя! — раздражённо воскликнул голос. — Но, — она схватила Элейна за руку. — Так как я не знаю, что делать, просто пойдём ко мне в комнату. Там он тебя не достанет. Раздраженный вздох со стороны жертвы. — И что дальше? — Потом подумаем! Пошли! Если бы они могли успеть, может эти время, место и обстоятельства не стали бы отправной точкой последующих событий развернувшейся драмы. Второй раз за нашу историю жестокий человек пересекает порог, однако он же не покинет комнату живым. Каждое убийство имеет резюме. Каждый труп уникален. Каждый убийца творит своё, совершенно новое злое искусство. Если добродетель свята, а зло наказуемо, тогда какие составляющие, силы убийства способны оное оправдать? Можно ли ввести на пьедестал чистосердечия убийство, совершенное во благо?