Долгоденство

Напряжённая атмосфера была разряжена запахом крови. Тёплое солнышко своими лучами озаряло сквозь открытое окно странную сцену не для находящихся здесь людей, живых и мертвых. По настоящему происходящее могли оценить только зрители, коих здесь не было, кроме нас естественно. Четыре человека, у каждого своя роль. Приблизимся и рассмотрим первого. Наноха, она стоит около небольшой кровати, поза неестественная, застывшая, губы плотно сжаты, глаза смотрят в сторону двери, мы пока не видим на что, но по выражению лица можем почувствовать её страх, отражающийся в расширенных зрачках. За ней можно увидеть Элейна, отбросившего одеяло и находящегося в тоже застывшем, полуподниющимся с кровати положении. Лицо не выражает явного страха. Скорее это такой взгляд, каким смотрят на смертельную опасность, готовясь принять защитные меры. А в точке пересечения внимания двух детей, почти у самой двери сидит человек в чёрной одежде. На нем легкая кожаная куртка с капюшоном, из-под неё видно обтягивающий чёрный свитер с воротом, закрывающим шею, на руках перчатки, кожанные ботфорты в ремнях сидят отлично, являясь продолжением немарких брюк. Маска закрывает лицо, а из-под волос не видно глаз. Лохматый человек в тёмной одежде играючи рисовал на трупе, покоящимся на полу в позе покойника, линии странным консервным ножом. Он осторожно и ласково окаймлял труп новыми узорами. Свежее мясо ещё пахло ушедшей жизнью. Джек Акутагава Олдер был мёртв. Убийца периодически переводил закрытые чёлкой глаза на дрожащую Наноху и потом снова на труп. Чуть раньше, во время надвигающегося наказуемого страха, спасение Элейна пришло внезапно и быстро. Спасение, грозящее ещё большими последствиями. Дети не успели даже вскрикнуть. А сейчас, если присмотреться, кажется девочку стало тошнить. Но ничего не успело выйти наружу, ведь этот человек сейчас просто, немного стукнул по затылку испуганной Нанохи. Крови не было, но тело безжизненно упало с мягким грохотом. А вот неряшливый человек, сняв маску, неспешно подвинул мальчика к себе. Стук испуганного сердца хорошо был слышен в комнате. По крайней мере мир Элейна сейчас разрывался от этого звука. Возможно и тот неряшливый убийца услышал. — «И все, чего ни попросите в молитве с верою, получите»*. Солнышко пускало блики на полу. — Ты ведь хотел, чтобы твой отец перестал тебя бить? Не бойся, бог услышал твои мольбы. Негласный вопрос стоял в голубых глазах свидетеля. Что это всё значит? — Что это всё значит? — искренне удивились глаза говорившего. — Говорю же, бог услышал твои молитвы и исполнил твоё желание. До Элейна наконец дошла страшная мысль. — Нет… Я… Не хотел… Его смерти! — растерянность в голосе смешалась с чувством негодования. Убийца звонко засмеялся. Его ясные глаза наконец проявились в облике человека более явно, чем неряшливость одежды и волос. Да, смеяться можно по разному. Можно сообщать миру о своей радости, счастье, можно горько тонуть в печали. Любую эмоцию можно передать через смех. Но этот человек передавал неправильные эмоции своим смехом. Точно он увидел совершения доброго дела или только что отнёс бездомного котёнка в приют. Да он не убийца, он волхв принёсший дар благой вести. — Так ты не желал ему смерти? — Нет. Кто ты такой? Зачем ты его убил? — машинально, заикаясь и неуверенно ответил Элейн. Словно дав положительный ответ. — А ты честный. Хотя твои слова лгут, сам ты честен. Моё имя Девора. А ты Элейн, можешь не представляться. — Ты и её убил? — А? Твою сестрёнку. Нет. Она жива. Хотя почему ты беспокоишься? Разве не она также предала тебя, не протянула руку помощи когда ты в ней нуждался? — Откуда ты знаешь? — Это не так интересно. Более важно, ведь она могла сказать своей матери или кому-то ещё, но не сказала. Так? — Так. Девора бессуетно заставил мальчика посмотреть на останки. — Скажи что сейчас произошло? Убийство. Нет. Произошло освобождение. Разве ты не заслуживаешь лучшей жизни? Заслуживаешь. Ты не будешь жить с чувством вины. Ведь ты к его смерти не причастен. — Что ты хочешь от меня? Немножечко покружив по комнате и осмотрев достопримечательности окружения, ответ последовал внятный, спокойный, уравновешенный. Кто услышал, тот попался в сети. — Ни-че-го. Считай меня Миссионером. Сейчас мне ничего не нужно. Даже избавлюсь от остатков твари божьей ради благого дела. Просто сделай вид, что ничего не знаешь. А вот с сестричкой твоей трудно будет. Может убить её? — Нет! — Да не будь таким серьёзным. Это шутка~ Сам с ней разберись. И конечно помни — обрезав одни связи, создаются другие. Мы ещё встретимся. Связь нерушима теперь наша. До встречи. И спокойненько подхватив труп Девора скрылся из виду, что-то бросив на место преступления. Лужа крови зашипела и испарилась, ничего не оставив за собой. В комнате стало душно, как в газовой камере. * Евангелие от Матфея (21:22)