Долгоденство

В тёмной комнате горит большой, изредка мигающий экран, освещая вокруг голые стены и полное отсутствие мебели. Звук вещает в замкнутое пространство: —… Я поздравляю наше мировое государство со столетием глобализации! Эта знаменательная дата является символом нашей эпохи! Поднимем же бокалы и возликуем! — мужской голос радостно и уверенно вещает с экрана. Изображение не передаётся, только серые помехи, беспрерывно перемещаясь, периодически мешаются с темнотой. В левом углу экрана всё же можно захватить взглядом несколько цифр. Ровно семь часов — только эту информацию можно добавить к противному шипящему звуку. Вот только в этой комнате нет благодарного зрителя. Экран, уже давно отметивший юбилей древности, периодически пренебрегал и способностью звуковоспроизведения. Фразы говорящего были бравированы, однотипны, безукоризнены и лишены тяжёлого смысла. Поэтому смотреть данный канал с временной пропажей звука не составляет никакого труда — смысл никуда не теряется. После окончания яркой речи, сменив тон, передача объявляет о начале просмотра нового фильма, снятого ко дню праздника. Помехи, услышав данное заявление, словно протестуя, заволновались и зашипели еще сильнее. Звук внезапно пропадает, и только спустя некоторое время, отозвавшись на протест, возвращается с судорожной дрожью; но всё чаще прерывается, оставляя безразличной полутьме только некоторые обрывки слов. -…и тогда, развитые страны впервые приходят к общему соглашению, решая не тратить времени на вражду за территории и ресурсы. Страны, бросив силы на налаживание мирового рынка, незаметно затягивают и менее развитые страны в общий процесс. Рынок безостановочно унифицируется. Народы, нации, страны перенимают всё больше технологий у друг друга. Экономика, политика каждой мировой единицы постепенно приходят к компромиссу, работают сообща. Культура объединяется. -… Расизм уже неуместен. Всё становится мировым достоянием. Язык. Праздники. Медицина. Люди уже не считают себя частью отдельных государств. Теперь человек становится гражданином всего мира. Всей планеты Земля, которая разграничена мировыми разделами… — изображение, чередуя белые и серые оттенки экранных полос, безостановочно мигает. -… каждый может выбрать любое имя, любую религию, даже место жительства, обучения и работы. Закон, ограничивающий все ваши желания, теперь не действителен. Всем дозволено абсолютно все. — на фоне всеобщего оркестра звука и нечёткого изображения появляется еле слышимый писк, который становится неумолимым спутником искажённых предложений. По всей комнате разносятся обрывки никем неуслышанных фраз. Искаженных, прерывистых и порою невнятных. Дисплей шуршит и искрится, работая из последних сил, ожидая, чтобы кто-нибудь оценил его нечеловеческие усилия. -…теперь президент — это единый мировой лидер… -…глобализация — имя этому процессу. Это новый вид религии. Народы могут сохранять свои обычаи и родной язык — в этом ограничений никаких. Любовь также может быть любой. -…экономические субъекты, ставшие частями нашего Мирового Государства, лишились своей индивидуальности. Теперь все едино…- Телеэкран, работающий на износ, безжизненно потухает. Вместе с единственным источником света исчезает, потонув в кромешной мгле, и небольшая комната без окон, без дверей, без людей.