Ты - моё всё

Драко сидел за столом, нервно постукивая тонкими пальцами по деревянной столешнице. Время было почти девять вечера, и Джиневра задерживалась уже на час. Однако, Малфой не переставал надеяться, что Уизли все-таки явится и объяснит, что тут происходит. Невольно прокручивая все произошедшее за сегодняшний день, Драко нервно сглотнул. Как он мог в одно мгновение разрушить все доверие, которого так долго и упорно добивался? Однако сейчас мысль о том, что возможно они с Поттером больше не вместе, была не самой главной. Сейчас важнее было убедиться в том, что Гарри жив, а для этого было необходимо понять, что творится вокруг. Запустив пальцы в уложенные волосы, Драко снова предался нехорошим мыслям, отчаянно пытающимся ворваться в его голову. Образы Гарри, решившего покончить с собой, не выходили у него из головы. Глаза неприятно зажгло от подступивших слез, но слизеринец словно не обратил на это внимания, все больше и больше вгоняя в себя в тоску. Из неприятных мыслей его вырвал громкий хлопок, раздавшийся где-то прямо за спиной. Нервно сглотнув, Драко обернулся с распахнутыми от неожиданности глазами и удивленно уставился на рыжую девушку, будто не он час назад звал ее к себе. Уизли выглядела не очень: под большими усталыми глазами залегли темные полумесяцы, а одежда повисла на тонких плечах. Весь образ дополняли впалые скулы, что непривычно было видеть на ранее пухлом нежном лице. Джинни неловко улыбнулась и потерла запястье, на котором красовались еле видные синяки. Приглашающим жестом Малфой указал девушке на соседний стул, и Уизли робко двинулась туда. Изначально неловкое молчание начинало угнетать. — Может уже расскажешь все? — выпалил Драко, всеми силами пытаясь скрыть свое волнение за привычным раздражением. — Да, конечно, — девушка немного поерзала на стуле, прикрывая шею. — В общем, это все… — Что с твоей рукой? Малфой напряженно оглядывал синюшное запястье, которое Джинни тут же попыталась скрыть другой рукой. Напряжение переросло в любопытство и даже, в своем роде, волнение. — Ничего. — девушка лишь отмахнулась, отводя взгляд куда-то в сторону. — Уизли! Джинни подняла на него усталый взгляд: карие глаза выглядели взволнованными и даже заплаканными, будто их обладательница в последнее время чувствовала себя так, будто вот-вот отправиться на тот свет. Пытаясь высмотреть в этих глазах ответы на все свои вопросы, Драко словил себя на мысли, что кто-то мог причинить ей боль, и этот кто-то, кого Малфой уже прекрасно знал. — Я все расскажу, — девушка замялась, заправляя растрепанные рыжие волосы за ухо. — только слушай и не перебивай.

***

— Все началось с того момента, как Гарри бросил меня у алтаря. — девушка грустно улыбнулась и, поправив кольцо, продолжила. — Тогда, прямо на свадьбе, он взбушевался. Я пыталась его успокоить, но он ни в какую, твердил что-то вроде «Я убью его!». Я и не думала, что это может оказаться правдой. Девушка замялась, и Драко понял, что говорить Джинни об этом было трудно, поэтому, пытаясь ободрить ее, положил руку на ее плечо. Девушка взмахнула темными ресницами и удивленно уставилась на Малфоя, будто не ожидая подобного проявления поддержки. Слизеринец лишь коротко, но довольно тепло улыбнулся, чувствуя себя отчасти виноватым во всей этой истории. Ведь и правда, причина всего этого балагана — чертов Драко Малфой. Если бы он не явился в тот день в бар, а позже и на свадьбу, ничего бы этого не было. Не было бы поттеровского побега, их поцелуев, нелепо начавшихся отношений и чуть ли не смертельных последствий. Драко горько усмехнулся. Опять он — причина всех бед. Опять он все испортил. Опять он испортил жизнь Гарри Поттеру. Опять. Обдумав что-то, Драко вновь посмотрел на девушку, в глазах которой застыли слезы. Она стеклянным взглядом прожигала Малфоя насквозь, словно пытаясь выискать какие-то ответы. Немного повременив, Уизли продолжила, опустив взгляд на собственные пальцы, которые на мгновение показались ей очень интересными. — Я правда отказывалась во все это верить. До конца, просто потому что это не могло быть правдой. — Джинни грустно улыбнулась, и с ее щеки скатилась непрошеная слеза, падая на тонкие, покрытые синяками, запястья. — Но когда я сама все услышала, то тут же смекнула что к чему. Это было еще месяц назад, когда он решил помириться с Гарри. Я думала, что Рон и правда простил его, так как я сама уже не держала зла на Гарри, но когда я услышала его разговор по телефону, — Уизли остановилась, и, под вопросительным взглядом Драко, поправила непослушные волосы, лезущие в глаза. — я все поняла. Поняла его намерения. — Какие? — нетерпеливо спросил Малфой, получив в ответ лишь холодный взгляд карих глаз. — Я не знаю, с кем он говорил, — Джинни проигнорировала вопрос, что еще больше подогрело интерес Малфоя. — но то, что он обсуждал — было незаконным. Это было какое-то зелье, которое имело ужасные побочные эффекты, если его мешать с алкоголем. Мерлин, какая я была глупая! — девушка легонько стукнула себя ладонью по лбу, попутно утирая вновь выступившие слезы. — Я все поняла и пыталась предупредить Гарри, но не успела. Джинни вновь остановилась, и Драко вопросительно поднял бровь, намекая на продолжение. — Он отобрал мой телефон, а когда я в первый раз попыталась его выкрасть, — Уизли скрестила пальцы и оперлась на них подбородком, переводя взгляд на озадаченного Драко. — он ударил меня. Тогда это был первый раз. — Первый раз? — не выдержав, Малфой перебил девушку. — Это был первый раз, когда этот урод ударил тебя? Вот ублюдок! Хоть Джинни и не была важна для Драко, он почувствовал лютую ненависть к ее старшему братцу, представляя как запускает в того Авадой. Что-что, а бить женщин по мнению Малфоя — подло и низко. Из мыслей о смерти рыжего отпрыска, Драко вырвал нежный голос Уизлетты. — Успокойся, Малфой. Сейчас это не так важно. — грустно улыбнувшись, сказала Джинни и продолжила. — После этого он запретил мне выходить из дома, контролировал постоянно. Думаю, он сошел с ума, одержимый жаждой мести. — Он и раньше бывал таки мстительным? — Нет, — девушка задумчиво потерла кулаки. — Это был первый раз, когда я видела Рона таким. Я до конца надеялась, что он откажется от этой идеи, что опомнится, но когда я узнала, что Гарри попал в больницу Святого Мунго, я окончательно убедилась в его сумасшествии. — Но я не понимаю! — воскликнул Драко. — Если он так любил тебя, что пытался убить Гарри из-за того, что тот обидел тебя, то почему Рон тогда бил тебя? — Говорю же, — Джинни устало потерла глаза. — Он сошел с ума. Кстати, тебя он пытался убить тоже, только не предусмотрел, что ты не успеешь выпить свою отраву и спасти Гарри. Кстати, спасибо за это большое. — Я не мог иначе. — Знаю. Он слишком важен для тебя. Драко хотел возразить, но понял, что это бессмысленно, потому что девушка видела его насквозь. Он стыдливо опустил глаза, стараясь не столкнуться взглядом с Джинни, на что она лишь усмехнулась. — Да ладно тебе, Малфой. Я рада, что Гарри был счастлив. Даже если и с тобой, а не со мной. Это уже не важно. Гермиона говорила о вас, и… — девушка на секунду замолкла, будто что-то вспоминая, а затем, с широко распахнутыми глазами, вскрикнула. — Точно! Я сейчас! Послышался тихий хлопок. Не успев толком ничего сообразить, Драко уже лицезрел перед собой пустой стул, где секунду назад сидела Джиневра. Глупо похлопав длинными светлыми ресницами, Драко понял, что Уизли аппарировала, только куда — непонятно. Решив, что она вернется, Драко был прав, однако не до конца. Через пару минут Уизлетта вернулась под руку со своей закадычной подружкой Грейнджер, на лице которой явно описывалось все нежелание находиться рядом с Малфоем. — И что я тут делаю? — Гермиона презрительно сощурила глаза, не одарив ошарашенного Драко даже взглядом. Она резко отскочила от Джинни, скрестив руки на груди и вопросительно изогнув бровь. — Герми, я сейчас тебе все объясню. И Малфою тоже. Присядь. — Я не собираюсь находится в окружении этого… Каким словом она хотела обозвать Драко, Малфой так и не узнал, потому что Джинни неожиданно посмурнела. — Грейнджер! Прижми свою задницу к стулу и послушай, возможно у нас не так много времени! Гермиона испуганно уставилась на свою разъяренную подругу, будто вспомнив, что Гарри уже возможно был мертв. Маленькими шажками она быстро проследовала к стулу и села на него, положив руки, скрещенные в замок, на стол. — Это Рон, Герми. Драко тогда был прав. — Джинни заговорила совершенно спокойным тоном. — Он все это подстроил. Не так давно я слышала еще один его телефонный разговор, где он обсуждал с кем-то покупку не готового оборотного зелья. Его нужно было варить долгих 2 месяца и у Рона, понятное дело, не было столько драгоценного времени в запасе, поэтому он решил купить не законченное, чтобы добавить туда оставшийся ингридиент. — Подожди, — перебил ее Драко. — Ты хочешь сказать, что Рон… — Да, Малфой, да. Я уверена, что он сварил оборотное зелье и превратился в тебя. Только я не знаю, где он нашел твою частичку. К Драко неожиданно пришло понимание всей происходящей ситуации. Он поднял задумчивый взгляд на девушек, и прошептал: — Мерлин, моя расческа, я потерял ее, а она… — Ну тогда все понятно. — неожиданно вступив в разговор, произнесла Гермиона. — Видимо Рональд выпил оборотное зелье, заявился на твою свадьбу и что-то сказал Гарри. — Думаю, он сказал ему от лица Драко что-то в духе «Я тебя не люблю!» или «Я тебя использовал!». Наверное, именно это и ранило Гарри. Драко испуганно переводил взгляд с одной девушки на другую. Черт возьми, этот придурок Поттер серьезно поверил этой наглой лжи? Мерлин, теперь понятно куда он так резко испарился и что за записку оставил. Новая волна беспокойства захлестнула Драко, в голове проносились образы, как он говорит Поттеру всякие гадости и тот убегает в слезах. Боже, это картина была хуже только той, где Гарри и вовсе был мертв. Сложившаяся ситуация ужасала его настолько, насколько это было возможно. В груди бешено билось любящее сердце, которое Драко как ни старался, усмирить не смог. Все мысли вновь были только о чертовом Гарри Поттере, а все тело пронизывала бешеная ноющая боль, проникая в каждую клеточку тела и растворяясь в ней, стирая все на своем пути и уступая место привычной тоске. Малфой повел плечами, пытаясь успокоиться. Он поставил себе четкую задачу: найти Гарри, убедиться, что он в порядке, объяснить ему всю ситуации и убедить в том, что Драко такого никогда бы не сказал, а затем… исчезнуть из его жизни. Навсегда. — Драко, ты слушаешь вообще? — Джинни настойчиво теребила рукав его толстовки, встревоженно заглядывая в серые глаза. Неожиданный переход с фамилии на имя немного озадачил слизеринца. — Да, — ответил Малфой, а затем более уверенно повторил. — Да, я слушаю. — Я не знаю, где его искать, — продолжила Уизли. — Но у меня есть парочка предложений. — В барах? Пабах? — Гермиона привычно вскинула брови, одаривая подругу требовательным взглядом. — Он может быть где угодно, Джин. Искать его, прочесывая каждый уголок — потеря времени, которого у нас и так нет. При упоминании оставшегося времени, внутри Драко все вновь похолодело. Нужно было что-то делать, и делать это незамедлительно. В малфоевской голове возник план, на который была возложена последняя надежда. Драко посчитал хорошей идеей сразу обо всем поделиться, чтобы не упустить ни одну деталь. — Значит, времени нет? — произнес он, на что девушки лишь молча кивнули, умоляющим взглядом прожигая всего Драко. — Я думаю, что знаю, как нам найти нашего придурка.