Неприкасаемый

MUSE – The 2nd Law: Isolated System

9 января, 10:37 am. В зале суда стояла зловещая, подавляющая волю и способность здраво мыслить, тишина. Около трех десятков человек смотрели перед собой пустыми глазами, будто все вокруг поставили на «паузу». Только в голове детектива Беккет мысли копошились, как клубок червей, не желающих распутываться. «…Вы разбудили дракона… » Допрос Гэри Маккалистера вдруг всплыл перед глазами. Она разбудила дракона. Монтгомери учил ее, что загнанный в угол зверь ведет себя непредсказуемо. И почему-то она ощущала себя тем самым зверем. Но загнанным ли? «…Зря тратите время, детектив. Вы не представляете, против кого пошли… » Лазер неуверенно бегает по телу в поисках роковой точки, соединяющей несчастного с этим миром… Он смотрит на лицо жертвы через прицел, запоминая его выражение навсегда, словно хорошо сделанный снимок. Дыхание замедляется, пульс становится едва ощутимым, палец скользит по стальному спусковому крючку… доля секунды… и раскаленный свинец прожигает кожу, заставляя кровоточить все планы на будущее, все надежды и мечты… Но в одном Коул Мэддокс точно ошибся. Он стрелял не туда. Кейт так легко отдалась воспоминаниям, что даже почувствовала неприятные ощущения в груди, в области сердца, и невольно вздрогнула. - Кейт... ты в порядке? – озабоченно спросил Касл, сидевший рядом с ней и державший ее за руку все это время. Он проходил свидетелем по делам Локвуда и Кунана, давая такие детальные показания, что Бекетт порой забывала, что он писатель и что хорошая память – одно из его главных оружий. - Да, не волнуйся… все хорошо, я просто… - осеклась она. Иногда ее старые привычки не посвящать никого в свои проблемы и переживания пытались снова захватить контроль над ней. Но на сегодняшний день она выходила победительницей по всем статьям и не собиралась снова возвращаться в прошлое. – Я… вспомнила всех, кто был связан с этим делом. Ричард только сильнее стиснул ее ладонь в своей. - Я вижу их лица, слышу их слова, сказанные на допросах или при других обстоятельствах… Монтгомери, Реглан, Маккалистер... какими бы они ни были, они заслуживают справедливости. И я не хочу пятнать их имена. Глубоко вздохнув, детектив посмотрела на Касла. Сейчас он смотрел на нее тем же понимающим, мягким и любящим взглядом, как перед Рождеством, когда она объяснила ему, почему каждый год берет смену в этот день. - Мы пройдем через это… - не отпуская ее руки , писатель начал поглаживать тыльную сторону ее ладони большим пальцем, - …я обещаю тебе. Ты сможешь вздохнуть полной грудью и сказать: «Все закончилось». И я буду рядом. Детектив взглянула ему в глаза и этого было достаточно, чтобы в очередной раз понять и убедиться, что Ричард Касл пойдет с ней до конца. Чего бы это ни стоило.

***

«…именем закона Соединенных Штатов Америки… » Каждое слово, произносимое судьей, отдавалось настойчивым эхом в голове детектива, словно решало её судьбу, а не человека, сидящего на скамье подсудимых. За почти пятнадцатилетнюю службу в полиции она слышала этот текст бесчисленное количество раз и мало когда придавала ему значение. И все-таки… Сегодня выносится вердикт и ей тоже. «…Уильям Гарольд* Бреккен… » Имя, ненавидимое всеми фибрами души. Имя, владельца которого она искала 13 лет. Мечтала воздать по заслугам. Поступить по совести, а не по закону. Наблюдать за тем, как из него утекает жизнь, оставляя бездыханное тело в мрачной и одновременно истошно кричащей пустоте. Эти мысли занимали ее… нет, мучили ее 13 лет. Ее мать не хотела бы такой судьбы для своей дочери. Клейма убийцы. Иначе все, во что Кейт Беккет верила, за что боролась, во имя чего жертвовала так многим, рухнуло бы в одно мгновение. «…приговаривается к пожизненному заключению без права на условно-досрочное освобождение… » Нет. Слишком рано. «…приговор Апелляционного суда штата Нью-Йорк окончательный и не подлежит обжалованию… » Удар судейского молотка гулко отозвался в голове. Вокруг поднялся галдеж, адвокат и несколько юристов разразились гневными тирадами, видимо, рассчитывая устроить полемику и привлечь к этому делу внимание высших федеральных институтов страны. Вмешалась охрана. В суде началась потасовка. Кейт искала глазами прокурора, который собрал все бумаги и пытался выйти из зала как можно скорее. Когда он проходил мимо скамьи для свидетелей, Беккет поймала его взгляд. Уайлз едва заметно кивнул ей. И она поняла, что он услышал. Уильям Гарольд Бреккен встал не без помощи полицейских, звеня длинной цепью, соединяющей наручники. Теперь ему некуда торопиться. Теперь звон цепей – единственная музыка, которую он будет слушать. После всего этого, единственное, что останется у мистера Бреккена – это его память. «Расскажите, каково это… расскажите мне, каково это – решать чужие судьбы? Набирать номер телефона и хладнокровно отдавать приказ о расправе над тем, кто помешал Вашим корыстным целям… Наживаться на чужих трагедиях, прикидываясь добрым самаритянином, имея в голове очередной бесчеловечный план… Что Вы чувствовали, видя слезы тех, чьих близких Вы лишили права голоса… будущего… надежд? Кем Вы себя ощущали, строя свою Вавилонскую башню? Не отвечаете? И не нужно. Вы так долго играли в Бога, что забыли о том, где на самом деле находитесь. Так высоко взлетели, что забыли, как больно падать с таких высот. Но главное - забыли о том, что правда побеждает все...** Вы так упивались властью, данной Вам, и своим положением, что потеряли всякий страх перед высшими силами… Нет, я не о Верховном суде, мистер Бреккен… Сейчас Вы надеетесь на быструю смерть… На то, что все закончится за считанные минуты, не успеете Вы и досчитать до сотни… Однако, смерти Вы не боитесь. Нет. Умереть на электрическом стуле или от смертельной инъекции не страшно. Потому что в момент казни ты не один. Ты можешь видеть сотни взглядов, пусть переполненных фальшивой жалости, но свидетели всего этого будут. Одиночество… Смерть в одиночестве. Когда некому сказать «прощай». Когда лучи солнца в последний раз пробиваются сквозь веки, а ты не можешь открыть глаза еще на минуту. Не можешь вдохнуть запах любимых цветов или коснуться родного человека... Вот чего Вы боитесь. И Бог мне свидетель, я не пожалею о содеянном... » * Willian H. Bracken – Harold - Гарольд – вольная расшифровка второго имени Бреккена автором. ** Vincit omnia veritas - "Правда побеждает все" (лат.)