Плачут ли демоны?

Это утро началось как всегда, то есть прозвенел будильник, и я грохнулась с кровати. -Сатану мне в мужья, — рыча, и крехтя произнесла я. — Марька, а ну-ка прекращай ругаться, — снизу донёся чей-то голос. — Мам, я не ругаюсь, я ною, — прокричав в ответ, и подняла палец верх.- И вообще я Мара, а не Марька. — Умывайся и спускайся, давай, а то ещё на самолёт опоздаешь, — крикнула это, мама затихла. Вот чёрт, как я могла забыть я же еду в Америку. Я это планировала три года, и забыла. Ну, это же я! Сколько же было пролета слёз. Сколько я уговаривала маменьку с папенькой отпустить меня. И вот этот день настал! Я еду в Америку, на свой ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ. Ура, мне и всем богам. Быстро умывшись, одевшись: худи изумрудного цвета и чёрные джинсы. Отыскала под кроватью белые кеды, и пару раз треснувшись. Волосы заплела в косу и нанесла лёгкий макияж. Я, наконец, то была готова. Спустившись на кухню, я увидела родителей. Мама жарила блины. Папа читал газету. — Доброе утро, семья, — сказав это, я плюхнулась на стул. Перед моим носом сразу появились блины. — Доброе утро родная, ты опять упала? — сказал папа и отложил газету. — Угу, — пробурчав, я откусила блинчик. — Солнышко, ты не забыла что у тебя сегодня день рождения? — сказав это, мама ухмыльнулась. — Конечно, нет, — я отложила свои блинчики и посмотрела на родителей. — Ну, тогда, С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ, — прокричали родители. И на столе появился большой торт и два подарка, когда то скрытые иллюзией. — Боже, спасибо, — на глазах навернулись слёзы. Ну как их тут оставлять они же со скуки помрут без меня. — Ты чего малыш, только не плачь, всё же хорошо, — сказала мама. А папа начал гладить по голове. — Я не плачу, просто как вас тут оставлять, вам же скучно без меня будет, — я встала и обняла их. — Может, тогда останешься, — с надеждой сказал папа. — Нет, раз решила еду, значит еду, — утерев слёзы я серьёзно посмотрела на них. — Хорошо, тогда открывай подарки, и будем, есть торт, — сказала мама и придвинула первый подарок. Это оказалась маленькая зелёная коробочка, перевязанная серебряной лентой. Открыв ее, там оказался серебряный кулон уроборос, а у змеи были изумрудные глазки. — Мам, пап спасибо большое, кулон очень красивый, — вытащив кулон, я подняла его на солнце, глазки блестели, и отдавала в них, что-то мистическое. Я улыбнулась и ещё раз поблагодарила. Папа в ответ передвинул второй подарок. Это оказалась книга нашего рода «Ритуалы» — Ой, блин, только не говорите, что и это я должна выучить, — сказав это, я сделала не довольную моську. Родители в ответ рассмеялись, но так печально, что у меня защемило сердце. — Нет, малыш, но пообещай прочитать, я отметила на какой странице, — мама грустно улыбнулась. — Так, а ну-ка рассказывайте, что происходит, — я начала хмурится. Не нравится мне всё это. А своему предчувствию я доверяю, хоть и через раз. Родители переглянулись и папа заговорил: — Понимаешь родная, когда ты родилась, провидица Шера сказала, что ты не доживёшь своего 118 -летия. И ты погибнешь в воздухе. — Поэтому мы и боимся за тебя, — сказала мама и отпустила глаза. — Эй, я вы чего я могла помереть очень много раз, сколько я летала к бабушке в Алтай, а к дедушки на север, и не чего жива, здорова, — сказав это я улыбнулась.- И вообще это Шера шарлатанка, каких свет не видывал. — Может ты и права, но всё равно, пожалуйста, прочитай книгу, — папа взял меня за руку и сжал пальцы. — Хорошо, давайте лучше есть торт, — сказав это, я потянулась к торту со свечами. Загадав, чтоб всё было хорошо, я задула свечи. Аэропорт. 15:30 — Так, малыш, как прилетишь, позвони хорошо? — сказала мама и обняла. — Мы будем скучать, — обнимая, проговорил папа мне в макушку. — НАЧИНАЕТСЯ ПОСАДКА НА РЕЙС МОСКВА-НЬЮ-ЙОРК 15:35. — Ладно, мои хорошие, я пошла — обняв их, я направилась на свой рейс. Встав на эскалатор, я поехала на вверх, но решила повернуться. Мама плакала, уткнувшись в папе в плечо, а он в ответ её обнимал и пытался успокоить. Я не выдержав, прокричала: « Я ЛЮБЛЮ ВАС» Люди начали поворачиваться, но мне было, как то плевать, главное, что бы родители знали, как я их люблю. Если даже это будут мои последние слова, для них. Мама, оторвавшись от плеча папы, повернулась и помахала мне рукой, а у самой слёзы текут. Папа по губам сказал, как он меня любит. Когда я только добралась на вверх, какой, то парень подал мне платок: — Держи, вытри слёзы. Тогда я только поняла что, я тоже плачу, проговорив тихое спасибо, я подала платок обратно. — Оставь себе, и не плачь, всё будет у тебя хорошо, — повернувшись спиной, он помахал рукой. Странный кокой- то, но спасибо ему мне намного легче. Вздохнув я с гордо поднятой головой пошла на самолёт. Самолёт. Половина пути. Какой-то странный ритуал. Сжать кулон уроборос, пожелать что то. Бред, полнейший. — ВНИМАНИЕ, ПРИСТЕГНИТЕ РЕМНИ МЫ В ХОДИМ В ЗОНУ ТУРБУЛЕНТНОСТИ. Я убрала книгу в рюкзак, и положила рюкзак к себе на колени и сжала кулон, на всякий случай. И тут лайнер начал падать,все в паники, кричат, а я зажмурила глаза. И прошептала: — Я хочу жить….