День, когда я умерла

Of our elaborate plans, the end Of everything that stands, the end No safety or surprise, the end.... I'll never look into your eyes...again The Doors – the End ©

Когда Фрэнк, наконец, оказался на нужном месте, он сперва даже не поверил. Неужели весь тот кошмар кончился, и он все-таки дошел? То, что его могли посадить по ложному обвинению, едва заметив, что он тащит труп, ничуть не беспокоило Фрэнка. Его просто бесило, что из-за собственного любопытства ему приходится успокаивать расчлененный труп совершенно незнакомой девушки, вместо того чтобы отдыхать дома, в одиночестве, перед телевизором. Иной раз Фрэнк бегал по вокзалу от полицейского. Тот обладал очень скверным характером, к тому же был невероятно целеустремлен. Он гнался за нарушителем, куда бы тот не побежал, до победного конца и каждый раз ему удавалось ловить всех экстремалов, решивших испытать судьбу в этом месте. Фрэнк попадался несколько раз, его уже давно не привлекало это занятие. То ли ему было страшно за свою шкуру, то ли это занятие ему действительно наскучило, неизвестно. Парень достаточно хорошо знал полицейского. Этого мужика звали Боб, раньше он был охранником в школе, где когда-то учился Фрэнк. Мда, признаться, охранник из него был еще какой. Помимо профессии у него были другие дела на работе. Но об этом позже… На сегодняшний день Фрэнк получил сверхдозу адреналина. Парень чувствовал, что чем скорее закопает девушку, тем скорее забудет обо всем, что с ней связано. Как же ему хотелось забыть, вернуться к повседневной рутине и не сталкиваться больше с трупами, окровавленными частями тела и отрезанными головами. Едва ли Фрэнк понял, что у него нет лопаты и все его «похороны» отменяются, как ему на глаза попалась яма. Огромная яма, вырытая, казалось, совершенно недавно. Возможно, в нее тоже планировали закопать труп, но передумали, к удаче Фрэнка. Он тяжело вздохнул, и, обратив взгляд к небу, перекрестился. Юноша был верующим человеком, и всегда, когда ему приходилось иметь дело с мертвыми (а это был второй раз, после смерти дедушки), он крестился, проговаривая про себя молитву. Настроившись, он все-таки открыл тот пакет, где лежала голова. Сейчас она не пугала его так, как в первый раз. Тогда все произошло неожиданно, а тут он уже знал, к чему идет. Парень снял с себя пиджак, отложил его в сторону, чтобы не мешал. А далее, без всякой брезгливости, достал ту самую голову девушки. Он мог разглядеть ее ближе – заостренное изуродованное лицо, еще совсем недавно наверняка было очень красивым. Слипшиеся из-за крови, волосы, окрашенные в фиолетовый цвет, прилипли к впалым щекам. Глаза уже давно потеряли тот прежний блеск. Фрэнк не знал, какие они были при жизни. И, несмотря на то, что он не знал эту девушку, ему было очень жаль ее. Он положил голову на дно ямы, со вздохом прикрыл выцветшие глаза несчастной девушки. В том же пакете, где находилась голова, лежали отрезанные руки. Изящные пальчики, возможно, когда-то играли на каком-то музыкальном инструменте, или прекрасно рисовали… Но сейчас внутри уже завелись черви, а девушке уже все равно. Руки Фрэнк положил аккуратно, парень решил будто «собрать» все тело девушки. Не просто так покидать части ее тела в яму и зарыть, а проводить ее в прощальный путь. Во втором пакете было само тело девушки, начинавшееся от груди и до бедер. Эта часть пострадала больше всего. На теле были видны многочисленные травмы, кое-где находились и открытые раны. Видя все это, в голове Фрэнка крутились самые ужасные мысли. Кто мог пойти на такое дикое преступление? Юноша заметил, что покойная, ко всему прочему, была еще и изнасилована. Кровь смешалась со спермой, а все это – с гнилью. Запах стоял неимоверный. Фрэнк не выдержал, его стошнило во второй раз, на этот раз – сильнее, чем в первый. Тем не менее, пересилив себя, он решил довести начатое до конца. Парень положил тело к рукам и голове. Он уже знал, что в последнем пакете – ноги. Каждая была небрежно обрезана надвое: бедро, остальная часть – икра и ступня. Все это Фрэнк тоже разложил аккуратно, с каждым действием проявляя все больше сочувствия к неизвестной девушке. Когда парень засыпал яму землей, он даже расплакался. К концу действа он уже не мог сдерживать себя. Он упал рядом с ямой, бившись в истерике, омывая свежей землей окровавленные руки. Знал бы он, кто совершил то деяние, он бы расправился с ним собственноручно. Сделал бы с ним то же самое, что он с этой девушкой. И плевать, что юноша вообще не знал ее. Для него она стала какой-то особенной. Забыв о том, что руки в земле, он вытер ими стекающие по лицу слезы. О да… Он бы жестоко отомстил той мрази, что посмела сначала осквернить ни в чем не повинную девушку, а затем расчленить ее. Он бы наслаждался его криками, наблюдал бы за его мучениями. Издевался бы над ним всю ночь напролет, выслушивая мольбы о пощаде. Но нет, эта сволочь так просто не отделается. С каждым ударом его крик становился все больше, а боль – сильнее. В конце концов, он бы замолк навсегда… Фрэнк и предположить не мог, кто это сделал. Нью-Йорк – большой город. Но даже то, что эта девушка, может быть, и не была такой уж безобидной, ни в коем случае не является причиной на то, чтобы так люто мучить ее. Погрустив немного, парень исполнил 3 молитвы за упокой девушки и отправился домой, с мыслью: «Она попала в лучший мир». Но не тут-то было. Внезапно, он услышал сзади себя, ближе к яме, странные звуки. Но сил оборачиваться уже не было. Он слишком устал…