Midnight Sun

Райл устало стоял на ступеньках крыльца, ожидая отца. Вместе с Люциусом Малфоем, Северусом Снейпом и Драко они отправились в Косой Переулок за новой волшебной палочкой. По словам мадам Помфри, Райл не будет полностью исцелён от встречи с Тёмным Лордом примерно до его дня рождения. Он достаточно поправился, чтобы оставаться на ногах в течение умеренного времени. Драко подошел к нему, ухмыляясь. — Блейз, Тор и Панси с удовольствием поехали бы с нами, но их всех задержали для повторного тестирования чар. — Ты пожелал им удачи от меня? — спросил Райл. — Ну конечно же. Райл улыбнулся, выражение его лица было слабым, но тёплым. Ему очень повезло с друзьями. Он знал, что с чем бы они ни столкнулись в школьные годы, ребята встретят это вместе. Это было хорошее чувство. Драко увидел, как Райл слабо улыбнулся, и постарался не волноваться из-за недостатка энергии у своего друга. За последние пару дней он, казалось, устал больше обычного. Другой повернул голову направо, к дверям, прислушиваясь. Не совсем чёрная змея блестела на солнце. Было более чем очевидно, что она была сделана с помощью тёмной магии. Улыбка Райла заметно прояснилась, и Драко обернулся, увидев Северуса, идущего к ним. Суровый профессор улыбнулся в ответ Райлу и тихо поздоровался с подростком. Глядя на них, Драко улыбнулся. Сев старался держаться подальше от людей, но с начала года он видел, что Райл занимает прочное место среди тех, о ком мастер зелий действительно заботился. Он был счастлив, что Севу понравился Райл; это облегчало его дружбу с другими. Северус имел значительное влияние на его отца, и если бы он не одобрял Райла, то мог бы приказать ему держаться подальше от изумрудноглазого подростка. Драко очень любил своего отца, он не был уверен, что смог бы пойти против его воли. Для чистокровок важнее всего была семья, а он был Малфоем, ни много ни мало самым гордым из чистокровных. Драко услышал шум и с любопытством повернулся к выходу из сада. Его собственный отец шёл в их направлении вместе с Сириусом Блэком. Аврор о чём-то говорил с серьёзным выражением лица, иногда задумчиво хмурясь. Лицо отца, как обычно, ничего не выражало, но серебристые глаза потемнели от сосредоточенности. Через мгновение он сказал что-то Блэку, который склонил голову и кивнул. — Готовы идти? — спросил Сириус, подходя ближе. — Да, — тихо ответил Райл, — а как мы туда доберемся? — Проще всего попасть в Косой Переулок изнутри школы с помощью портключа, — сказал Люциус, доставая из кармана серебряную цепочку. — Портключ, — испуганно пробормотал Райл. События турнира снова заиграли в его голове. — Просто прикоснись к нему пальцем. Этот портключ разрешён; он у моего отца уже 10 лет, — пробормотал Драко в ответ. Райл прикусил губу. Драко протянул руку и коснулся цепи, за ним последовали Северус, Сириус и, наконец, Райл. Как только его палец коснулся цепи, в пупке раздался знакомый рывок, и они с громким треском исчезли с территории школы! Они появились в Косом Переулке прямо перед магазином волшебных палочек Олливандера. Райл приземлился на ноги только благодаря помощи отца. Сириус мягко схватил его за плечо, чтобы удержать на ногах. Он благодарно улыбнулся и получил в ответ тёплый смешок. Райл посмотрел на мастерскую волшебника и нервно сглотнул. Он уже был здесь однажды, когда получил свою старую палочку. После этого снова встретился с Олливандером на взвешивании палочек. Оба раза старик с серыми глазами пугал его. Эти зеркальные глаза видели слишком много. Со вздохом он толкнул дверь и вошел внутрь. Магазин волшебных палочек был таким же тусклым, как он помнил, пылинки летали в воздухе, когда их ноги касались пола. Когда дверь за Северусом закрылась, раздался тихий звон. Почти из ниоткуда появился старый мастер волшебных палочек. — А-а, — произнёс мягкий голос, — Райл Блэк, эбонитовая палочка, 8 ¼ дюйма? — Так оно и было, — ответил Райл, — она была недавно сломана тёмным заклинанием. — Жаль, это было очень редкое ядро. Дитя, не мог бы ты наклонить голову вправо для меня? Райл сглотнул желчь при напоминании о своей метке и повернул голову, как его и просили. Он почувствовал, как один из тонких пальцев Олливандера коснулся змеи, ощупывая борозды на его коже. Серые глаза мастера встретились с его глазами, и он сказал: — Этого мрака нечего стыдиться или бояться. В самом деле, он отражает вас в вашей сердцевине, не так ли? — Я не тёмный, — быстро возразил Райл. Он устал от того, что люди обвиняют его в этом, — то, что я учусь в Слизерине и могу говорить на языке змей, не делает меня тёмным волшебником. Он услышал, как взрослые затаили дыхание, и внутренне застонал. Он не собирался пока раскрывать этот факт. — Цвет ничего не значит, юный Райл, — пробормотал Олливандер, — я просто имел в виду саму змею. Умный, большую часть времени невидимый, быстрый, чтобы ударить, и ещё быстрее, когда зол. Разве это не одно из качеств, которыми восхищается ваш дом? Райл моргнул. — Я не думал об этом в таком ключе, — медленно произнёс он. Олливандер улыбнулся ему. — Мне кажется, я знаю, какая палочка тебе нужна, мой мальчик. Подождите минутку. Мужчина ушел, оставив Райла наедине с его мыслями. Змея, а что, если он примет её таким образом? Это было напоминание о том, кем он был, а не о том, что бывший член его семьи оставил его одного. В конце концов, это не признак предательства, а его собственные силы и дом. Он широко улыбнулся и усмехнулся. Расправив плечи, он тихо прошипел: — Сайфр, теперь ты можешь выйти. Тебе больше не нужно прятаться. Он чувствовал, как Драко ухмыляется ему, когда крошечная изумрудная змея развернулась вокруг его запястья и скользнула вверх по руке, чтобы обвиться вокруг шеи. Он протянул правую руку и на мгновение потёр чешую змеи. Сайфр зашипел от бессловесного удовольствия, прежде чем снова погрузиться в сон. Олливандер вернулся в гостиную, держа в руках белую деревянную шкатулку. Он благоговейно положил её на стол и откинул крышку. Внутри на красной бархатной подушке лежала красивая белая палочка из какого-то редкого дерева. Она выглядела древней, но была в поразительно хорошем состоянии. Рукоять была сделана из четырёх переплетённых змей. — Эта палочка не принадлежит мне, — прохрипел Олливандер, — она действительно выбирает своего владельца. Последний, кто владел этой палочкой, умер много веков назад. Я принес её ещё одному, но он даже не смог вытащить её из коробки. Попробуйте, пожалуйста, Райл Блэк. Райл шагнул вперед, на мгновение задержал взгляд на палочке и положил руку на резную ручку. Тепло пробежало по его руке и покалывало все тело. Он вынул её из коробки, отметив слабое мерцание в полумраке комнаты. Указывая на деревянный ящик, он сказал: «Wingardium Leviosa.» Коробка взлетела со стола. Отпустив заклинание, он повернулся к Олливандеру и тихо сказал: — Сколько я вам должен? — Дитя, ты не должен мне ничего, кроме обещания хорошо пользоваться этой палочкой. Палочка, которую я тебе только что дал, сделана из берёзы с сердцевиной из толчёной чешуи василиска и ядом личного фамильяра Салазара Слизерина. Это была первая палочка, которая наложила смертельное проклятие и принадлежала самому Салазару Слизерину. С тех пор, как он умер, она не выбрала себе другого владельца, — когда Райл в шоке посмотрел на него, он продолжил, — последним, кому я предложил эту палочку, был молодой человек по имени Том Риддл. Он стал величайшим и в тоже время самым ужасным Тёмным Лордом, которого когда-либо видел волшебный мир. Я вечно благословляю Мерлина, что Лорду Волдеморту не удалось взять палочку Салазара Слизерина в свои крестовые походы. — Спасибо, мистер Олливандер, — тихо сказал Райл, — я буду обращаться с этой палочкой так, как она того заслуживает. Оставьте шкатулку себе, я позабочусь, чтобы она вернулась в вашу лавку после моей смерти, рано или поздно. Олливандер слабо улыбнулся и сказал: — Это будет намного позже, молодой Блэк. Шкатулка всё равно будет здесь. Хорошего вам всем дня, и будьте осторожны. Эти времена становятся всё темнее и будут самыми тёмными, прежде чем они станут лучше. Райл сунул волшебную палочку в кобуру на запястье и громко выдохнул, выходя из магазина. Повернувшись к отцу, он тихо сказал: — Каждый раз, когда я захожу туда, мне кажется, что я отличаюсь от других. Сириус пристально посмотрел на него тёплыми серыми глазами и сказал: — Отличие — это вовсе не плохо, Райл. На самом деле, на этот раз оно может просто спасти волшебный мир. Он улыбнулся отцу и дотронулся до цепочки. На следующее утро Драко и Райл сидели у Чёрного озера, наслаждаясь тишиной перед посадкой в Хогвартс-Экспресс. Оба молчали, каждый размышлял об одном и том же — возвышении Тёмного Лорда. Пальцы Райла ломали длинную ветку на мелкие кусочки, пока он думал. Это была его дурная привычка, он всегда что-то делал. Постукивал пальцами, вертел перо — всё, что было под рукой в тот момент. Он вздохнул, борясь с искушением потереть лоб. Жизнь была такой запутанной! В данный момент у него был выбор: встать на сторону света, который издевался над ним всю его жизнь, или на сторону Тьмы и Темного Лорда, который мучил и унижал его. Ни один из них не был привлекательным. Да он скорее умрет, чем примет своё нынешнее решение. Он посмотрел на своего сероглазого спутника, который сидел с задумчивым выражением на бледном лице. Жизнь Драко тоже была не из лёгких. Тёмный Лорд сказал, что хочет видеть его Пожирателем Смерти, а его гордый отец решил не отдавать своего сына. Кроме того, ему предстояло провести дома первое лето после смерти матери, и это было бы крайне неудобно. «По крайней мере, в этом году мне не придется ехать домой с Захарией», — с улыбкой подумал Райл. Сириус везёт его в Блэк-Мэнор, который, очевидно, находится где-то на побережье. Он был недоступен для магглов и заблокирован, так что он будет в безопасности и проведет весёлое лето в кои-то веки. Эта концепция была чужда Райлу, он так привык просто болтаться в своей комнате всё лето, чтобы избежать Поттеров. Ещё больше его взволновало то, что профессор Снейп обещал время от времени заглядывать к нему. Поначалу это было необходимо, так как профессор предложил варить зелья, которые Райл должен был принимать, чтобы исцелиться должным образом. По его собственным словам, мастер зелий сказал, что он «сомневался в навыках тех, кто считал зелья хобби». Он также предложил преподавать Райлу как Окклюменцию, так и Легилименцию. Блэк знал, что его отец и Снейп не очень-то ладили: он очень хорошо помнил инциденты из омута памяти Джеймса. Несмотря на взаимную неприязнь, теперь они, казалось, прекрасно ладили, были, по крайней мере, вежливы, и Райл ни разу не слышал этого отвратительного прозвища. Бросив быстрый «Темпус», он застонал, увидев время. — Нам лучше поторопиться, Драко. Мы и так доберемся до экипажей «модно» опоздав. Драко ухмыльнулся и сказал: — Нам лучше найти Паркинсон, Забини и Лестрейнджа. Не хотелось бы, чтобы они волновались. — Конечно, нет, — пробормотал Райл, вставая. Тёплое солнце и всё ещё заживающее тело быстро утомляли его. Двое слизеринцев вернулись в замок, не оглядываясь. Они увидят эти земли снова через 3 месяца, этого времени было достаточно. В поезде Райл ввязался в игру с Блейзом во взрывающиеся карты и счастливо обыграл итальянца дважды. Забини проворчал, что это из-за «новичкам везет», и Райл мило улыбнулся в ответ. Пятеро слизеринцев лениво развалились в купе, рассчитанном на восемь человек, развалившись на трёх других сиденьях. Один глупый равенкловец начал читать им лекцию об этом, пока Сайфр не зашипел на него, обнажив блестящие клыки. Драко и остальные провели следующие пять минут, смеясь так сильно, что едва могли дышать. Райл улыбнулся и похвалил своего маленького друга-защитника, скормив изумрудной змее кусочек змеиного лакомства. Райл и Драко сидели рядом, когда поезд начал подъезжать к станции. — Мой отец получил этим летом пять билетов на финал Кубка Мира по квиддичу, — спокойно сказал Драко, — в этом году он впервые проводится в Англии. Папа уже пригласил Сева, и мы подумали, не хотите ли вы с отцом приехать. — Вполне, — ухмыльнулся Райл, — если ты уверен, что твой отец не возражает. Я бы не хотел, чтобы мы были помехами. Драко фыркнул. — Конечно, нет. У нас есть палатка на восьмерых человек, так что вам не придётся беспокоиться о размещении. Просто принесите себе сменную одежду и будьте готовы наслаждаться. Отец говорит, что профессиональные игры сильно отличаются от школьных. Райл улыбнулся и сказал: — Спасибо, я думаю, это будет весело. Что-то, чего стоит ждать с нетерпением. Поезд остановился, и трое других слизеринцев попрощались и ушли, затерявшись в толпе студентов. Райл повернулся к Драко после того, как поднял свой сундук над головой и сказал: — Я не знаю, что произойдёт летом, но не хочешь ли ты приехать в Блэк-Мэнор на мой день рождения? Отец говорил что-то о том, чтобы устроить небольшую вечеринку или что-то в этом роде. Драко улыбнулся. Райл был поражён странным чувством, стоящим за этим, оно заставило глаза блондина сверкнуть. — Я бы ни за что на свете не пропустил его. Блондин наклонился вперёд и нежно поцеловал его в губы. От этого у Райла перехватило дыхание, а голова закружилась от нахлынувших эмоций. Драко отстранился, улыбнулся и тихо сказал: — Я с нетерпением жду этого лета, Райл. Я рад, что ты пришёл в школу в этом году. Драко добрался до двери купе прежде, чем Райл успел ответить: — Я тоже, — когда блондин скрылся из виду, он закрыл глаза и пробормотал, — что же будет дальше, и что это значит, — покачав головой, он рассмеялся над собой и проворчал, — это был твой первый поцелуй, а ты ведёшь себя, как помешенный идиот. Классно, Райл. — Разговариваешь сам с собой? — весело спросил чей-то голос. Райл подпрыгнул почти на фут и ухмыльнулся отцу. — Ты меня напугал! — Я должен был идти тихо. Пойдём. Пара сошла с поезда, и Райл улыбнулся. Что бы ни случилось потом, он был со своим отцом и имел друзей. Этого было бы более чем достаточно. Усмехнувшись про себя, он пробормотал: — Бросайте ваши лучшие выстрелы в мире, потому что на этот раз я буду готов к ним. Сириус положил руку ему на плечо и сказал: — Готов? — Пошли отсюда.