Мой брат - король!

      Вечер выдался насыщенным. Началось всё с драки. Переехавший с дивана в свою спальню Чарли подрался с Биллом. Причину оба выдавать отказались. Билл щеголял огромным синяком на скуле и разбитой губой, Чарльз — в кровь разбитыми костяшками и несколькими болезненными синяками на рёбрах.       Артур залечивать травмы отказался, добавив обоим приятных ощущений ещё и на задницы, заодно решив более не откладывать наказание второго сына. Раз есть силы драться, значит здоров. После экзекуции Чарли глотал слёзы, лежа на кровати попой кверху. Но что послужило причиной драки — не выдал. Мальчик не безнадёжен.       Лично я подозревала несколько мотивов и высказала своё мнение Артуру. Во-первых, Чарльз мало того, что не рассказал брату о подслушанном разговоре и не позвал того с собой совершать подвиг, он ещё и общие карманные деньги украл. Во-вторых, Билл явно не одобрял отношения Чарли ко мне и его наглости при разговорах с отцом. Возможно, на очередное «они все глупые, я один белочка» братец ответил ударом, и понеслась.       В-третьих, Билл переволновался. Может, даже больше, чем родители. Ведь он проводил с Чарльзом гораздо больше времени вместе и подозревал, на что тот способен. Потому вполне мог вломить братцу в воспитательных целях. Артур согласился, что какой бы мотив тут ни был задействован, Билл будет прав. Но оставить драку без внимания он не мог, как и Билла — без наказания. А от порции отцовского ремня по заду ещё никто не умирал. Наказание заслуженное. Причем сам Уильям это тоже понимал. Потому не стал делать обиженное лицо, а просто принял неизбежное возмездие за правду.       А перед сном, когда все были накормлены, умыты и уложены, ко мне в спальню впервые пришел Артур. Попросился посидеть, понаблюдать, как я буду кормить Ронни. Я лишь пожала плечами, почему нет? Артур лег на край кровати, подпёр голову рукой и смотрел за тем, как Рон сосёт молоко, а затем, устав и наевшись, медленно отваливается от груди. Я поправила сорочку и хотела было переложить сына, но Артур успел раньше, бережно приняв у меня малыша и отнеся его в кровать. Перед этим внимательно, с невероятно тёплой и совершенно счастливой улыбкой любуясь его спящей мордашкой. А я наблюдала за тем, как Артур находит свой покой. Его покоем была семья. Сыновья, которые добавляли радостных морщинок и седых волос. Мне тоже хотелось бы найти свой. Но пока не удавалось.       Артур уложил малыша в кроватку и повернулся ко мне.       — Мэри, а можно я с тобой полежу? Я понимаю, прозвучит не очень убедительно, но я ужасно сплю в последнее время. Мне бы очень хотелось просто полежать в этой комнате, как раньше, посмотреть, как спит Ронни…       Он не договорил, но я безошибочно поняла из его недосказанности желание полежать с Его Молли. Пускай уже и не его.       — Я уйду, ты не думай! Просто чуть полежу, — и он вдруг смутился.       Я подвинулась и не стала говорить, что он может делать практически всё, что захочет, и ему вовсе не обязательно спрашивать, если быть честной — он тут хозяин. Артур лёг, повернулся на бок спиной ко мне и лицом к детской кроватке, в которой спал его младший сын. Дыхание Артура замедлялось, становилось глубже и размереннее, и вскоре я обнаружила, что муж крепко спит.       Встала, прикрыла его покрывалом, он перевернулся на спину, я легла рядом, лишь чуть отодвинувшись к стене, и тоже заснула, хотя и не сразу. Рассматривала своего неожиданного соседа. Он был молод, во сне разгладилась складка меж бровями, и лицо стало совсем юным. Сколько же ему? Я бы не дала больше двадцати, но, зная возраст Билла… Может, двадцать шесть? Тогда он слишком молодо выглядит. Но тело и лицо Молли тоже не выглядели на тридцать зим, я в своём теле была значительно старше лицом и телом. Возможно, это как-то связано с магией? Нужно спросить у Артура, сколько живут волшебники. Волосы светлее, чем у детей, седины нет, на носу веснушки. Брови и ресницы светлые, золотистые. Весь какой-то нескладный. Его внешность совершенно не вязалась с тем характером, который я успела увидеть. Мальчику пришлось рано повзрослеть и стать отцом. И он справился. Я лежала и пыталась понять, что же чувствую к этому человеку. До этого момента жизнь неслась слишком быстро, события стремительно сменяли друг друга, и у меня совсем не было времени, чтобы задуматься. А теперь, когда появилась минутка, я всматривалась в солнечное юное лицо и думала, что уважаю этого человека и мне хотелось бы его поддержать. Он этого достоин.       Присутствие чужого мужчины немного напрягало, но не так чтобы сильно, усталость сильнее. Не заметив, как, я тоже уснула, а когда проснулась на следующее кормление Рона, мужа уже не было, а его половина кровати успела остыть.              В доме чувствовалось напряжение. Чарли к завтраку не спустился, предпочёл поесть у себя. Билл был угрюм и замкнут, как и Перси. Они уныло ковырялись ложками в каше. Артур кашу съел, помахал всем рукой и убежал камином на работу. Я только успела бегло отметить, что его одежда была чистой и опрятной, это хорошо. Мужчина не должен страдать из-за того, что место его жены заняла я. Близнецы были веселы, они предприняли попытку швыряться друг в друга хлебом, за что были вытащены из-за стола за ухо. Еду у них я отобрала, не обращая внимания на ор.       — Значит так, карамельки вы мои! Не хотите кашу — не хотите есть. До обеда свободны! Кто играет едой, тот не ест!       Повернулась к остальным и добавила:       — Близнецов не кормить!       После моего заявления завтрак закончили в рекордные сроки. Под руководством Билла Перси собрал посуду и отнёс в мойку. Близнецы давились соплями в углу столовой. Я стала тренировать вычитанное в книге заклинание для мытья посуды, и у меня даже получалось. Возможно, если бы я мыла руками, было бы быстрее, но важно было научиться колдовать. Что это за волшебница, которая руками посуду моет? В книгах Молли было много полезного. С помощью заклинаний можно было очистить овощи, выпотрошить рыбу и птицу, создать огонь, а значит, дрова были и вовсе не нужны для готовки. Как оказалось, какая-то разновидность волшебного огня горела и в нашей плите, его наколдовал Артур, и такое пламя никогда не гасло. Магия позволяла убирать, готовить, лечить, рукодельничать. И я так хотела скорее научиться!       Процедуры по мытью были окончены, и я зазвала детей разбирать чердак и знакомиться с предком. Чарли тоже позвала, и тот пошел, несмотря на боль и неприязнь ко мне. Но, видимо, приказ отца и любопытство были сильнее.       Предок поживал хорошо и очень рад был видеть всех юных Уизли. Он тут же сказал что Чарли — его вылитый брат Бэзил в детстве, а на близнецов смотрел, неверующе округлив глаза, после чего обратился ко мне:       — Как вам удалось?       — Удалось что? — я не понимала сути вопроса.       — Как вам удалось, несмотря на проклятие, зачать и выносить магических близнецов? Как вам удалось после них заиметь ещё одного ребёнка?! Магические близнецы — явление крайне редкое. А у этих ещё и аура идентичная. Они практически как один очень могущественный волшебник! После таких мальчиков у тебя вообще больше не должно было быть детей, а ты говорила, что недавно родила!       — Да, Ронни появился на свет совсем недавно. Но мы пока не знаем, волшебник ли он.       — Очень вряд ли. По крайней мере, меня бы это очень сильно удивило. Если он каким-то чудом и волшебник, то крайне слабый, — проворчал предок.              Я отправилась разбирать чердачный хлам, а мальчишки подверглись тщательному осмотру и допросу от портрета. Краем уха слушала, как тот чихвостил Чарли, хвалил Билла, прикрикивал на близнецов. Я тренировала очистительные чары на извлеченных из груд хлама предметах, нашла в куче старинной одежды одну очень милую вазу и необычные напольные часы. Часы не работали, а вместо значений времени стояли пометки: «дом», «работа», «школа», «тюрьма», «больница», «в пути», «потерялся», «опасность», «смертельная опасность». Несколько полей пустовали. Ещё более странным было количество стрелок — восемь!       Когда я взяла часы в руки, загнав себе в палец немаленькую занозу и измазав кровью корпус часов, перевернула их и поставила на пол, очистив с помощью палочки, одна из стрелок внезапно пришла в движение. На ней проявилась надпись: «Мэри Уизли». И стрелка поменяла своё положение, указывая на поле с надписью «Дом». Часы издали красивый и звучный перезвон, на который тут же примчались дети и заворчал портрет, требуя повернуть раму, потому как ему не видно. Портрет я временно проигнорировала. Прежде чем успела что-то рассказать, Фред и Джордж уцепились за часы с двух сторон, и ещё две стрелки поползли к «Дому», приобретя надписи: «Фредерик Уизли» и «Джордж Уизли». Вслед за братьями руку на корпус часов положил Перси. И «Дом» пополнился стрелкой «Персиваль Уизли». Билл присоединил к «Дому» стрелку «Уильям Уизли», а Чарли, соответственно, «Чарльз Уизли». Теперь пустовали только две стрелки. А на месте двух свободных полей проявились надписи: «Двор» и «Квиддич». Мы стояли и смотрели на чудесные волшебные часы. Билл и Чарли тут же решили проверить, будут ли часы работать, если они выйдут во двор. И побежали. Спустя несколько минут стрелки «Уильям Уизли» и «Чарльз Уизли» переместились к полю «Двор». Остальные продолжали указывать на «Дом». Когда дети, задыхаясь, прибежали обратно все стрелки снова оказались в «Доме».       — Какая крутая штука! — воскликнул Билл. Его глаза горели. — Это ж настоящий семейный артефакт!       — Какой артефакт? Немедленно поверните раму! — возмущался портрет.       Пришлось поворачивать. Портрет, кривясь, всматривался в старинные напольные часы.       — Не, это уже после меня делали. Я такого не припомню. Хотя среди Уизли были артефакторы. Не самые талантливые, но были. Это поделка, годная лишь на то, чтобы определять местонахождение членов семьи. Но если в стране будет, например, война, или эпидемия какая, все стрелки будут указывать на «опасность».       Лично я считала, что это вовсе не поделка, ведь, по словам мужа, война есть, а стрелки указывают на «дом». Возможно, эта война не опасна для нас?       После того, как дети двадцать раз сбегали во двор и обратно, осмотрели часы со всех сторон, было принято коллективное решение установить их на кухне. Нужные чары я уже знала, но пока ни разу не поднимала таких громоздких предметов.       — Вингардиум Левиоса!       Часы слегка приподнялись над полом и, повинуясь указаниям моей палочки, плавно поплыли в сторону лестницы. Перед ступеньками заклинание пришлось отменить, обойти часы, спуститься на пролёт и снова применить заклинание. Долго удерживать их в воздухе я не могла и пока спустилась на кухню, со лба стекал пот, а рука тряслась.       Мы с детьми установили часы в нишу напротив обеденного стола. Здесь они смотрелись, словно были созданы для этого места. Непонятно, правда, каким образом артефакт оказался на чердаке. За обсуждением часов, обедом, дневным сном и послеобеденными играми мы и не заметили, как пришло время возвращения Артура. Он вышел из камина и был в прямом смысле сбит с ног толпой детей, спешивших первыми сообщить отцу о такой чудесной находке. Конечно, в этом хаосе отец семейства ничего понять не смог. Пришлось отгонять от него мальчишек и рассказывать о находке на ходу, дети волокли отца за руки, показывать обновку.       Возле артефакта Артур замер надолго. Внимательно рассматривал, бросал какие-то заклинания. Затем прикоснулся к часам, но ничего не произошло. Стрелка оставалась чистой. Артур начал расспрашивать меня в подробностях, как именно мы нашли часы и что делали, чтобы они заработали. Он слушал внимательно и задавал много наводящих вопросов. Затем хмыкнул, взял с кухни нож, проколол палец и мазнул по корпусу часов. На самой крупной золотой стрелке появилась надпись «Артур Уизли», и стрелка показала пометку «Дом».       — Это часы брата моего деда. Это раньше был его холостяцкий домик, а когда я женился, он достался мне. Только раньше стрелок было меньше. Я почему-то не задумывался, куда часы пропали, а они, видишь, на чердаке всё это время пылились. Ты не против, если я временно заберу их в гараж? Очень охота изучить!       Я была не против. Глаза Артура горели возбуждением, и весь он преобразился. Его движения стали порывистее, какими-то рваными. Он волновался.       Билл напросился с отцом, Чарльз тоже, даже маленький Перси пошел в гараж изучать семейное достояние. Близнецов не взяли, на что те смертельно обиделись, построили домик из одеял и подушек, где и просидели до ужина. А после ужина Артур вернул часы в гостиную.       В этот вечер мы ложились спать в хорошем настроении, никто ни с кем не подрался, ни у кого из детей не было истерики. Артур ночевал в будущей комнате Билла и ещё до завтрака перед работой ушёл в гараж. День прошел никак. Не происходило ровным счётом ничего интересного. Я готовила, стирала, гладила, штопала, дети играли, Перси с Биллом, Чарли и мной занимались письмом и чтением. Обедали, спали. Перед ужином пришел с работы Артур, рассказал забавную историю о кусачих картах, изъятых у одного волшебного шулера, и снова вместе с мальчишками уединился в гараже. После чего мне были презентованы те самые, ранее сломанные часы с кукушкой с чердака. На них теперь появились поля: «покормить кур», «занятия», «чай», «уборка», «опоздание», «еда», «сон», «отдых», «хобби».       Несколько полей пустовали.       — Это часы-напоминалка. Они настроены на нашу семью. Будут напоминать о времени, когда и что нужно сделать, а ещё когда стоит отдохнуть. Я сделал их по принципу часов деда, но немного иначе!       Артур весь светился, а я не понимала, как относиться к такому подарку. Как к намёку на то, что я ничего не успеваю и мне нужно напоминать? Или попытке облегчить жизнь? Улыбнулась и предложила повесить их на стену над столом. Вещь получилась красивая и волшебная. А со своим отношением разберусь позже. Мы поужинали, часы отсчитали время «сон», и все отправились спать.