В Заключении

Никто из них не понимал, что происходит, пока это случалось. Как только их губы соприкоснулись, все почувствовалось так, словно все в комнате и вселенной растворилось. Не было тюрьмы. Не было ничего неправильного в их действиях. На тот момент, факт, что кто-то может постучаться в дверь офиса Эдди, не имел значения. Надзиратель обвил своими руками торс Бретта и медленно двинул ладони под рубашку низкого парня, пока их губы соединялись друг с другом и они прижимались длиже. Губы Эдди были теплыми и мягкими, пока он направлял Бретта через поцелуй, короткими ногтями нежно царапая кожу его спины. Бретт был ошеломлен, пока обнимал высокого парня за шею и хватался за случайные пряди его мягких волос. Время словно остановилось в этой маленькой комнате в теплый полдень, пока они все дальше проваливались в пустоту своих чувств друг к другу. Момент обострения поцелуя не заставил себя долго ждать. Жаждущие привязанности, оба парня крепко держали друг друга за волосы и одежду, их сердца с силой стучали в их ребрах и создавали странный дуэт громких пульсаций. Язык Эдди выскочил, чтобы коснуться губ Бретта. Низкий парень вздрогнул. Он не ожидал этого, но, благо, открыт рот, впуская Эдди. Их языки нашли друг друга, и Бретт прильнул ближе к поцелую. Оба из них двигались невероятно тесно по отношению друг к другу. Они нашли себя в странной, напряженной тишине, когда Бретт наконец разорвал поцелуй, неожиданно наклоняясь назад. Вес всей ситуации внезапно ударил его и он почувствовал волну, сносящую его с потока здравого смысла. Его голова кружилась в хорошем смысле. Эдди немного нахмурился такому чистому недомоганию в глазах парня напротив и увеличил расстояние между ними. "Мне так жаль," промямлил надзиратель, почесывая затылок. "Мы не можем делать этого сейчас," ответил Бретт. Эдди сузил глаза, переведя взгляд на него. "Что?" "Я сказал, что мы не можем делать это сейчас, сэр. Вы отправитесь в тюрьму. У меня осталось только пять месяцев. Я не могу получить еще больше. И я не могу быть убитым, пока не выйду отсюда". Бретт пылко повертел головой, расхаживая по комнате. Было очевидно его состоянии паники. "Никто не получит больше времени и тебя никто не убьет, Бретт," сказал надзиратель в попытке успокоить низкого парня. Бретт помотал головой. "Мне нужно идти работать. Поздно. Я опаздываю. Мне нужно идти. Я не был на работе уже несколько дней. Вы отлично целуетесь. Боже. Мне нужно идти," приглушенно сказал он себе, кладя руку на дверную ручку. Эдди нежно взял его руку. "Я обещаю, что все будет хорошо," последовал тихий голос. Бретт выдернул свою руку и сразу же съежился от своего действия. "Эм, простите... сэр. Я... я не знаю. Вам, наверное, нужно пойти домой сегодня ночью. Когда Вы покидали это место в последний раз?" Спросил Бретт с очевидной тревогой на своем прелестном лице. Эдди поморщился. "Скажем так, просто пару дней". "Идите домой. Идите домой, примите душ и поспите в своей кровати. Эта работа забирает Вашу молодость и к черту выворачивает наизнанку. Начните заботиться о себе, чтобы Вы были живы когда я выйду и мы смогли бы делать что-то с тем, что сейчас между нами происходит, что бы это ни было. Я постараюсь увидеться с Вами скоро, хорошо? Но, прошу, уберите меня из своих мыслей сейчас. Нет способа помочь мне прямо сейчас, и это никак не улучшит ситуацию Вы можете, хотя бы, помочь себе," продолжал Бретт, драматично жестикулируя. Эдди просто смотрел на него в изумлении от его красоты и точности слов. Он полностью прав. "Хорошо, Бретт," надзиратель кивнул. Бретт сузил глаза. "Обещайте мне, сэр. Вам нужно пообещать, что Вы пойдете домой, когда придет время, хорошо выспитесь и потратите время на себя. Я переживаю". Признание волнения грело раненное сердце Эдди и он улыбнулся, продолжая царапать загривок. "Я обещаю, Бретт". Низкий парень кивнул и дал себе выдохнуть "Можно я поцелую Вас вновь, сэр?" спросил он. Эдди посмеялся. "Да". И они сделали это. Каким-то образом это было даже лучше, чем в первый раз. Их тела прижимались друг к другу, а языки двигались как одно целое. Эдди поднял Бретта и посадил его на свой захламленный стол, сметая бумаги на пол. Ему наплевать на них сейчас. Все, что его заботит - язык, двигающийся в ротовой полости Бретта и приносящий ему удовлетворение, чтобы хватка Бретта за талию не была слишком крепкой Второй раз отстранения друг от друга ранил. Они знали, что им обоим нужно вернуться к своим нормальным жизням и делать вид, что они и не были в таком напряженном моменте. Никто не мог знать, но опасность их отношений заставляла их хотеть друг друга сильнее, и Эдди не мог сопротивляться желанию одарить мягким поцелуем его припухлые губы. "Хорошо," прошептал Бретт. "Мне нужно идти". "Я знаю," Эдди вздохнул. Бретт наклонился и поцеловал его в щеку. "Скоро увидимся, сэр. Не забудьте об обещании". "Не забуду". Бретт развернулся и вышел из офиса Эдди. ; Эдди действительно пошел домой той ночью. Он покинул тюрьму где-то в 9 часов вечера, после завершения отчета о происшествии и еще некоторой обязательной работы. Пока он ехал домой, Бретт был единственным, что было в его сознании. Все в нем призывало вернуться в тюрьму и надеяться, что Бретт явится в эту ночь в его офис. Но он не мог. Не то чтобы надзирателю не нравилось дома или что его дом не подходил. Его дом довольно хороший - двухэтажный, полно пространства, что и нужно любому одинокому человеку. Но, Боже, было так одиноко. Ему было одиноко. Бытие самого себя в необычной темноте его дома навивало чувство отчаяния. Ему нужно было что-то или кто-то, чтобы заполнить этот вакуум. В идеальном мире, этим чем-то или кем-то был Бретт. Но этот мир вообще не идеален. Обстоятельства, в которых эти двое встретились, не дадут им быть вместе или остаться вместе. Эдди пошел в душ как только вернулся домой, закрывая глаза и давая теплой воде стекать по его ноющему телу. Бретт был прав. Ему это было нужно. Оставаться в тюрьме на все время плохо влияет и на физическое, и на ментальное здоровье. Даже то, что он противоположность заключенного, иногда он чувствует себя именно так. Он был там почти так же долго, как и живущие там люди. Но они там были для наказания, а он - по работе, так что это нечестно, что он страдает от гнева этого места также, как и заключенные. Его водные процедуры длились гораздо дольше, чем он ожидал. Только после полуночи он выбрался оттуда и надел не рабочую одежду, чувствуя странное ощущение. Он не врал, когда говорил Бретту, что не был дома несколько дней. Тяжело дыша, Эдди забрался в свою мягкую кровать и накрыл все тело одеялами. Он хотел присутствия Бретта в своем одиноком доме, но отмахнулся головой от таких мыслей. Во что он себя втянул? Надзиратель не мог избавить разум до того, как он провалится в сон, мечтая о маленьком парне в оранжевом.