Заключенные

      Кэт в последнюю секунду влетела в вагон метро и теперь тяжело дышала, прислонившись к противоположным дверям с большой надписью «Не прислоняться!», выведенной красной краской на потрескавшемся стекле.       Из динамиков раздался мелодичный, но какой-то искусственно-приветливый женский голос, оповещающий пассажиров о следующей станции. Поезд, качнувшись, въехал в тоннель. Кэт достала из сумочки зеркало и тяжело вздохнула, недовольная собственным отражением. Чертов дождь начался неожиданно, застав врасплох ее и все остальное население Сан-Франциско, ведь еще утром на небе не было ни облачка, да и синоптики обещали теплую и ясную погоду. Однако у природы были свои планы, в которые, судя по всему, входило начало нового библейского потопа.       Кэт снова залезла в сумочку и извлекла из ее недр пачку влажных салфеток. Ее настроение испортилось еще сильнее, когда она начала смывать с лица плоды почти двухчасовой утренней процедуры по наведению марафета, удовлетворившись только тогда, когда ее отражение перестало напоминать грим печального клоуна.       В жизни Кэт не так давно стартовала черная полоса, которая началась с того, что ее старый, горячо любимый пес по кличке Бадди заболел, и ей пришлось дать свое разрешение на его усыпление, после чего почти месяц она не могла жить без пригоршни ярко-голубых таблеток антидепрессантов. Потом соседи сверху решили, что будет очень весело оставить во включенной духовке индейку и уйти на работу, в результате чего Кэт уже две недели жила у подруги, ожидая, пока страховая возместит ей стоимость ремонта. А позавчера у нее угнали машину, так что проклятый дождь стал последней каплей, и теперь Линч размышляла, как лучше поступить в сложившейся ситуации: повеситься или напиться? Так и не определившись, она вышла на следующей станции, и, прикрыв безнадежно испорченную прическу сумкой, побежала к высокому стеклянному небоскребу, в недрах которого располагался офис компании «Бейкер и Филлипс».       Кэт пересекла просторный холл и нажала на кнопку лифта.       -Хреново выглядишь, Линч, - раздался позади нее приятный мужской баритон, - Надеюсь, у тебя сегодня нет никаких встреч?       Ричард Периш поровнялся с Кэт и жестом пригласил ее пройти в открывшуюся кабинку и, зайдя следом, встал рядом.       -Как раз назначена пара, - Линч выдавила из себя подобие улыбки.       -Если хочешь, я могу ими заняться.       -Вот уж ни за что!       -Уверена?       -Вполне. Я все еще не простила тебе дело «Янг против Янга».       В прошлом году Кэт сильно простудилась, и Периш, под благовидным предлогом помощи заболевшей коллеге, увел у нее дело о разделе имущества, над которым она работала почти три месяца.       -Все еще дуешься? – спросил Ричард, снова пропуская ее вперед, когда двери открылись, покидая кабину следом, - Брось, Кэт! Я просто хотел помочь. Понятия не имею, почему он отказался от твоих услуг и выбрал меня.       -Зато я знаю. Мужская солидарность! - Кэт широко улыбнулась и захлопнула дверь в свой кабинет прямо перед носом Периша.       На ее столе, среди ровных стопок документов, валялась большая красная папка, выглядевшая неуместно в идеальном порядке рабочего места Линч. Кэт нахмурилась, и, сев на большой черный шарнирный стул, притянула папку к себе. «Штат Калифорния против Майкла Уоррена» гласила белая вставка на пластиковой обложке. Кэт раскрыла папку и пробежала глазами по вложенным в нее документам. Полицейский отчет с места преступления, несколько фотографий мертвой женщины, лежащей в обширной луже собственной крови, отчет коронера и протоколы допроса подозреваемого, супруга погибшей. Лицо женщины показалась Линч знакомым, но ничего конкретного память не выдавала. Хмурясь еще сильнее, Кэт подняла телефонную трубку и набрала короткий внутренний номер босса.       -Да! – раздался в трубке бодрый мужской бас.       -Мистер Филлипс, это Кэтрин Линч. Должно быть, произошла какая-то ошибка, и мне нечаянно принесли дело Уоррена…       -Аааа, Линч. Никакой ошибки. Дело твое.       -Но я занимаюсь семейным правом, а это уголовное преступление!       Мужчина тяжело вздохнул.       -Послушай, Линч. Я знаю, что ты не по уголовщине, и я долбанный час потратил на то, чтобы объяснить это господину Уоррену, но он хочет, чтобы его адвокатом стала ты. Так что соберись и делай свою работу. Дело твое и точка.       -Но…       -Я понял твои возражения и с первого раза! - в голосе мистера Филлипса проскользнули раздраженные ноты, - А вот у тебя, похоже с этим проблемы. Поэтому я объясню сложившуюся ситуацию чуть более доступным языком: мистер Уоррен настоял на том, чтобы его интересы в суде представляла именно ты. Поэтому либо ты берешь это дело, либо можешь искать себе другую работу в другом штате, потому что я сделаю все от меня зависящее, чтобы ни одна уважающая себя юридическая контора не заинтересовалась твоей кандидатурой в этом. “Бейкер и Филлипс” всегда дают своим клиентам то, что они хотят, особенно когда эти клиенты могут сожрать всю компанию с потрохами!       Раздались короткие гудки. Кэт повесила трубку и запустила руки в волосы, оттягивая их назад. Она смотрела на папку широко распахнутыми, то ли от удивления, то ли от осознания сложившейся, со всех сторон дерьмовой, ситуации. Если там, наверху, есть Бог то он наверняка решил проверить на ней, сколько может выдержать человек прежде, чем свихнуться.       Бегло пролистав материалы дела, Кэт остановилась на фотографии подозреваемого. Снимок был сделан в отделении полиции и запечатлел высокого, если верить мерной линейке за его спиной, красивого черноволосого мужчину, держащего в руках табличку с номером. Таких фото было два – одно в анфас, другое в профиль.       Его лицо тоже показалось ей знакомым, и внезапно Кэт поняла, что нужно сделать. Схватив со стола свою сумку и бросив в нее папку, она решительно вышла из кабинета. Линч попросила секретаря перенести все ее встречи, прошла к лифту, спустилась на первый этаж, буквально выбежав из небоскреба под все тот же непрекращающийся ливень, и поймала такси.       -В тюрьму Сан-Франциско, пожалуйста, - сказала она, устраиваясь на заднем сиденье.       Автомобиль тронулся и покатил по блестящей от дождя дороге. Кэт достала из сумки папку и принялась внимательно изучать ее содержимое. Не то чтобы она всерьез решила взяться за это дело – напротив, она ехала в тюрьму, чтобы убедить господина Уоррена, что Кэтрин Линч – не самый лучший кандидат на роль его защитника. Ей просто стало любопытно. И неважно, было ли это профессиональное или чисто-женское любопытство.       -Вот же, зарядил и не перестает, - сказал водитель, хмуро вглядываясь в дорогу сквозь мельтешащие по стеклу дворники.       -И не говорите, - вздохнула в ответ Кэт.       Водитель взял с переднего сиденья зонт в красный горошек и протянул его Линч.       -Возьмите, мисс. Сегодня без него никуда.       Кэт взяла зонт и сердечно поблагодарила мужчину, про себя думая, что он если не святой, то как минимум ангел, по какой-то нелепой случайности упавший с неба и вынужденный зарабатывать на хлеб извозом в этом жестоком, не сказочном мире. Водитель тепло улыбнулся в ответ, мельком взглянув на пассажирку в зеркало заднего вида, и включил радио, предварительно поинтересовавшись музыкальными предпочтениями клиентки. Его лицо буквально засияло, когда Кэт ответила, что очень любит старый блюз. Он достал из бардачка компакт-диск и засунул его в магнитолу. Салон наполнился приятным баритоном Мадди Уоттерса, и Линч на секунду показалось даже, что тучи за мокрым стеклом стали чуточку светлее.       Кэт вернулась к материалам переданного ей дела и снова погрузилась в изучение документов. Все улики указывали на виновность мистера Уоррена: соседи видели его выходящим из дома бывшей жены незадолго до того, как ее сестра обнаружила тело, его отпечатки были повсюду, кроме того, его ДНК обнаружилось под ногтями покойной. Не нужно было быть экспертом, чтобы понять, что дела господина Уоррена складывались совсем не в его пользу. Даже личная характеристика, и та играла против подозреваемого – несколько штрафов за нетрезвое вождение, проблемы с наркотиками, пьяная драка в баре. От смертной казни мужчину могло спасти только чудо, а в чудеса Кэт не верила.       Такси остановилось около пропускного пункта Окружной тюрьмы Сан-Франциско, и Линч, расплатившись с водителем и совершенно искренне пожелав ему хорошего дня, поспешила под козырек проходной. Она постучала в окошко. Мужчина в темно синей форме кивнул, нажимая на кнопку открывающую замок на двери. Кэт вошла в длинное узкое помещение у дальнего выхода из которого дежурили двое вооруженных охранников.       -Чем я могу Вам помочь, мисс? – спросил тот, что открыл ей дверь, говоря в микрофон, усиливающий и коверкающий его голос.       -Меня зовут Кэтрин Линч, я адвокат мистера Уоррена, - Линч просунула свои документы в специальную щель внизу литого армированного стекла, разделяющего ее и охранника, - Я хотела бы встретиться со своим клиентом.       Мужчина несколько минут изучал предъявленные ему бумаги, затем вернул их Кэт и дал сигнал охране пропустить посетительницу внутрь. Она прошла через большой металлоискатель, предварительно вынув из карманов строгих брюк перманентно валяющуюся там мелочь, и вошла в дверь, ведущую, как оказалось, в следующую, такую же длинную комнату.       Здесь полная женщина с болтающейся на поясе пластмассовой дубинкой и надежно закрепленной кобурой, забрала у Кэт сумочку и положила в сейф, предложив той самостоятельно ввести код безопасности - в камеру для свиданий позволялось взять с собой только папку с делом Уоррена.       После этого охранница обыскала саму Кэт. Это был не самый приятный опыт, и, большую часть времени, казавшегося бесконечностью, Линч не покидала мысль о том, что теперь она наверняка знает, как чувствуют себя жертвы изнасилования. Когда женщина наконец закончила исследование тела посетительницы, Кэт провели через большую площадку, на которой обычно, должно быть, прогуливались заключенные, однако сейчас абсолютно пустую, то ли из-за дождя, то ли из-за того, что просто было не время. Она шла под конвоем из двух надзирателей по огороженному решеткой тоннелю, четко разделяющей пространство на землю свободных и землю невольных.       Оказавшись, наконец, в здании тюрьмы, охранники передали ее своим коллегам, которые привели ее в маленькую комнату со столом, двумя стульями и чем-то похожим на зарешеченную форточку под потолком. Надзиратели заперли ее внутри и попросили подождать, что Кэт и делала, стоя у стены, крепко прижимая к груди папку с делом Уоррена, глядя на серое, тяжелое небо через стальные прутья решетки.       -Здравствуйте, мисс Линч, - раздался за ее спиной приятный мужской баритон, и Кэт, вздрогнув от неожиданности, повернулась на голос.       Двое охранников под локти завели в комнату одетого в оранжевый комбинезон мужчину, того самого, фотографии которого Кэт рассматривала в своем кабинете. Его руки были скованы наручниками и заведены за спину, поэтому охранники помогли ему сесть на стул прежде чем, перецепить кандалы, так, что цепь теперь была продета через стальную дугу, приваренную к стальной же столешнице, и удалиться, оставляя адвоката наедине со своим подзащитным.       -Мистер Уоррен, я думаю, что вы должны пересмотреть свое решение и подойти к выбору своего адвоката более… ответственно. Видите ли, я не занимаюсь уголовными делами, я… - Кэт решила, что следует сразу перейти к сути, но мужчина перебил ее:       -Я прекрасно осведомлен о сфере вашей профессиональной деятельности, мисс Линч.       -Тогда вы должны понимать, что семейное и уголовное право – очень мало связанные области юриспруденции, и что я, к сожалению, не смогу оказать вам услуги такого уровня, который необходим вам в вашей… ситуации.       -Я вижу, что вы вполне здраво оцениваете мое положение, а это уже хороший знак, не так ли?       -Мистер Уоррен, мне кажется, вы не до конца осознаете всю тяжесть…       -Вы не помните меня, мисс Линч?       -Простите?       Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что сердце Кэт пропустило удар. Мужчина спокойно, даже расслабленно сидел на стуле, глядя на нее снизу вверх. В его глазах не было ровным счетом никаких эмоций, и Линч на секунду показалось, что перед ней сидит не живой человек, а искусно имитирующая его машина.       -Два года назад, когда моя жена подала на развод, вы были ее адвокатом. Вы выиграли дело по всем пунктам, мисс Линч. Припоминаете?- все так же спокойно спросил мужчина.       -Мне очень жаль, мистер Уорнер, я…       -Майкл.       -Хорошо… Майкл. В этом не было ничего личного, и мне правда жаль, но я всего лишь делала свою работу.       -И вы выполнили ее превосходно. Благодаря вам, моя жена не забрала у меня, разве что, чувство собственного достоинства. Хотя, - мужчина грустно улыбнулся, обводя взглядом комнату, - Это утверждение достаточно спорное.       -Послушайте, Майкл. Я понимаю, что вы злитесь, но мне кажется, что сейчас не самое подходящее время для мести.       -Месть? – брови Уоррена удивленно взметнулись вверх, - Я не хочу вам отомстить, мисс Линч. Напротив. Я хочу дать вам шанс на искупление. Два года назад вы разрушили мою жизнь. Теперь у вас появилась возможность все исправить. Воспользуйтесь ею, Кэтрин, - сказав это, мужчина несколько раз с силой ударил наручниками по столешнице, - Мы закончили. На сегодня, - сообщил он подошедшим на звук охранникам.       Глядя на то, как Майкла Уоррена уводят, Кэт думала о том, что во всем этом мире, наверное, только она одна могла так влипнуть.