Багровая молния Конохи

      Услышав слова учителя, мы максимально быстро сконцентрировались и приготовились к бою. — Как приятно, когда тебя узнают. — Уж лучше бы тебя знали за твои подвиги, нежели за преступления, — выразил свою точку зрения Шикаку Нара. — Этот мир насквозь пропитан ложью... В будущем Акацуки это исправят. — Это какая-то организация? — поинтересовался Какаши. — Организация, которая уничтожить ложь этого мира!       С этими словами преступник побежал к господину Кенджи. Шикаку сразу отреагировал на это, став перед политиком, готовый отразить атаку. Человек-акула занёс меч над собой для удара, надеясь сразу вырубить командира, но всего за мгновение до цели просто замер. — Что это? — с удивлением спросил Кисаме. — Техника Теневого Подражания, — спокойно ответил мужчина. — А теперь… Техника Теневого Удушения!       После этих слов из техники Шикаку начали выползать тени в форме человеческих рук. Они двигались вверх по телу Кисаме, и, остановившись на его шеи, начали душить.       Поняв суть данной техники, противник начал сопротивляться. Стоит сказать, у него это получалось, но учитель нагнетал. — Ладно, для начала придётся разобраться с вами, — вслух размышлял Кисаме.       Он начал разжимать хватку, которой держал меч. Шикаку, не догадываясь о его намерениях, не обратил должного внимания — в этом была его ошибка.       Достигнув земли, меч сразу же скинул свою "одежду", показывая свою истинную сущность, и быстро пополз в сторону недоумевавшего учителя. Наша троица была рядом с ним, поэтому успели прикрыть мужчину по его же команде. — Прикройте, ребята! Этот меч не должен добраться до меня, иначе я выпущу из захвата противника!       Дважды повторять не стоило — мы сразу же оказались на пути у живого оружия. Какаши сделал первый ход: — Стихия Земли: Стена.       Но преграда в виде высокого земляного выступа для этого существа не оказалось помехой, потому что оно просто-напросто переползло стену. — Что это за штука? — спросил учитель у противника. — Самехада — меч одного из Семи Мечников Кровавого Тумана, покрытый акульей чешуёй. — Понятно... Ты присвоил этот меч, как трофей за убийство его предыдущего носителя, — констатировал факт Шикаку.       В ответ Кисаме лишь ухмыльнулся, наблюдая за своим мечом. Тот в свою очередь продолжал двигаться к нам. — Из акульей чешуи, говоришь, — прошептал Итачи. — Тогда... Стихия Огня: Великий Огненный Шар.       А вот техника Итачи стала непреодолимой преградой для живого меча, который не хотел стать шашлыком. Оттеснив его на нужное расстояние, Итачи создал вокруг нас и господина Кенджи огненное кольцо.       Пока мы защищались, Кисаме продолжал сопротивляться. Как было видно, он куда выносливее нашего учителя, тени которого начали медленно отступать. Тем более противник уже мог немного двигаться, хоть и с большим трудом. "Он наверняка попытается использовать какую-нибудь технику, — подумал я. — Нужно ему помешать!"       Я посмотрел ребят. Кивнув друг другу, мы с Какаши побежали на противника, а Итачи остался около чиновника, дабы защитить его от возможных трюков меча. Но, видимо, остановить Кисаме нам было не суждено. — Стихия Воды: Разрывная Волна Воды!       Внезапно в нашу сторону направилось гигантских размеров цунами. Учитель отменил Технику Теневого Захвата, призывая нас занять позицию на деревьях вместе с господином Кенджи. Волна оказалась слишком высокой, поэтому цунами накрыло нас даже там. Кроме того, масштабность техники изменил местность так, что теперь на земле был немалый слой воды, из-за чего Шикаку не мог использовать свою технику. Почему? Вместо тени человек видит своё отражение на водной глади, а техника учителя изменяет форму тени, но никак не создаёт её. В общем, сейчас мы были в отнюдь не выигрышном положении. Противник это тоже понимал, поэтому решил убрать нас с дороги, дабы быстрее закончить начатое. Какаши достал из-за спины танто и отбил удар Кисаме. — Луч чакры белого цвета… Это же танто Белого Клыка Конохи. Ты из клана Хатаке? — Предположим, — загадочно ответил сероволосый. — Этот клинок называют "Хакко Чакра То". — Значит ты наследник этого шиноби… Интересненько, — облизнулся преступник, после чего сразу нанёс удар, который Какаши снова отбил. Но в этот раз удар был посильнее, поэтому Какаши лишь смог заблокировать атаку, но никак не отвести её. В силу своего возраста Кисаме был сильнее, поэтому до молодого тела Какаши оставались считанные миллиметры. Парень не растерялся и просто использовал подмену, но противник успел оставить ему небольшую царапину на плече, после чего Какаши сразу упал на колени, тяжело дыша. — Этот меч… Высасывает чакру? — спросил он. — А ты быстро соображаешь, — похвалил Кисаме.       Вскоре облака снова закрыли солнце, поэтому вероятность использования учителем его клановой техники приравнивалась к нулю. — Нужно подождать, пока солнце снова выглянет, — тихо прошептал нам учитель. — Если продержимся, то шанс победить у нас есть. — Вы опять собираетесь использовать свою технику? — спросил я и получил в ответ кивок. — Тогда вам стоит немного накопить чакры, дабы успешнее сдерживать врага. — Ладно. В случае необходимости я вмешаюсь, — предупредил учитель. — Пытайтесь с ним разговаривать и оттягивать бой.       Увидев наши тихие переговоры, человек-акула решил немного нас позлить, чтобы спровоцировать нас. — Что вы там шепчетесь? Страшно стало, да? — с ухмылкой спросил Кисаме. — Не сработает, — прямо ответил я. — Печально. Можно было убить вас быстро, но теперь я высосу всю вашу чакру до последней капли. — Да ладно тебе. Лучше скажи, зачем тебе он? — спросил я, указывая на чиновника. — Тебе необязательно знать. — Дело в том, что ты очень силён... Если мы будет его защищать, то все умрём, а если отдадим охраняемого без боя, ты ведь пощадишь нас? — Хм… — мои слова заставили Кисаме задуматься. — А если и пощажу, отдадите мне его бренную тушку? — Нам нужны гарантии, — ответил я, немного подумав. — Ну, тут уж сами думайте, как успешно отделаться от меня. — Хорошо, но дай нам время, — подал голос Итачи. — Три минуты вам будет достаточно, — вынес вердикт Хошигаки. — И ещё… Попытаетесь сбежать — убью.       Мы молча кивнули и отошли на достаточное расстояние, чтобы враг нас не слышал. — Отличная работа, ребята, — похвалил нас учитель. — Солнце вот-вот появится. — Так что вы задумали, капитан? — спросил Какаши. — Сейчас всё увидите, — сказал мужчина, посмотрев на выходящее из-за облака солнце. — Прикройте меня, ибо мне нужно незаметно сложить печати, дабы заставить Кисаме врасплох.       Солнце и вправду снова осветило поле сражения, что было нам на руку. Мы встали перед учителем, убедившись в том, что ожидающий ничего не видит. — Всё, довольно! Каков ваш от… — не успел он сказать, как его снова парализовало. — Техника Теневого Подражания прошла успешно, — прокомментировал довольный Шикаку. — Что?! Но я же не видел твоей тени на поверхности воды! — противник был в недоумении. Мы были в том же состоянии. — Видишь ли… Вода, созданная твоей чакрой, абсолютно прозрачная. Ежели на объект падает свет, то тень будет на дне. — Теперь я понял, почему вы заговаривали мне язык, жалкие щенки! — прорычал Кисаме. — В этом и была твоя ошибка, — ответил учитель, но использовать Теневое Удушение не собирался, так как он всё равно не сможет довести эту технику до логического завершения. — И что же вы собираетесь делать дальше ? — спросил оппонент, ухмыльнувшись.       Мы ему ничего не могли ответили, так как действительно не знали, что делать дальше. Шикаку снова начал думать, так как теперь времени у нас было достаточно, но Кисаме не сдавался. Он снова начал разжимать кисть, чтобы выпустить из неё Самехаду. — Да он не человек… — прошептал учитель.       Вскоре он совершил задуманное, и меч из акульей чешуи снова начал атаковать, но для нас это не было неожиданностью. Шикаку предугадал это и дал нам план действий, исходя из наших способностей. Мы с Итачи начали действовать. Я бросил в Самехаду заготовленный кунай с печатью телепортации. Как и ожидалось, он просто отбился и полетел в другую сторону. — Слишком наивно, — ухмыльнулся отступник. — Не делай поспешных выводов, — предупредил противника учитель.       Тот ещё шире ухмыльнулся и, повернувшись в нашу сторону, был мягко говоря шокирован: — Он что, телепортировался? — Да, ты прав. Этот ребёнок выучил приём Четвёртого Хокаге — Технику Полёта Бога Грома, — пояснил Шикаку.

Пояснение

      Надеюсь, вы внимательно читали предыдущие части. Если вам ничего не понятно, поясню: Кэтсуо может использовать лишь первый этап Техники Полёта Бога Грома, то есть телепортироваться к самой печати в недвижимом состоянии. Также это возможно, если цель двигается медленно. А теперь момент телепортации к Самехаде... "Кунай ведь был в полёте. Тем более летел он с высокой скоростью, иначе он бы просто упал в воду. Как же так вышло?", — наверняка вы зададите себе этот вопрос. Дело в том, что при столкновении куная с Самехадой был мимолётный момент, когда кунай попадает в цель и не двигается, после чего отскакивает. Вот именно в этот момент Кэтсуо и телепортировался.

Конец пояснения

      Я нанёс удар ему под нижнюю часть рта Самехады, вследствие этого он подлетел в небо. Решающий ход был за Итачи: — Стихия Огня: Техника Огненного Дракона!       Учиха тоже не был слабаком и имел свои козыри в рукаве. Правда в том, что эта техника отнимала у него довольно много чакры, из-за чего он был не в силах использовать её дважды. По крайней мере, в своём-то возрасте.       Техника попала точно в цель, так как у Самехады не было возможности увернуться от неё в воздухе. Я должен подхватить её, дабы привести в действие наше последующее действие, и, приблизительно рассчитав место падения, побежал к нему.       Мои вычисления оказались верными, поэтому объект упал мне прямо в руки. Я решил на всякий случай поставить на него печать телепортации из чакры. Взяв меч за рукоять, я ощутил острую боль, но всё же не выронил его. Оказалось, это сама Самехада выставил акульи шипы, которые насквозь прошли через кисть руки. Видимо, пропадать они и не думали. Я встретился взглядом с учителем, после чего предупредительно кивнул и в мгновение ока оказался возле Шикаку, так как на нём была моя печать. Ранить Кисаме было нельзя, так как из-за этого я раню учителя, поэтому я решил высосать его чакру с помощью его же оружия.       Подбежав к противнику, я приставил к его плечу острие меча. Открыв рот, меч укусил нашего противника за левый плечевой сустав и начал высасывать из него чакру. Я в свою очередь начал забирать чакру из меча себе, дабы быть готовым к последующему противостоянию. — Ах, ты... Гадёныш! — разозлился Кисаме и выбрался из Техники Теневого Захвата.       У него осталось меньше половины чакры. Когда техника учителя больше не действовала на человекоподобную акулу, я без угрызения совести приставил лезвие меча к его левому боку и потянул его на себя. Вся вода под противником стала багрового цвета. Он стоял на левом колене и держался за бок. Я выронил меч, потому что он выпустил ещё несколько шипов, которые моментально впились в ладонь. — Чёртов сопляк… — прошептал Кисаме, после чего слился с мечом и уполз в сторону леса.       Состояние нашей команды было далеко не лучшим. Радовало то, что они могли ходить на своих двух, иначе мне пришлось бы тащить всех четверых. Без всяких разговоров я взял господина Кенджи себе на плечо, и мы вышли на сухую землю. Вдруг нас отвлёк зов, который раздавался где-то за нашими спинами. Я обернулся и увидел девушку немного младше моих лет с рыжими волосами. — Я видела ваше сражение, — проинформировала она. — Вы довольно хорошо сражались против преступника S ранга. — Раз он так опасен, то могла бы и помочь, — усмехнулся я. — Прости, я не люблю ввязываться в игры больших мальчиков, — кокетливо высунула язык она, улыбнувшись. — Как тебя зовут? — Мей Теруми, — кратко ответила девушка.       В ответ мы все представились ей и рассказали о сути нашей миссии, когда поняли, что она пришла с добрыми намерениями. — Не повезло вам. На своей первой же миссии встретить такого опасного преступника, — посочувствовала она нам. — Если хотите, я могу вас проводить в особняк моего клана. Там всё равно никто не живёт, а я лишь изредка туда наведываюсь.       Мы согласились и отправились в путь. Шли мы в основном молча и к позднему обеду уже были на месте. Неожиданно для себя я заметил, что мои перебинтованные раны подозрительно вспухли. Сняв бинты, я увидел багровые, как мои волосы, руки. Открыв дверь и запустив туда ребят, Мей спросила: — Почему ты не заходишь?       В ответ я только показал ей свои руки. — Кажется, я знаю, почему это произошло… — Что же это? — Яд, — коротко ответила девушка, буквально проталкивая меня в главную комнату здания. — Подожди, сейчас я принесу лекарство.       Пока она отсутствовала, я немного переваривал происходящее. Незнакомка дала нашей команде место, где мы можем переночевать, и ещё помогает мне с ранами. Её рыжие, как осенний лист, длинные волосы, локонами падающие к плечам, немного хитрое личико, зелёные, как морская пучина, глаза и великолепные пропорции тела определённо вызвали моё восхищение. — Хей, задумался о чём-то? — пыталась достучаться до меня Мей. — Ммм? Ах да… Прости, — улыбнулся я. — Ничего страшного. Я понимаю, что ты устал, — с пониманием сказала девушка. — Протяни-ка мне руки.       Я молча сделал то, о чём она меня попросила. Сначала Мей промыла мои раны горячей водой, а после нанесла какую-то жгучую мазь, но на моём лице даже мускул не дёрнулся, после чего девушка взяла чистый бинт и снова перевязала мои руки. — Большое спасибо, — поблагодарил я. — Не расскажешь, что это за яд? — Меч был создан из шкуры Колючей акулы — это единственный вид ядовитых акул, поэтому Самехада может при своём желании отравить пользователя. — Каков результат действия яда? — Повреждение тканей, боль, гиперемия, отёк... В общем, ничего необычного. — Понятно. Ещё раз благодарю. — Да хватит тебе, — улыбнулась она мне в ответ. — Лучше расскажи о себе.       Мы сели на диван перед камином, и я начал рассказывать свои историю вкратце, умалчивая только о Кураме. — Нарколепсия? И как ты стал шиноби после этого? — удивилась она, прослушав мой рассказ до конца. — Техники отца помогает мне беречь время, — ответил я. — Это какая?       В ответ я лишь дотронулся до её плеча, поставив печать чакры, а после отошёл в другой конец комнаты. Спустя мгновение я снова оказался в сидячем положении на диване, как ни в чём не бывало. — Так вот как ты телепортировался к Самехаде… Я даже забыла об этом спросить. — Ничего страшного, — подбодрил я её. — А о себе расскажешь? — Я была дочерью главы клана Теруми. Но однажды весь наш клан был уничтожен из-за Кеккей Генкая — Стихии Лавы. Родители смогли спасти меня, после чего я под новым именем поступила в академию, а мою предрасположенность к Стихии Лавы приходится скрывать, поэтому я не использую её на людях. Совсем скоро я выпущусь из академии, так как упорно тренировалась с четырёх лет — таковы правила клана. Прихожу я в этот особняк лишь для того, чтобы поддерживать барьер своей чакрой, иначе его обнаружат. Сегодня я как раз занималась этим, но увидела огромное цунами, поэтому решила проверить его место появления. А дальше ты всё знаешь, — поведала мне Мей.       Её лицо погрустнело. — Ты, самое главное, не переживай. Теперь мы можем стать друзьями, — пытался подбодрить её я, но на этих зелёных глазах увидел слёзы. — Ну-ну, не стоит плакать. Знай, что ты всегда можешь на меня положиться, ведь я всегда буду с тобой.       Я её обнял, нежно поглаживая её по мягким волосам. Её мокрое лицо упёрлось в мою грудь, тихо посапывая. Вскоре всё же немного успокоилась. — В смысле всегда будешь со мной? — подняла она на меня свои живые изумрудные глаза, в которых я начал тонуть. Так было минуту, а может и две...       После я молча оголил её плечо, дабы показать свою печать. Она почему-то покраснела, но не мешала. — Жуткое название. Это твоя печать телепортации? — Да. Именно это настигнет любого, кто навредит тебе, уж я-то почувствую. — Спасибо, что выслушал и утешил, — поблагодарила меня Мей, но моего ответа не последовало, потому что я опять провалился в сон. Спустя минуту я ощутил у себя под головой что-то горячее и мягкое, а на теле, по моим ощущениям, появился тёплый плед. Я мирно посапывал…

***

      Уже спустя час я пришёл в сознание. Было раннее утро. Я оглянулся, но в гостиной никого не было. "Я заснул прямо на диване? — спрашивал я у самого себя. — Как некрасиво…"       Почесав затылок, я отбросил эти мысли в сторону и начал искать хоть кого-то. Зайдя в кухню, я увидел Мей, господина Кенджи и свою команду, а уже совсем скоро мы все направились к месту битвы, дабы похоронить павших в бою и поискать возможные следы.       Придя на место, мы увидели, что ничего не изменилось. Похоронив свиту нанимателя, мы проводили господина Кенджи в деревню, а сами уже хотели выдвигаться в обратный путь, как вдруг и Мей, и Кенджи просили нас немного задержаться, но мы отказались, сославшись на сроки прибытия в деревню. Чиновник сказал, что следующий корабль придёт только после обеда, поэтому мы можем задержаться. Мы согласились и воспользовались Техникой Перевоплощения, чтобы скрыть свои личности. Шиноби Тумана не очень хорошо ладят с шинби Листа, а снова ввязываться в какие-то истории нам не хотелось.       Как позже оказалось, господин Кенджи связался с Конохой для предложения сотрудничества по устранению диктаторского режима, который устроил нынешний Мизукаге Ягура Каратачи...       Несколько часов мы ходили по деревне. Самым запоминающимся, наверное, был водопад. Мей сказала, что он умеет исполнять желания, если в них верить. Поняв намёк, мы подошли к краю самого берега и пожелали каждый что-то своё. Слева от меня стояла Мей, и я невольно засмотрелся на неё. Девушка, заметив это, повернулась в мою сторону и тепло улыбнулась, на секунды выбив меня из колеи. Я быстро вернул самообладание, и мы продолжили путь.       Вот мы уже подходили к воротам. Я и Мей шли позади всех, увлечённо разговаривая о всяком. Когда мы уже подошли к выходу, девушка встала на цыпочки и поцеловала меня в щёку. Я почувствовал её мягкие и нежные губы, и мы вместе немного покраснели. Это прекрасное прикосновение я запомню навсегда.       Попрощавшись, мы начали постепенно отдаляться от сопровождающих. Мей так же тепло улыбалась и махала ручкой. "Я буду ждать тебя", — кажется, мне это не послышалось.       Когда мы отдалились достаточно далеко, у меня в груди что-то заныло. Причиной этого была какая-то потеря.

Что это за чувство?