А всё началось с чаепития...

Работа заканчивается, как и всегда, в восемь. Поэтому, осталось не так уж и долго. К тому же, гости начали разъезжаться по домам, а может и для продолжения банкета. Остонавившись на месте, я устало прикрыла глаза, которые так и слипались. За день ужасно вымоталась. Когда открыла уже было чуточку лучше. — Эй, Ли, Бао просила передать. — Кэ Лэ положила на мой поднос небольшой клочок бумаги и тут отправилась дальше. До конца осталось немного. Терпи, Ли Джи Хе, терпи. Всё оставшееся время я поглядывала на настенные часы, выжидая, когда же закончится эта мука. И вот, финал настал. Несколько человек ещё останутся ну, а я, Бао, Сидни и Кэ Лэ можем идти домой. Всего сегодня работало 12 человек, и все были по четвёркам. Мы первая четвёрка, те дамы которые выгнали нас во время обеда — вторая, а та, которая останется работать до 12 ночи — третия. Как только я зашла в комнату для персонала, я развернула клочок бумаги, который вручила мне Кэ Лэ. Рвали его, определённо, на скорость. Это просто уголок какого-то листа.

Ли, приходи в кафе «Jangnan¹» на ***, в 13:00. Незабудь одеться покрасивее! Будем праздновать рождество вместе с остальными девочками. Еда за мой счёт. Бао😋

Было написано в записке. Что ж, думаю, раз уж на то пошла, можно и денёк отдохнуть. К тому же, еда бесплатная! Но…немогу же я прийти, покушать и уйти? Верно, нужен подарок. Завтра купить или сегодня…думаю, завтра. Так будет время подумать. Через пару минут я уже шла по холодной улице, на каблуках. Думаю, прогулятся не такая уж и плохая идея. Как ни странно, но сеголня идёт снег. В Корее его можно увидеть редко, но сегодня, перед Рождеством, погода решила сделать исключение. Не то что бы я не любила снег, но когда идёшь в каблуках, это далеко не самое заветное желание.

***

Дом, милый дом. Как только я зашла в комнату, я тут же закинула туфли куда подальше и босыми ногами отправилась к столу, попутно кинув сумку на комод и повесив пальто на вешалку. Плюхнувшись на стол и облакотившись головой о руку, я прикрыла глаза, наслаждаясь тишиной. Похоже, одни соседи куда-то умотали перед Рождеством, а другие уже легли спать. Я открыла глаза и встала со стула. Переодеться, всё же, стоит. Не хочу возвращать мятую одежду. Завтра, по пути в магазин, заодно и занесу одежду. Сняв с себя бежевые копронки, я откинула их в сторону — потом уберу. Потом сняла фартук и, рястягнув застёжку на платье, скинула и его. Бережно повесив данную одежду на спинку стула и, оставшись лишь в нижнем белье, я стянула с волос резинку. Что предоставляла множество неудобств. Чёрные пряди рассыпались по хрупким плечам и начал немного щекотать кожу. Большинство волос упали на спину, но некоторые прядки на грудь. Я скинула их лёгким жестом руки назад и подобрала разбросанные мной вещи, поставила обувь возле входа и убрав копронки в комод, бережно свернув их. Я подошла к электронному чайнику и включила его в разетку, не став наливать воды, ведь, она там уже была. Я взяла кружку и положила в неё пакетик чёрного чая. Через пару минут вода закипела и я налила её в кружку, вода тут же стала чёрной, а в комнате почувствовала аромат трав. Положив немного сахара, я размешала его в чае и принялась за напиток. Жалко, молока нет, а то бы выпила стаканчик. За пару месяцев жизни во дворце, и, получается, одну ночь здесь я уже привыкла пить молоко утром и вечером. А ещё, я скучаю по ходящему за мной по пятам Феликсу и беспокоищейся за моё самочувствие Лили. Все эти поцелуи в лоб, которые она дарила мне на ночь, переполняли меня счастьем. Она была как настоящая мама, пусть и не родная. За мои две жизни, у меня никогда не было матери. Одна отказалась от меня в пять лет, бросив около здания детского дома, а вторая умерла, при моих родах. Но, ладно хоть, у меня был хотя бы один отец, который действительно любил меня. Даже если я плохо его знаю, я всё равно немного скучаю.

***

Меня разбудил очередной будильник, поставленный на девять утра. А проснулась я прямо на столе. Без понятия как я уснула сидя за столом! Но нужно вставать. Встав из-за стола и протерев глаза руками и взяв необходимые вещи я отправилась в душ. Очереди не было, да и в квартире царила тишина. Стоя под струйками воды и напевая незнакомую мелодию, только что придуманую у меня в голове, я задумалась. А что же стало с моим телом в том мире? Неужели, я умерла? Или как здесь, всё что здесь происходит это одна длинная ночь там? Хотя, сейчас я здесь, поэтому, меня не должно это волновать. Думаю, сразу оденусь. — с этими мыслями я принялась рыться в комоде. Ища хоть что-то нарядное. И ведь нашла! Одно единственное голубое платье, выше колена на ладонь. Вверх, то есть область груди, была бледно голубого цвета, а низ уже поярче. Вверху было четыре белых пуговицы, пришитых вряд, а так же пара розочек из ткани, закрывающих верхний шов. Внизу был дополнительный прозрачный слой, поверх основного голубого, внизу которого были такие же розочки, как и в верху, только они разделились на два ряди, а среди рядом была белая блестящая полоска. Прозрачный слой был немного длиннее основного. Руковов небыло, от слова совсем. На месте шва были только такие же белые-блестящие полоски, как и на нижней части платья. На верх закинула персиково-розовую кофту с длинным рукавом, концы которого были подвёрнуты. Волосы оставила распущенными. На ноги одела те единственные чёрные балетки, без какого-либо каблука. Взяла свой рюкзачок, в который и сложила вчерашний наряд с обовью. Накинула сверху свою «любимую» чёрную куртку и отправилась в путь, не забыв взять ключи и закрыть дверь. Времени было больше двух часов, поэтому я спокойно, никуда не торопясь, шла по почти пустой улице мегаполиса. Зима-зима, светает поздно, темнеет рано. На улице всё ещё было темно, но несмотря на это фонари не горели. Город освещал лишь свет из окон домов, и луна, которая вот-вот сменится на солнце. Благодаря моей великолепной работе за этот месяц, я могла спокойно позволить себе отдохнуть и купить рождественский, пусть и небольшой, подарок. Зайдя в первый, попавшийся на пути, магазинчик с разными пабрикушками я тут же начала рассматривать то, что может понравится девушкам. И вот, пару минут спустя я уже стояла перед выбором рамка для фотографии, белого цвета или брелок, ввиде кошачьей лапки. Стоило практически одинаково, да и выглядело и то и другое очень мило. Через пять минут я уже стояла на кассе, и мне упаковывали брелки в новогодние коробочки с красными бантиками. Осталось только занести вчерашнюю одежду и доехать до указанного места.

***

— Ой, Ли, ты как куколка в этом платье! — восторженно воскликнула Кэ Лэ, прихлопывая при этом в ладоши. — Верно-верно! Такая фарфоровая, с белой кожей и длинными чёрными волосами… — описала меня Сид и ярко улыбнулась. — Красавица! Ещё бы кудри сделать… — сузила глаза Бао и хитро улыбнулась. — Спасибо, вы тоже великолепно выглядети! — я ответила улыбкой. Чёрный, словно крыло ворона, волосы Кэ Лэ были завиты. А чёлка закреплена сзади золотой заколкой, в виде цветка. На ней было одето бежевое, обтягивающие платье и серые, с чёрным бантиком на носу, туфли на невысокой танкетке. Волосы шатенки были собраны в замысловатую причёску, похожую на кубышку, и закреплены белым бантиком-заколкой. Тёмно синее платье обтягивало её тонкую талию, а после становилось расклишонным. На юбке платья был дополнительный прозрачный слой ткани, с золотыми звёздочками. Оно чем-то напоминало космос. На ногах были белые, обтягивающие сапожки подходящие до колена, на невысоком каблуке. Сидни же была одета более ярко. Волосы были завиты в крупные кудри и обильно сбрызганы лаком. Ядовито розове платье, которое было на две ладошки выше колена, идеально сидело на ней. Верх его был украшен такими же розовыми, мелкими блёстками, а низ такой же прозрачной частью частью, как и у Бао, только вместе со звёздочками были и блёстки. На ногах серые, лаковые туфли на каблуке. Осмотрев друг друга мы обменялись подарками. Пусть, мой подарок был и не самым шикарным, но он был. Сидя здесь уже около девяти-десяти с лишним часов я, наконец, не чувствовала себя одинокой. За всё время, начиная с моего выпуска из школы, я первый раз отпраздновали рождество с кем-то. Каждый раз, когда я проводила его одна, я мечтала о том, что бы рядом со мной был какой-то человек, который скажет: «С Рождеством…Атанасия». Промелькнуло несколько воспоминаний, отдоваясь болью в голове. Я зажмурила глаза, в надежде что боль хоть немного утихнет, но она лишь усилилась. Руки неосознанно потянулись к голове и схватили за волосы, губы стали тонкой полоской. Боль так и продолжала пульсировать в голове. — Ли, что с тобой? — обеспокоенность спросила Бао. — Ммм…голова болит. — проговорила я и открыла глаза, но боль никак не утихала. Кэ Лэ дотронулась до моего плеча, в попытке сделать лучше, но это никак не действовало. Да, это успакаивало меня, ведь, на глазах уже развернулись слёзы из-за невыносимой боли, всё ещё пульсирующей в голове. Я взглянула на них из-под чёлки и увидела, как Сид рылась в сумке. Она что-то искала. — Вот. Выпей. — сказала она, прекратив рыться в сумке. Сидни протянула ладошку, в которой лежала светло зелёная таблетка-капсула, а Кэ Лэ подвинула ко мне стакан с соком. Я послушно взяла таблетку и, положив её в рот, залпом выпела стакан сока, запивая таблетку. — Думаю, я пойду домой. — вяло проговорила я. Таблетка начала немного действовать, но голова ещё гудела. — Но ведь осталось всего пол часа до 12! — воскликнула Сид, поглядывая на часы. — Всё хорошо. — я вымучено улыбнулась, — Мне не привыкать встречать Рождество одной. — вымученая улыбка сменилась грустной. Похоже, никто так и не скажет мне сегодня «С Рождеством» в двенадцать ночи. Глаза неосознанно посмотрела в огромное окно на всю стену. Снег всё ещё шёл на улице. — Ты уверена? — наклон в голову набок спросила Кэ Лэ. В её голосе были слышны нотки грусти, но, похоже, никто кроме меня их не заметил. — Да, уверена. — улыбка ещё не пропала с моего лица. — Хорошо… — сказала Сид, — С наступающим! — и тоже улыбнулась. — С наступающим! — проговорили в один голос Бао и Кэ Лэ, и одновременно рассмеялись. — Вас тоже. — я встала из-за стола, одела куртку, взяла свой рюкзак и выпорхнула на улицу. Снег тут же начал слепить глаза, а щёки начал щипать холод. Но именно благодаря этому холоду голова начала утихать и через пару минут моей ходьбы, вовсе утихла. Достав из кармана рюкзака наушники, я подключила из в телефону, включила какую-то грустную песню и воткнула из в уши. Пока неубрала телефон, взглянула на время — 23:49. Осталось одиннадцать минут. Устало вздохнув, я прикрыла глаза прислушиваясь к музыке. Но я услышала не только её. Снег скрипел, но явно не под моими ногами. Я остановилась, подумав, что что-то забыла в кафе и одна из девчонок побежала за мной. Я посмотрела под ноги, а после поняла голову вверх. Сегодня хорошо видно звёзды. — подумала я и прикрыла глаза. В голове пробежало несколько воспоминаний из прошлой жизни. Как я маленькая сижу с папой в саду и пью мой любимы чай… Стоп! Маленькая. С папой. Чай?! Я ведь… — Атанасия! — услышала я, сквозь музыку из наушников. Открыв глаза и посмотрев вперёд себя я застыла, не решаюсь обернуться. Сейчас я не Атанасия, но почему такое чувство, что окликнули именно меня? — Хэй! Принцесса, ты оглохла что ли? — этот голос. — Л-лукас. — на глазах навернулись слёзы, а плечи слабо затреслись. Я посмотрела через плечо и увидела знакомого паренька. — Ты что, замёрзла? Так тресёшься. — подошёл совсем близко ко мне. Я обернулась. Рубиновые глаза, которые, кажется, только что сверкнули. Чёрные, с синим отливом волосы, как обычно взъерошины. Губы, которые сейчас немного приоткрыты. И руки, спрятанные в карманы джинсовки. — Лукас! — я бросила к нему на шею, зажимая в объятиях. Слёзы уже скатились градом по моим щекам, оставляя холодные, влажные дорожки. — Что с тобой? Ты чего, принцесса? — удивился брюнет. — Это и вправду ты! — я отстранилась от него и увидела ухмылка, такую знакомую и родную, что сама непроизвольно улыбнулась, — Как ты узнал меня? — уже вытирая руками слёзы, спросила я. — А как я мог не узнать? — ответил вопросом на вопрос Лукас, от чего моя улыбка стала ещё шире, — Даже если твоя внешность поменялась, я всё равно узнаю тебя. — красноглазый наклонился ко мне. — Тогда, как ты нашёл меня? — Я найду тебя везде. Пара мгновений и наши губы соединились в нежном поцелуе. Глаза прикрылись, при этом взглянув на лицо парня. Я почувствовала сладкий привкус на его губах. Вишня. Это определённо вкус вишнёвого печенья, которое Лили готовила каждый раз, как Лукас приходил наведаться в мою комнату, а приходил он часто. Воздух предательски закончился и я приоткрыла глаза, на которых была тоненькая пелена. Его глаза тоже были приоткрыты, а взгляд был какой-то затуманеный. Я облизала губы, в попытке вновь почувствовать вишнёвый привкус. Но, похоже, ни осталось ни малейшего намёка на него. Ещё. Хочу ещё. Я вновь примкнула к губам мага. Его руки обняли меня за талию и протянули ближе к себе. Мой язычок прошёлся по нижней губе парня. Вот он, тот желанный, вишнёвый вкус. Мы вновь отстранились. Я облизала губы и улыбнулась. Маг тяжело дышал. Я обвила руками его шею и прижалась к нему ещё сильнее, положив голову ему на плечо. Этот чудесный момент прервал звук моего телефона. Я выпустила Лукаса из объятий, разблокировала телефон и посмотрела на его экран. Где-то в далеке послышался звук фейерверка. — С Рождеством, Ати. — мягко произнёс Лукас, рядом с моим ухом. Всё-таки, это рождество я праздную не одна. — Спасибо, Лукас. — я подарила ему лёгкий поцелуй в щёчку, — С Рождеством. — Пора возвращаться и возвращать твои воспоминания, Атанасия. — Верно. Нас озарил яркий, красный свет, который излучал тепло. Я прикрыла глаза и снова обняла парня. Чувство пустоты, которое было у меня прошлым утром, куда-то испарились. Не оставив и следа. Его заняло лишь одно чувство…

Любовь