5
26 сентября 2020 г., 12:08
— Эй, чего разлёгся тут? Мы тебе личные водители что ли? Я лично будить спящих красавиц не нанимался. Вставай быстро и выходи. — Мужчина в стандартной форме комиссара стукнул дубинкой по машине.
Элиос вскочил с уже нагретого места. Они ехали довольно долго, около трёх-четырёх часов. Конечно, парень не мог знать точно, он уснул на половине и казалось, что проспал полдня. Медленно на трясущихся от холода ногах он еле выполз из прогретой машины… И обомлел.
Они находились в лесу с огромными деревьями, было даже сложно предположить их примерную высоту. Всё вокруг было покрыто снегом и это был не тот снежок, который высыпало на поля у них в городе. Это были настоящим сургутские сугробы. Казалось, в них можно было утонуть и не выбраться.
Прямо перед лесом возвышалось огромное здание больше похожее на пентагон, оно было ненамного меньше министерства обороны США, имело треугольную форму. Высоко на верхушках, вдоль стен, виднелись снайперы и смотритель. Это была не просто какая-то тюрьма по типу городских, что находятся в каждом округе, из этой никому не удастся сбежать.
Зайдя внутрь, Монтроуза повели по длинному коридору к вахте за которой стоял мужчина лет тридцати. Он прижал Элла лицом к стене и сообщили его данные.
— Элиос Монтроуз, двадцать семь лет, статья 25.5. — Комиссар махнул рукой и несколько мужчин, стоящих неподалёку, схватили зеленоглазого и повели по тёмному коридору.
Выйдя, они оказались в обширном помещении, каменные стены отдавали холодом, чуть дальше виднелись деревянные столы и лавочки за которыми сидели мужчины в специальной форме разных возрастов. Элли заметил, что у многих из этих присутствовала красная нашивка на одежде в виде галочки.
«Наверное, где-то там будущие сокамерники стоят, кто знает на сколько мне повезёт, добрых и радушных я тут вряд ли найду». — Подумал парень, проходя между столов к лестнице ведущую на второй этаж зала. Поднявшись наверх, мужчина снова прижал Монтроуза к стене и начали его обыскивать.
Всё предметы в карманах уже забрали на вахте при входе, но видимо у них всё очень тщательно. Комиссар развернул зеленоглазого к себе спиной.
— Раздевайся, — строго приказал он, смотря прямо в глаза. Элли растерялся и начал паниковать, в его воспоминаниях промелькнули ужасные моменты недавно минувших дней. Парень содрогнулся.
— Эй, мне самому тебя раздедь что ли? — Комиссар потихоньку свёл нахмуренные брови. — Успокойся ты, нам просто нужно убедиться, что ты ничего не спрятал. = Несмотря на весь суровый вид комиссара, он оставался терпимым и невозмутимым в отличие от надсмотрщиков, которые сопровождали их. Они стояли и еле сдерживали смешки. Элиос решил закончить это быстрее чтобы его проводили в камеру и он смог собраться с мыслями.
Сняв старую обувь, штаны и футболку он приступил к нижнему белью. Оставшись совсем нагишом, Элли съежился от проходящего мимо ветерка. За спиной комиссара послышалось перешептывания и еле слышная фраза «его точно отымеют, ставлю 100$».
— Открой рот, — мужчина подошёл в полную и начал рассматривать горло. — Теперь повернись.
Элли сделал как сказали и мужчина резко нагнул парня в позу рака. Комиссар раздвинул ягодицы. Элли сжал кулаки.
— Та не дрожи ты так, малец, это обычная процедура заключённого, мало ли какие дебилы что и где могут пронести.
Элиоса оставили в камере одного со сложенной униформой. Камера была небольшой с маленьким окошком в стене, две на вид скрипучие и ржавые кровати находились напротив друг от друга. В углу стоял небольшой столик на котором было немного вещей. Они явно принадлежали уже кому-то другому, так как на металлической кружке был написан номер и он не тот же самый, что и на полосатой майке Эла. По всей тюрьме раздался звон, сначала блондин встрепенулся и запаниковал, но потом понял, что этот мерзкий звук он будет слышать довольно часто. Трещание металлического звонка означало конец какого-то пункта в расписании жизни заключенных. Массивная дверь в камеру отворилась и туда зашел невысокий брюнет, смотрящий в пол, почти всё его лицо скрыто чёлкой, так и хотелось спросить видит ли он что-либо. Монтроуз не знал как себя вести, он лишь глупо пялился на сокамерника, который с кислой миной дошёл до своего спального места и бухнувшись на матрас, поднял взгляд на зеленоглазого, а после улыбнулся во все тридцать два зуба.
— Так ты теперь мой сосед? — ухмылка не сходила с лица черноволосого, — ну-ну, я не кусаюсь, по крайней мере, пока. — На бледной физиономии челкастого виднелось пара синяков и короткий шрам на виске, а на шее фиолетовые засосы. Это сбивало с толку, поэтому Эл молчал.
— Я Грей, Грей Шефферд, но фамилии в этом месте не нужны, тут даже именами особо не пользуются. Зови меня червь. — Скрип пружин отдался эхом меж стен. Брюнет уже стоял напротив Элиоса с протянутой рукой.
