***
Пробравшись в министерство магии, студенты столкнулись с пожирателями. Всё разом пришло в движение. В отделе тайн разгорелся бой. Все бились ожесточенно и беспощадно. Они бились насмерть. В какой-то момент я начал опасаться, что меня могут убить. Пожиратели не щадили детей и яростно наступали на них. Но выдержка и более глубокий опыт войны служили мне верным щитом. Пробившись ближе к Уизли и Грейнджер, куда долетали не все заклинания, я ловко орудовал Протего, мысленно добавляя ещё одно защитное заклинание, дабы щит был прочнее. Ударов почти не наносил, больше изматывая противников. Тем временем в комнату пробилась Беллатриса и с большим запалом стала разбрасываться Авадами. Видя, как на кончике палочки стали загораться зеленые искры, я убрал дополнительную защиту и поставил слабую протего перед рыжим. Естественно, заклинание пробило слабый щит и попало в Рона. От внутреннего восторга, я почти перестал слышать вскрики ужаса рядом стоящей Грейнджер. Пятерка учителей с группой авроров ворвались в зал, застав Пожирателей в расплох. Мои последователи были сломлены. Лишь пару раз в коридорах вспыхивали потасовки, крайне непродолжительные. После чего все были задержаны почти без помех. — Мистер Поттер! — воскликнула Макгонагалл. — Не потрудитесь объяснить? — Минерва, успокойся. — произнес Альбус, указывая на охладевшее тело Рона Уизли. Я быстро подскочил к телу, садясь рядом с плачущей Грейнджер. Боясь, что могу сорваться и рассмеяться. Надеюсь, сейчас слезы не нужны.***
Похороны проходили быстро и без изысков. Уизли бедны и не могут себе позволить, даже сына нормально проводить на тот свет. Было неприятно оставаться в их доме. Мерлин, даже в детдоме комнаты были чище! Поттера совсем не смущала эта антисанитария? На кладбище присутствовало всё семейство Уизли. Я был удивлен: вот есть же у них нормальные и талантливые волшебники, что ж с младшим было не так? — Гарри, не волнуйся. — как-то подошел ко мне мистер Уизли. — Мы не виним тебя в его смерти. Гермиона нам рассказала, как ты пытался закрыть его защитным заклинанием… — и заплакал. — Он умер как воин! «Нет, он умер как дурак.» Единственный человек, на которого я обращал внимание, была Грейнджер. Она излишне горевала по нему. Неужели любила его не как друга? Стараюсь оттолкнуть эту мысль — он же полный идиот! — Гермиона, — позвал я её. — Мы обязательно отомстим за него. Я тебе обещаю. Я обнял ее, она прижалась лицом к моей груди, и слезы потекли из глаз. Пока она плакала на моей груди, я погрузился лицом в её пышные волосы, скрывая довольную ухмылку.