Меня здесь не было

Cut the rope And let us go We will find the way. Detach — We Are На лінії вогню Я віддав тобі любов мою. На лінії вогню Ти була моєю тайною. Океан Ельзи — На лінії вогню

      В понедельник Кристоф пришел в офис с самого утра. Как он и предполагал, там было все перевернуто вверх дном, а на рабочем столе лежали почти сгоревшие бумаги. Магистр и не сомневался, что это были остатки его отчета о превышении полномочий. Взмахнув пепел в корзину, Кристоф принялся переворачивать мебель и расставлять книги и папки с документами. Максимилиан пришел, когда демон доставлял последнюю полку.       — Привет, Крис. С утра перестановку затеял?       — Да, с Шульцем обои выбирали.       — А, так ты уже в курсе. Ну и нахрена ты туда лез?       — Я обязан отчитываться? — язвительно бросил Кристоф, нарочно громко стукнув книгой о полку.       — Да нет, зря ты это сделал. — Максимилиан развалился на кожаном диване. — Шульц с тебя живого не слезет. Это теперь вопрос времени.       — Похуй.       Слушание Генерального совета назначили на среду. Кристофа трясло, пока он писал речь для выступления. Он должен добиться войны, должен. Хотя он знал, что она и так будет. Его отчет только пешка в мудреной игре вышестоящих. Ну их и к черту.       На счастье, Амарие не передались уныние и тревога карна. Она сидела возле него, плетя очередную ленту, и утешала его карнскими сказками. Они и вправду действовали. Много лет назад мама рассказывала их маленькому мальчику, к которому все не шел сон. Сказки, которые измученная карнская женщина рассказывала маленькому зеленоглазому мальчику.       … — В одной далекой стране жил молодой принц. Он был красивый и умный. И полюбил он принцессу из другого королевства. Она была прекрасна и нежна, как цветок лилии. Принцесса тоже полюбила принца, но ее отец, злой король, захотел разлучить возлюбленных, потому что отец принца был его злейшим врагом.       Выдал злой король свою дочку за очень богатого графа, и увез граф ее далеко от дворца, в свой замок на высоком берегу моря, и спрятал принцессу в самой дальней и в самой высокой башне, чтобы она не убежала. Плакала принцесса, горевала, думала о своем любимом принце. Не выдержало ее сердце, и вбросилась она из окна в море. Приняли ее воды, и принцесса сама стала морем.       Принц выходил на берег моря, горевал о своей возлюбленной. Не знал он, куда увез ее граф. Не мил стал принцу белый свет. Вдруг услышал он голос своей любимой из моря. Она звала его, волны нетерпеливо разбивались о скалы. Разбежался принц и пригнул со скалы. Он тоже стал морем, и наконец-то воссоединились любимые. И жили они вечно.       — Мам, а в карнов есть счастливые сказки. Ты только грустные рассказываешь…       — Может и есть, хороший мой. Только я уже не помню их. Спи, малыш…       В день слушанья Кристоф все также собрал волосы и надел линзы, обещая себе, что то в последний раз. Бордовый цвет камзола и плаща выгодно оттенял иссиня-черные крылья демона. Амарие надела одну из новых мантий, на ее лице уже появился легкий здоровый румянец. В волосы она вплела несколько лен, тем самым собрав их в аккуратный полухвост. Кристоф улыбнулся, его запястье тоже грела лента, спрятанная пот манжетой рубашки.       Генеральный совет проходил в резиденции фюрера на другом конце города. Выйдя из дому, Кристоф взял девушку под руку, не обращая внимания на взгляды и шепоты проходящих мимо демонов. «Да что он себе позволяет?», «Он, что, считает ее равной нам?», «А еще сын такого важного человека!». Плевать. Он больше не часть этого мира. Он уйдет, уйдет туда, где его дом. К черту все!       Амарие было некомфортно. Взгляды демонов заставляли ее вжаться в мантию, спрятать лицо в ее высоком воротнике. Ей не нравился этот город, ей не нравились демоны, они не намного лучше ангелов. Они хотят помочь карнам? Да плевать они хотели! Это просто вопрос раздела власти. Воздух был тяжел от витавшего вокруг напряжения. Грядет буря, причиной которой станет она. Начнётся война, но не ради нее.       В зале Генерального совета пестрели красные, черный и бордовые камзолы. Некоторые презрительно осматривали Амарие, грубо проводя взглядом от головы до ног, некоторые с интересом пожирали глазами Кристофа. Проходя ближе к трибуне, демон натолкнулся на невысокого крепко сбитого мужчину.       — Герр Шульц. — Кристоф слегка кивнул головой.       — А, герр Ангст. Поздравляю, все же Вам удалось собрать нас здесь, чтобы начать войну. — Приторно-сладким голосом вел Шульц. Плохо наигранная улыбка все не сходила с его лица. — Только помните, герр Ангст, на войне иногда пуля может попасть не во врага, а в союзника. Поэтому, будьте осторожны.       — Непременно прислушаюсь к вашему совету. — Кристоф также наигранно улыбнулся и направился дальше, не отпуская руки Амарие. Шульц провел взглядом девушку. А хороша же, тварь! Может от нее живой больше пользы будет?       Внезапно все голоса стихли, на главную ложу вышел сам фюрер, старый сгорбленный мужчина, похожий на крота в очках. Со спины безвольно свисали два почти прозрачных, как сброшенная змеиная шкура, крыла. Голос его был сиплым и еле слышным, поэтому в зале не было слышно ни одного лишнего звука.       Примерно полчаса ушло на бюрократию, перечисление титулов и должностей. Наконец-то слово дали Кристофу. Демон гордо выпрямил спину, расправил крылья и вышел к трибуне, чем уже ошарашил присутствующих. Ведь о Кристофе слышали только как о жалком младшем сыне самого генерала Ангста, обычном безвольном калеке.       Кристоф говорил недолго, засыпал слушателей только фактами и подчеркивал, что ангелы посягнули на суто демонское, таким образом нажимая на нужные рычаги трижды проклятого достоинства. Затем он пригласил на трибуну Амарие. Та скинула мантию и вышла к демонам в легком платье, которое подчеркивало ее худобу, бледность и выпяченные кости. Сначала ее голос дрожал, но затем, как цветок под теплыми лучами, он стал крепчать, эхом разрастаясь по всему помещению. Девушка все сделала правильно. Мгновение после ее выступления стояла тишина, затем разразились громогласные аплодисменты.       Фюрер встал и все стихли. Сейчас решалась судьба страны.       — Герр Ангст, все это ладно да складно. Но я не вижу причин для начала войны. — В зале поднялся ропот. — Собрание Генерального совета оглашается за… — звук выстрела прервал его речь, из груди полилась черная, как нефть, кровь. Старик беспомощно свалился на землю. На ложу взошел Шульц, и, переступив через тело, произнес:       — Мы объявляем ангелам войну!       В зале поднялся шум, и началась возня. Кристоф застыл на месте, Амарие прижалась к нему, спрятав лицо в складках плаща. Кто-то дернул его за плечо.       — Кристоф, сын. — За спиной стоял генерал Ангст. Кристоф повернулся, и взгляд генерала упал на Амарие. — Вижу, что ты точно мой сын. Слабость к пестрым. — Кристоф слегка улыбнулся. — Теперь, если не ради себя, так ради ее блага, беги отсюда подальше. Война с ангелами только вершина айсберга. Шульц не оставит вас в живых.       — Спасибо, отец.       — Мое почтение, госпожа Амарие. — Мужчина кивнул головой и исчез в толпе.       Кристоф в последний раз посмотрел на бурлящий океан Совета и, потянув Амарие за руку, вышел из резиденции. Им здесь было больше не место. В квартире он снял и выбросил линзы, скинул камзол, выбрав более удобную одежду. Посоветовал Амарие сделать то же и сунул ей рюкзак для вещей.       — Собирай быстро всё необходимое.       Сам он достал из тайника золото и демонские деньги, на выходе нужно будет найти менял. Бросил всё это в ещё один рюкзак, туда отправилась тёплая одежда, а затем и всё съестное содержимое кухни. В коридоре его уже ждала Амарие, в руках она держала коробку с хамелеонами.       — Ты же не бросишь их?       — Подумаю. — Крис обеспокоенно глянул на ноги девушки. Её обувь никуда не годилось. В шкафу нашлись старые ботинки, они будут великоваты. Захватив в комнате шерстяную рубашку от формы, он разорвал ее напополам, и обмотал ноги девушки. Он даже не предполагал, что ему пригодятся полученные в академии умения вязать портянки. Теперь туго зашнурованные ботинки почти не болтались.       — Хамелеонов занесем Максимилиану, моему заму. Он недалеко живёт. Готова? Девушка кинула. Крис завязал ещё один шарф вокруг воротника ее мантии, снял со стены карту поверхности. Ближайшее свободное поселение карнов было в трех днях ходьбы отсюда. С Амарие, наверное, получится дольше. Кристоф открыл двери в последний раз, посмотрел на свое жилье и без тени сожаления покинул его.       Максимилиан долго не открывал, затем стало понятно почему. Опухшее лицо, неряшливый вид и следы красной помады намекали на то, что тот не тратил зря свой выходной.       — Крис, ты с дуба рухнул? Почему стучишь, как тукан?       — И тебе не хворать, Макс. Ты говорил, что давно хотел себе хамелеонов? Тогда держи. А здесь, — Крис положил сложенный лист на коробку, — рекомендации по уходу за ними. Мое заявление в верхнем ящике стола. Прощай!       Макс нервно сглотнул, пытаясь вникнуть в смысл услышанного.       — А ты куда?       — Подальше отсюда. Ты проспал начало войны. Демон окинул хищным взглядом спутницу своего уже бывшего начальника.       — А она того стоит. Удачи. — Наверное, это было первое искренне высказывание Макса в сторону Кристофа.       Поверхность встретила беглецов слоем снега, который искрился на ярком солнечном свете.       — Пошли, милая?