Шизик, страстно любящий своего психолога

      Генрих спал долго, с обеда до утра. Открыв глаза и осмотревшись, он не увидел психолога и расстроился. Встав, немец немного походил, а потом сел перед дверью, как верный пёс. Хотя наверное роль пса тут больше исполняет Александр.       Психолог пришёл ровно в 8 утра. Как обычно он выглядел уставшим, но сейчас ещё и измученным. Мешки под глазами были чуть чуть меньше, ведь сегодня он смог поспать. А сейчас он принёс немцу завтрак и предварительно запер дверь. — Привет. — коммунист с трудом ходил, но на удивление для немца, он продолжал сохранять тепло и добрую улыбку. — Извини... — прошептал немец, при этом сидя в углу и обнимая ноги. - Извини меня. Я не хотел... Я сорвался. — Ничего страшного. Я тоже был виноват. — ответил психолог, поставив еду на стол и присев рядом.       Шизик обнял психолога и прижал к себе. А Саня обнял психа в ответ. Надежда в то, что доброта, тепло и любовь могут помочь Генриху была велика. А как говорят, надежда умирает последней. — Всё в порядке. Не нужно так беспокоиться. — Я же тебя изнасиловал. —Мужчина стал гладить парня по спине. — Ну... Ты не первый, кто со мной так поступил. Если честно, я привык быть никем. — врач удручённо вздохнул, но после тепло улыбнулся. — А кто ещё? — Фриц изогнул одну бровь, вглядываясь в лицо русского. — Не бери это в голову. Лучше поешь и тебе нужно выпить лекарство. — Саша не хотел вспоминать своё печальное прошлое. Хоть в душе он и поник, но снаружи продолжал улыбаться и дарить тепло. — Ладно. — мужчина вздохнул и уселся на кровать. — Генрих, тебе надо поесть и выпить лекарство. Прошу, не вредничай. — Саша с трудом сел на стул, напротив кровати. Дэм... Жопа долго болеть будет. — Но... Ладно. Я поем и выпью. — фыркнул он, словно маленький ребёнок, дуя щёки и с раздражением смотря на коммуниста. — Не нужно злиться. — Саша стал гладить пациента по голове. — Тогда... Ты меня накормишь. — нацист хитро улыбнулся. — Ладно. — Саша взял ложку и стал кормить пациента.       Кормят в этой больнице весьма неплохо, даже очень вкусно. Генрих довольно лыбился и ел. Он поглядывал на коммуниста и держал свои руки на его талии. А Александр продолжал кормить пациента, не думая ни о чём. Одной ночи ему не хватило, чтобы выспаться, и мозг немного притормаживал. И вскоре немец доел и вытер рот. — Благодарю вас.~ — кивнул он и стал всматриваться в глаза русского. — Пожалуйста. — коммунист тепло улыбнулся. Вот и как у него выходит изучать всю эту позитивную энергию? — Полежишь со мной? — Генрих лёг на подушку и похлопал рядом с собой. — Эм... Ну можно.— Саша снова засмущался.       Какой же он милый, добрый, невинный и доверчивый. Быть врачом этого пациента, явно плохо кончится для коммуниста. Но вот только сердцу не прикажешь. И вот он лёг рядом с Генрихом. Немец тут же ухмыльнулся, притягивая русского к себе за талию и начиная поглаживать коммуниста по талии, бёдрам и ягодицам, иногда как бы случайно надавливая промеж чужих булок пальцами.       Саша покраснел ещё сильнее. Его дыхание сбилось и участились. А вот сам он наоборот обмяк. Этот пациент точно сведёт психолога сума. — Нравится.~       Немец облизнулся, наклоняясь к чужой шее, кусая а после целуя её. А Саша лишь томно вздохнул в ответ. Ему безумно нравилось всё что делал псих. Только Генрих мог быть грубым, жестоким, но одновременно нежным и страстным. — Скажи, что нравится. — прошептал ариец на ухо русскому, сжимая его ягодицы. — Хах... ~ Д.. Да... Нравится... — простонал в ответ коммунист.       Но Сашка боялся просить о большем. Ведь после прошлого раза, когда Генрих просто порвал врача, всё ещё очень болело. Но кажется даже эта боль приносила удовольствие. Хах. Вот же мазохист. А немец похоже понял это и усмехнулся. — Какая у тебя сладкая и упругая попка. ~ — съязвил Генрих и одним махом срывая с русского штаны, перекладывая на живот и садясь ему на ноги.       Снова усмехнувшись, немец стал лапать Санька, иногда царапая. А пассив стал тихо постанывать. Вот точно мазохист. А вот Генрих чуть не озверел, услышав тихие стоны, и стал раздевать коммуниста полностью. Как же немца возбуждал и эти стоны.       Обнажив русского и себя, он поставил психолога раком. Но псих сжалился и облизав два пальца, тут же вставил их в нужную дырку и стал растягивать пассива. А коммунист от этого вздрогнул и выгнулся в спине. Он стал сам насаживаться, продолжая тихо стонать. Отметив это, немец закончил с растяжкой, вытащил пальцы и заменил их на собственное достоинство, делая один резкий толчок. А Саша выгнулся в спине громко простонав. Ему было чертовски больно, но в тоже время и приятно. Но тут психолог болезненно простонал, а на глаза его стали влажными. Острые, как лезвия, клыки психа вонзились в плечо, прокусив кожу. — Как же в тебе хорошо, не смотря на то что я разорвал тебя в прошлый раз. ~ — нацист ухмыльнулся и сделал грубый толчок до упора, но тут он замер. Коммунист дрожал как осиновый лист, а дыхание было шумным, с редкими стонами боли. —Больно? — с какой-то заботой спросил фриц, поглаживая психолога по бёдрам, а после начиная ему надрачивать, чтобы отвлечь от боли.       И это сработало. Александр сладко застонал и уже привык к ощущениям. А Генрих улыбнулся, продолжая двигать рукой, начиная двигаться сам, постепенно добавляя темп и рыча. Психолог же, прогибался под психом. Он стонал, как последняя шлюха, сжимая немца внутри. А Генрих, под чувством эйфории и животных инстинктов, быстро кончил в нутро русского, под свой рык. Но ему было мало.       Была смена позы. Немец усадил русского себе на бёдра и уже трахал по второму заходу. Ноги коммуниста непроизвольно обвили талию Генриха, а руки сжали его плечи, всё так же продолжая стонать и сжимать актива. Доведя немца до нового оргазма, коммунист оказался на спине и его стали вдалбливать в кровать. Саша уже охрип и сильно устал, как он вообще не отключился? И вот в скорее, Генрих прорычал кончая 3 раз в нутро русского. — Твой животик так мило надулся и это так возбуждает.~ Но я думаю с тебя хватит. Эх... Жаль затычки нет. (А:Ой... меня не туда понесло)- — немец улыбнулся и закутал психолога в одеяло. — А теперь спи. — а сам шизик оделся и лёг рядом. — Дела могут и подождать. — Если нас застанут... Точнее меня, то я буду уволен. — Не беспокойся, всё будет хорошо. — немец гладил психолога по голове, надеясь усыпить. — Генрих... Я не хочу чтобы меня уволили... Мне будет тяжело без тебя. — Если это случится, я сбегу и найду тебя. - прошептал блондин и поцеловал коммуниста. — Но всё же, Генрих. Давай не будем рисковать. Нам ведь потом обоим будет не сладко. — Саша принял сидячие положение. — Ладно... - вздохнул немец. — Иди. Но обещай прийти завтра. — Я каждый день прихожу. — коммунист улыбнулся.       Александр тут же встал и оделся. Конечно, трудно было, но можно и потерпеть. Одев халат и получив смачный шлепок по ягодицам, психолог красный ушёл. Зайдя в кабинет он посмотрел на время. — Семь вечера.... Схожу в душ и за работу. — взяв всё нужно, коммунист ушёл в общий душ для сотрудников. to be continued