Маленькая девочка

— Не очень смешно.  — Я не смеюсь, сестра.  — Я похожа на няньку? Алек раздражённо потёр глаза и с укором посмотрел на сестру.  — А я прямо мать Тереза! Лучше подумай, как сказать Саймону. Изабель цокнула языком и повернулась в сторону Клэри, которая уснула у неё на кровати.  — И не ори так, — вдруг сказал Алек, глядя на рыжий комок на подушках. — Она не должна проснуться. Клэри оказалась беспокойным ребёнком: во сне ворочалась, что-то бормотала и пиналась. До Института Изабель несла девочку, увидев отрешённый вид брата. Изабель хоть и была сильной, но спина ужасно болела, боль хотя бы помогла отвлечься от невесёлых мыслей. Девушка пыталась понять, как ей лучше начать разговор с вампиром, но весь план действий выскакивал сразу же, когда Иззи слышала его голос. Она чувствовала себя страшно виноватой. Чёрт возьми! Хватит уже мямлить и соберись, Изабель.  — Лучше подумай о том, как мы скажем «замечательную» новость матушке. — Огрызнулась брюнетка и вытащила телефон из кармана. У Алека внутри всё похолодело. Сердце бухнулось куда-то в пятки. Раньше охотнику казалось, что страшнее новости о его ориентации быть не может, но когда последняя Моргенштерн резко стала ребёнком, то планы поменялись. Мысли о том, что весь Сумеречный мир и Конклав узнает о том, что Клэри теперь беззащитна, вгоняла в тихий ужас. Что же они с ней сделают? Джейс точно убьёт его, если узнает, что с его рыжим чудовищем что-то случилось. Мать его на месте четвертует, а отец ей поможет. Теперь у родителей будет полное право не назначать его главой Института и отослать в Идрис, дабы исправлять все свои грехи. Алек представил эту картину: злая мать, расстроенные отец, плачущая Изабель, Магнус машет ему на прощание. Тьфу!  — Они прибудут сегодня вечером. — С какой-то тоской сказала Изабель. Девушка понимала, что все «лавры» опять достанутся Алеку, так как он старший, и именно он должен был держать всё под контролем. Парень так сильно убивался из-за Джейса, а матери не помешало устроить им выговор за самодеятельность.  — Я скажу Саймону. — Решительно заявила Изабель и встала на ноги, порываясь пойти к Рафаэлю.  — С ума сошла? — Зашипел Алек, схватив сестру за руку и разворачивая к себе. — Сунуться одной в Дюморт! Так ещё и не хватало, чтобы с тобой что-то стряслось. Договорись о встрече на нейтральной территории. Изабель кивнула. Брат прав. Сейчас не время, чтобы мериться с вампирами своими силами, а Саймон, пожалуй, единственный, кто не будет настроен против них. Союзник им не помешает.  — Я позвоню Люку, — кивнул Алек и скрылся за дверью. Изабель вымученно выдохнула и села на край кровати, глядя на Клэри. Что ей сказать о Джослин? Может, Люк что-то придумает. Как им вообще быть с Клэри? Как это всё невовремя. Лайтвуд легла на постель, посильнее укутывая девочку одеялом.

***

Люк не заставил себя долго ждать и уже следующим утром стоял в Институте.  — Ты же пошутил? — Резко спросил оборотень, везде рыская глазами. Он искал Клэри. Алек это сразу понял и сам неосознанно пытался выцепить отвратительно яркую морковную голову, но безрезультатно. В руках у Люка была какая-то сумка.  — Я не умею шутить. — Пожал плечами Лайтвуд. — И тебе стоит убедиться самому. Мужчина кивнул и двинулся за Алеком. Молодой охотник сильно нервничал, об этом говорили красные пятна на его молочной коже. Что ж, зато у главы оборотней будет повод прописать Алеку с правой. Постучав в комнату сестры, Алек быстро шмыгнул в помещение и застал интересную картину. Клэри сидела на пуфике в какой-то огромной футболке (его футболке), Изабель пристроилась сзади девочки и держала в зубах расчёску, при этом ругаясь. Кларисса недовольно шмыгала носом и что-то вертела в руках, Алек рассмотрел стило сестры.  — Да не вертись ты! — Зло шикнула Изабель, пытаясь расчёской вычесать огромный узел из рыжих волос Фэирчайлд. Если раньше у рыжей на голове было воронье гнездо, и от одного его вида руки опускались, то сейчас вместо волос у Клэри был какой-то клок, а Изабель едва сдерживала поток слёз и ругательств. Клэри кряхтела, иногда вскрикивая, а Изабель продолжала орудовать расчёской.  — Наказание какое-то! — Шептала Изабель и положила одинокую блестящую кудряшку девочке на плечо.  — Мне больно! — Воскликнула Клэри и стукнула брюнетку рукой. Девочка, видимо, была в душе. Потому что длинные рыжие волосы от влаги слегка вились, красные щёки раскраснелись Алек с трудом представлял, как сестра отмывала Фрэй, потому что после вчерашней вылазки девочки вся была в пыли и напоминала комок пыли. Лайтвуд был благодарен Изабель за это, потому что сам он с трудом представлял себя в роли заботливого старшего брата. На щеке Клэри виднелся длинный порез, который Изабель чем-то намазала.  — Мне больно от вида твоих волос, Фрэй! — С раздражением отозвалась Иззи и потянула расчёску назад, и Клэри захныкала. — Прости, сейчас будет не больно. Алек так и остался стоять посреди комнаты, закрывая девушек от Люка. Значит, ему вчера ничего не приснилось.  — Люк! — Клэри, заметив оборотня за спиной охотника, тут же бросилась к мужчине на шею, игнорируя деревянную расчёску у себя в волосах. Люк глотал воздух, обнимая тоненькую девочку, которая выглядела в точности как Клэри в детстве.  — Вот что за сюрприз. — Оборотень посмотрел на Лайтвудов, который старательно отводили глаза.  — Мы сейчас всё объясним! — Заверила его Изабель. Разговор обещал быть тяжёлым.

***

Алек не получил от Люка, ну только словесный выговор. Клэри с видом вселенского непонимания сидела у оборотня на коленях и вертела в руках стило. Изабель, слушая трёпку от Люка и печатая одновременно Саймону сообщение с просьбой о срочной встрече, поглядывала на гладкую шевелюру Клэри, которую ей всё же удалось вычесать.  — Мама сегодня приезжает, и мы ей должны рассказать. — Алек всячески избегал разговоров о Конклаве, потому что в первый раз в жизни, он не видел в них спасения. Да и о каком законе идёт речь, чёрт возьми! В такое-то время.  — Мариз придётся доложить в Аликанте. — Грустно заметил Люк, поглаживая девочку по спине.  — Что такое Аликанте? — Спросила Клэри и быстро взяла Люка за ладонь, тот улыбнулся.  — Столица одного государства.  — И кто там живёт? — Не отставала девочка. Алек вымученно выдохнул, не представляя, как он переживёт эти два месяца с вечным «почему», «где», «зачем» и «как». Успокаивала Алека лишь то, что рядом с ним Изабель, которая не даст страдать ему одному. Люк начал что-то говорить о легендах, а Клэри слушала его с открытом ртом. Что ж, довольно быстро он смог успокоить это недоразумение. Изабель, договорившись с Саймоном, ускользнула из Института, надеясь не встретить мать с отцом. Не сегодня. Алек и Люк так и остались сидеть в комнате сестры Лайтвуд. Оборотень быстро развлёк девочку в какую-то игру, и Алек был ему благодарен, так как у него накопилось миллион вопросов.  — Что мне делать, Люк? — Вдруг спросил Алек, пока Клэри пряталась в ванной. — Ну, с Клэри. С матерью он как-то разберётся, а вот с Клариссой. Последняя Моргенштерн вызывала у Александра лишь раздражение и жалость. А ему ещё с ней как-то жить два месяца, а вот потом он устроит ей взбучку. Глупая Фрэй! Хоть она и не Фрэй вовсе, Алек расценивал её старую фамилию, как ругательство.  — Она непоседа. — Сказал Люк, продолжая громко считать, и Лайтвуд услышал шебуршание из ванной. Неужели все дети примитивных так себя ведут? Он в шесть лет уже начинал знакомиться с историей своего рода, а Клэри забралась под ванную. Вот дура! Алек мысленно дал себе затрещину за такие мысли и сказал себе голосом Магнуса: «Она всего лишь и в этом не виновата!»  — Я это уже заметил. — С сарказмом отметил Алек, двигаясь в сторону комнаты, где пряталась Клэри.  — Она любит рисовать, поэтому это единственное, чем её увлечь можно. — Спокойно отозвался Люк, заходя в ванную, прижимая палец к губам. Алек с трудом сейчас переваривал информацию и чувствовал себя глупым. Люк о чём-то минут сорок разговаривал с Клэри, что та внимательно поглядывала на Алека, и парень поскорее хотелось скрыться от любопытного детского взгляда. Люк сказал Клариссе, что её мама сейчас гостит у его сестры (откуда у Люка сестра? Но Алек решил разобраться с этим чуть позже) и за ней будет присматривать Алек с Изабель. Люк как-то очень образно попытался донести всю суть Сумеречного мира, но Клэри слушала мужчину с открытым ртом, всё время задавая вопросы. Алек вообще не понимал, откуда в этой маленькой девчонке столько энтузиазма и любопытства. Долго с Моргенштерн Алек находиться не мог. Все мысли были заняты: Джейс, Валентин, Изабель, Магнус. Подумав о последнем, Алек неосознанно потянулся к телефону и заметил там непрочитанное сообщение.

***

 — Почему ты не можешь остаться? — В сотый раз спросила Клэри, повиснув на руке оборотня.  — Нет, милая. — Люк поймал её грустный взгляд и постарался её поддержать. — Но я буду приходить, как можно чаще. Сегодня ты познакомишься с мамой Алека и Изабель. Тебе понравится. Про безопасность Люк решил умолчать. Сам мужчина прекрасно понимал, что именно Клэри сейчас является решением всех проблем Сумеречного мира. От мысли, что с девушкой что-то может случится, стало не по себе. Люциан искренне любил девочку и желала ей всего самого наилучшего, но только в Институте ей ничего не угрожает. В конце концов Мариз умная женщина. Люк собирался сказать ей пару ласковых перед своим уходом. Алека и Изабель он совершенно не винил, зная, что в этой ситуации сделать они ничего не могли. Клэри, если что-то для себя решит, то её никто не остановит. Ему ли не знать.  — Я им не нравлюсь. — Вдруг выдала Моргенштерн и одёрнула свою длинную футболку.  — С чего ты взяла? — Искренне удивился Люк, обхватив лицо девочки ладонями. Клэри прикрыла светло-зелёные глаза и шмыгнула носом. По щекам девочки заструились прозрачные дорожки.  — Алек вообще на меня не смотрит, а Изабель ругается. — Обиженно пробухтела Клэри и отвернулась от Люциана.  — Они просто переживают за тебя, веди себя хорошо, Клэри.  — Я и так!  — Ну, что ты. — Люк крепко обнял девочку, прижимая к себе. — Не плачь. Алек с трудом смог сдержать ругательство. Времени не было. Он мигом залетел в комнату, где находились Люциан с Клариссой. Александр не обратил внимание на мокрое лицо девочки и сообщение от Магнуса, все его мысли были в кабинете, в котором через пять минут мать размажет его по стене.  — Мама приехала.