Маленькая девочка

Изабель любила встречаться с Саймоном, потому что встречи с ним были лёгкими и весёлыми, сам парень отличался дружелюбностью и странным чувством юмора. Иззи никогда таких парней ещё не видела, поэтому Льюис казался чем-то новым и неизведанным. Он был так не похож на Алека и Джейса, которые никогда не показывали своих искренних чувств, скрывая всё за маской «я сильный». Лайтвуд, конечно, сама была сильной личностью и слабость не очень принимала, но как девушке ей хотелось услышать от парня что-то помимо «бей слева». Саймон был глотком свежего воздуха. Друзей у охотницы не было кроме братьев, поэтому Клэри с вампиром буквально расшевелили их мир. Сейчас же, договорившись с Саймоном о встрече в каком-то парке, Изабель ощущала себя провинившейся, которая идёт на суд. Чувство гадкое. Мысль о том, что с Саймоном притащится Рафаэль, не грела. Да и как-то некрасиво она Алека подставила, оставив его одного проглатывать колкости от матери. Гордо вышагивая по мощеным улицам, Изабель пыталась отвлечься на пейзаж вокруг, но ничего не выходило. Первый раз в жизни Иззи хотелось расплакаться.  — Изабель! Лайтвуд до сих пор надеялась, что Саймон откажется и скажет что-то о том, что Рафаэль против. Но её мечтам было не суждено исполнится. Когда Изабель повернулась, она поймала дружелюбный взгляд Саймона и наглую ухмылку Рафаэля. От присутствия вампира становилось не легче. Чёрт бы побрал Сантьяго!  — Привет, — на выдохе произнесла брюнетка, попадая в объятия молодого вампира. Рафаэль, как обычно, не скрывал лёгкого пренебрежения и холодного взгляда. Он выглядел так, словно всё знает, а этого Изабель не могла допустить. Узнай об этом Алек, девушке конец. Почему вообще Рафаэль так печётся о Саймоне?  — И тебе здравствуй, охотница. — Хмыкнул глава клана, и Изабель сжала руки в кулак. Вот попал бы он в такую ситуацию, она бы на него посмотрела! С Рафаэлем Иззи вообще не хотела даже разговаривать, потому что он всегда всё усложнял и искал выгоду для себя. Сейчас он тоже мог обернуть всё не в их пользу, а этого ей не надо — тогда уже мать её четвертует. Изабель не планировала начинать ругаться с испанцем прямо сейчас, поэтому кивнула ему и подхватила Саймона под руку. Рафаэль фыркнул и поплёлся за ними. На улице уже было довольно темно, и именно рядом с вампирами Изабель ощущала себя загнанной в ловушку. Лайтвуд решила, что в этот раз её придётся слишком много говорить. Обычно в их дуэте за глупую болтовню отвечал Саймон, но сегодня курс менялся, и Иззи надо было немного подготовить почву. Она всё ещё плохо представляла, как скажет Саймону о Клэри. Про брата и мать даже сил думать не было. Посмотрев на Саймона, Изабель забыла о своём плане. Льюис, как обычно, много болтал, но меньше чем всегда. Вампир всё время оборачивался на Рафаэля, который всем своим видом буквально кричал о том, что ему это всё не нравится.  — А как Клэри? — Вдруг спросил Саймон, усаживаясь на лавочку рядом с Изабель, которая демонстративно отвернулась от Рафаэля. Тот поддержал идею девушки. — Она мне уже два дня не звонила. Изабель словно ударили обухом по голове. Девушка испуганно отвела взгляд. Как сказать Саймону, что Клэри сейчас вряд ли умеет пользоваться телефоном. Да и вряд ли она вообще узнает Льюиса.  — У нас было много работы. — Просто отозвалась охотница. Рафаэль насмешливо хмыкнул и поднялся.  — Я пойду прогуляюсь. — Глава клана подмигнул Изабель и медленно зашагал в сторону. Саймон в смятении смотрел ему в след. Лайтвуд смогла немного выдохнуть. Очень непохоже на Рафаэля. Вдруг он действительно что-то знает? Мог ли ему рассказать Магнус? Они ведь близки. Нет! Колдун вряд ли бы так их подставил, да и Алек на него рассчитывал. Рафаэль просто видел, если что-то не так. Неужели по Изабель так заметно? Девушке казалось, что врать из них не умеет только Алек.  — Иззи, — Саймон аккуратно коснулся руки девушки, та вздрогнула. Чёрт, слишком часто она выпадает из реальности! — Всё нормально?  — Да, — тут же ответила брюнетка и чертыхнулась. — Точнее, нет, всё не очень нормально. Саймон полностью развернулся к Лайтвуд и приподнял брови, как бы намекая на то, что он готов услышать продолжение.  — У нас небольшие проблемы.  — Что-то с Клэри? Изабель кивнула. Девушка знала, что Саймон влюблён в Моргенштерн. И Лайтвуд искренне не понимала этот интерес противоположного пола в сторону рыжей маленькой охотницы.  — Что-то серьёзное?  — Да, — но Изабель тут же осеклась. — И как бы нет, то есть… Лайтвуд мысленно дала себе пощёчину. Это совсем на неё не похоже! Она никогда так не мямлила. Это всего лишь Саймон. Что он ей сделает? С каких пор она заботится о его чувствах? Разиэль…  — Я что-то пропустил? — Появление Рафаэля Изабель встретила вымученным стоном. Глава клана издевательски рассмеялся и уселся рядом с девушкой, закинув руку ей за спину. Саймон тоже не особо радовался появлению вампира и тихо шикнул на него.  — Ты мог погулять подольше! — Изабель от негодования стукнула каблуком.  — И пропустить свежие сплетни? — Удивился Рафаэль. — Нет уж! Я в любом случае узнаю о делах, которые Саймон ведёт с охотниками.  — Это не дела! — Возмутился Льюис и сверкнул глазами. — Это личное!  — Что у тебя может быть личное с охотниками? Разве что рыжая девчонка Моргенштерн, а её тут нет. Значит, у вас какое-то дело, потому что Изабель редко встречается с тобой, то есть что-то случилось.  — Это тебя не касается!  — Я глава его клана! — Рафаэль ткнул длинным пальцем в сторону Саймона и нахмурил тёмные брови. — Всё, что касается его, касается и меня.  — Не знай я тебя, подумала, что он тебе нравится. — Огрызнулась девушка и откинула волосы, которые с размахом ударили Рафаэля по носу. Тот недовольно отодвинулся от девушки.  — Не знай я тебя, то решил, что ты волнуешься. — Парировал Рафаэль.  — Ах ты! Саймон смотрел на то, как Изабель краснеет и тычет тонким пальчиком Рафаэлю в грудь, тот в ответ скалится и шипит. Что вообще происходит? Саймон сам не особо любил, когда Раф таскался вместе с ним, но Сантьяго объяснял это тем, что он как глава клана должен заботиться о нём. Льюис также знал, что вампир не особо доверяет охотникам (ну может кроме Клэри), да и Изабель довольно редко договаривалась о встрече. Как странно. Больше всего Саймон волновался за Клэри, с которой по словам Изабель что-то случилось. Перебрав в голове все возможные варианты, Льюис пришёл в тупик. Что такое могло произойти с его лучшей подругой, что она ему даже не позвонила? Тьфу! Беспокойство неприятно заскреблось где-то в груди, и молодой человек постарался успокоиться. Он знал, что Кларисса никогда особо не думает и сразу бросается в самое пекло, но сейчас они в жестоком Сумеречном мире, который такого геройства особо не ценит.  — Замолчите! Изабель была на грани. Рафаэль в долгу не оставался. Но обеспокоенный Саймон заставил их заткнуться.  — Объясни, что случилось, Иззи.  — Только, если вы обещаете забыть об этом сразу же, как я расскажу.  — Вампиры умеют хранить тайны. — Вставил Рафаэль и откинулся на спинку лавки. — Тем более глава клана может сыграть не последнюю роль.  — Я не сомневаюсь.  — Рассказывай уже!

***

Идя в кабинет матери, Алек чувствовал, будто он шагает по эшафоту. Люк с Клариссой остались в библиотеки, чтобы в любой момент Алек успел прийти за Фрэй. Ангелы, сколько проблем она им принесла? И нет, конечно, Клэри не виновата в том, что происходит. Это должно было произойти в любой момент, но с появлением рыжей всё ускорилось. Александр не любил перемены, а Кларисса именно их и несла. Глупая мальчишеская натура винила Клэри во всех смертных грехах, но здравый смысл говорил Алеку о том, что Фэйрчайлд находится в ещё более сложном положение. Так ещё её превращение в ребёнка погоды не делало. По пути в кабинет Алек для себя решил, что всеми силами попытается защитить Клэри. Всё же она спасла его! Да и именно они с Изабель не смогли её защитить. Он, конечно, Клариссе взбучку ещё устроит, но мать может винить в этом только его. Всю свою уверенность Алек растерял, когда мать посмотрела на него холодными голубыми глазами и слегка нахмурилась. Мариз указала Алеку на стул напротив и встала, расправив плечи. С матерью Лайтвуд не виделся около недели, но женщина встретила его лёгкой улыбкой. Иногда Алеку не хватало тепла матери, но Мариз была не той, которая подарит его просто так. Несомненно она любила своих детей, но охотница в ней занимала главенствующую роль. Александр считал, что Мариз стала так себя вести после Восстания.  — Здравствуй, мама. Женщина кивнула и села напротив сына, слегка сжав его руку. Всё же Александр знал, что мать сделает всё ради своей семьи. Алек сам не понял, как первый вопрос непроизвольно слетел у него с губ:  — Слышно что-то от Джейса? Мариза сильнее сжала руку сына, закусила губы и покачала головой.  — Мне очень жаль, Алек, — женщина устало прикрыла глаза. — Валентин, как будто сквозь землю провалился! Конклав даже не имеет представления, где они могут быть. Странно, что Джейс не выходит на связь. Ему это не на руку. Алек со злости вырвал руку и внимательно посмотрел на мать.  — Ты считаешь, что Джейс не дал бы нам знать, если это было бы возможно? Лайтвуд ненавидел саму мысль, что мать могла поверить в то, что Джейс предал их. Вейланд сделал это специально! Почему Конклав не может понять это?  — Он ушёл к Валентину, Алек! — Мариз выплюнула имя врага с такой ненавистью и рывком встала на ноги. Охотник знал, что после Восстания мать даже не допускала того, чтобы простить себе действия в Круге. Валентин предал сумеречных охотников, и сама мысль, что Джейс перешёл на сторону этого маньяка, пугала.  — Ты считаешь, что он нас предал? — Алеку было искренне обидно за Джейса. Тот всегда делал то, что считал нужным. Если он ушёл к Валентину, значит, что-то здесь нечисто. Его в этом поддерживала Изабель и Фрэй. Клэри вообще никогда не сомневалась в его парабатае, и Алек задумывался, сможет ли кто-то помимо семьи так слепо верить ему когда-нибудь? Александр знал, что Джейс делает всё не просто так, но Конклав воспринял это как измену. — Джейс — твой сын! Мариз отвернулась от сына и сжала ткань платья на руках, слегка стягивая рукава. Женщина нервничала. Она любила Джейса, и осознание того, что Джейс мог оказаться предателем, терзало душу.  — Валентину нужна Клэри.  — Зачем ему Примитивная?  — Затем, что она его дочь. — Как маленькому сказала Мариз и подошла к сыну. — Валентин сумасшедший. Мы даже не догадываемся о его планах, но все знает, что Клэри нужна ему. Все в Сумеречном мире знали, что Кларисса каким-то образом стала ключом решением всех проблем Валентина, и сама девушка даже не знала причину этого. Но охотник всеми способами давал понять, что дочь он не отдаст. Сейчас же стояло какое-то гнетущее затишье. Клэри своего отца ненавидела, поэтому мечтала лишь о том, чтобы вернуть мать и сдать того Конклаву. Алек, как бы сильно Клэри его раздражала, не собирался отдавать рыжее чудовище в лапы этого сумасшедшего.  — Кстати, о Клэри, — Лайтвуд прочистил горло, подбирая слова. Как вообще лучше сказать, чтобы мать его на месте не прибила? Присутствие Изабель сейчас бы сыграло на руку.  — Надеюсь, она сидит в Институте и никуда не лезет. — Быстро сказала Мариз и поставила руки на талию. «Если бы Фрэй сидела в Институте и никуда не лезла, то это была бы не Фрэй», — подумал Алек и встал, возвышаясь над матерью. Женщина вперила в парня взгляд холодных синих глаза и нахмурилась.  — Да, теперь точно никуда не лезет.  — Что значит «теперь»? Мариз начинала злиться. Алек начинал нервничать.  — Ну, мы ходили на одну миссию, — Алек замялся, а Мариз цокнула языком. — И там оказалось гнездо эйдолонов…  — Они не гнездятся! — Возмутилась Мариз, Алек быстро кивнул.  — Вот именно, потому что это была ловушка. Просто послушай. Аграмон создал какое-то заклятие, которое превращает человека в ребёнка, а низших демонов использовал как приманку. Магнус исследовал энергию Клэри и сказал, что всё в порядке, — Алек немного остановился и ткнул пальцем на мать. — Ни слова про Магнуса! — Так вот, эта ловушка была создана для того, чтобы отвлечь наше внимание. Если бы не Клэри, то ребёнком стал я. Мариз слушала сына, всё больше открывая рот. Всё это звучало так глупо и неправдоподобно. Но, глядя, как Алек то краснеет, то бледнеет, понимание всей ситуации сразу пришло. Женщина понимала, что скорее всего это связано с Валентином, ведь только он никогда не пренебрегал помощью Высших демонов. Значит, что охотник пытался их отвлечь и скорее всего нанесёт удар? То есть ему нужна Клэри? Маленькая девочка в большой опасности.  — Люк знает.  — Я не сомневалась. — Мариз тяжело вздохнула. — Но, Алек! Это очень глупо с твоей стороны — идти на поводу сестры!  — Но охотников действительно больше нет! Все ищут Валентина!  — Это не повод так рисковать!  — Наша жизнь — сплошной риск! — Воскликнул Алек. — Клэри — охотница!  — С каких пор ты её защищаешь? Алек замолчал, не найдя нужных слов. Действительно, почему он так печётся об этой недопримитивной? Тьфу!  — Позови Люка с Клариссой, я хочу посмотреть на всё сама. — Выдохнула Мариз и двинулась к окну. — И да, Алек, если ты ещё раз ослушаешься меня, то пеняй на себя!  — Я не собираюсь сидеть сложа руки!  — ТЫ будешь! — Мариз ткнула в парня пальцем. — Ты несёшь ответственность за Моргенштерн головой! Если мне надо будет, я тебя к ней привяжу! Алек со свистом втянул воздух и вылетел из кабинета, громко хлопнув дверью.

***

 — Это звучит очень глупо. — Наконец сказал Рафаэль, искоса глядя на Саймона, который даже не мог вымолвить и слова.  — Я согласна. — Кивнула Изабель, запуская пальцы в волосы. — Но у охотников не очень с чувством юмора, ну разве что Джейс…  — Ой, он тоже отвратительно шутит! — Замотал головой Рафаэль. — Вам не стоит больше кому-то говорить.  — Да, мы знаем. — Изабель посмотрела на Саймона. — Эй? Саймон ойкнул и откинулся на спинку лавочки. Захотелось закричать, встать и уйти. Первым порывом было рассмеяться. Вторым — расплакаться. В итоге Саймон неприлично широко раскрыл рот, ахнул, ругнулся и прикрыл ладонями лицо. Пару минут молодой вампир сидел в ступоре, пока Изабель отвечала на вопросы Рафаэля. Затем охотница ненавязчиво пихнула Льюиса в бок, и тот отмер. Мысль о том, что с Клэри произошло такое, не укладывалась в голове. Кларисса сейчас была его семьёй, единственной, о ком он заботился и хотел видеть в своём будущем. Джейс стал громом среди ясного неба. Саймон впервые увидел, как Клэри смотрит на кого-то, будто он был особенным. Льюис ревновал. Искренне желал, чтобы Вейланд исчез из их жизни. Но Саймон не хотел, чтобы Клэри страдала. А последние месяцы Сумеречный мир только и приносил им много проблем. Когда Джейс пропал, Льюис пожалел о своих мыслях и всеми силами пытался найти охотника. Без него и Джослин Клэри увядала. Саймон уже всей душой ненавидел отца Фрэй. Но сейчас превращение Клэри в ребёнка ничего не решало.  — Я не верю! — Наконец выдавил из себя Саймон и потёр лицо. — Ты гонишь?  — Эм, — Изабель пожала плечами. — Очень бы я хотела гнать, как ты выразился, но Клэри действительно стала ребёнком, который ничего знать не знает о нашем мире.  — И что делать? — Вспылил Льюис, взмахнув руками. — Ждать чуда?  — Ждать, пока Магнус сделает зелье.  — И какова вероятность, что Валентин не украдёт её?  — Алек и я присмотрим!  — Вы уже присмотрели! — Выпалил парень и осёкся. Рафаэль ещё раз ругнулся на испанском. — Да прекрати материться! Сантьяго фыркнул.  — Ты слишком нервный.  — О, правда? Ты недавно стал вампиром? Твою лучшую подругу ищет её сумасшедший псих-папаша? Или твою подругу превратили в ребёнка? А может тебе приходится скрываться от семьи? Или в твою жизнь ворвались сумеречные охотники и всё сломали? А… Звук пощёчины на мгновение оглушил. Саймон потирал щёку, скатившись со скамейки, Изабель разминала руку, а Рафаэль удивлённо моргал.  — Хватит истерить! Изабель встала на ноги, возвышаясь над вампиром, и сверкнула чёрными глазами. Девушка была раздражена. Очень сильно.  — Если ты не в курсе, то ты тоже часть Сумеречного мира! — Она кивнула головой в сторону Сантьяго. — Клэри — охотница! Мы с Алеком понимаем свою вину, но я пришла к тебе за помощью, а не для того, чтобы слушать выговоры! Поверь, моя мать с этим прекрасно справляется! Саймон, просто пойми, что ты нам нужен. Саймон тяжело дышал, обиженно зыркая в сторону охотницы.  — Я пойду с тобой в Институт! Рафаэль вымученно застонал.  — Diablo! Опять ты геройствуешь, что за пустая башка! — Рафаэль резко поднялся и дёрнул Саймона за рукав.  — Это ты так просишь, чтобы я взял тебя с собой?  — Я тебя ни о чём не попрошу. — Усмехнулся Рафаэль.  — Институт — не проходной двор для вампиров! Рафаэль усмехнулся и подхватил Саймона с Изабель под руки.  — Что ж, видимо, встретимся на нейтральной территории?

***

Когда дверь за Люком хлопнула во второй раз, Клэри хлюпнула носом, то у Алека сердце приклеилось к горлу. Клэри с тоской смотрела на дубовую дверь и вытирала слёзы рукавом. Мариз, взглянув на Клэри, охнула и прижала руку в губам. Посмотрев на Фрэй, все вопросы отпали. Сил ругаться у женщины не было, поэтому она смогла лишь познакомиться с маленькой девочкой и уверить, что Люк будет часто к ним заходить. Алек поспешил выйти, как только услышал «Конклав». Клариссу с трудом выставили из кабинета. Девочка надулась и села подальше от Алека. Она болтала ногами и кидала тоскливые взгляды на дверь. Интересно, где сейчас Фрэй? Что она сейчас ощущает? О чём думает?  — Не сиди на полу. Простудишься. Клэри удивлённо посмотрела на парня, который даже не повёл носом.  — Тебя дверью пришибёт, если будешь сидеть там. — Алек повернулся к девочке и кивнул в сторону кабинета. Кларисса поднялась на ноги и аккуратно подошла к Алеку, сев от него в пару метрах. Алек усмехнулся. Девочка старалась не смотреть на него, но интерес мелькал в светлых глазах рыжей.  — Иди сюда. Кларисса осторожно подошла к парню. Тот улыбнулся ей и потрепал по голове. Да-а, Фрэй вообще не изменилась что ли? Также улыбается, также запинается.  — Ты меня боишься? Алек удивился, как это вопрос слетел у него с губ. Клэри тоже явно не ожидала такого напора, покраснела и потупила взгляд.  — Я тебе не нравлюсь? Фрэй и осталась такой же невоспитанной. Вопросом на вопрос. В её стиле.  — Нет, с чего ты взяла? — Искренне удивился парень. Неужели он был так груб? Да, он, конечно, старался обходить девочку стороной.  — Ну, ты со мной почти не разговариваешь.  — У взрослых свои заморочки, Клэри. — Улыбнулся Алек. — Я просто взрослый, а ты маленькая девочка.  — Я не маленькая! — Рыжая топнула ногой и нахмурилась. Детское личико смешно исказилось в гримасе негодования. — Это ты слишком большой! И я говорю про рост.  — Да уж, ты, когда вырастешь, меня не догонишь.  — А вот и догоню! Не сомневайся! Алек рассмеялся. Детский напор слегка расслаблял, и парень забыл о том, что вчера мечтал свернуть девочке шею. Лайтвуд потрепал девочку по голове и тихо прошептал:  — Конечно-конечно, чудище.