По ту сторону Кремено.

Сцена происходит в главе 12 истории "Помолись за нас..." Ссылка на историю: https://ficbook.net/readfic/2928817 POV КАЙ Чего я никак не ожидал, так это звонка от вожака одной из здешних стай, круглая сумма за слежку и уничтожение в случае, если что-то пойдет не так. Еще одним сюрпризом стало то, что объектом был тот самый рыжий грязнокровка. Казалось бы, что может поднять настроение больше, чем убийство мерзкой псины с длинным языком? И все так хорошо складывалось, идеальный сценарий, он не смог себя контролировать, почуял человеческое тепло и обезумевшим зверем накинулся на несчастных. Теперь дело за малым, нужно будет сообщить мальчишке перед смертью, что это воля его отца. Я осторожно прокрадывался к кучке паникующих перевертышей, пока рыжий не достал телефон и не начал что-то судорожно объяснять, моля о помощи. Порыв ветра принес имя собеседника, заставившие неожиданно замереть: -Вен! Три долбанные буквы, каждая из которых сопровождало свое внедрение в мой разум тупой болью и, кажется, пыталась ударить посильнее. Чертова сучка, она же не собирается вмешиваться в это собачье (в прямом смысле слова) дерьмо?! Судя по облегченному вздоху оборотня, эта идиотка дала согласие, черт, я начинаю подозревать, что порча моего настроения - это ее полноценное хобби. Чертыхнувшись, прикрыл глаза, создавая в голове примерный образ девчонкиной квартиры. Мгновение, и холодный зимний воздух сменился теплым, насыщенным ароматом ванили. Резко захотелось зажать нос, не позволять настырному запаху проникать глубоко в легкие, обжигая и вынуждая делать раздражающие человеческие вздохи. Немного придя в себя, огляделся, кажется, она уже свалила, черт! Вот же проблемная сучка! Позволил себе еще раз осмотреть квартиру, было здесь что-то неприятное, душное и безликое, темные стены и огромные панорамные окна, создавали мерзкое ощущение словно ты заперт в новомодном склепе, особенно ночью. Искренне надеясь, что моя догадка о плане псины не верна, я переместился на кладбище и, походу, вовремя. Чокнутая бестия быстро семенила по тропинке, явно не замечая ничего вокруг, еще один настырный рывок вперед, и она со всей дури врезается в возникшего из темноты и явно намеревавшегося напугать незваную гостью, Шэйна. Лицо гуля перекосилось от удивления, он отшатнулся, пару раз моргнул и попытался придать себе злое выражение, что вызвало практически болезненное желание согнуться пополам и заржать как полоумная лошадь. Пушистик же побледнела, и цвет ее кожи стал схожим с окружающим кладбище снегом. Далее нудный разговор, его попытки напугать, ее настырность, несмотря на дрожащие колени, раздраженный взгляд упыря в мою сторону, мой смешок вместо приветствие, короткий разговор по телефону, быстро удаляющаяся спина Шэйна и обескураженная дрожащая идиотка, оставшаяся в гордом одиночестве. Наконец, глубоко вздохнув, она развернулась и быстро направилась к своей машине, но, сделав пару шагов, замерла, оборачиваясь в мою сторону. Осторожно выйдя из своего укрытия, я не сдержал усмешку: -Знаешь, я конечно знал, что ты дура, но чтоб настолько. Мгновенная реакция, яростные молнии в глазах цвета шафрана и незамедлительный ответ: -Что ты тут забыл? -Ты снова пытаешься прыгнуть выше головы, я же говорил, мне нужно, чтобы ты соблазнила вампира, а не вызвала у него отвращение. - словно хищник на охоте слежу за каждым ее движением, наблюдаю за любыми проявлениями эмоций, что, кажется, заставляет ее чувствовать себя неловко. -Пф,- бестия демонстративно закатила глаза, – брось, я могу постоять за себя. -Ты пришла ночью на кладбище, на встречу с упырем. – голос звучит ровно, но в душе злость и негодование, разве может у человека настолько отсутствовать инстинкт самосохранения?! Лезущая в глаза челка от чего-то вызывает раздражение, попытка убрать за счет сдувания не принесла результатов, заставляя кулаки незаметно сжаться, и лишь настырный взгляд девчонки не позволяет покинуть приделы реальности. - И ты понятия не имела как с ним справиться. -Ранди не подверг бы меня опасности! - в голосе напускная уверенность, но нижняя губа едва заметно подрагивает, выдавая истинные чувства. -Ты знаешь, что случилось? – несколько шагов в ее сторону. – Хочешь узнать почему псина в таком отчаянье? В глазах идиотки замешательство, она понимает, что ничего хорошего из этого не выйдет, но любопытство, кажется, побеждает. -Ты расскажешь? -Расскажу. -нарочно растягиваю каждую букву ,с наслаждением впитывая в себя ее страх и неуверенность. Такая маленькая, испуганная, неуверенная, и от чего-то глаза отказываются отвлекаться от изучения спрятанной под теплой одеждой фигуры, рисуя в сознании стройные ножки, закинутые на мои плечи и капельки пота, стекающие с изнеможённого тела. Увлекшись собственными мыслями, не смог остановить губы, которые уже нашептывали ей о том, как грязнокровный расправился с кучкой людишек. Ее тяжелый вздох кажется лишним и неправильным, тут, на кладбище, среди холодных могил. -Ранди…убил…? - дрожащий голос бестии проносит по телу волну дикого удовольствия, знала ли глупая зверюшка как выглядит, когда глупые маски холодности и равнодушия слетаю с ее лица? Понимала ли девчонка, какие мысли рождает вид ее беспомощности и замешательства? -Да, пять- шесть человек, не так уж и много, так что не расстраивайся, зато Шэйн сегодня сможет устроить себе пирушку. Хочется ударить ее сильнее, уязвить, довести до истерики, сломать словно куклу, и вновь позабытое чувство безумия… Я болен, пушистик, я хочу видеть, как ты страдаешь, твоя привычка идти против моей воли и бесит и восхищает одновременно. Неужели судьба решила еще раз проучить меня, поставив на пути это странное, гордое чудо? -Почему все называют Ранди грязнокровным? - ее голос проникает куда-то глубже, чем нужно и приходится прятать оскал за усмешкой. В чем дело, маленькая шлюшка, прекрасный принц оказался жалкой дворняжкой-убийцей? Добро пожаловать в Кремено! -Как мило, блохастый растрезвонил все обо мне, а о себе не сказал ни слова? Молчит, прячет глаза, слишком ощутимо нервничает, покусывает щеку изнутри, понимая, наконец, куда она вляпалась. -Ты знаешь, что оборотни делятся на ликанов и перевертышей? Пушистик кивает, все так же не поднимая на меня глаз. -Хорошо, они, в принципе, неплохо ладят между собой, но никогда не создают пар. По неизвестной никому причине все дети - полукровки рождаются мертвыми. Она резко замирает, выпрямляется, словно струна на арфе, в фиолетовых глазах зарождается понимание, глупая маленькая бестия мысленно готовила себя к тому, что ее мир снова обрушится. Что ж, не зря. -Мне продолжать? – не сдерживаю ухмылку, а девчонку уже откровенно трясет и, пожалуй, глупо было бы сваливать это на холод. -При чем тут Ранди и грязнокровный? Если все дети ликанов и перевертышей умирают… -В этом-то вся и прелесть, - демонстративное фырканье, напускная усмешка и медленное повествование одной старинной истории, что так давно блуждала по Кремено, старая трагедия о бесполезной любви ликанки и перевертыша, никому не нужные чувства, которые унесли за собой не одну жизнь, пусть и не совсем в прямо смысле данного слова. Так назло в голову полезли мысли о прошлом. Идеальное. Все было слишком идеальное. До тошноты, до раздражения, так, что порой выворачивало наружу и хотел разнести хоть что-нибудь, дабы нарушить гребаную иллюзию правильности. А рассказ лился сам собой, проникая в сознание наивной идиотки, и, с каждым сказанным словом, в ее душе потухал светлый огонек, а фиолетовые глаза приобретали более насыщенный оттенок, увлажняясь, словно шафраны ранним утром, когда солнце еще не высушило капельки росы на нежных бутонах. Вспомнились глупые попытки разрушить это, подъемы слишком рано, даже для отпрыска одной из самых влиятельных семей, прогулки по саду, желательно босиком, чтобы чувствовать кожей, как гибнут под ногами цветы, вызывающие восторг у всех гостей и отвращение у меня. -Его мама умерла? – ее немного писклявый голос в очередной раз вырывает меня из воспоминаний. Боже, эти глаза заставляют думать о том, о чем совсем не следуют.– Не по-свински ли вы тогда поступаете, обзывая его грязнокровным и всякий раз заставляя возвращаться…туда!? Слова доходят не сразу, лишь несколько мгновений спустя осознаю, что речь все еще о глупом псе, приходится снова взять себя в руки, кто бы знал, как это утруждает и как порой хочется выплеснуть всю злость и все мысли наружу. -Это законы Кремено, пушистик, выживает сильнейший, тех, кто ноет о своей судьбе или застревает в прошлом уничтожают почти моментально. -Но это отвратительно! Боже, вы отвратительны! Все! – и словно в подтверждение слов, лицо идиотки кривится, словно ее вот -вот вырвет. -Кроме псинки? –нужно было уязвить ее, заставить заплатить за то, что она вынуждает меня снова и снова возвращаться в прошлое. Будь проклят тот день, когда я впервые заглянул в эти гребаные глаза. -Ты идиот, Кай! Как так можно?! Неужели вы…вы все…- она недоговаривает, замолкает на полуслове и нервно вздрагивает, из последних сил удерживая слезы. В иной ситуации я бы рассмеялся, бросил бы пару саркастичных замечаний, но сейчас почему-то не до этого, немного поджатые губы, складочка между бровями и подергивающийся носик выглядят слишком милыми. Меня вновь разрывает на части не давая понять, чего я хочу: убить ее, трахнуть или просто обнять. Чтобы хоть как-то отвлечься, пытаюсь проанализировать ее мысли и внезапно улавливаю ее «голос»: «Соберись, Бэйт! Не сейчас! Не раскисай! Не перед вампиром!» Улыбка сама собой растягивает губы и даже попытка спрятать ее за усмешкой выглядит не убедительно, что не укрывается от глаз дерзкой паршивки: -Хватит, черт побери, лезть в мою голову! – слишком громко, слишком раздражающе. -Я не лезу, – невинно пожав плечами, – ты слишком громко думаешь. -Да пошел ты! Ненавижу! - цокает языком и пытается уничтожить меня взглядом, ей Богу, вылитая лисица, попавшая в капкан, злится, рычит, никого к себе не подпускает, хоть звериное чутье и дает понять – выхода нет. Внезапно в голове раздается настырный голос, слишком уверенный, словно опьяненный: «Кровь…повсюду кровь…она смешались с его волосами, такими же рыжими как и у меня, стеклянные глаза широко распахнуты, взгляд устремлен в потолок, металлический запах заполнил все помещение и на секунду, всего на одну секунду, это зрелище кажется прекрасным.» И я готов поклясться, что видел все произнесённое перед собой, каждую мелкую деталь, вплоть до бисерины пота, скатывающийся у виска лежащего на полу мужчины. Становится как-то жутко, темно и больно, лишь спустя секунды я понимаю, что это были не мои чувства, не мои мысли, не мои эмоции… -Пушистик? – она тут же дергается и начинает часто моргать, лепеча себе под нос какую-то бессмыслицу. Гребаные глаза цвета шафрана лихорадочно поблёскивают в темноте, она резко разворачивается и быстро движется к выходу из кладбища, но внезапно замирает, слегка поворачивает корпус и произносит практически не своим голосом: -Тебя подвезти? Откровенно ошарашенный, пытаюсь понять, что задумала мелкая сучка, пока мозг ищет более логичное объяснение с губ срывается насмешка: -Ты жаждешь побыть со мной наедине в столь крохотном пространстве? -Пошел ты! –она устало вздыхает и вроде как жалеет, что предложила помощь. -Я согласен. – вырывается на выдохе против воли, и, дабы паршивка не заметила нахмуренных бровей и недоумения на лице, переношусь к ее машине. «Глупая, глупая идея!» - ее пальцы с силой сживают руль, так, что костяшки пальцев побледнели, внезапное желание коснуться ее рук, осторожно помассировать тонкие пальцы, заставляя кровь снова нормально циркулировать, выбивает из колеи и вынуждает резко отвернуться к окну и с ненормальным интересом изучать скучный городской пейзаж. Да только кого я обманываю? До пейзажа не было никакого дела, все внимание привлекало ее отражение, такая испуганная, нервничающая, беззащитная маленькая девочка, которая всеми силами пытается контролировать свои действия, но время от времени, все же инстинкты берут свое, и осторожный взгляд скользит по моему силуэту. -Знаешь, мы могли бы попробовать общаться нормально. – она наконец решается подать голос. - Ну, я имела ввиду без постоянных подколов и издевательств друг над другом, мы могли бы… Заткнись! Внезапная вспышка раздражения немного обескураживает. Зло сжимаю зубы, как эта чокнутая не понимает, что меня тошнит от того, что вся гребаная машина провоняла ее ванильными духами, неужели она не видит, что я мечтаю выбраться от сюда и блевануть прямо на тротуар?! Никогда не любил автомобили, маленькое замкнутое пространство напоминало закрытый гроб, идиотское человеческое изобретение. Лучше бы продолжали ездить на лошадях! -Не неси чушь, я никогда не стану общаться со смертной как с равной. Девчонка прекращает тайком косится на меня и теперь уже, отвлекшись от дороги, смотрит в затылок, приходиться повернуться к ней и вопросительно приподнять брови, она же, не отрываясь пялится мне в глаза, словно пытаясь передать мне всю свою обиду и недоумение. Смотри не расплачься, мелкая потаскушка. -Откуда такая ненависть к людям?! Ненависть к людям? К жалким не способным защитить себя существам? К мелким пешкам, которые возомнили себя королями? Это не ненависть, малышка, это типичное отношение в стиле «как к скоту», все люди не больше, чем тупорылая одомашненная живность, подчиняющаяся кременианцам, при этом сами этого не замечают. -Откуда такая боязнь мужчин? – вопросом на вопрос. Сработало! Она резко отвернулась, и на бледных щеках внезапно появился едва заметный красноватый оттенок. Какая умилительная мерзость! -Не неси чепухи! – она немного надувает губы, но от меня не спрячешься, прикрываясь псевдообидой, я знаю, что ты лжешь, знаю, что попал в больное место. -Чепухи? – улыбаюсь, осознаю, что это принесет ей боль, мерзкая рыжая бестия поплатиться за все. – Стоит кому-либо хотя бы намекнуть на что-нибудь связанное с сексом, ты кривишь нос, словно тебе это противно или же сбегаешь, поджав хвост. –взгляд становится более жестоким, практически хищным. – Напрашивается вопрос, ты девственница или просто фригидная? Она резко выворачивает руль в сторону машина буквально заходила ходуном, едва не вписавшись в мчащиеся на встречу «доказательства человеческого развития», приходится вцепиться одной рукой в ручку, второй - в сидящую рядом идиотку, дабы в случае необходимости моментально покинуть маленькое жаркое пространство. Кстати о температуре в салоне, разве мертвецы способны ее так ощущать? Да, вампиры несомненно могут почувствовать тепло человеческого тела, определить холодно на улице или тепло, но такого, что кажется вот-вот и пот польется ручьем никогда не было. Мужчина, из чудом избежавшего столкновения автомобиля, высовывает морду из окна и кричит, срывая голос: -Думаешь купила права все можно?! Коза драная! Опа, а вот и ужин…нужно будет найти его позже... -Да ты вообще охринел?! – она резко разворачивается ко мне, игнорируя оскорбления в свой адрес и становится похожей на разъяренную фурию, того и гляди бросится и разорвет на части. -Если взялась водить машину, держи себя в руках, а то так и покалечиться не долго. -Пошел ты нахрен! – делает паузы после каждого слова, видимо, полагая, что это произведёт больше эффекта, несколько секунд сверлит меня взглядом, отворачивается, снова заводит машину и шепчет. -Тебе куда? -Езжай домой, оттуда я доберусь сам. А далее тишина, неловкие перегляди, косые взгляды друг на другу и упорное отрицание очевидных вещей. Черт бы побрал эту девчонку, неужели ей так нравится все портить? Она получает удовольствие от нарушения моих планов?! Взгляд скользнул к стройным ножкам, умело нажимающие на педали, вот бы узнать какова ее кожа на вкус и так ли сладка ее кровь. Наконец знакомый пентхаус, девчонка сворачивает к подземной парковки, находит свободное место, останавливается и, выходя из салона, демонстративно хлопает дверью, я же, закатив глаза, просто перенесся наружу и теперь имел возможность наблюдать за ней, облокотившись на капот. -Пожалуйста, лисенок,- появилась необходимость убедить ее, высказаться, то, как начал электризоваться воздух вокруг нас – не добрый знак, паршивка нужна мне в здравом уме и трезвой память, по крайне мере пока, – не накручивай себе ничего. Образ заплаканной бестии вызывает немедленную реакцию тела, приходится нервно облизать пересохшие губы, черт, почему ее запах внезапно перестал раздражать?! -В смысле? – делает шаг назад, пытается отстраниться, глупая лисица, если за тобой объявили охоту, сбежать тебе если и удастся, то не надолго. -Между мной и тобой никогда ничего не будет. – внимательно изучая выражение ее лица, кажется, паршивку, как и меня, раздирают весьма противоречащие чувства, вот только омерзение заменяется каким-то непонятным необоснованным страхом. Да, она боялась, но боялась не просто меня, ее страх основывался на другом. – Разве что ни к чему не обязывающий секс. Несколько секунд она испуганно таращится на меня, а после, практически шипит: -И не надейся, я никогда не лягу с тобой в постель. -Интересно…- пальцы закапываются в собственные волосы. Следи за моими движениями, сучка, внимательнее! Она подчиняется, облизывает губы и неотрывно наблюдает за моими пальцами. Ты ведь хочешь коснуться меня, хочешь взлохматить волосы, обнять, отдаться, раздвинуть ноги, позволить мне делать все, что я пожелаю. Я знаю, пушистик, я чувствую, как ты напряжена. Она, кажется, вот -вот сделает шаг, глаза цвета шафрана покрылись едва заметной пеленой, еще немного, ну же, рука приподнимается, медленно тянется к моим волосам… Неправильная, испорченная, сломанная! Внезапно возникший в голове голос оглушает, едва поборол желание закрыть уши, девчонка быстро вышла из-под гипноза, мотнула головой, приходя в себя, отдернула руку и закричала, путаясь в словах и местами заикаясь: -Ты?! Да как ты?! Да ты…- неуклюжий взмах руками и почти дикая ярость, маленькая разозленная зверюшка, черт побери! Сквозь запах ванили просачивается еще один аромат, так хорошо мне знакомый, чем-то напоминающий темные специи, аромат женского возбуждения. -Я хочу тебя. – с трудом контролирую свое тело, не позволяю чувствам и желаниям взять верх над разумом, с ней нужно быть осторожнее, деликатнее, эта шлюшка нуждается в соблазнении. Ярость сменяется страхом, она делает еще пару шагов назад и как-то неестественно посмеивается: -Очень смешно, Кай! Не слышу ее, наплевать на то, что говорят эти губы, ее крохотное стройное тело, такое хрупкое снаружи и такое сильное внутри, девочка, которая может дать мне отпор, паршивка, сводящая с ума своим неповиновением, привычкой дерзить и отрицать очевидное. Она нужна мне. Дерьмо. Я действительно хотел ее. -Я не шутил, –ладони чешутся от желания прикоснуться к ней, изучить каждый изгиб тела, обвести едва ощутимыми прикосновениями контуры татуировок, приходится убрать руки в карманы, – неужели этот факт так абсурден? -Пару минут назад я была жалкой смертной, недостойной нормально общения… Бла, бла, бла… -Ты такой и осталась, – перебил назревающую нотацию, – однако, это не мешает мне хотеть тебя. -Ты явно окончательно выжил из ума! Я никогда… Бла, бла, бла. Дубль два. -Я всегда добиваюсь чего хочу. – снова перебил ее. Неимоверных усилий требуется, чтобы вот так стоять от нее в нескольких шага и не подавать виду, что еще немного и крыша попрощается со мной на ближайшие пару веков. - Я могу дать тебе сто процентную гарантию, что в скором времени ты будешь раздвигать передо мной ножки и молить меня не останавливаться. Сознание слишком четко обрисовало сказанное, я должен заставить ее, убедить, этой маленькой рыжей потаскушке давно пора показать ее место. Я заставлю ее умолять, изгибаться, она будет унижаться, прося меня быть с ней, нужно просто набраться терпения, получше изучить ее, найти корень проблемы и правильно ударить по нему. Пожалуй, это будет сложная, но очень впечатляющая победа, как бы ты не старалась, глупышка, как бы не пыталась закрыться от меня, я найду твое слабое место и тогда, молись. Обещаю, я сломаю тебя, уничтожу, растопчу, твой дерзкий язычок ответит за каждое перечащие мне слово, вот увидишь, лисенок. А пока я отпущу тебя, дам насладиться этой иллюзией свободы, поблагодаришь меня позже. Прикрываю глаза и делаю вздох, отодвигая все мыли в сторону, сейчас необходим контроль и холодный здравомыслящий рассудок. Однажды, лисенок, я раскушу тебя, узнаю все твои тайны, и ты станешь просто еще одной, ничего незначащей. И я докажу тебе, что ты такая же как все, что в тебе нет ничего особенно, ты обычная, слишком много возомнившая о себе, шлюха. Быстро отворачиваюсь и направляюсь к выходу с парковки, чувствую, как ее взгляд упирается мне в спину, и не сдерживаю усмешку. Сегодня я отступаю, пушистик, даю тебе возможность все обдумать, но скоро я добьюсь твоей полной капитуляции, ты давно уже захлопнула дверцу собственной клетки, оказавшись внутри.