По ту сторону Кремено.

Сцена происходит в конце 11 главы – начале 12 истории "Помолись за нас..." Ссылка на историю: https://ficbook.net/readfic/2928817 POV КАЙ И куда эту идиотку снова черт понес?! Убедившись, что паршивка снова слиняла из дома, я перенесся в «Фетиду», а точнее, наплевав на все нормы приличия, прямо в кабинет Матиаса. Мужчина странно взвизгнул и вскочил со стула, стоило мне оказаться в его личном пространстве. -Что ты тут забыл? – глава спец. подразделения нервно поправил галстук и вернулся к печатанью отчетов. -Она была здесь, - губы расплылись в улыбке, в воздухе все еще ощущался ее чертов аромат ванили, – и она пыталась найти ответы на свои вопросы. -Ты рассказал ей о том, что… -О твоей попытки самоубийства? – перебив, черт возьми что о себе возомнившего смертного, я задумчиво подошел к одной из полок с папками. – Надо же мне было хоть как-то на нее влиять. -Ты… -О, не стесняйся, выговаривайся. – слегка оскалившись, окинул мужчину взглядом, жалкое зрелище, честно говоря. – Вряд ли в твоем словарном запасе содержится хоть что-то из того, чего я еще не слышал в свой адрес. -Береги ее… -А? – послышалось? -Прошу тебя, Неистовый, Венди все, что у меня осталось, я не могу допустить, чтобы он до нее добрался! Попытка узнать таинственного «его» не увенчалась успехом, разум главы спец. подразделения захлопнулся подобно мышеловке, мне едва удалось выскользнуть и не попасться. -Твоя защита впечатляет. -Благодарю. – Матиас настороженно следил за моими движениями, оставаться тут и спорить с ним не имело никакого смысла, поэтому, нагло подмигнув, я просто перенесся на улицу, где тот час ощутил слабый аромат лисенка. Боже, присутствие в ее запахе горьковатой примеси злости и отчаянья просто опьяняло. Через несколько минут я смог обнаружить зверюшку в небольшой кафешке, чуть дальше «Фетиды», но, вот сюрприз, она была не одна. Рядом с чертовой бестией восседал рыжеволосый оборотень, который то и дело бросал по сторонам жалобные взгляды и, кажется, готов был взвыть от отчаянья. Само собой, внутри разрослось чувство гордости, да, маленькая сучка умела ставить в неловкое положение. Осторожно подошел ближе, от мальчишки странно пахло, запах псины перебивался запахом зверя, что никак не позволяла определить, перевертыш он или ликан, а может и то и другое? Губы расплылись в улыбке, кажется, у этой маленькой дурочки не может быть нормальных знакомых. Оборотень слишком сильно увлекся разговором и, кажется, не ощущал моего присутствия, что ж, тем интересней, однако, прислушавшись и уловив суть их разговора, мне едва удалось сдержать рычание. Да как эти тупицы смеют лезть в мое прошлое?! -Значит, Кай обезумевший? – девчонка задумчиво постукивала пальцами по поверхности стола. -Я не знаю, – оборотень нервно сглотнул, пряча глаза, – но эта тату предупреждение для кременианцев, намек на то, что к нему лучше не приближаться. Обезумевшие долго не живут, ты зря затеяла все это, Венди, Неистовый не тот, с кем стоит играть в подобные игры. Долго не живут? Смешно. Да что ты, мерзкая тварь, можешь знать об обезумевших?! -Ну, не правда, псинка, -голос как всегда идеально поставлен, все чувства и мысли спрятаны, на лице лишь ухмылка. Рыжая бестия замирает, несколько секунд не дышит, а после медленно поворачивается ко мне. -Я очень люблю игры, особенно если противник и приз достойные. -Что ты тут забыл?! – девчонка моментально вскакивает со своего места и прожигает меня своими долбанными фиолетовыми глазенками. Ласково улыбаюсь, спокойно сажусь рядом с ней: -Тебе достаточно просто слушаться меня, пушистик, вставать в моем присутствии я не требую. Щеки маленькой бестии мгновенно вспыхнули алым от возмущения, брови немного сдвинулись, образовывая складку на лбу, сжав челюсть, явно проглатывая какое-нибудь не особо впечатляющее оскорбление, она возвращает свою задницу на диван. -Итак, мой маленький зоопарк, насплетничались? – продолжаю улыбаться как ни в чем не бывало и делаю вид, что не замечаю гневных триад в свой адрес где-то в сознании зверюшки. -Ты слишком много о себе возомнил! – раздается сбоку ее голос, но уже плевать, уже не важно, все внимание поглощено оборотнем, который, кажется, постарел лет на двадцать и теперь даже пошевелиться боялся. Зеленые глаза неотрывно следили за мной, пальцы правой руки нервно теребили рукав на левой. -Мы встречались? – мальчишка и впрямь кажется знакомым, вот только откуда? Может я убил кого-то из его родственников? Или возлюбленную? От чего тогда он дрожит как последний лист на осине? Не то, чтоб мне это не льстило… -Да, - пес вздрагивает и похоже пытается раствориться в воздухе, но, вот беда, оборотни перемещаться не умеют, - один раз. Вопросительно приподнимаю брови, требуя больше информации. -Стая оборотней. - на последнем издыхании пролепетал несчастный кременианец. -Ах , да! – неужели это один из тех идиотов, которые надеялись, что стайка никчёмных собачонок сможет меня порвать? Глупые. Жалкие. Вместе с этим, вспомнился и сидящий передо мной, единственный в Кремено полуликан - полуперевертыш, что, собственно и объясняло странный запах. - Ты тот самый жалкий полукровка, который обблювал весьма дорогой ковер! -Кай! – наглая рыжая смертная повисла на моем локте. -В чем дело зверюшка? – пальцы скользят по ее щеке, невероятно мягкая кожа, черт, да ей любая кременианка позавидовать может. Глаза сами собой замирают на ее шеи, там, где так часто пульсирует венка, словно маня и призывая. - Пытаешься спасти друга по разуму? Вынужден огорчить, как бы мерзко мне не было это признавать, собачонка куда умнее тебя, а знаешь почему? Наклоняюсь еще ближе, вдыхая запах ванили и уже не могу понять противен он мне или же настолько желанен. -Простите … Черт! Черт! Черт! Я едва подавил желание отскочить от сучки как ошпаренный, что за хрень со мной происходит? Медленно отодвигаюсь от мелкой смертной и зло смотрю на кременианца: -Чего тебе, грязнокровный? Оборотень бледнеет и сутулится, прячет глаза, и я ощущаю его страх, ровно так же, как и он чует мою насмешку. -Мне нужно идти, простите. Трус! Едва сдержался, чтобы не рассмеяться в спину быстро улепетывающего оборотня, наслаждаясь столь забавной реакцией, совсем забыл о дрожащей зверюшке. Стоп. Она думает я причиню ей вред? В глазах цвета шафрана злость перемешанная со страхом, поджатые губы ясно дают понять, что ничего хорошего от нее сегодня ждать не стоит. И почему я вожусь с ней? -Как много он рассказал обо мне? – приходится применить не мало усилий, чтобы улыбаться как ни в чем не бывало. -Он рассказывал в общим о Кремено, а не о тебе. - нагло врет рыжая бестия, все еще с надеждой косясь в сторону, куда слинял полукровка. -Хватит, лисенок. – ее поведение начинает раздражать, как много раздражающих меня девушек выжило и ушло безнаказанно? -Хватит?! – девчонка вскакивает с дивана и по-идиотски махает руками, всеми силами, пытаясь показать свою злость. – Какого черта ты вообще вытворяешь?! Зачем ты приперся сюда?! -Затем же, зачем и ты пытаешься разузнать о моем прошлом. -Ты больной на всю голову придурок! Вот, что я о тебе узнала! И, черт побери, тебя вообще не должно касаться что и с кем я обсуждаю! - верещит сучка, явно намереваясь уничтожить меня взглядом, благо Кремено не наградило ее таким даром. -Прекрасно, - немного оскалившись, слежу за тем, как она нервно сглатывает слюну и непроизвольно вздрагивает, - в таком случае, я, пожалуй, предупрежу тебя, моя маленькая зверюшка, любого, кто хоть словом обо не обмолвится, я убью. –улыбаюсь, замечаю в ее глазах отражение своих, переливающихся зеленым, демонстрирую клыки. – Так что впредь, не искушай судьбу. Ее руки сжимаются в маленькие кулачки, в сущности, мне они вреда не принесли бы, но как забавно наблюдать за этим. В голове сотни, а может и тысячи далеко нелестных словечек в мой адрес, парочка из которых заставляют улыбнуться и оценить ее фантазию, наконец, сдавшись, она резко разворачивается и пулей вылетает из кафе. Вот, черт, а расплачиваться за их с оборотнем посиделки мне?! Зло швырнув на столик пару купюр, быстро последовал за нерадивой идиоткой. Она шла впереди, гордо вскинув подбородок и смело встречая летящий в нее снег, в каждом шаге злость и раздражение, девчонка стала напоминать бомбу замедленного действия, еще немного и точно взорвется. Резко остановившись, она заголосила на всю улицу, не удосужившись даже повернуться: -Какого черта тебе от меня надо?! -Я хочу, чтоб ты соблазнила вампира, а не вызвала у него отвращение многочисленными шрамами и глазами полными ужаса. – равнодушный тон заставил ее обернуться, глаза, так напоминающие мерзкий шафран смотрели прямо на меня, от чего становилось немного неуютно. Я стоял облокотившись на стену, белоснежные хлопья вокруг меня так о многом напоминали. Они были такими же мягкими как ее волосы и таяли так же быстро, как ее жизнь. Знала бы ты, моя Гвендолин, что со мной стало. Как мне не хватает упрека в твоих синих глазах. Чужие мысли вернули меня в настоящее, тряхнул головой, пытаясь смахнуть этакое подобие сугробика на голове, рыжая идиотка все еще пялилась на меня, вот только злость из ее взгляда куда-то пропала. - Так как похоже собственным мозгом ты не владеешь, мне приходятся нянчится с тобой. – от части это было правдой, сложно найти еще более неприспособленную к Кремено смертную, которая ухитрилась бы так глубоко в него залезть. -С чего бы это у меня мозга нет?! Жила же как-то без твоего надзора! –шипит девчонка, прожигая меня взглядом, черт, как же я ненавидел эти глаза, почему именно они? Почему именно сейчас? Вернуться бы в чертов сад и вырвать бы их все с корнем и плевать на слезы и обиды, все прошло бы. Пусть и не сразу. -Ты позвала оборотня на свиданку на кануне полнолуния, люди с мозгами так не делают. - пытаюсь взять себя в руки, выпрямляюсь и медленно иду в ее сторону. -И что такого? Ранди сказал, что они просто обращаются в зверей и охотятся. Охотятся? Оборотни?! Сдержать смех уже не удалось, о, черт, она правда в это верила?! Глупая девица никогда не была на празднествах этих псинообразных, таких оргий как у них свет вряд ли видывал. -Глупая зверюшка! – с трудом удается собраться. - Во время полнолуния над оборотнями берут верх два инстинкта: охота и спаривание. Она снова раздражено пожимает губы и неуверенно смотри на меня из-под полуопущенных ресниц. Считает меня красивым. Дура. Жалкая, смертная дура. -К чему ты клонишь? -Почему ты не допускаешь мысли о том, что мужчина может на тебя наброситься? Неужели ты не боишься стать жертвой? Лисенок мгновенно бледнеет, отступает на пару шагов, опускает голову и что-то бормочет себе под нос, а разум под замком, практически ничего не уловить, лишь одна фраза, вновь и вновь проникающая в мое сознание: «Неправильная, испорченная, сломанная.» Она находит в себе силы поднять на меня глаза, смело выдерживает мой взгляд: -Ранди бы не позволил себе этого. В голову приходит безумная идея, только сейчас заметил, что девчонка почти в ловушке. Ну что, сыграем, пушистик? Делаю шаг вперед, запирая ее в своеобразной клетке между моим телом и кирпичной стеной так кстати стоящего здания. -А я не о псинке сейчас говорю. Сам собой взгляд скользит по ее телу, может она и своенравная безмозглая дура, но природа ее не хило одарила, есть на что полюбоваться. -А о ком? – она пытается слиться со стеной, все крепче прижимаясь к холодной поверхности, строит из себя дурочку, словно не понимает к чему я клоню. Решила поиграть, сучка? Чтож, будь по твоему. -Задумайся, пушистик, - не сдерживаю ухмылку, – ты совсем одна в безлюдном переулке, наедине с вампиром, с мужчиной вампиром. Она резко поднимает голову, но, поймав мой взгляд, теряет уверенность, и ее голос звучит на октаву выше, чем обычно: -В первый день нашего близкого знакомства ты тактично объяснил мне, что насиловать не собираешься, ибо тогда очередь в твою постель будет нарушена. Еще шаг вынуждает ее нервно вздохнуть и трусливо отвести взгляд. -А что если я передумал? Уничтожаю последнее расстояние между нами, упираюсь руками о стену. Вот и все, моя маленькая дикая лисица, ты в ловушке, тебе не сбежать. А взгляд нагло блуждает по весьма соблазнительным изгибам ее тела и так хочется коснуться, показать этой глупышке, что значит быть с вампиром, но вместо этого молчу, непонятно чего выжидая. Она понимает, что беспомощна, что теперь все завит от меня и взбреди мне в голову трахнуть ее тут, никто не помешает, а она вряд ли окажет достойное сопротивление. И сейчас ей стоило бы совсем испугаться, заплакать, ударить меня, попросить прекратить, но вместо этого девчонка смело подается вперед, отрывается от стены и врезается лбом мне в плечо, судорожно вздыхает и замирает, а мне не удается сдержать такой бесполезный и слишком человечный вздох, понимаю, что не могу пошевелиться, эта смертная сводила меня с ума, делала все наперекосяк, ее действия не поддаются никакой логике и…это чертовски заводило. Она сжимает руки в кулаки и, кажется, мечтает о том, чтобы вмазать мне, но что-то мешает, что-то, что куда выше и сильнее здравого смысла, не поднимая головы, она шепчет: -Ты заставил меня это сделать, да? Загипнотизировал? Смысл слов доход не сразу, вызывая беззвучную усмешку и рука скользит по ее мягким рыжим волосам, опускается ниже к такому внезапно необходимому телу, замирая на талии и почему-то отказываясь двигаться дальше. Она делает новый такой глубокий вздох, словно пытается дышать за нас двоих и поднимает голову, глаза цвета шафрана будто бы пытаются проникнуть в душу, и нет сил с этим бороться, лишь молча наблюдать. Медленно опускаю голову, касаясь своей щекой ее и замираю, впитывая тепло, пытаясь прийти в себя, создать видимость, что все под контролем, застываю, практически коснувшись губами ее уха и шепчу: -Научись отличать мои желания от своих, лисенок. С трудом заставляю руки покинуть ее стройную талию, вынуждаю себя сделать шаг назад, и с каких пор я стал противоречить собственным желаниям и потребностям? Она по-прежнему стоит немного прижавшись к стене и слишком громко дышит, рассматривая что-то у себя под ногами и, кажется, боясь смотреть на меня. Минуты тянулись слишком долго, нарушить тишину казалось неправильным и почти аморальным, но я все же делаю это, наплевав на все, эта одержимость совсем неправильная, так просто не бывает, с этой девчонкой что-то явно не так, и я либо выясню что, либо убью ее. -Ты собираешься домой или как? - в очередной раз мысленно поблагодарил родителей за то, что они с детства вбивали в меня манеры и учили держать голову высоко поднятой, чтобы не случилось. Она вздрагивает от звука моего голоса, словно забыла, что я нахожусь тут, в ее голове снова балаган, но сквозь него улавливаю вконец путающие меня мысли, кажется, она мечтала о ледяном душе…? Такая странная, противоречащая сама себе, забавная, местами милая, отчаянная, но все же глупая. Однако, ухмыльнувшись, поймал себя на мысли о том, что не смогу ее забыть, такие как она надолго врезаются в память, будь ты человек или кременианец.