«Тиара»

      Шёл последний урок.       Рисэ смотрела на учителя, изображая сосредоточенность и делая вид, будто внимательно его слушает, на самом же деле мысли девушки были далеко от этого места. Они находились в штаб-квартире «Полнолуния», где на данный момент проживал Ёсан. После уроков Рисэ была намерена отправиться туда, в очередной раз соврав родителям, что Миён категорически настояла, чтобы девушка заскочила к ней в гости. И когда она успела стать такой врушкой? Наверное, с того самого дня, когда бывшая подруга раздобыла ей пригласительный на одну из промежуточных игр «Тиары», в которой участвовали Юнхо и Ёсан. С тех самых пор всё и покатилось по наклонной...       Не сказать, что Рисэ была этому очень уж сильно огорчена, не совсем. На место старых друзей и знакомых пришли новые и девушка была невероятно им за это благодарна, ведь ребята оказались прекрасными людьми и очень преданными товарищами, стоящими друг за друга горой и готовыми поддержать в любую минуту. И пусть поначалу в обществе парней было неловко находиться, со временем всё изменилось в лучшую сторону. Они стали новой семьёй. Все парни были добры и отзывчивы к Рисэ, кроме Минги.       Бывший лучший друг теперь относился к девушке равнодушно, по возможности избегая, всячески сводя на нет и пресекая все контакты с ней. Это очень ранило, особенно сильно – первое время и при личных встречах, которые случались довольно часто, ведь теперь всё своё свободное время Рисэ проводила в компании участников «Полнолуния», однако она старалась не придавать исходящему от Минги холоду и равнодушию такого уж большого значения и несмотря ни на что общаться с рыжим, тем самым сохраняя хотя бы остатки былой близости.       В школе теперь парень не появлялся вовсе, забросив учебное заведение с того самого дня, как они поссорились, а на угрозы педсовета об исключении даже ухом не вёл.       Бывшая подруга пыталась его образумить, но Минги либо игнорировал, либо говорил что-то грубое по типу: «Тебя это волновать не должно», «Занималась бы лучше своими делами», «Следи за своей успеваемостью, а то проводишь здесь больше времени, чем в школе».       Поначалу Рисэ злилась и даже обижалась, особенно остро реагируя на последнюю фразу, однако вскоре решила, что делать это крайне глупо и подобного рода реакцией ничего не добиться. В то же время девушка отказывалась сдаваться и продолжала свою, хоть и не очень успешную, но всё же борьбу с неприступностью друга при каждом удобном случае, надеясь, что рано или поздно случится оттепель.       Ёсан удивительно быстро шёл на поправку, из-за чего Сонхва частенько подшучивал над ними с Рисэ, выдавая что-то вроде: «Вот она – целебная и чудодейственная Великая сила любви, товарищи! Узрите же...»       На губах Рисэ возникла довольная улыбка, щёки покрылись румянцем.       Их отношения действительно представляли собой нечто. Прежде девушка никогда и подумать не могла, что можно испытывать такое по отношению к кому-либо, любить кого-то так.       Ёсан, в свою очередь, души не чаял в Рисэ и сдувал с неё пылинки, грозясь покалечить любого, кто посмеет причинить боль его девушке или стереть улыбку с любимого лица.       На парту, за которой сидела девушка, с пронзительным и громким звуком резко и хлёстко опустилась скрученная в трубочку методичка и девушка вздрогнула от неожиданности, её одноклассники разразились оглушительным хохотом.       Рисэ подняла глаза на стоящего рядом учителя и виновато потупилась.       – И третий раз повторю: сколько можно в облаках витать? – строгим тоном осведомился мужчина, грозно смотря на ученицу.       Девушка густо покраснела и, вскочив с места, низко поклонилась, извиняясь.       – Прошу меня простить! Такого больше не повторится...       Учитель нахмурился.       – Чем, позвольте поинтересоваться, настолько важным, чтобы даже не слышать учителя, занята ваша голова? Что сейчас может быть важнее учёбы?       Рисэ опустила голову ещё ниже и стыдливо закусила губу.       Некоторое время мужчина ждал ответа, продолжая сверлить недовольным взглядом макушку своей ученицы, и это, на самом деле, вовсе непродолжительное время показалось девушке вечностью.       Недовольно покачав головой, учитель заговорил, направившись к своему столу:       – Помнится когда-то вы были в очень хороших отношениях со студентом Сон и оба претендовали на звание лучшего ученика класса, идя друг с другом плечо к плечу. Досадно признавать, что всё изменилось. Сначала он, теперь вы… Хочется верить, что причины столь деструктивного поведения обоснованы и устраняемы, и вскоре вы образумитесь и возьмётесь за ум. В противном случае, вопрос о вашем исключении встанет столь же остро, как вопрос об исключении вашего друга.       Мужчина сделал паузу, позволяя Рисэ в полной мере осознать суть своих слов, а девушка всё это время стояла ни живая ни мёртвая, дрожа от страха мелкой дрожью и отчаянно сдерживая просящиеся наружу слёзы.       – К сожалению, – продолжил учитель после паузы, – сегодня у меня имеются важные дела и я не смогу пренебречь ими, однако завтра, при всём уважении, вынужден оставить вас после уроков. Я достаточно понятно выразился?       Рисэ молча кивнула не в силах произнести ни слова.       – Я вас не слышу, – заметил мужчина.       – Я, – начала девушка и голос её надломился, однако она прочистила горло несколько раз и всё же закончила фразу, – поняла вас, учитель.       – Прекрасно, – одобрительно кивнул мужчина. – Можете занять своё место.       Когда прозвенел звонок с урока, ученики беззастенчиво загомонили и стали торопливо собирать свои вещи, спеша покинуть школу.       Рисэ, в отличие от других, собиралась медленно, позволяя себе отойти от произошедшего и стараясь не обращать внимание на проходящих мимо одноклассников, не стесняющихся нелестно прокомментировать её поведение на уроке. И хотя поначалу девушка держалась с достоинством, с каждым новым разом делать это становилось всё сложнее.       Когда последний ученик, не считая саму Рисэ, покинул класс, девушка дала волю слезам и они буквально хлынули из её глаз.       Сейчас ей хотелось лишь одного: как можно скорее оказаться в кругу своих друзей и в тёплых и защищающих от всего мира объятиях Ёсана. Именно поэтому девушка взяла себя в руки и, со злостью запихнув в рюкзак последнюю тетрадь, застегнула его, и поспешила покинуть школу.       Далеко идти не пришлось.       У школьных ворот, находясь в тени дерева, возле своего мотоцикла, стоял Ёсан.       Проходящие мимо него ученицы то и дело перешёптывались между собой, вызывающе хихикая, строя парню глазки, и чуть ли не пожирая его своими взглядами.       Блондин же до всего этого был абсолютно равнодушен, ведь его сердце с недавнего времени теперь и навек принадлежало только одной девушке.       Заметив знакомый мотоцикл, Рисэ охнула и подбежала к своему парню.       Плохое настроение как ветром сдуло, однако его место заняло беспокойство.       – Что ты здесь делаешь?! – воскликнула девушка. – Ты же...       Ёсан не позволил ей продолжить и сгрёб в медвежьи объятия.       – Тшш. Мне гораздо лучше, – заверил ласковым шёпотом на ушко любимой парень и оставил на шее девушки нежный и мимолётный, но жаркий поцелуй. – Я слишком сильно по тебе соскучился. Очень хотел увидеть и больше не мог ждать.       Рисэ растерялась, зардевшись.       Несмотря на то, что они встречались уже несколько недель, действия подобного рода всё ещё заставляли девушку смущаться.       И всё же Рисэ переборола себя и обвила парня руками чуть ниже уровня талии, смущённо уткнувшись лицом в его грудь.       Ёсан довольно улыбнулся, а девушка вдруг сделалась серьёзной и, высвободившись из объятий, хмуро посмотрела на парня.       Блондин недоумённо приподнял брови, Рисэ же легонько его стукнула.       – Больше так никогда не делай до тех пор, пока полностью не выздоровеешь, или я очень сильно на тебя обижусь.       – Но, малыш, – начал Ёсан, дотронувшись кончиком указательного пальца до её носа, – я же действительно по тебе скучал. Неужели ты хочешь запретить мне видеться со своей любимой?       – Кан Ёсан! – взвизгнула девушка, вспыхнув, и спрятала лицо в своих ладонях. – Не говори так! Это жутко смущает…       Парень рассмеялся и, притянув Рисэ к себе, поцеловал в макушку.       – Какая же ты у меня милая! Я так сильно тебя люблю...       Взгляд девушки изменился и на этот раз она уже гораздо более уверенно обвила руками мужскую талию и, прижавшись к груди, произнесла вполголоса:       – Я тоже тебя люблю, оппа.       Свидетелем этой сцены, помимо всех прочих, стала Миён.       Лицо её исказила неприятная гримаса и девушка, стиснув зубы от досады, полезла в сумку.       – Радуйся, пока можешь, – сказала она раздражённо. – Мы ещё посмотрим, кто кого.       На другой стороне улицы в своей машине сидел Сонхва.       Парень тоже поджидал девушку, которая ему нравится, и, на этот раз, с подарком.       Рисэ поделилась с ним своими знаниями о Миён и брюнет на их основании составил грандиозный план по покорению её сердца.       Увидев, что девушка разговаривает по телефону, бойко вышагивая по тротуару, ведущему в сторону её дома, Сонхва увязался следом. В окрестностях школы он не мог с ней заговорить, так как здесь было слишком многолюдно, Миён могла неправильно истолковать его намерения и поднять шумиху, закатив истерику и выставив всё в негативном свете, поэтому парень решил повременить до тех пор, пока они не окажутся там, где не будет столь много любопытных глаз. Вот тогда-то Сонхва и заговорит с предметом своих воздыханий и расскажет о своих чувствах!       Конечно, девушка оказалась непоколебимой и с о-го-го каким характером, но парня это нисколько не смущало, напротив, это доставляло ему своеобразное удовольствие.       Сонхва был азартным игроком. Ему нравилось покорение неприступных вершин, коей и оказалась Хо Миён. Такие девушки, как она, были как раз в его вкусе.       Подавляющее большинство участников «Полнолуния» и Рисэ были уже на месте. На этот раз причина сбора заключалась не в дружеских посиделках, а в обсуждении важного вопроса, касающегося Игры. Все были обеспокоены и сидели как на иголках в ожидании оставшихся членов команды.       Началось всё с появления на официальном сайте «Тиары» уведомления о масштабном обновлении. Оно взволновало всех.       В сообщении говорилось о ряде нововведений. Первым из них было проведение турнирной игры, участие в которой мог принять любой желающий из числа фанатов. Наградой за победу были не только внушительное денежное вознаграждение, честь, почёт и слава, но и место среди игроков выбранной команды в качестве хранителя регалий, что было следующим пунктом обновления.       Хранитель регалий был ответственен за реликварий трофеев и достижений, являющийся ещё одним нововведением.       Потенциальный кандидат мог принять участие в турнире за звание хранителя любой из команд и, в случае своего проигрыша, испытать себя в другом. На это ограничений не накладывалось, однако не стоило забывать о человеческом факторе. После изнуряющих и даже опасных для жизни испытаний участник мог не иметь возможности как физически, так и морально продолжать состязание в следующей игре, это было бы равносильно самоубийству.       Представленные нововведения влекли за собой ещё одно, получившее название регалии клана.       Регалия представляла собой уникальный физический предмет, являющийся символом официального признания команды и подтверждающим её дееспособность на текущий момент времени. Ею могло быть что угодно, но предварительно утверждённое организаторами.       Находились регалии у хранителей в реликвариях, как и трофеи, и хранитель должен был ценой собственной жизни их защищать.       Трофеями считались регалии поверженных команд противников. Как было сказано ранее, они хранились в реликвариях вместе с собственной регалией. Из этого вытекает самое последнее, несколько ужасающее нововведение: трофеи добывались в ходе проведения нового вида финальной для одной из команд игры – суд.       У данного типа игры был не просто один победитель, проигравший покидал Игру.       Данное обновление было весьма рискованной затеей, ибо косвенно оно подразумевало резкое сокращение числа команд, однако у разработчиков, похоже, были свои мысли и планы на этот счёт.       Подобных обновлений не случалось с момента основания «Тиары» и это было обоснованным поводом для волнений.       Пока присутствующие ожидали оставшихся участников, Рисэ напряжённо размышляла.       Девушка хотела принять участие в турнире за звание хранителя «Полнолуния». Она прекрасно понимала, что это очень рискованно и опасно, но ей было всё равно.       Рисэ хотелось стать одной из полноценных и полноправных участников команды любым способом, даже если бы для этого ей пришлось стоять за своё желание не на жизнь, а на смерть, и – вот удача! – вот он, её шанс.       Обновление включало как раз то, что было нужно девушке, ведь без этого парни ни под каким предлогом и ни за что на свете не согласились бы сделать Рисэ официальным членом команды, опасаясь за её безопасность и желая, чтобы подруга не пострадала в столь кровожадной и жестокой игре как «Тиара».       – Не хочешь поучаствовать, Рисэ-я? – с улыбкой Чеширского Кота поинтересовался едва ли успевший войти в комнату Кихо.       Конечно же он шутил, но эту шутку не оценил даже вечно вторящий ему Чонгук, выражение лица которого стало серьёзным, и парень чувственно ткнул друга в бок.       Лицо Кихо приняло искреннее недоумение и, потирая ушибленное место, он спросил:       – А что я такого сказал?       – Хочу, – вдруг уверенно ответила Рисэ.       Взгляды всех присутствующих обратились к ней.       – Ты не будешь участвовать, – твёрдо заявил Ёсан тоном, не подлежащим возражению. – И это не обсуждается.       – Ёсан прав, это слишком опасно, – вмешался Намджун. – Мы уже обсуждали подобное ранее. С тех пор моё мнение не изменилось. Я не намерен подвергать тебя опасности.       – Что? – переспросил Ёсан и ошарашенно посмотрел на лидера, однако почти сразу же перевёл взгляд на свою девушку. – О чём он говорит?       Рисэ его проигнорировала. В первый раз.       – Я пошутил, Рисэ-я, – сконфуженно улыбнувшись, произнёс Кихо, но девушка была непреклонна.       – А я нет.       – Сестрёнка, полегче, – ласково улыбнулся Сонхва и мягко накрыл своей рукой ладонь девушки. – Парни правы, это опасная затея. Я не хочу, чтобы ты рисковала своей жизнью и здоровьем ради такого.       – Какого? – резко посмотрела на него Рисэ и грубо высвободила руку. – Такого, что моё место займёт другая?       Девушка бросила хищный и озлобленный взгляд в сторону Ёсана и продолжила:       – Вы хотите, чтобы с вами был тот, а скорее всего та, в которой вы совершенно не нуждаетесь, лишний человек, которого придётся с нуля посвящать в ваши планы, рассказывать обо всём, тренировать и воспитывать, вместо меня?       Обведя взглядом каждого из присутствующих и намеренно минуя Ангела, пребывающего в глубоком шоке от поведения и слов своей девушки, ибо видел её такой впервые, Рисэ собралась продолжить, но не успела.       – Ты не участвуешь, – отчеканил стоящий в дверях брюнет.       Им оказался Минги. Взгляд парня был абсолютно бездушен.       Девушка сорвалась. В один момент на неё обрушилось всё, что тяготило последнее время, и вылилось наружу могучим потоком, прорвавшим хлипкую дамбу.       – Хватит меня опекать! – прокричала она с чувством, вскочив со своего места и с остервенением глядя на бывшего лучшего друга – целью, выбранной ею в первую очередь, был сейчас именно он. – Меня тошнит от твоей опеки! Вспомни, что я говорила тебе в день нашей последней дружеской встречи! Я уже давно не маленькая и не нуждаюсь в нравоучениях и советах! Да что с тобой разговаривать?! Тебя понять невозможно! То защищаешь, пряча от бед всего мира, то строишь из себя недотрогу и сторонишься, как чёрт ладана... Разберись уже со своими чувствами, Сон Минги! Если действительно хочешь прекратить со мной общение, так и сделай! Не разговаривай со мной, не пересекайся и уж тем более не строй из себя заботливого старшего брата!!! Надоело!!!       – Рисэ-я, давай... – вмешался Чимин мягко, попытавшись взять всё в свои руки и разрядить обстановку, однако девушка его перебила.       – Не нужно меня отговаривать, – предупредила Рисэ, и даже несмотря на то, что тон её голоса заметно понизился, на старшего она не смотрела. – Вы постоянно печётесь обо мне как о малышке, но это не так. Я взрослая и в праве сама решать, что мне следует делать, а что нет.       С этими словами, девушка решительной походкой, ни на кого не глядя, направилась к выходу и, на последнем слове покинула комнату, громко хлопнув дверью.       – Рисэ! – воскликнул Ёсан и вскочил со своего места, бросившись следом, однако у двери его задержал Минги, всё ещё находившийся неподалёку.       – Оставь её, ей нужно успокоиться.       – Пусти! – крикнул блондин и грубо высвободился.       Минги устало закатил глаза.       – Ты и есть малышка… – заполняя образовавшуюся тишину, тихо произнёс Чимин, сочувственно глядя на захлопнувшуюся за Ёсаном дверь.       – Самая настоящая, – согласился Сонхва и тяжело вздохнул.       Все участники, кроме Ёсана, теперь были в сборе, однако уже спешить было некуда.       Атмосфера в комнате стала гнетущей.

***

      Рисэ вышла из кабинки туалета и подошла к зоне кранов.       Девушка до последнего не поднимала глаз, избегая смотреть на своё отражение, вплоть до того, пока не выключила воду. Наконец, она всё же вскинула голову и встретилась взглядом со своей зеркальной копией.       Дверь открылась и в комнату вошла Миён.       Заметив Рисэ, девушка собиралась как обычно, не обращая внимания, пройти мимо, но почему-то всё же остановилась у неё за спиной.       Рисэ гордо выпрямилась.       – Участвуешь? – небрежно бросила Миён, не глядя на Рисэ и намеренно не уточняя, что именно имеет ввиду, однако девушка и без этого поняла.       – Ты тоже? – не характерным ей бесцветным тоном ответила вопросом на вопрос Рисэ, не оборачиваясь и не сводя немигающего взгляда с отражения.       – Еврейка? – съязвила Миён и повернулась лицом к однокласснице. – Я тебе не п...       – Только в твоих мечтах, – прошелестела Рисэ ей на ухо пугающим и пробирающим до дрожи голосом, буквально в считанные секунды оказавшись рядом, лицом к лицу.       Миён застыла, а Рисэ, не обращая на девушку внимания, удалилась.       Некоторое время Миён стояла на одном и том же месте, глаза её были широко распахнуты. Перед ними всё ещё стоял взгляд, которым Рисэ на неё смотрела.       По телу девушки прошлась дрожь и она шумно сглотнула.       – Это вообще она была? - прошептала Миён непослушным голосом. – Ким Рисэ, которую я знаю, совершенно другая.