Знаки судьбы

      Дверь тихо скрипнула, и парень вошёл в комнату, стараясь не шуметь. Он кинул быстрый взгляд на одну из кушеток в комнате, и не сдержал умилённой улыбки.       Его парень — Алекс, спал: одна рука покоилась под подушкой, а вторая была прижата к груди. Одеяло же, по привычной схеме валялось на полу.       Рем осторожно подошёл к кушетке и сел на корточки, всматриваясь в черты лица спящего. Он редко видел Ала таким спокойным. Обычно тот постоянно о чём-то болтает, шутит.       Даже, когда были моменты спокойствия, когда он читал или о чём-то думал, его лицо всё равно было напряженно. А сейчас… «Боже, он так похож на ангелочка, на этого маленького карапуза с крылышками». — подумал Рем.       Но всё же придётся будить этого милаху, ведь у Рема была новость для него, которая Алу определённо понравится. — Эй, вставай соня бара-соня. — тряся парня за плечо, громко проговорил пепельноволосый юноша.       Реакции не было, да уж, Рем мог и не красться. Но тогда он и забыл, какой сон у Алекса, что и выстрел из пушки не разбудит. — Я серьёзно, вставай, а то прибегну к крайним мерам, — пригрозил Рем.       Когда и на это не последовало реакции, он ненадолго задумался. «И как же мне тебя разбудить… Столкнуть с кровати? Нет, а то ещё зашибётся. Облить водой? Хм… интересно было бы посмотреть на его реакцию, но я не столь жестокий. А может…» — от последней мысли глаза парня сощурились, а губы расползлись в широкой ухмылке.       Рем встал, перевернул Алекса с бока на спину и осторожно сел на его колени, придавливая те своим весом. Для верности, он схватил одну из ног того за щиколотку и… начал щекотать.       В первые секунды реакции не было, но потом Ал начал дёргаться, но когда у него не получилось избавиться от источника раздражения, он начал просыпаться и первые смешки, без позволения хозяина, выскользнули из горла. — Гм… хах, … что?.. Рем? — кое-как разлепив глаза, через смешок, проговорил проснувшийся. — Проснулась спящая красавица? — продолжая щекотать, спросил Рем, кинув свой шальной взгляд на Алекса. — Хах, да, так что пре… Хи-хи, прекрати щеко.тать меня. — уже ели как справляясь со смехом, проговорил Ал, усиленно начиная высвобождать свои ноги. — Нет, ты же сразу не проснулся, как я начал тебя будить, — отказал Рем, всё ещё улыбаясь. Он не хотел выпускать ноги того из своего плена. Но, увы, уже проснувшийся парень смог отвоевать их крайне быстро. Ал подхватил Рема за подмышки и потянул на себя, ложась обратно на кровать и укладывая своего парня следом на себя. — И зачем нужно было будить меня? Вообще, сколько времени? — ещё щурясь спросонья, спросил кареглазый. — Ну… у меня для тебя сюрприз, — отозвался Рем, переворачиваясь, и теперь лицом к лицу лежа со своим парнем. — И сейчас уже двенадцать часов дня, соня. — Это ты, жаворонок, — пробурчал Алекс, слегка краснея от такого близкого нахождения их лиц. — А я, как нормальный человек, люблю подольше поваляться в кровати. — Хех, ну-ну, и после постельных игр ты тоже поваляться любишь? — заметив румянец парня, Рем захотел ещё больше смутить того. — Конечно, и ты тоже валяться будешь, так как сил больше ни на что не останется, — ухмыльнувшись, отпарировал Ал. — Да ты…! — покраснев, вскрикнул Рем, и тут же, под смех Ала, соскочил с того, бурча что-то себе под нос. — Хе-хе, не забывай, кто тут у нас главный шутник, — всё ещё посмеиваясь, проговорил Алекс, садясь на кровати и потягиваясь. — А ещё главный пошляк. — поворачиваясь к тому со сложенными руками на груди, проворчал Рем. — С этим ещё можно поспорить, учитывая и твои шуточки. — подмигнул Алекс. — Так что за сюрприз?       Рем фыркнул и пошёл к двери, где и кинул рюкзак перед тем, как войти в комнату.       Недолго покопавшись в своём чёрно-белом друге, он достал из него кнопочный телефон и торжественно показал его Алексу. — И чему я должен радоваться? Игре в змейку? — с сарказмом проговорил парень, смотря на Рема. — Нет, бестолочь. Я думаю, страсти уже поулеглись, так что ты можешь сделать короткий звонок родителям. Я поговорил на счёт этого с Олафом. — П-правда? — запнувшись, неверяще переспросил Ал. — Но, ещё же две недели не прошло. — Правда, а на счёт «срока» не волнуйся, всё и правда нормально, что мы позвоним раньше, — тут же успокоил того Рем. — Только ты знаешь, нельзя говорить о своём местоположении и обо всём, что тебе известно. У вас будет максимум три минуты, на большее договориться я не смог, — строго проговорил он. — Я знаю, Рем, — Алекс накинулся на своего парня с обнимашками. — Спасибо-спасибо-спасибо тебе! — Да ладно, я толком ничего и не сделал, — прохрипел Рем, уж больно сильной оказалась хватка у того, снова. — И ты меня сейчас раздавишь. — Ой, прости, — Ал тут же отпустил парня и тот облегчённо вздохнул. — Я правда очень рад, для меня это многое значит. — взяв Рема за руку, тихо и с улыбкой закончил он. — Я знаю, и надеюсь, что тебе будет легче после этого звонка, — сжав руку Ала, так же тихо сказал Рем.       Он видел волнение у того с самого начала и в дальнейшем. Хоть Алекс и старался это скрыть за вечным весельем и болтовнёй, но Рем всегда мог раскусить окружающих, а того, за кем следил и изучал уже долгое время и подавно. Он хотел успокоить того хоть немножко, да и чего греха таить. Так же этим поступком, он хотел задобрить и свою совесть, которая скребла в груди, когда Рем ловил этот горький и скучающий взгляд у своего парня. Он не мог этого выдержать, всё время приходили мысли, что это из-за него и он понимал, что они правдивы. Что это он виноват и никто более. — Но я не знаю их номера, — как-то грустно и даже стыдясь, признался Ал.       Рем вновь умилился от столь красивой и столь непривычной мордашки. — Хех, ну я это знал. Кто ж запоминает номера, ну, кроме своего? Так что я узнал их номера и сразу забил в телефон. Я и подписал, — Рем сел на кушетку, потянув и посадил Ала рядом.       На конец, разблокируя экран телефона и заходя в контакты. Там их было всего трое: Олаф, Стас и Рита. — Вот. — А, можно уже сейчас? — спросил Алекс, с надеждой взглянув на Рема. — Конечно. Я засеку время и скажу, когда останется меньше тридцати секунд. Мне…мне выйти? — неуверенно пробормотал Рем, отведя взгляд. — Зачем? — удивлённо спросил Ал. — Я тебе доверяю, да и мне будет легче, если ты будешь рядом, — признался он. — Эм… тогда ладно, — смутившись, от такого доверия и открытости парня, тихо проблеял пепельноволосый. — Ну, тогда я звоню, — решительно бросил Алекс и, выбрав контакт 'Рита', нажал на звонок.       Пошли гудки, первый, второй, третий… Ала охватило волнение, он не знал, как начать, как отреагирует мама. Его руки нервно затряслись, на что, одну из рук сжали. Ал кинул взгляд на Рема, тот молча выражал свою поддержку, что заставило его немного успокоиться. Через полминуты гудки закончили свой счёт и вызов сбросился. Никто не ответил…       Алекса это насторожило, да что там, это его испугало. Но он тут же попытался успокоить себя тем, что мама просто забыла телефон дома или он был в режиме без звука. — Наверное, просто занята, — зачем-то сказал он вслух, ни к кому толком и не обращаясь. — Сейчас позвоню отцу, он точно возьмёт.       Рем с тревогой наблюдал за ним, он тоже старался думать позитивно, но червячки нехороших предчувствий начали копошиться у него в голове.       Ал набрал Стаса, но буквально сразу после этого послышалась запись, которую услышал и Рем: «Абонент выключен или находится не в зоне сети…».       Телефон выпал из руки Алекса и упал на кровать, сам же парень затрясся. Рем тут же начал гладить его по спине, всё также сжимая его руку. — Может, у него разрядился телефон или сломался, всякое может быть. А возможно действительно связи нет, — принялся успокаивать его Рем. — Нет, ты не понимаешь… Стас… он всегда носит телефон с собой, постоянно проверяя заряд батареи, до него всегда можно было дозвониться, — со страхом в глазах, непослушными губами прошептал он, смотря в никуда. — Они… О-н-ни… — Чшшш, всё хорошо, может неполадки с сетью, — Рем сильно прижал к себе Ала, уже обеими руками поглаживая того по голове и спине. — Ведь у них тоже неделька была стрессовая и их привычки также могли сбиться.       Рем и сам не верил во всё то, что шептал, ведь любящие родители постоянно бы сидели на телефоне, ждя новостей о своём ребёнке. Хоть у него и не было таких родных, но он знал об этом. Ведь если бы что-то случилось с Алексом, и он бы не смог ничего сделать, он бы поступил бы так же. Если был бы хоть один шанс узнать, что-нибудь о самом дорогом для тебя человеке, он бы приковал телефон к себе цепью, ни на минуту не отходя от того, желая лишу узнать, как он и жив ли вообще.       Но Алекс так же всё это понимал, он знал, что Рем врёт, что вся эта чушь лишь для того, чтоб его успокоить. И от этого понимания становилось ещё хуже, ведь он чувствовал свою беспомощность, беспокойство. Ал действительно очень сильно любил и дорожил своими родителями, хоть и говорил тем об этом не часто, о чём сильно жалел. Ему было сейчас достаточно всего лишь знания о том, что с ними всё хорошо, что они живы и здоровы, он и не надеялся на что-то большее. Прекрасно понимая, что своим присутствием мог навредить, ведь он теперь вне закона. Но теперь… он был лишён и этой малости. И сейчас ему оставалось лишь прижиматься к теплой груди своего дорогого человека, сотрясаясь в слезах страха и горя переживаний.       А Рему оставалось только одно — всячески успокаивать и оберегать от необдуманных действий своего парня. И он делал, что мог: шептал успокаивающие слова на ушко своей любви, гладил и всячески ласкал, стараясь окружить своим теплом и только через час, Ал затих и уснул в объятиях того единственного, кому он доверял себя и свою жизнь…

***

— Что же делать… где Алекс, как он? И ты постоянно молчишь и неизвестно куда исчезаешь, — нервно бурчал Матвей, ходя кругами по своей комнате, он и не смотрел на своего парня, мысли уносили его слишком далеко, но, увы, не из реальности. — Успокойся, я уверен, с ним всё хорошо, — устало вздохнул Евгений, в который раз стараясь успокоить того. — Как я могу успокоиться?! Как?! Ведь и родители Ала тоже пропали! — прокричал Митя в лицо своему парню. — Чт… погоди, пропали? Как давно? — удивление на лице Евгения тут же сменилось серьезностью и некой настороженностью. — Не знаю, два дня назад я хотел к ним зайти, проведать. Но никого не было дома, я тогда ушёл, — наконец присев на кровать, всё так же нервно заговорил черноволосый. — Я не придал этому значения, может, на работе или ещё что-то. Но я пришёл на следующий день и… там была уже другая семья, ты представляешь?! — с каким-то отчаянием воскликнул он, смотря в глаза Жени. — Они сказали, что прежние жильцы съехали, продав им дом через одну контору. Самих, бывших хозяев, они в лицо не видели. Но… Как так? Они же не могли уехать, значит, что-то случилось, значит… — уже безумно бормотал парень, смотря уже сквозь своего избранника.       Евгений выслушав весь рассказ, застыл, он переваривал информацию, стараясь предугадать шаги противника. «Что ж, раз они устранили одну из главных проблем для себя, то лезть к друзьям Алекса они не будут. Конечно, если Матвей будет сидеть тихо, не привлекая внимания, что вряд ли». — холодно рассуждал он.       Женя знал, что в таких делах нельзя примешивать эмоции, от них только ухудшается ситуация, они затуманивают взор и ты действуешь глупо. Попадая прямёхонько в расставленные капканы.       Наконец Евгений вынырнул из своих размышлений и тут же заметил состояние своего парня. Сердце сжалось у него в груди от вида такого подавленного и обезумевшего вида Мити. Отлипнув от стены, он быстро приблизился к Матвею и обнял того, прижимая к своей груди. Парень же вздрогнул от объятий, он и не заметил передвижении Жени, он ничего не замечал, ему было плохо. Ведь Алекс был для не просто лучшим другом, он был и будет для него братом, которого он никогда не имел. — Мить, успокойся, я знаю, это всё тяжело, сначала пропажа друга, затем его семьи. Но я могу точно тебе сказать одно, с Алексом всё в порядке и… мне нужно кое-что тебе рассказать, — спокойно и с лаской проговорил Женя, он всё же решился рассказать всё Мите, по крайней мере всё то, что имел право поведать тому.       Матвей потупил взор в столе, осмысливая всё сказанное, а когда главная мысль дошла до него, он тут же резко вырвался из объятий и хмуро, со злостью и болью во взгляде посмотрел на парня. — Что значит, ты знаешь, что с Алексом? — зловеще пророкотал он, словно гром перед грозой. — И откуда, чёрт тебя дери?! — Успокойся, я не начну разговор, пока ты не успокоишься, — резко похолодевшим тоном, заявил Евгений, со сталью и некой нежностью смотря на того. — Нет, ты мне сейчас всё ска… — Говори тише, этот разговор должен остаться между нами, ситуация очень сложная и в случае чего, тебе и твоим родным настанет конец, — прервал того рыжеволосый, всё с тем же холодом. — Я… да что… агрх, ладно, — прорычал Матвей, садясь на другой край кровати, подальше от Жени. Всё ещё метая в того гневные и подозрительные взгляды, он пару раз вздохнул и выдохнул, стараясь успокоиться. — Всё, а теперь рассказывай. — Начну с главного, — откинувшись назад на стену, заговорил Евгений.  — Рем, как ты наверное успел догадаться, является представителем чужого клана — клана земли. И на сколько я успел разузнать, этот парень не простой пацанёнок ищущий экстрима. Он один из членов сопротивления системе, я также являюсь членом данной… компании.       Матвей тихо сидел, и с каждым словом своего парня всё больше и больше впадал в шоковое состояние. Он не ослышался? Как Алекс умудрился встретиться с членом чужого клана? Ладно, этот вопрос и до этого его мучил и догадка была. Скорей всего, на ежегодном собрании встретились, больше не где. Но что стало куда большим ударом для него, так это информация о причастности его парня к сопротивлению. «Офигеть, мой парень какой-то долбанный тайный агент». — всё еще находясь в шоке, подумал он. А после столь дебильной мысли, затряс головой, приходя в себя. — Стой, а ты как во всё это ввязался? — спросил Митя, уже не тая злобы, она испарилась под напором таких шокирующих данных. Впрочем, парень никогда не отличался злопамятностью. — Ну, однажды столкнулся с интересными людьми, которым нужна была поддержка в их перевороте, желательно денежная. Так и вышло, что, заинтересовавшись, я с помощью своих «друзьяшек» стал копать. Меня заметили и чуть самого не прикопали, — хмыкнув, чуть улыбнулся Евгений, но тут же маска серьёзности вновь накрыла его лицо. — Но всё обошлось, я объяснил свой интерес, ведь мне многим не нравятся законы в нашем обществе. Какие, уточнять не буду, слишком долго разбирать. Так вот, я предложил свою помощь финансово, в замен на информацию, и через какое-то время мы всё же смогли прийти к компромиссу и заключили эдакую сделку. Вот как-то так. — Но… как ты вообще умудрился на них наткнуться? — в небольшом ступоре, произнёс голубоглазый. — А сам как думаешь? — прищурившись, спросил Женя у своего парня, впрочем, тут же отвечая на вопрос. — Меня с четырнадцати лет возили по собраниям и на территории чужих кланов, хотя это было слегка не по закону. Но сам знаешь, для власти, имущих открыты все двери, — как-то зло и брезгливо протянул он, однако в лице всё также оставаясь холодно — пофигистичным.  — Меня с детства учили всяким политическим примочкам, как управлять людьми, управлять компаниями и, конечно же, лгать, как же без этого. И да, мои родаки не знают, что я уже как три года состою в сопротивлении. А с восемнадцати лет я уже начал сам управлять небольшими компаниями, набиваю руку, как говорит отец. Ну, мне и хорошо, не следят за моими финансами, и я свободно могу путешествовать по разным кланам с дипломатическими встречами. Это удобно: можно одновременно узнавать информацию из первых уст и передавать сопротивлению, — закончил Женя, устало вздохнув. Он не спал уже как двое суток, так как были проблемы в компаниях и ему приходилось разбираться, потом ещё рыть информацию про этого Рема и Алекса. Да… тяжёлая была неделька. — Ясно и… ты так же всё скрывал, как и Алекс, — грустно проговорил Митя. Он прекрасно понимал, что всё это лишь для его защиты, но горечи и грусти из-за своей бесполезности и беспричастности это не отменяло. — Да, но ты сам понимаешь, что так было нужно. Я не могу подвергать твою жизнь и жизнь твоих родных опасности. Ты очень дорог мне, — с нежностью во взгляде и с лаской в голосе проговорил зеленоглазый, придвигаясь к своему милому парню и осторожно обнимая, боясь, что его прогонят, оттолкнут за всю ту ложь и недоговорки, которые были на протяжении всех их отношений. Но его не оттолкнули, а обняли и прижались в ответ. — Ты тоже дорог мне, и я понимаю тебя, хоть мне и обидно, — вздохнув, пробурчал Митя, утыкаясь в плечо того. — Но ты мне будешь всё рассказывать, что происходит с Алексом и его родными, понял? О сопротивлении не спрашиваю, не дурак, понимаю, что эта тема для меня закрыта. — Хорошо, спасибо тебе, — улыбнувшись и поцеловав своего парня в лоб, отозвался Женя. — За что? — удивлённо спросил Митя, однако не отстраняясь, слишком хорошо было в объятиях того. — За всё, — тихо ответил рыжеволосый, прикрывая слипающиеся глаза. Да, всё-таки ему стоит поспать, впереди ещё множество сложных дел…