Криптонутые

Ближе к Хеллоуину Уолтеру намекнули на то, что нужно хотя бы попытаться совершить преступление в одиночку. Нитяные големы уже были ростом с человека, так что, рук у него должно было хватить. Он просчитал всё: самое слабое в защите отделение, самый скудный на посетителей день и час, отпросился с пары, вроде как по семейным обстоятельствам, и захватил целую сумку с клубками пряжи, самой мягкой и уютной. Даже големов сделал в виде огромных плюшевых кошек. И, в целом, это помогло – на весь банк (Вязальщик едва не задохнулся от смеха, когда понял, что это Тот-Самый-Банк) оказалось едва ли полтора десятка людей, причем, включая охранников, которые тоже оказывались женщинами. Громко, но вежливо сообщив о цели своего появления, Уолтер отдал команду паре кошек сопровождать одну из сотрудниц к хранилищу, а сам остался ожидать кавалерию в виде полиции и героев. И сначала всё даже шло хорошо – никто не глупил, не рвался на подвиги, кошки бродили возле заложниц, тихо мурлыкая и изредка потираясь о их ноги головами, напрашиваясь на ласку, вскоре начали слышаться сирены полиции, но ещё до них в банке появилась Гестия. Вязальщик даже откашлялся, собираясь прочесть очередную, тщательно отрепетированную речь (наставнику по риторике она понравилась, хоть он и признал, что каламбуры про нити могли быть тоньше), но замер на первой же строчке, когда Гестия, - невиданное дело! – перебила его, спросив ровным, механическим тоном: - Ты вечером занят? - Эм… если ты не отдашь меня полиции, то нет, не занят. – Честно и растерянно признал Уолтер. – А что? - Я хочу нажраться. – Так же машинально, словно робот ответила она. – И я не собираюсь делать это в одиночку. Уолтер пару раз открыл рот, но сразу же его закрывал, не давая челюсти упасть на пол. И только сделав пару шагов к героине наконец-то увидел. Подрагивающие кончики пальцев. Усиленное течение воздуха вокруг неё. И ярко-алые лазерные сверхновые в глазах вместо зрачков. И звук. Этот тихий, но отчетливый звук хлюпающего перед началом плача носа. - Ох, милая… - Вздохнул тяжело Уолтер. Можно быть сколь угодно неуязвимой телом, но всегда найдётся тот, кто сможет истрепать нервы даже супергероине. Рука протянулась сама, к плечу, тяжестью приземляя девушку и прижимая к себе в объятье. – Кто же так тебя достал-то, а? Гестия всхлюпнула чуть громче, подгибая ноги, чтобы Вязальщик оказался её выше. Так-то она была выше его, хоть и ненамного, и ему было просто неудобно её обнимать. Уолтер даже не думал о том, как её обнимать, просто прижимал девушку к себе, и гладя по спине нес какую-то успокаивающую чепуху. Не сказать, что он умел утешать и успокаивать людей, это получалось само-собой, и, в отличии от прочих парней, в ступор от женских слёз не впадал. Однако, держа сейчас Гестию, он испытывает невиданный прилив злобы и жгучее желание придушить, не важно, нитями или руками, того, кто её до такого довёл. Гестия даёт им почти минуту на то, чтобы успокоиться обоим, а после – мягко отлетает на шаг. Глаза у неё сухие, и даже не красные, но нос ещё шмыгает. Она оглядывает зал, после чего произносит: - Есть ли среди вас тех, у кого сегодня какое-то важное дело или их просто кто-то ждёт? – Пока заложницы переглядываются, Гестия сама переглядывается с Вязальщиком, поясняя: - Я собираюсь устроить… девичник. Взгляды почему-то тут же сосредоточились на Вязальщике, а он смог только растерянно пожать плечами, разводя руки в стороны. - Ну, девичник, значит девичник!

***

Из всех отказались только двое, и пока Гестия относила их по домам, остальные отзвонились своим близким, сообщая, что задержатся. После чего, сообща был создан список покупок и снова вручён героини – меньше чем через минуту большинство предметов оказалось в банке, вроде напитков и дополнительных мотков шерсти для одеял. Пиццу и заказанную азиатскую еду нужно было подождать подольше, но Гестия решила не сидеть без дела, и, собрав адреса, отправилась за пижамами – ну не в костюмах же развлекаться? Хотя, Вязальщику пришлось остаться в униформе, лежать «в облипочку» перед дамами он считал неприличным. В центре, прикрепив полотнища ткани к огромной люстре, устроили огромный сказочный шатёр. Внизу расположились узорчатые подушки и пледы, и женщины ходили между ними, выбирая себе место. В целом, Вязальщик был доволен тем, как всё обернулось, хотя, Уолтер был несколько выбит из колеи. Особенно, после того, как женщины, получив от Гестии свои вещи, начали переодеваться. При нём. Совершенно этого не стесняясь. Уолтер отвернулся, закрыл ладонями вспыхнувшее лицо, жаль, на уши конечностей не хватило, и смешки вместе с «вот милашка» он слышал. Ещё несколько минут спустя вернулась Гестия с пакетами, и женщины стали разбирать заказанное, а Вязальщик обратился к героине: - Ты так и будешь в форме? Она моргнула, вызвав движением ресниц лёгкий бриз, скосила глаза на себя, оттягивая сверхпрочный и сверхтягучий материал костюма на груди, после чего обернулась кругом, превратившись в серебристый волчок. Когда она остановилась, первое, что бросилось Уолтеру в глаза, это нагрудная надпись на её безразмерной, аж до колен, чёрной футболке «Welcome to Dark side». Пижамные штаны с узором из мелких плазмомётов и гранат и зубастые плюшевые тапочки с красными глазами доводили иронию до уровня психоделики. Гестия уже на обычной скорости довязывала косу, толщиной в его запястье, доходящую до пояса, и Уолтер поймал себя на том, что её домашний образ нравится ему даже больше. - Знаешь, а тебе так даже больше идёт. Нет, честно! – Признался Вязальщик, и Гестия улыбнулась, кивая, тапочком подцепила с пола подушку, подкинула её и обняла, прижав к груди, после чего с кошачьей грацией опустилась на пол, устраиваясь удобнее.

***

Лапша с креветками из его любимого азиатского ресторанчика по соседству с домом (интересно, а Гестия откуда о нём знает?) была чудо как хороша, поэтому проголодавшийся Уолтер в беседу вступил не сразу, лишь когда услышал очередной вопрос: - Почему «Гестия»? Героиня, откусив от курама спринга ещё раз, прожевала, хмыкнула и ответила: - А почему нет? Что означает «Гестия»? Гестия – это имя богини, одной из двенадцати самых почитаемых у греков, да и сама богиня замечательная, в разных подлостях, в отличии от того же Зевса или Геры замечена не была. – Сказала она и тут же вздохнула, от чего одна из дам уточнила: - Что-то не так? - Да всё так… - Махнула рукой Гестия и снова вздохнула. – Гестия – хорошее имя. Только как и мифологической тезке, на мужиков не везёт: одни ослы и озабоченные гады! Все женщины тут же обменялись понимающими взглядами и смешками, и даже Уолтер не удержался от улыбки, хоть и удивлённо спросил: - Милая, что, совсем так плохо? – Гестия, вместо ответа застонала и уронила голову ему на плечо. Уолтер прижал её к себе, погладил по макушке мягко, и с минут спустя, она отстранилась, смущённо кивнув, не поднимая глаз: - Вообще-то… есть кое-кто, кто мне нравится, только… Кажется, я ему совсем не нравлюсь как девушка. - Гестия, ну что за глупость ты говоришь! – Всплеснул руками Уолтер. – Как такая красавица может кому-то не нравится? Она улыбнулась ему, светло и горько, одной этой улыбкой вызвав привкус хорошего тёмного шоколада на языке – неимоверно вкусного, полезного, с благородной горечью, и Уолтер понял, что его несёт, продолжив: - Да он просто слепой, раз не видит в тебе девушку! Так, пообещай мне, что в следующий раз обязательно возьмёшь себя в руки и пригласишь его, хотя бы кофе выпить! Он просто не понимает, какое ты сокровище! - Ну, или просто не понимает моих намёков. – Добавила Гестия. Она попыталась запустить руку в волосы, но вовремя вспомнила про косу. – Я в них так же безнадёжна, как и в готовке. Уолтер хмурится, отставляет в сторону коробку с лапшой, уточняя: - Только не говори, что ты питаешься фасфудом, мы же говорили, насколько это вредно! – Гестия втянула голову в плечи, спешно сообщая: - Помни про фотосинтез, Вязальщик. Растения как-то же на нём выживают. - Растения на спасают мир по три раза на дню. Точнее, спасают, но не так, как ты. – Уолтер выдохнул, наконец-то взяв себя в руки, после чего добавил: - Просто… Не забывай о себе заботиться, хорошо? Я не хочу, чтобы мою заклятую врагиню сгубила язва, а не я. Радость засверкала в глазах Гестии двойной сверхновой, а кто-то из дам, тактично не вмешивавшихся в их беседу, тихо (но не для суперов) шепнула соседке: - Может, не так уж и безнадёжна.

***

Хэллоуин считался праздником геройско-злодейской солидарности. В том смысле, что устраивать пакости в этот день считалось настолько дурным тоном, что более-менее адекватные ничего на этот день ничего не планировали, чтобы не позориться. Так что, творили пакости в основном маги и полные психи, которых свои же ловили – никому не хотелось тратить один из немногих выходных. Новеньким из Висконсина строго-настрого запретили чудить в этот день, чтобы не попасть под горячую руку. Впрочем, Уолтер и не стал бы, на него навесили подготовку к хэллоуинской вечеринке в университете. Причём, бюджет выделили настолько крошечный, что Картер даже не почувствовал угрызений совести, когда подговорил знакомого хакера из Лиги проследить путь денег и вернуть разграбленное со счетов преподавателей и бухгалтеров, на которых они осели. Заодно задание по шантажу выполнил. Так что, вечеринка должна была получиться яркой и пышной. Настолько, что у Уолтера ещё до начала вечеринки появилось желание свалить куда подальше. - Ты провел хорошую работу, Картер. – Послышался сбоку знакомый голос. Уолтер повернулся и увидел Сью, обряженную в подозрительно знакомое тёмное платье, с выкрашенными в черный волосами, заплетёнными в две длинные косицы. Стекла очков блестели неповторимой иронией. - Костюм серийного убийцы? - Классика всегда в моде. – Пожала плечами, она. – А твой костюм где? « Спрятан в сумке в спортивной раздевалке» - Едва не ответил он, но сдержался и только пожал плечами. - Мавр сделал своё дело, мавр может уходить. Черт. – Уолтер заметил в толпе Рубеллу. Точнее, Остряка. Ещё точнее – Рубеллу, обряженного в свой суперзлодейский костюм. Беспалевность ну никак ему не давалась, и у Картера начинали ныть зубы, едва он представлял, сколько бумаг ему нужно будет заполнить, если всё пойдёт супергерою под плащ. Сью, заметив, как он мученически подкатывает глаза, вздохнула и спасительно предложила: - Кофе? В кофейне за пару кварталов отсюда. Раз мавр сделал своё дело, мавр не будет виноват в том, что натворят другие, особенно если его самого нет. - Кофе. – Блаженно выдохнул Уолтер, про себя отметив, что ему стоит попросить у Координатора дополнительные занятия по правильному сваливанию перед началом проблем.

***

Сью удалось даже найти столик в тихом углу кофейни, подальше от остальных посетителей, обряженных точно на дьявольскую оргию – честное слово, некоторые костюмы даже полностью лишенные понятия морали злодеи и злодейки не стали бы надевать, посчитав их неприличными! И это Уолтер говорил о людях, многие из которых всерьёз считают своей униформой трико из спандекса. Когда девушка принесла их заказ, Уолтер сделал глоток и блаженно простонал: - Сью, ты мой герой! – Она довольно хмыкнула, подталкивая ему тарелку с маффинами. - Ешь давай, а то опять наверняка замотался и забыл перекусить. – Это она угадала верно, и Уолтер с удовольствием взялся за маффины и прочую выпечку. Когда он немного утолил голод, Сью, поболтав ложкой в кружке, кивнула чему-то про себя и произнесла: - Картер, у меня есть к тебе один вопрос, и пусть он может показаться тебе нелепым, я говорю совершенно серьёзно. Так вот, скажи, могу ли я стать твоей девушкой? - Говоря девушкой, ты подразумеваешь… встречаться? – Она кивнула, а Уолтер задумался. У него раньше были отношения, в школе, в старших классах, но из этого почти ничего не вышло. Он никогда не гнался за популярностью или чем-то подобным, но был на хорошем счету среди девушек, однако, он был слишком хорошим. Нет, это не гордыня, это мнение его бывших. Уолтер был внимательным, добрым и заботливым, был, а не казался, и, как выяснилось на практике, его девушек это не устраивало, раз обе изменили ему: одна – с капитаном футбольной команды, другая – с байкером. Впрочем, расстались они мирно, и уже за это Уолтер был им благодарен. Сью на его бывших ничем не походила, и это был скорее комплимент. Симпатичная, хотя, из-за очков сказать наверняка было трудно, она выделялась из толпы, но своей личностью, а не внешностью. Упрямая, но добрая, умная, но готовая признать ошибку, хоть подчас и излишне острая на язык, не дающая спуску даже Остряку. Она была неплохим приятелем, стала хорошим другом, но о том, какой она будет в качестве девушки Уолтер задумался впервые. Жаль, что от удивления ответ дал сразу: - Эм… нет. Прости, но… - Картер вздохнул, смущаясь ещё сильнее. – Это не из-за того, что ты, точнее, это вообще не из-за тебя! Но… -… но просто ты не видишь во мне девушку и даже представить не можешь наши отношения. – Продолжила за него верно Сью, и оба выдохнули. Она – обречённо, он – виновато. Девушка нервным жестом закинула косы за спину, растрепала волосы, освобождая чёлку, в которую тут же вцепилась пальцами, и хмыкнула. - Только не смей сейчас извиняться, ладно? Тебе не за что это делать. Не твоя вина, что я не интересую тебя как девушка. Уолтер грустно усмехнулся, после чего, на секунду задумавшись, накрыл ладонь Сью и аккуратно начал: - В такой ситуации трудно не чувствовать себя виноватым, но… Ты себя не вини тоже. Я действительно виноват. Ты мне, не то, что неинтересна, просто я никогда не думал о тебе в таком ключе, тем более… - Он улыбнулся мягче, вспоминая. – Есть одна девушка, которая мне нравится, хотя с нею у меня шансов мало, но… Ты мне нравишься, Сью. И я считаю просто нечестным встречаться с тобой, пока я влюблён в другую. Она сняла очки и закрыла ладонью лицо, с грустной улыбкой смотря на него сквозь пальцы. В полутьме Уолтер не мог различить их цвет, но от звука её смеха, от этого прямого и чистого взгляда, у него что-то начало туго сворачиваться клубком внутри. - О, Уолтер… Ты же понимаешь, что после этого я в тебя только сильнее влюблюсь? – Лукаво спросила она, но почему-то Картер почувствовал себя легче. - И за этот грех страдать во френдзоне будем мы оба. - Ну, это вряд ли: если о френдзоне знают оба, то она уже не считается френдзоной. – Подвела итог Сью, и они рассмеялись. На экране, висящем на противоположной стене заставка клипа сменилась экстренными новостями о суперах, и у Сью тут же требовательно запиликал телефон. Она взглянула на экран и скривилась. - Уолтер, прости, мне нужно бежать. - Что-то случилось? - Домашние разборки. – Махнула рукой она. – Даже в праздники от родных никуда не деться. – Она убрала чёлку назад, одновременно надевая очки, и встала. Обнявшись на прощание, она вышла, а Уолтер уставился в экран. Не прошло и минуты, как к Юпитеру присоединилась Гестия.