Рей
24 апреля 2020 г., 12:48
***
Рабочее утро едва началось, а электронка уже завалена письмами. Ещё и стопка корреспонденции, что вручили на ресепшене, ужасает своей высотой. Ещё полгода назад такой объём вызвал бы у меня настоящую панику, сейчас же лишь тихий вздох. В моём случае это обычная, ничем не примечательная работа. Я проверяю, согласовываю, предварительно утверждаю или отклоняю, ругаюсь с начальником материально-технического отдела в очередной раз проспавшим последний срок сдачи плана поставок датчиков движения. Вновь проверяю, подсказываю, как перекроить документ, чтобы мистер Хакс его точно подписал. Отвечаю на звонки, бегу в кофейню к Маз за пончиками и готовлю кофе для своего начальника, потому что предыдущую секретаршу он уволил, а новую пока не прислали. В общем, работаю, работаю и ещё раз работаю. — Шеф у себя? — просовывается в дверной проём голова Рена. Его только сейчас для полного счастья и не хватает. — Мистер Хакс занят документами и велел его не беспокоить ближайший час, — отчеканиваю, не прекращая строчить на клавиатуре. — Я тоже с документами. — Зайдите через час. — Мне нужно прямо сейчас! Это срочно! Рен всё равно заходит в приёмную и встаёт у моего стола, точнее, нависает над ним, а я притворяюсь комнатным растением, которому по барабану, кто там и чего хочет. — Эй, милочка! — похоже, у кого-то аллергия на игнор. — Ты что, ваты в уши напихала? Я сказал, срочно! Между моим лицом и монитором возникает папка. «Вот ведь хамло», — думаю про себя, но, взглянув на мудака из юридического отдела, вслух, конечно же, произношу вежливое: — Минутку, пожалуйста. — Что?! — Рен предсказуемо бесится, когда его «просьбы» не спешат выполнять. — Минутку, говорю, подождите. Я сообщу о вас мистеру Хаксу. Пока можете присесть, — киваю на диванчик у окна. — Детка! — Зло. Давяще. Требовательно. — Ты бы поживее ткнула своим малюсеньким пальчиком в кнопочку. — Мистер Рен! — Думаешь, я испугаюсь и побегу выполнять твои приказы? Ага, щас! — Мистер Хакс дал чёткое указание его не беспокоить. И сейчас ваше чрезвычайно «срочное» зависит от меня. А посему не хамите. Я вам не детка и уж тем более не милочка. Подобными кличками зовите своих подружек. Понимаю ли я, что Рен может взорваться после моих слов? Естественно. Жевалки на его лице приходят в движение, челюсти практически скрипят, а ноздри гневно раздуваются. Драконище! Ещё немного, и дым из ушей повалит. А мне — кто бы знал насколько — доставляет истинное удовольствие видеть его перекошенную физиономию. Просто услада для моих глаз. Несколько секунд молчаливого противостояния, во время которых меня разглядывают точно букашку, пришпиленную булавкой к стене. После чего, внушительно размяв плечи, Рен демонстративно хрустит шеей, но всё же послушно опускается на диванчик. Хороший мальчик! Он смотрит на меня. Чувствую на себе его тяжёлый взгляд. Наблюдает, цербер. — Мистер Хакс, — нажимаю кнопку интеркома, — к вам тут… кхм… мистер Рен. Говорит, срочно. — Пусть зайдёт, — отвечает шеф. — Проходите, — обращаюсь к… мужчине, не сдержав ехидной ухмылки. Рен, хлыщ неблагодарный, моей «вежливости» конечно же не оценивает: злобно прищурившись, исчезает в кабинете шефа. Выносить этого «Мистера совершенство» с каждым днём становится всё труднее. И ведь я даже не работаю на него, а уже готова затянуть покрепче галстук на его шее или добавить в кофе крысиного яда. С самого первого дня, с самого первого взгляда этот тип меня раздражает. Зашёл, точно король, в чужую приёмную. Высокий, мощный, как гризли. Глянул на меня, как на пустое место, и, даже не спросив позволения у секретаря, прошёл к мистеру Хаксу в кабинет. А когда вышел, наградил таким взглядом, что я внутренне вся съёжилась — столько презрения в нём было. — Безнадёга, — протянул он, уверенно направившись в сторону выхода. — Что вы имеете в виду? — от его тона моя совесть, как и природная вежливость вместе со стеснением вмиг улетучились. Помню, блондинка, обитавшая тогда в секретарском кресле и ставшая свидетельницей этой сцены, сильно побледнела. А мудак в брендовом костюме передёрнул плечами, нехотя повернулся и ответил с деланным равнодушием: — Дольше месяца ты здесь не продержишься. И опять отвернулся, утратив интерес к разговору. — То есть вы сомневаетесь в моём профессионализме? Секретарша втянула голову в плечи и явно уже готовилась спрятаться под столом. А этот высокомерный индюк скривился так, словно я ему лимон в рот запихнула. — А тебя это удивляет? — голос его, тем не менее, остался ровным. Вообще-то нет, на тот момент у меня практически не было опыта, но афишировать эту информацию я, само собой, не собиралась. Поэтому в нахала полетела пренебрежительная улыбочка, затем долгий оценивающий взгляд, от которого он как будто даже занервничал, а в довершение я добила его тихим: — Ну-ну. После чего включила полный игнор и принялась дальше изучать должностные инструкции. Сверлящий затылок взгляд чувствовала ровно до тех пор, пока не хлопнула дверь в приёмной. — Смертница, — вынесла вердикт блондиночка, что меня только позабавило. И вот, с того самого дня, чуть больше полугода, мы с Реном находимся в состоянии непримиримой войны. Так, к примеру, этот гад ползучий якобы случайно пролил кофе на мою любимую шёлковую блузку. Одежды у меня немного, иногда даже приходится копить по несколько месяцев, чтобы купить что-то по-настоящему стоящее, поэтому отношусь к вещам аккуратно и бережно. Некоторые предметы гардероба «живут» у меня по несколько лет. И испорченной блузки до сих пор безумно жаль. Я не стала делать вид, что «ничего такого не произошло», и в ответ испортила дорогущий костюм Рена, пролив на него суп, когда в один из дней «ненароком» споткнулась у столика, за которым он обедал с очередной своей курицей. Кстати, похождения Рена на любовном фронте — это вообще отдельная тема. В офисе о нём такие — нет, ТАКИЕ легенды ходят, порнофильмы нервно курят в сторонке. Честно говоря, я не понимаю всех этих восторженных вздохов и томных, призывных взглядов, сопровождающих Рена, стоит ему появиться в женской компании. Его разве что трусами не забрасывают. Ну да, не скрою, мужчина он действительно видный — по-своему красивый, спортивно сложенный, с женщинами обходительный (мне подобного счастья, конечно же, не светит — на меня у Рена хроническая аллергия). Но ведь это всего лишь оболочка, яркая обёртка. И вся эта самцовость ни на йоту не отменяет того факта, что Рен — самовлюблённый мудак. Может, я и не эксперт в вопросе человеческих отношений, но тот факт, что мужчина дожил до тридцати пяти лет и за все годы у него ни разу не было ни серьёзных отношений, ни даже постоянной любовницы, о чём-то да говорит. Да у него на лбу крупными буквами написано «КОБЕЛЬ». Рен прожигает свою жизнь, порой даже в офисе появляясь в помятом, после ночной попойки, состоянии. И женщины у него такие же — ветреные, живущие одним днём. Я очень сомневаюсь, что подобный индивид сможет хоть когда-нибудь остепениться. Впрочем, меня это и не касается. Его жизнь — что хочет, то и делает, только пусть мне не мешает. — Рей! — раздаётся по громкой связи, вырывая меня из размышлений. — Будь добра, принеси мне чашку чая, пожалуйста. — Хорошо, мистер Хакс. День, когда мистер Хакс взял меня под своё крыло, стал самым счастливым за последние пять лет моей жизни. Из сотен кандидатов, претендующих на должность личного помощника финансового директора крупной компании, он выбрал именно меня — девчонку, едва закончившую колледж, став моим спасательным кругом. Я безмерно благодарна ему за это, поэтому стараюсь не разочаровывать и не подводить, быть предупредительной и незаменимой. Водрузив на поднос чашку зелёного чая с жасмином и блюдце с пирожным, слишком резко хватаю чайную ложечку, которая конечно же вылетает из пальцев, укатываясь куда-то под стол. Чертыхаясь, лезу доставать негодяйку. А когда начинаю отползать назад, что-то со всей силы ударяется о столешницу. От неожиданности я подскакиваю и со всей силы ударяюсь головой так, что искры сыплются из глаз. — Ой, прошу меня извинить, — тянет противным, слащавым голосом исчадие ада, — я тебя не заметил. Кое-как вылезаю из-под стола, источая гремучую смесь досады, ненависти и презрения. Рен мстительно ухмыляется, глядя на меня сверху вниз, а затем, весело насвистывая, покидает приёмную. — Мудила, — шиплю сквозь зубы, потирая место ушиба. Вот, что за жизнь такая, а? Ни парня, ни мужа, ни любовника нет, а рога, то есть рог, есть. Безобразие! Перед дверью кабинета начальника делаю глубокий вдох, медленный выдох и, широко улыбаясь, вхожу внутрь. — Ваш чай, мистер Хакс. — Спасибо, Рей. Я сейчас уезжаю на объект, так что перенеси сегодняшнюю встречу с управляющим корусантского отделения на завтра, желательно на вторую половину дня. — Хорошо, мистер Хакс. Что-то ещё? — Да. Сегодня в семь деловой ужин с представителями «Сопротивления», и ты едешь со мной. — Оу. Честно, я очень удивлена и взволнована этой новостью, поскольку на встречи такого уровня меня ещё ни разу не брали. — Да, «оу». Присядь. — Когда я устраиваюсь на стуле напротив шефа, он пододвигает ко мне папку. — Что ты знаешь о сделке с ними? — Ничего, мистер Хакс. Вы же лично занимались этим делом. — Тогда запоминай, пригодится. Компания «Сопротивление» занимается проектированием и строительством засекреченных правительственных объектов. Три года назад наша компания с ними уже сотрудничала, мы обеспечивали разработку и установку системы безопасности на одном из объектов. Сделка прошла успешно, поэтому они вновь обратились к нам. Эта сделка принесла бы нам помимо прибыли ещё и выход на более высокий уровень. Но на сегодняшнем ужине мы услышим отказ. — Почему? — Потому что наши конкуренты из «Джакку» вовремя подсуетились и предложили более выгодные условия. Это бизнес, Рей, и конкуренцию здесь никто не отменял. В папке вся документация по сделке, изучи её, чтобы понимать, о чём будет идти речь. Задача ясна? — Да, мистер Хакс. — Времени на изучение должно хватить. В шесть тебя заберёт водитель. Встретимся в ресторане. Всё понятно? — Да. Могу идти? — Иди, — даёт разрешение шеф, но только я перешагиваю порог кабинета, как меня останавливают. — Рей? — Да, мистер Хакс. — У тебя всё хорошо? — Эм-м… Да. — Может, что-то нужно? Как у тебя с деньгами? Неожиданное проявление заботы от шефа теплом разливается в груди. — Спасибо, мистер Хакс. Ничего не нужно. — Ты же знаешь, что можешь обратиться ко мне, если что-то понадобится? — Спасибо. — Спасибо, нет? — по-доброму улыбается мистер Хакс. — Спасибо, нет, — улыбаюсь в ответ. Шеф кивает и задумчиво хмурится, словно пытается сформулировать неудобный для меня вопрос. — Рен не достаёт? Он порой рычит, но… — Всё в порядке, мистер Хакс. Я могу за себя постоять и порычать в ответ. — Ну и славно, — как-то по-хитрому улыбается мне мужчина. — Иди. До приезда водителя остаётся не больше пятнадцати минут, когда я, довольно потирая руки, выползаю из-под завала бумаг и направляюсь в дамскую комнату, чтобы подготовиться к встрече. Не буду скрывать, на фоне остальных сотрудниц «Первого ордена» я выгляжу, мягко говоря, невзрачно. Ну не люблю я накладывать на себя тонну «штукатурки», которую потом можно как маску снимать. Освежив лицо, делаю акцент на глазах, подчеркнув их каре-зелёный цвет, слегка выделяю скулы, а вот губы оставляю нетронутыми — не хочу переборщить и выглядеть чересчур вызывающе. Снимаю блузку с запахом, следом топ, который всегда надеваю под неё. Колеблюсь секунду, но таки избавляюсь и от бюстика. Вновь надеваю блузку, предварительно перевернув её, и поворачиваюсь спиной к зеркалу, чтобы оценить, как глубокий треугольный вырез тянется от плеч до самой талии. Определённо, не зря я потратила пару тысяч кредитов. Заменяю брюки на юбку-карандаш, в которую аккуратно заправляю блузку, после чего дефилирую по уборной туда-сюда, проверяя, ничего ли не мешает, нигде ли не выпячивает. И, убедившись, что всё сидит как надо, удовлетворённо вздыхаю. Однако, взглянув на своё отражение, понимаю, что всё равно чего-то не хватает. Мчусь обратно в кабинет. Балетки, которые я ношу повседневно, потому что в будние дни много беготни, летят в сторону и их место занимают туфли на высоком каблуке. Заколка также отправляется в отставку, и мои волосы укладываются на одно плечо небрежными волнами. Наконец, завершающий штрих — духи, подаренные мистером Хаксом на день рождения. Вот теперь я готова! — Ну что, Рей? — обращаюсь к своему довольному отражению. — Это твой шанс. Или сейчас, или никогда. Выдохнув, подхватываю ежедневник и необходимые мне документы и решительно направляюсь в сторону выхода.
