Контракт на любовь

***

      Я вновь у него на руках…       Стоит поцелую прерваться, Кайло вручает мне зонт, а затем легко подхватывает на руки, будто невесомую пушинку, и несёт в здание. Не отпускает ни в холле, ни в лифте, ни даже когда оказываемся внутри его квартиры. Ногой захлопывает входную дверь и, совершая небывалые акробатические трюки, скидывает с себя обувь. За ней в неизвестном направлении летит зонт, где-то теряется моя сумка с вещами. Отмечаю это лишь краем сознания, поскольку во все глаза осматриваюсь по сторонам.       У Кайло не квартира, а нечто невероятное. Какой-то совершенно другой мир. Стекло, гармонично сочетающееся с металлом. Отделка из чёрного мрамора, плавно переходящая в белый глянец. Всюду сенсорные панели. Мебель причудливой, оригинальной формы. Здесь как в музее, но со значительной поправкой на современность. Каждая деталь интерьера выверена и продуманна, автоматизирована, доведена до совершенства. Потрясающе. А ещё здесь очень просторно и чисто, как в операционной.       Стараюсь держать рот закрытым, но всё и так отражается на моём лице. И выразительная, довольная ухмылка Кайло это только подтверждает.       — Нравится? — горячее дыхание опаляет висок, и я согласно киваю.       Как такое может не понравиться?       Мне хочется всё потрогать и пощупать, но Кайло, продолжая крепко держать на руках, несёт вглубь дома. По дороге щёлкает какие-то кнопки и освещение тут же становится мягче, а пространство заполняет тихая музыка.       Усаживает меня на стул и, опустившись передо мной на корточки, медленно тянет вниз молнию на плаще. Лично избавляет от верхней одежды. Также аккуратно снимает промокшие туфли и ставит мои ноги себе на бёдра. Обескуражено хлопаю глазами наблюдая за тем, как обхватив горячими ладонями, растирает мои промёрзшие ступни, поочерёдно поднося к своим губам и согревая дыханием. Непривычно. И очень интимно. Даже откровеннее секса. Совершаю попытку вернуть назад свои конечности. Без шансов. Уверенный захват мягко, но доходчиво даёт понять — шиш мне. Поэтому остаётся только сидеть и позволять ему делать это.       В приглушённом свете Кайло выглядит невероятно притягательным, домашним. Словно огромный пушистый кот, который знает себе цену и не каждому дастся в руки. И ни следа от того человека, каким он бывает в офисе. Сотрудницы «Первого ордена» сойдут с ума, если узнают, что главный плейбой компании ходит по дому не в костюме, а в обычной футболке и мягких брюках, да ещё и босиком.       — Ты меня разглядываешь.       — Любуюсь.       Карие омуты вспыхивают огнями. Уголок губ дёргается, придавая чертам лица остроты, как у затаившегося хищника. А рука, мягко разминающая мои пальцы, в невесомой ласке перемещается выше, на лодыжку, от чего дышать становится в разы тяжелее.       — Голодная? — интересуется вдруг Кайло.       — А? — смысл слов доходит с запозданием, будто мимо мозга проходит.       — Есть хочешь? — Кайло мягко смеётся, чуть наклонив голову и рассматривая меня с таким интересом, словно тоже видит впервые.       — Есть? — Хлопаю глазами, оглядываясь. Вот, опять! Стоит Кайло очутиться рядом — ничего вокруг не замечаю. Оказывается, сижу прямо перед накрытым столом. А посылающий сигналы желудок непрозрачно так намекает, что его хозяйка совершенно не следит за своим питанием.       — Хочу!       — Тогда, может, вина?       — Не откажусь.       Кайло ловко откупоривает бутылку и, убрав руку за спину, словно официант в ресторане, наполняет наши бокалы белым вином.       — За нас? — присаживается рядом и едва касается моего бокала своим.       — За нас, — делаю небольшой глоток.       Вооружившись столовыми приборами, Кайло принимается раскладывать по тарелкам странную мешанину, отдалённо напоминающую пасту с креветками. Желудок трусливо сжимается, пытаясь убедить хозяйку, что он не так уж и голоден, а взбрыкнул просто так, для порядку.       Господи, что он делал с этими продуктами?! Кажется, несчастные ракообразные были убиты дважды.       — Видимо, я немного передержал спагетти, — тянет Кайло, оглядывая своё «блюдо», — но надеюсь, тебе понравится… А вообще, я же… Ну… Я в первый раз сам готовил. Мне простительно, правда?       В первый раз?!       Так, он это… Он для меня старался?       Бли-и-ин, как же это… обалденно. Да от таких ужинов просто не отказываются!       — М-м-м, бофестфенно, — выдаю, пытаясь отлепить от нёба кусочек неочищенного панциря.       Мы кормим друг друга, поедая ужин из одной тарелки. Я уплетаю за обе щеки, стараясь не морщиться, ведь для Кайло это действительно важно. Вон как сияет. Точно ядерный реактор при запуске. Сам же он чаще пьёт, медленно потягивая вино из бокала, позволяя рассматривать, как двигается кадык на мощной шее во время глотка. Одного этого достаточно, чтобы я залипла.       Хочется забраться на него, словно на дерево, и голодным зверьком вгрызться зубами. Хочется бессовестно прижиматься к нему, пробовать до посинения, смаковать, впиваясь ногтями в мощные плечи. Хочется присвоить себе со всеми потрохами, для наглядности написав на лбу: МОЁ!!!       — Ты опять меня рассматриваешь.       — У тебя соус.       Сама удивляюсь тому, как томно звучит мой голос. Столько чувственности.       — Где? — неожиданно хрипло произносит Кайло, удерживая мой взгляд.       — Вот, — опираясь рукой на его бедро, тянусь к лицу и, чуть втянув нижнюю губу в свой рот, медленно провожу кончиком языка по горячей коже, — здесь.       Я когда-нибудь кончу от одного его взгляда. Серьёзно! Он только смотрит, а в сокровенном местечке уже печёт так, что приходится свести ноги, чтобы обуздать вспышку возбуждения и не ёрзать на стуле.       Ну, не смотри ты так! Я же практически без трусов!       — Вкусно?       В столь интимной обстановке его голос отдаётся во мне глубинной вибрацией.       — Очень! — выдыхаю, облизывая остатки соуса с собственных губ, на которые тут же падает вспыхнувший с новой силой мужской взгляд.       Интрига повисает в воздухе, заставляя его искриться от томительного ожидания чего-то горячего, откровенного, дикого. Чего-то из категории 18+. Так и вижу, как Кайло перебрасывает меня через плечо, тащит в свою спальню и там… Всё, что произойдёт дальше, читается в его потяжелевшем взгляде, в сжатых кулаках, в подёргивающейся мышце под глазом.       — Положить ещё пасты?       О какой, скажите, пожалуйста, еде может идти речь, когда тебя саму пожирают глазами?       — Кхм… Я, пожалуй, пас.       — Отлично, — Кайло берёт меня за руку, вставая и помогая подняться мне. — Как насчёт экскурсии?       — Я за.       — Тогда начнём со спальни.