Контракт на любовь

***

      Отчаянно пытаюсь не замечать насколько мне холодно. Во рту сухо и противно, в горло будто стекла напихали, отчего нестерпимо хочется пить.       Вопросов «кто я?» и «где нахожусь?» не возникает. О том, кто я такая, помню прекрасно — самая неудачливая неудачница из всех возможных, потому что только я могла умудриться попасть в подобную ситуацию.       Где я оказалась? Ну тоже ясно. Глубину этой попы я определяю как значительную.       Мои руки, в лучших традициях криминальной классики, прикованы наручниками к проржавевшей трубе. А ещё я понятия не имею, что это за место. И это очень, очень плохо.       Зябко передёргиваю плечами. Криффов мерзавец со своим хлороформом! Вот, погоди. Дай только освободиться. Я тебя так «приласкаю» вон той доской, небо в алмазах покажется.       Не о том ты сейчас думаешь, Томпсон! Соберись!       Шмыгнув носом, дёргаю наручники, звякая соединяющей их короткой цепью. Благодаря бурной спортивной молодости, я умею выбивать большой палец, и сейчас это несомненный плюс. Хоть и весьма болезненный.       Как будто у тебя есть выбор!       Вот именно, что нет. Поэтому кладу руку на стену, рядом с которой проходит труба, прижимая палец под нужным углом и медленно выдыхаю, расслабляя мышцы.       Удар…       Сдвиг сустава…       Жуткая боль, как и в первый раз.       Сжав челюсти, утыкаюсь лбом в стену, часто дыша и подавляя рвотные позывы. Чувствую, как на лбу выступает испарина. Переведя дыхание, освобождаю несчастную конечность из металлической ловушки и вправляю палец обратно.       Ну, вот, считай полдела сделано!       Растирая замёрзшие руки, осматриваюсь. Нахожусь посреди какого-то то ли подвала, то ли заброшенного склада. От бетонных стен веет сыростью и плесенью. Провалы узеньких окон под самым потолком грубо заколочены досками, сквозь щели которых проникает свет с улицы.       Замечаю неприметную дверь и спешно направляюсь к ней. Ну, может, этот мерзавец не только мерзавец, но ещё и идиот, и оставил её открытой?       Ага как же.       Размечталась.       Тьфу на него.       Обследую дальше предоставленные мне апартаменты в поисках возможного средства защиты.       Грубо сколоченная вышка-тура, строительные леса...       Их разве что уронить на этого гадёныша, да с нескрываемым удовольствием попрыгать сверху.       Табуретка...       Такой по голове можно хорошенечко приложить. Так, ставим поближе.       Строительный мусор, мешки, с цементом кажется. Пытаюсь приподнять. Чёрта с два. А если волоком?       Спустя невероятно тяжёлые минут пятнадцать, я опускаюсь на пол, хрипло дыша и приваливаясь спиной к этому самому мешку, который теперь служит дополнительной помехой.       Как раз присматриваюсь к ещё одному, когда за дверью раздаются гулкие шаги. Вскочив с пола, бросаюсь к дальней стене, и с колотящимся сердцем слушаю, как проворачивается ключ в замочной скважине.       Дверь распахивается, и я досадливо отмечаю, что она, оказывается, открывается наружу. Мой похититель делает уверенный шаг вперёд… И тут же исполняет не особо изящный пируэт, споткнувшись о мешок.       Не ожидал подлянки? Так тебе и надо!       Исторгая ругательства, мужчина вскакивает. Ноздри агрессивно подрагивают, лицо перекошено от ярости. Полный злобы взгляд скользит по комнате в поисках известно кого.       Ой, боюсь-боюсь.       — Что ж вы вновь так неприветливо меня встречаете, мисс Томпсон? — скалясь, направляется ко мне.       Вальяжно. Наверняка, считая, что на большее, чем уже было, я не способна.       — Иди-ка сюда по-хорошему.       Ага, щас. Бегу и падаю.       Вжимаясь в стену, чуть смещаюсь, пряча руку с зажатым в ней, точно кастет, кольцом наручника. Сильно не ударю, но уповаю на эффект неожиданности. И когда гадёныш подходит на необходимое для удара расстояние, я резко выбрасываю спрятанную за спиной руку. Металл встречается с самодовольной рожей, разбивая в кровь губы. Это тебе вдогонку к ранее расцарапанной мною щеке.       Вскрикнув, отшатывается, а я, без капли сожаления, заряжаю ему ногой промеж ног. Прижимая ладони к попорченному хозяйству, мой похититель с диким рёвом падает на пол, сворачиваясь в три погибели.       — Убью, тварь! — вылетая из помещения, слышу вдогонку сдавленный скулёж.       Поскальзываясь на какой-то разлитой по полу жидкости, миную длинный коридор и бегу дальше по нескончаемым переходам, отчаянно надеясь на везение. И за очередным поворотом наконец-то обнаруживаю широкую лестницу, которая ведёт к выходу из здания.       Свобода так близка…       — Далеко собрались? — раздаётся неожиданно за спиной и столь же неожиданно мне в лицо вновь прилетает вонючая дрянь, когда я рефлекторно поворачиваюсь.       Оё-ёй…       Кажется, я неверно определила глубину той попы, в которую угодила…