Двое, разделившие грех

      На Наруто неожиданно накинулись воспоминания...       Четвёртый телепортировался в дом лидера клана Учиха, к своему спящему сыну, они с женой оставили его в доме друзей семьи перед родами Кушины. В одно мгновение - и мальчик уже на поляне у границы деревни, куда за мгновение до этого прибыл и сам Минато с Девятихвостым. Громадный монстр из чакры издал дикий рёв при виде Жёлтой молнии. Из-за чего Наруто проснулся, но он был слишком скован страхом и не мог даже закричать.       В тот же миг цепи чакры Кушины, выпущенные из её спины, скрутили Девятихвостого, вонзились в землю по кругу, образовав гигантский барьер - ярко-алый, пульсирующий, непроницаемый. Никто не мог пройти внутрь. Ни шиноби, ни техники, ни даже Третий Хокаге, который в ту секунду находился у барьера, пытаясь пробраться внутрь. — Мы должны помочь Четвёртому! Вперёд! — Крикнул один из джонинов, бросившись вперёд. Но барьер был непроницаем.       Хирузен замер смотря внутрь барьера, сжав кулаки. По его лицу бежала тень бессилия. — Нам не пройти… Мы не сможем им помочь. — Сделал вывод предыдущий хокаге. — Барьер Узумаки нам не по зубам. Нам остаётся только довериться им.       Кушина, истекающая кровью, но держащаяся на ногах, шагнула вперёд. — Минато… Я запечатаю лиса в наших детях и умру. В таком случае он ещё не скоро вырвется. У меня мало чакры… Это мой единственный шанс спасти вас. — Она улыбнулась - слабо, но искренне. — Спасибо тебе за всё, Мина…       Договорить не дала судорога — резкий порыв кашля, брызги крови на траве.       Минато не дрогнул. Он серьёзным, но глубоко любящим взглядом посмотрел на свою жену. — Я использую Печать Бога Смерти, чтобы разделить сознание и чакру Девятихвостого. Твою чакру запечатаю в наших детей. Для запечатывания чакры - Печать Восьми Триграмм. Для сознания её же, но с изменённой последовательностью.       Отец сделал паузу и взглянул на детей, лежащих на алтарях. — Вспомни, что говорил Джирайя… На мир надвигается опасность. И я уверен — принесёт её тот мужчина в маске. — Голос стал твёрже. — Я верю… что они смогут остановить его. И сила Девятихвостого им в этом поможет. Почему-то… я в этом уверен. — Он посмотрел на жену. — Да. Я сделаю это… как отец. — Минато… — Глаза Кушины широко распахнулись. Ей не хотелось чтобы её любимый муж провёл остаток вечности в чреве Бога Смерти. — Змея. Свинья. Овца. Кролик. Собака. Крыса. Птица. Лошадь. Змея. — Печать Бога Смерти!       Из груди Минато вырвалась фиолетовая рука — покрытая чёрными символами, с длинными пальцами, когтями. Рука Смерти. Она схватила хвостатого за горло — и вырвала из него всю чакру. — О Боги! — Хирузен, за барьером, побледнел. — Он призвал Бога Смерти!       Тело Девятихвостого, лишённое чакры, дёрнулось — слабо, но злобно. Древний монстр понял. Последний шанс. Иначе он не увидит свет ещё очень долго.       Когда Минато, склонившись над алтарями, начал выстраивать печати Восьми Триграмм — зверь метнулся вперёд. Огромный коготь, будто клинок, разрезал воздух — прямо в тела Наруто и Наруко.       Но двое тел встали на пути.       Они не дрогнули.       Коготь остановился в сантиметрах от детей — воткнувшись в грудь отца и живот матери. Кровь хлынула на траву. Та покраснела. — Я же сказал… Кушина... — Минато, сквозь боль, усмехнулся. — Это задача отца - жертвовать жизнью ради ребёнка. — То же самое… можно сказать и про мать, — прошептала Кушина, с трудом дыша. — Спасибо, Кушина. За всё.       Минато собрал остатки сил — и сложил печати призыва. Геротора возник в клубе дыма и замер, увидев Девятихвостого, цепи, кровь и тела двоих людей, что держатся в мире живых только на силе воли. — Аааа! Девятихвостый?! Минато, что происходит?! — Голос жабы дрожал. — Геротора. Ключи от печатей — Джирайе. Передай ему… как можно скорее.       В это время зрителей за барьером становилось всё больше. — Он хочет… сделать своих детей джинчуриками! — Тихо проговорил Хирузен, стоя за барьером, будто сам себе. — Всё! Ухожу! — Жаба с дымом исчезла.       Бог Смерти тем временем вытащил изо рта, полного острых зубов, длинный клинок. Облизнул его языком. Улыбнулся. Если это можно назвать улыбкой. — Кушина… Мне недолго осталось. Пора. — Он сжал руку в кулак — и добавил тихо: — Я хочу поместить в них… немного и моей чакры. Чтобы потом сказать то, что хочу сказать сейчас.       В этот миг Наруто смог побороть свой страх. Но картина родителей, проткнутых когтем, до конца жизни будет перед его глазами. Всё что смог сделать Наруто - это тихо заплакать. — Наруто… слушай! — Кушина, умирая, заговорила быстро, будто боясь, что не успеет. — Хорошо ешь. Не капризничай. Расти большим. Купайся каждый день в тёплой воде. Не сиди допоздна - высыпайся. Пусть у тебя будут настоящие друзья. Я не была отличницей… но ты должен хорошо учиться. И тренироваться. У каждого есть слабые стороны. Если что-то не получится, не расстраивайся. В академии уважай учителей и старших. И помни три правила шиноби: Первое - никогда не брать и не давать в долг. Деньги с миссий откладывай. Второе - алкоголь только с 18. И никогда слишком много. Это вредно. Третье -- женщины… — Она усмехнулась сквозь слёзы. — Я сама женщина, так что… мало понимаю в этом. Но в нашем мире есть только мужчины и женщины. Тебе будут нравиться девушки - это нормально. Пусть нравятся хорошие. Найди ту, что похожа на маму. И ещё… не водись с учителем Джирайей. Наруто… тебе будет тяжело. Очень. Тебя ждут лишения, одиночество, боль… Но ты должен быть сильным и заботиться о сестре. У тебя должна быть мечта. И ты должен идти к ней. Верь в себя. Всегда. — Голос дрогнул в конце. Она разрыдалась. — Так много… так много того, что хочется сказать… и Наруко… Пожалуйста… передай ей это… — Мне всегда хотелось быть с вами… Я так люблю вас… Так люблю… — Она повернула голову к Минато. — Прости… что говорю так долго… Я забрала и твоё время…       Минато, истекая кровью, смотрел в глаза сына. Его голубые глаза смотрели же в такие голубые глаза сына. — Наруто… Я хочу сказать тебе… то же самое, что и твоя болтливая мама. Я не знаю когда, не знаю при каких условиях... Но когда я буду тебе больше всего нужен, мы встретимся...       Ярко-белый свет вспыхнул — ослепительный, как взрыв звезды. Девятихвостый исчез. Наруто — отключился. Тело Матери и Отца рухнули. Барьер рассеялся.       Хирузен бросился вперёд. Подбежал к молодым родителям. Минато уже погиб. Кушина, собрав последние силы, открыла глаза. — Третий… пожалуйста… защитите… Наруко… и Наруто…       И замолчала навсегда.