Двое, разделившие грех

      Песок ещё не успел осесть, когда воздух над ареной словно лопнул.       Первый взрыв чакры разнёсся со стороны ложи Каге - глухой, тяжёлый, как удар по каменному колоколу. За ним последовал второй. И третий. — Началось... — выдохнул Джирайя.       Он уже не смотрел на арену. Его взгляд был прикован туда, где раньше сидели Хокаге и Казекаге.       Теперь там бушевала битва.       Крыша ложи разлетелась в стороны, словно её разорвали изнутри. Каменные плиты, балки, обломки - всё это взмыло вверх, а затем обрушилось вниз дождём. В этом хаосе мелькнула высокая фигура в плаще Казекаге... и тут же исчезла, уступив место бледному, вытянутому силуэту с жёлтыми глазами. — Орочимару... — процедил Джирайя.       Рядом с ним Наруко замерла. Она не видела деталей боя, но чувствовала, что то что происходило в ложе, было не просто схваткой сильных шиноби. Это было столкновение сильнейших своих поколений.       На арене ситуация стремительно выходила из-под контроля.       Большая часть мирных жителей уже покинула трибуны, под прикрытием части шиноби Конохи, Суны и Ото. Но оставшиеся шиноби не отступали. Они видели, что вырывается наружу и понимали: если Шукаку завершит трансформацию, бежать будет уже некуда и незачем.       Именно в этот момент всё стало ясно.       Шиноби Песка и Звука, что ещё секунду назад помогали с эвакуацией развернулись и, пользуясь эффектом неожиданности, прикончили несколько шиноби Конохи и АНБУ. — Предатели... — прошипел кто-то из джонинов.       Звуки сражений разнеслись по всей Конохе. То тут, то там скрежетал металл, техники вспыхнули одна за другой, были слышны ругань, крики и плачь.       Клинки покрытые ядом, звуковые волны, техники ветра - всё обрушилось на защитников Конохи одновременно. Всё было спланировано давно и приведено в исполнение с началом появления Однохвостого.       Наруко стояла, вжавшись в стену обзорной галереи. Она видела, как шиноби Песка атакуют бывших союзников. Как ниндзя Звука разрывают строй Конохи, действуя быстро и безжалостно. Как бой распадается на десятки отдельных схваток.       Но её взгляд снова и снова возвращался в центр арены. К Гааре.       Тело джинчурики уже едва напоминало человеческое. Песчаная оболочка разрасталась, кости трещали, формы искажались. Шукаку не просто пробуждался. Он рвался наружу, ломая сосуд, в который его когда-то заточили.       Наруко чувствовала это слишком хорошо. Печать на шее отзывалась тяжёлым, болезненным пульсом. Не активируясь - но словно прислушиваясь. Узнавая родственную ярость. Родственную ненависть.       Она стиснула зубы и силой подавила отклик. — Нет... — прошептала она. — Не сейчас.       Джирайя стоял чуть впереди, закрывая её собой и припечатывая Расенганом нескольких бойцов Звука, отправленных за ней. Его весёлой расслабленности не осталось и следа. — Это уже не экзамен, — бросил он. — Это война.       Какаши появился рядом резким рывком, словно вынырнул из воздуха, взяв собой за одной и Саске. Он быстро окинул взглядом Учиху - измотан, слегка потрёпан, но на ногах. Затем взглянул на Наруко и Джирайю. — Я иду за Сакурой, — сказал он без лишних слов. — Вы трое держитесь вместе. Не геройствуйте.       Саске стиснул зубы, но кивнул. Он знал этот тон — спорить было бессмысленно. — Иди, — кивнул саннин. — Мы здесь справимся.       Хатаке кивнул и исчез в шуншине.       Саске смотрел ему вслед, затем снова перевёл взгляд на арену. — Что же нам делать? — выдохнул он.       Наруко не ответила.       Она смотрела, как песок продолжает собираться, как форма зверя становится всё отчётливее. Но полного размера монстра было ещё далеко.       Рёв Шукаку прокатился над стадионом, тяжёлый, давящий, будто сам воздух начал трескаться. Огромная песчаная лапа врезалась в землю, оставляя глубокий кратер. Песок взметнулся вверх, словно взрывная волна.       Джирайя шагнул вперёд, заслоняя собой Наруко и Саске. — Слушайте внимательно, — произнёс он жёстко. — Это пока что не полноценный Шукаку. Паренёк внутри не даёт ему полностью освободиться. Это наш шанс...       Шукаку наклонился вперёд. Его пасть раскрылась, обнажая зубы из спрессованного песка, испещрённые синими узорами. Жёлтые глаза с чёрными зрачками уставились на коноховцев внизу. Он хотел их прикончить. Но ему ему было плевать на то из какой деревни они. — Убивать... — глухо пророкотал зверь.       Песок под его телом пришёл в движение. — Саске! — рявкнул Джирайя. — Используй техники огня, мы должны отвлечь Однохвостого!       Они оба сложили печати с поразительной скоростью. — Стихия Огня, Снаряд Пламени! — Выплюнул горящее масло Саннин — Стихия Огня, Огненный Шар! — Выдул шар огня Учиха.       Обе техники попали в цель - корпус Шукаку. Огонь взвился стеной, обжигая песок, заставляя его стекловидно оплавляться.       В этот момент Наруко сложила печати. — Стихия Ветра, Порыв!       Воздушный поток рванулся вперёд, усиливая ещё не рассеявшееся пламя, превращая его в режущий, ревущий смерч. Огонь и ветер слились в один мощный пожар на теле монстра, заставив Шукаку прикрыть место попадания лапой.       Шукаку взревел снова. Песок под ареной начал подниматься волнами. Хвост зверя хлестнул по земле, разламывая часть арены, словно она был из глины. — Ха! — Джирайя усмехнулся, но в глазах не было веселья. — Вот так, Наруко, молодец!       Наруко стояла, сжав кулаки. Внутри всё напряглось, словно струна. Она знала: это только начало и начала прогонять чакру девятихвостого.       Шукаку наклонился вперёд, собирая песок в огромный сгусток чакры. — Сейчас будет плохо, — спокойно сказал Джирайя, складывая новые печати. — Очень плохо.       Сгусток песка перед пастью Шукаку стремительно уплотнялся. Он вращался, втягивая в себя всё больше песчинок, чакры и ярости, пока не превратился в тяжёлую, пульсирующую сферу. — Песчаная бомба... — тихо сказал Джирайя. — Если она долетит — от арены ничего не останется.       Шукаку раскрыл пасть шире. Наруко шагнула вперёд. Она уже была покрыта чакрой девятихвостого, а из её спины торчали цепи. — Я попробую остановить его, — сказала она резко. — Дайте мне окно. — Ты с ума сошла?! — рявкнул Саске. — Ты не потянешь это! — Тогда сделай так, чтобы потянула. — бросила она, не оборачиваясь. Джирайя посмотрел на неё долгим, тяжёлым взглядом - и кивнул. — Хорошо. Но только по моему сигналу.       Чакра девятихвостого ещё больше разлилась по телу, но не вспышкой - волной, плотной, вязкой. Цепи за её спиной дёрнулись, вытягиваясь, утолщаясь.       Шукаку постепенно всё больше и больше концентрировался на техники, ослабляя бдительность. — Сейчас! — коротко сказал Джирайя.       Наруко сорвалась с места. Бетон под ногами треснул, когда она оттолкнулась. Шукаку повернул голову, но было поздно.       Когда Наруко оказалась на голове Однохвостого, цепи впились в песок вокруг головы зверя - сразу в нескольких точках, глубоко, мешая созданию техники на последних секундах.       Поняв что на его голове посторонняя с чакрой Лиса, Шукаку остановил технику и треснул по тому месту, где стояла девочка. Но удар попал не по цели, а только по голове самого монстра.       — Сработало... — выдохнул Саске, глядя на монстра.       Шукаку отшатнулся на шаг назад. Его форма дрогнула, песок осыпался с лапы и головы. — Ты... — прорычал он, уставившись на Наруко. — Ты… мешаешь…       Джирайя встал рядом с ней на плече Однохвостого. — Отличная работа. — сказал он тихо. — Теперь мой черёд. — Быстро сложив необходимые печати Саннин прижал руку к плечу Шукаку и крикнул. — Техника Призыва!       Гигантская жаба появилась над Однохвостым и, грохнувшись на него сверху, прижала к земле.        — Что здесь происходит!? — Воскликнул Гамабунта, но поняв что под ним находится Однохвостый сильнее прижал его к земле.       Шукаку закричал, его голос был похож на рев существа, которое не привыкло быть в подчинении.       Наруко, вновь оказавшись на голове Однохвостого, почувствовала, как чакра Лиса нарастает внутри неё, готовая к действию. Энергия наполняла её, но она держала её в себе, сдерживая свой яростный отклик. Её цепи, вновь зафиксировались в песке, продолжали удерживать зверя на месте, мешая ему восстановить контроль над ситуацией.        — Держись, Гамабунта, не отпускай его! — Крикнул Джирайя жабе. — Да держу, я его держу. — Гамабунта прокрутил во рту трубку. — Саске, подпали его сзади, только по Гамабунте не попади! — Крикнул Джирайя Учихе.       Саске максимально быстро оказался у хвоста зверя. — Стихия Огня, Великий Огненный Шар! — Огромный шар шарахнул по нижней части спины монстра, заставляя того снова издать громкий рык.       Наруко чувствовала, как её тело отзывается на растущую нагрузку. Она ещё никогда не использовала так много чакры Девятихвостого. Цепи становились тяжёлыми, но она не ослабляла хватку. — Мы почти сделали это... — прошептала она, чувствуя, как её чакра усиливается, и в этот момент песок вокруг Шукаку стал сдаваться.       Песок под телом Шукаку начал осыпаться целыми пластами. Его рёв стал прерывистым, с хрипом — будто сама глотка зверя забивалась песком и яростью. — Ненавижу... — прорычал он. — Всех... людей...       Гамабунта зарычал в ответ, сильнее вдавливая лапы в песчаное тело. Под его весом арена окончательно перестала быть ареной - она превратилась в воронку из трещин и обломков. — Эй, Джирайя, — прорычал жабий босс, чуть не выронив трубку от очередного толчка снизу. — Он упирается сильнее, чем кажется! — Потому что он не хочет обратно в клетку, — резко ответил Джирайя. — Но пока Гаара в сознании, то Шукаку не выйдет полностью. И это наш шанс.       Наруко услышала имя. Гаара.       Её цепи дёрнулись, будто реагируя не на зверя - а на человека под ним. Сквозь слой песка, сквозь рев и давление чакры она внезапно ощутила слабый, рваный импульс. Не ярость. Не ненависть.       Страх. Детский. Глухой. Отчаянный. — Он... всё ещё там... — выдохнула она.       Шукаку дёрнулся, поняв что Наруко хочет сделать. . — Я НЕ ДАМСЯ! — взревел он, пытаясь поднять голову, но цепи натянулись, впиваясь глубже.       Наруко стиснула зубы. Чакра Девятихвостого рванулась сильнее, окутывая тело плотной алой пузырчатой чакрой. — Наруко! — крикнул Саске снизу. — Ты перегружаешь себя!       Она не ответила. Цепи задрожали вбуриваясь глубже. — Достань этого парня, Наруко — Воскликнул Джирайя.       Шукаку завыл. Его тело начало расползаться, теряя чёткие очертания. Песок сыпался дождём, хвост бился всё слабее. — МАМА! — сорвался крик, уже не звериный. — НЕ УХОДИ!       На мгновение всё замерло. Даже бой вокруг будто отступил на второй план. Наруко резко вдохнула. — Гаара... — тихо сказала она, сама не понимая, зачем. — Я понимаю твою боль. Ты не один.       Шукаку дёрнулся в последний раз - и внезапно начал оседать.       Песчаная морда треснула, словно оболочка. Огромное тело потеряло форму, осыпаясь вниз лавиной песка. Гамабунта рывком отпрыгнул назад, чтобы его не затянуло следом. — Фух... — Вздохнул он. — Это было на грани.       Песок обрушился окончательно. В центре воронки, среди обломков и трещин, лежал Гаара. Маленький. Хрупкий. Без движения.       Цепи Наруко медленно растворились в воздухе, рассыпаясь искрами чакры. Алая дымка вокруг её тела начала редеть.       Она пошатнулась и рухнула бы вниз, если бы Джирайя не перехватил её за плечи. — Всё. Хватит, — жёстко сказал он. — Ты сделала больше, чем должна была.       Саске подбежал ближе, глядя на лежащего Гаару. — Он... жив? — Да, — ответил Джирайя после короткой паузы. — Но это не все наши проблемы.       Он поднял взгляд к дымящейся ложе Каге, окружённой барьером, откуда всё ещё доносились отголоски чудовищной битвы. — Вокруг нас настоящая бойня.       Наруко, тяжело дыша, всё же открыла глаза. Они остановили главную угрозу. Но это ещё не конец.